19. «I like you any. It`s unrealistic to change.»

Утром, сев на свое место около Ино, я сообщила той о главной новости: мы с Хиданом приглашены на вечеринку к какому-то Какузу. Та понимающе кивнула, улыбнулась и сказала, что тоже будет там с Сасори, после чего наш разговор плавно перетек в сторону обсуждения нарядов, а также мы иногда высказывали предположения, где пройдет это сборище. — Сасори еще не знает, какой будет стиль, — Яманака сменила недовольное выражение лица на лучезарную улыбку, начав потирать ладони друг о друга, — я уже скорее хочу купить что-нибудь новенькое из одежды! Кстати, ты идешь со мной на шопинг! — Я наказала Хидану, чтобы тот узнал у этого Какузу стиль вечеринки, если тот у нее вообще будет... Кстати, что за Какузу? Хидан мало о нем рассказывал, знаю только, что работают вместе и, вроде как, дружат. Он его партнер по бизнесу. — Их Сасори познакомил, — она подняла глаза вверх, явно над чем-то задумавшись, — не помню, когда это было. Может, он и не рассказывал. А так, да, они друзья, вместе работают, вместе отдыхают. — В общем и целом, мы будем желанными гостями. В смысле, я буду достаточно желанным гостем... — как-то неуверенно утвердила я. — Конечно, — она хитро улыбнулась, — Какузу давно хочет с тобой познакомиться. Меня смутила и даже испугала эта странная фраза подруги. Почему же этот неизвестный мне мужчина давно сохраняет внутри себя желание познакомиться со мной? — Не горю желанием знакомиться с друзьями Хидана. — Почему? — Не знаю. Просто не хочу... — я тяжело выдохнула. — Ладно, когда-то это должно было произойти. Лучше на вечеринке, где все внимание этого Какузу будет приковано не только к нам. — Сейчас еще раз напишу Сасори, чтобы он скорее все узнал, — протянула подруга, уже вовсю строчившая сообщение возлюбленному. Днем Хидан прислал мне скриншот переписки с Какузу, из-за чего я тут же дернула Ино, сидящую рядом, протягивая той телефон. Подруга прочла текст, ее лицо стало напряженным. — Арт-деко? В стиле двадцатых годов? — удивленно прошептала та. — Роскошь, — довольно протянула я, представляя в голове вечеринку в стиле двадцатых, и усмехнулась: — Надеюсь, мероприятие пройдет без сухого закона. Иначе Хидан будет очень расстроен. Подруга взяла в руки свой смартфон и начала искать информацию о стиле арт-деко, а главное — красочные фотографии нарядов. Она уже начала прикидывать свой образ — в этом вся Яманака. — Как он называет нашего куратора? — Ино расхохоталась. Мы неторопливо брели в сторону выхода из здания. Остальные ребята уже ушли, а мы припозднились: торчали в туалете за исправлением недочетов макияжа, потерявшего свою былую свежесть к концу дня. — Дрочемару или Обдрочемару, — хохотнула я. — Теперь буду называть его только так и никак иначе! — серьезно заявила блондинка, набросив ремешок сумки на плечо легким, изысканным движением руки. За воротами мы подошли к белой машине, за рулем которой был личный водитель Ино. Подруга решила не терять времени, коль информация о стиле вечеринки уже у нас на руках, и сразу поехать со мной за покупками в самый крупный торговый центр. Я предлагала той поехать хотя бы в среду, напоминая, что нам задан большой реферат и стоит провести вечер понедельника за выполнением работы, однако Яманака было плевать на доводы, она хотела скорее начать поиск вещей в стиле "Чикаго". — Сасори написал, что они с Хиданом поедут за костюмами завтра, — сообщила блондинка, выходя со мной из магазин. Мы сновали от одного модного дома к другому, пытаясь найти подходящие наряды или то, из чего могли составить нужный образ. По прибытии к торговому центру нами сразу была поставлена цель найти платье, а уже после все необходимые украшения. Ино присмотрела себе белое гипюровое платье миди, украшенное бисером и жемчужинами. Спереди было неглубокое декольте, сзади вырез до середины спины. Украшения она выбрала из платины с алмазами, туфли на устойчивом каблуке, боа черного цвета, бандо-обруч, бусы, ридикюль