6. Апатия (Чонвон)

Каждое начало осени Ян Чонвон ненавидел своё происхождение, сущность и ДНК, имеющее кошачий ген. Быть неко в современном мире было не сложно, но с сезонными приступами апатии он всё ещё не научился справляться. В общем смысле всё, что происходило с кошачьей половиной Чонвона, усиливалось тем, что параллельно происходило с его человеческой натурой. Симптомы были похожи: изменение аппетита, упадок сил, сонливость и лень. Ушастая половина парня хотела есть больше обычного, а человеческая, наоборот, была склонна к потере аппетита вовсе. Человек хотел спать, а кот просто ложился и делал это, поэтому Чонвон спал на ходу в буквальном смысле. Стоит ли говорить о том, что работать в таком состоянии и вовсе не представлялось возможным. Но человеческая половина Чонвона чувствовала себя обязанной должности администратора, которую получилось завоевать с большим трудом, поэтому упорно заставляла мозг сконцентрироваться на трудовой деятельности. По гладкой барной стойке к нему подъехал стакан кофе с большим количеством молока — две половины снова сражались внутри него. Чонвон лениво оторвал голову от лакированного покрытия и коротко кивнул бармену в знак благодарности. — Тебе надо поспать, — заботливо произнёс его друг. В таком состоянии он видел Чонвона впервые, до этого был только наслышан о его осенней апатии. — Если я сейчас лягу спать, то просплю весь оставшийся день, — лениво пробормотал Ян. — Сейчас я вообще могу спать сутками. Однажды три дня не просыпался в этот период. — Может тогда займешься работой, раз всё равно не спишь? — Лень. Собеседник фыркнул в ответ. Поведение друга оставляло только вопросы без возможности на них ответить. — Но у тебя в клубе сегодня вечеринка в стиле ретро. — Она задолбала меня ещё на стадии зародыша, — Чонвон сделал большой глоток кофе и довольно прикрыл глаза, оставив окантовку из пенки капучино на губах. — Кому вообще интересны ретро-вечеринки? — Ты сам её придумал, — в голосе друга звучал укоризна. — Неужели? — Неко облизнул губы и снова отпил из чашки. — Вероятно я был не в себе в тот день. До собеседника дошли звуки мурчания, и он не сразу понял, что исходят они от апатичного администратора. Иногда случалось такое, что Чонвон плохо контролировал свою животную половину и замашки кота появлялись в его поведении чаще обычного. Например сейчас, когда он непроизвольно начал мурчать, наслаждаясь напитком. Однажды Чонвон оскорбился неприличным комплиментом одного из посетителей клуба, и вместо следа от пощечины тот ушёл с расцарапанной щекой. Бывало, что от страха или внезапности изо рта Чонвона вылетал странный звук, очень напоминающий кошачье «Мяу!». Не говоря уже о том, что Ян часто шипел, когда оказывался чем-то раздражён или недоволен. Друзья к таким проявлениям сущности неко привыкли, а вот подчинённые и гости заведения часто пугались. — Почему ты не попросил кого-то тебя подменить? — друг Чонвона продолжал выказывать беспокойство о предстоящем вечере. — Мне стало лень искать человека и объяснять, в чём именно дело, — Ян широко зевнул, сложил руки на столешнице и устроил на них голову. — Ты так работу потеряешь, придурок апатичный! — Не потеряю, — Чонвон снова зевнул. — А если и да, то как же плева-а-ать… — Чёртов кошак! Ты меня с ума сведёшь! Чонвон ничего не ответил, только лениво улыбнулся, когда услышал, что его друг помчался в сторону сцены. До него донеслось только отрывочное «… что готово?» и «… у Чонвона давление…». Ну и пусть повозится немного, пока кофе с тоником на Чонвона подействуют, а пока он с охотой готов отдаться осенней апатии и сонному настроению. Чонвон задремал прямо за барной стойкой, хоть он и боялся уснуть прямо сейчас. Апатия всегда играла с ним злые шутки, а кошачья натура требовала на них вестись. Поэтому Чонвон чаще всего позволял себе поспать вместо того, чтобы фантазировать по поводу новой осенней поры, вселяющей жизнь. Чонвон не ловил популярные вайбы, не читал книги в осеннем парке, не пересматривал атмосферные фильмы и сериалы. Он не любил жечь свечи и готовить традиционную осеннюю выпечку. Вместо этого Ян Чонвон поддавался слабостям своего организма: много кушал, валялся на кровати, спал, и позволял своему существу выдохнуть весь накопившийся негатив. Не сделанное сегодня всегда можно доделать завтра. Мир не изменится, если позволить себе быть не в ресурсе всего несколько дней в году. Чонвон позволял себе это, потому что осенью и зимой его кошачьи привычки преобладали над человеческими. Потом конечно, он приходил в себя, снова становился бодрым, активным и деловым начальником, но это уже совсем другое осенее настроение. Апатия, наверняка, будет пугать вас, пока вы не позволите ей полноценно войти в свою жизнь. Чонвон раздал бы этот совет всем, кому смог. Может, тогда и счастливых людей стало бы больше.