черного цвета, расшитый бусинами. Для себя я выбрала легкое короткое платье с бахромой черно-красного цвета и глубоким декольте; спина открыта, по бокам выреза ткань украшена стеклярусом. Черные туфли на толстом каблуке, украшенные кристаллами, черный бандо-обруч с пером, чулки телесного цвета, красные серьги-кисти, кулон, коктейльные кольца, черный ридикюль. В магазинах мы оставили приличное количество денег и времени, закончив свой забег только около девяти часов вечера. Ино предложила сходить перекусить, но я отказалась торчать с ней в ресторане еще добрых полтора часа. Подруга посадила меня в такси, а сама отправилась к белой машине, нагруженная пакетами. Яманака отправила фотографии обновок в наш женский чат с сообщением, что мы с ней приглашены на вечеринку в стиле двадцатых годов. Меня просили скинуть фотографии моих покупок, на что я ответила: «Позже, когда будет время.» Я не стала участвовать в дальнейшем обсуждении — вместо этого нормально поела, включила ноутбук для работы с рефератом и позвонила Хидану. — Ненавижу понедельники, — устало протянула я, вводя пароль, — зато мы отделались достаточно быстро — не нужно будет бегать и искать все в последний момент. Ох, как же я ненавижу, когда она долго мечется от одного платья или украшения к другому, — я вымученно закатила глаза, откидываясь на железную спинку стула. — Сначала Ино выбирала цвет платья, потом ткань: полупрозрачная или плотная, с орнаментом или без. Металась от платьев с воланами к платьям с узорами или зигзагами; потом металась от сатина к крепу, от вышивки шелковой нитью и бисером. О-о-о-о, какой кошмар… Потом Ино смотрела перчатки, шарфы, бегала от пелерины к боа или горжеткам, тысячу лет выбирала обувь, украшения… Я так устала... — Бля, нихера не понял, — признался мой мужчина. — Не важно, — я махнула рукой, — в моем случае все было быстро: пришла, увидела, купила. Проще простого. — Покажешь фотку? — Потом увидишь, — я улыбнулась, — оно черно-красное, мне безумно понравилось. Как увидела — сразу в него вцепилась, влюбилась и поняла, что больше не нужно будет расхаживать от одной вешалки к другой. С украшениями и прочей приблудой я разобралась так же быстро. Очень жду субботу, хочу скорее надеть его. Чтобы ты увидел меня в нем. — Ты ахуенная молодец, — Хидан усмехнулся, — теперь мне не страшно составлять тебе компанию в магазинах. — Потому что я не хожу по несколько часов, как Ино? — довольно спросила я. — Ага. Пездюку не свезло. — Сасори? — Да. Я вновь вспомнила о предстоящем знакомстве с Какузу и Сасори. — О, я и с ним познакомлюсь... — хотелось бы добавить в интонацию больше энтузиазма, но не получилось. — Вы не знакомы? Ты не знаешь пездюка? — Ино представила нас друг другу по видеосвязи, но я не считаю это знакомством. Сасори ни разу не был с нами ни на одной вечеринке. Все знают о нем, но Яманака так и не познакомила его с кем-то из подруг официально. Кстати, — я вспомнила, что в компании Хидана в день открытия клуба был Учиха Итачи, — кто еще приглашен из ваших близких знакомых?.. Может, тот уже вернулся в Токио? — Какузу чета спизданул о сотке. — Сто человек близких друзей? — удивилась я, сразу представляя это огромное столпотворение. Интересно, какого размера будет зал, а главное — какой счет получит именинник за эту масштабную вечеринку? — Да там партнеры по бизнесу, еще какие-то пиздюки, я хер знает, он мне список не показывал. Моя попытка издалека разузнать о Итачи не удалась. Не спрашивать же напрямую. Буду надеяться, что тот все еще находится в своей продолжительной командировке. Моя родительница, будь Итачи в Японии, давно бы оборвала мой телефон. Что ж, теперь я могу быть спокойна, хотя бы на этом мероприятии обойдемся без четы Учиха. — Да, сука! Ха! Получай, мразота! — гоготал мой мужчина в трубку. — Ты что там делаешь?.. — Да в аутласт рублюсь, от этого пиздюка сбежал, который письки пацанам чикает ножом. — Н-да… — я закатила глаза, — великолепная игра. И почему я не удивлена. — Ты че, она в напряге держит пиздец, я в нее рубился последний раз лет в девятнадцать. Бегаешь от ганнибала с циркуляркой и ахуеваешь, — он звонко рассмеялся. — Заценишь потом. Я буду играть, а ты смотреть, типа как фильм ужасов. — Ну, посмотрим… А, Ино сказала, вы с Сасори поедете за костюмами уже завтра? — Или в среду, пока не знаю. — Так ты заберешь меня завтра или мне надо заранее предупреждать водителя? — А, бля... Не подумал. Отвезу тебя домой, потом поеду к пездюку. — Нет, если тебе нужно сразу к Сасори... — Детка, — он перебил меня, — мне нужно видеть тебя. Каждый день. Я улыбнулась, сильнее сжав смартфон в руке. — А если мы перестанем видеться каждый день? — Нихуя, — отрезал тот, — нихера не перестанем. Будем видеться каждый день. — Ну, как скажешь, — ехидно ответила я, — смотри, обстоятельства разные бывают. — Насрать на обстоятельства. Бля, красная, — на заднем фоне что-то хлопнуло, послышался щелчок, Хидан выдохнул в динамик, — ты че мне щас вбрасываешь? Че за намеки пошли? Я вновь улыбнулась, внутри все потеплело от его обращения "красная". Я поняла, насколько сильно скучала за Хиданом, насколько сильно хотела обнять его в эту минуту. — Люблю тебя, — я сделала вид, что прервалась на что-то важное, а после продолжила, — дразнить. Ты очень смешной в такие моменты, все воспринимаешь серьезно. — Ты любишь меня, — он затянулся и снова выдохнул, — только дразнить? Я звонко рассмеялась, тем самым стараясь скрыть смущение и неловкость. — Ха, у меня это хорошо получается, — я сделала вид, что не поняла его намека и быстро перевела тему: — Лучше расскажи о своем сюрпризе. Ты говорил на той неделе, что что-то подготовил. — Еще не подготовил. Есть одна идея. Я пиздец не уверен, что тебе понравится — подожду еще. — Рассказывай. — Красная, ты похожа на мой член. — Чего?! — выпалила я от удивления. — Такая же нетерпеливая. — Да пошел ты, серебряный. — Типа я дорогой? — Типа на волосы свои посмотри, белобрысый. — Мне нравится цвет, — будничным тоном заключил тот. — Я усыплю тебя и перекрашу в зеленый, понял? Будешь этим, — я пощелкала пальцами, силясь придумать сравнение, — бамбуком! — Я согласен, если мы оба будем зелеными. — А-а-а! Все, отстань! Мы поговорили еще минут десять, пока Хидан выкуривал три сигареты подряд, а после распрощались до завтрашнего дня. Я начала ломать голову над рефератом, склонившись над ноутбуком, одолеваемая невероятными чувствами после разговора. До появления Хидана я никогда еще так часто и так явственно не испытывала подобную бурю непонятных мне эмоций. Влюбилась?

***

— Ты оголяешься все больше с каждым днем, — заметил Гаара, сев рядом. Друг положил на стол планшет и пару тетрадей, а затем повернулся ко мне, начав снова рассматривать мой внешний вид с ног до головы. — Жарко. Я очень устала от такой погоды. Я пристроилась чуть ближе, обняла его левой рукой и положила голову на плечо. Гаара приобнял меня в ответ. — Самое время поехать на море для фотосессии. У меня есть пара вариантов. — Я не знаю, когда смог… — Нет, отказы я больше не приму, — перебил он меня, — ты уже отказывала мне в прошлом месяце. Я подготавливаю костюм. Он понравится тебе, я помню твою мечту. — Какой? Какая мечта? — я оторвалась от его плеча и уставилась в бирюзовые глаза с нескрываемым интересом. — Смотри, — Гаара разблокировал планшет, зашел в альбом и показал мне фото набросков, — Сай нарисовал, его уже изготавливают. — Ты шутишь... — я улыбнулась, с интересом и даже трепетом рассматривая рисунок рыбьего хвоста. Гаара смахнул фото, показал второе в цвете. — От бедер красный плавно переходит в золотой. — Это невероятно... Мне всегда так хотелось побыть русалкой хоть несколько часов, хоть для фотосессии — не важно. А если еще и поплавать смогу в нем — сойду с ума от счастья. Гаара представил моему вниманию следующую фотографию, которая показывала костюм в полноценном виде: чашечки на грудь красного цвета и хвост в красно-золотом переходе. Я тут же представила нас около моря, где будет много отдыхающих. Вряд ли зеваки-туристы позволят нам качественно и быстро отработать такую фотосессию: дети начнут лезть и проситься сфотографироваться со мной, прохожие будут глазеть и тайком снимать меня на камеру. — Не думаю, что в общественном месте мы сможем нормально поработать, — я отложила планшет, повернулась к другу и крепко обняла его. — Спасибо. От такого костюма для съемок я бы ни за что не отказалась. — Я знал что может тебя заинтересовать, — довольно ответил тот в мое ухо. За следующие две минуты до прихода преподавателя мы успели решить, куда лучше поехать, чтобы работа прошла без перерывов и форсмажоров. Яманака зале.тела за несколько секунд до прихода Ибики. Только она громко приземлилась справа от меня — зашел наш грозный преподаватель. — Огромные пробки, — она вывалила на стол содержимое сумки и принялась быстро раскладывать немногочисленные тетради в стопку. — Дорогу перекрыли, этот лысый долго не мог разобраться с навигатором. — А мне тут Гаара костюм готовит, скоро поедем сниматься, — шепнула я той на ухо, когда Ибики отвернулся. — Какой? Подруга с большим интересом посмотрела на меня, потом на Гаару за моей спиной. Я таинственно улыбалась, не спеша давать ответ. — Что там? — она нахмурила брови. Сев ровно, я взяла планшет Гаары, придвинула тот ближе к Яманака. Пока она рассматривала фото набросков, я постаралась быстро вникнуть в суть того, что нам рассказывали. — Я ненавижу нашего соседа, — недовольно шепнула блондинка, закончив просмотр. — Это еще почему? Гаара ничего тебе не сделал. — Потому что я тоже хочу так, — она надула губы, сложив руки под грудью. — Тебе он делает такое, — обиженно шептала та. — Найми фотографа, закажи такой же хвост. — Нет, я хочу, чтобы это сделали за меня. Ну, чтобы у меня был такой друг, — она кивнула головой влево, — который сделает это сюрпризом, без моей просьбы. Ты поняла… Это же не твоя идея была? — Не моя. Точнее, мне с детства нравились русалки, я всегда мечтала побыть этим мифическим персонажем и Гаара знал об этом, — я улыбнулась, смотря вперед. — Но я никогда не просила его о такой фотосессии. Яманака ничего не ответила, только сильнее надула губы и уставилась на Ибики хмурым взглядом. Гаара, слушавший наши тихие переговоры, взял мою ладонь в свою под столом и слегка сжал ее. Во время обеда Гаара быстро купил для нас в автомате снеки, а также пару охлажденных онигири с парой бутылок зеленого чая. Мы отправились на улицу. Одна из скамеек была свободна, как будто ждала именно нас. — Хочу на этой неделе уехать в горы для гонок, моя команда ездит без меня уже полтора месяца. На следующей неделе поеду в вечер пятницы и пробуду там до вечера воскресенья. — Вот как, так ты уезжаешь совсем скоро, — я сделала пару глотков чая, — сразу после пар в субботу? — Да. — А как же учеба? — весело поддела я, вспомнив наш прошлый разговор. — Мне нужна передышка, — признался Гаара, откинувшись назад, а затем перевел хмурый взгляд вверх на ветки стоящего позади нас дерева, которые нависали над нами, тем самым скрывая от солнца.— Могу позволить себе два выезда для велогонок. — Ты помнишь, что нам завтра идти к Ируке за зачетками, которые он благополучно потерял в недрах своей квартиры? До сих пор не понимаю, по какой причине и что вообще двигало человеком, что он потащил их домой. — Заработался, — Гаара усмехнулся, — надо напомнить об этом Хинате с Шикамару, зайдут к нему вместе с нами. — Кстати, я все-таки успела сделать реферат, — я довольно отложила бутылку в сторону и развернулась к Гааре вполоборота. — Ино таскала меня по магазинам до девяти вечера, пока собирала остатки образа, только потом я приехала домой, сделала дела и села за задания. Ты успел подготовиться? — Успел... — он отстранился от спинки и сел ровно. — Зачем ты согласилась идти с ней в магазин в начале недели? — Нам надо было подобрать наряды для вечеринки одного знакомого. — У тебя пропали все платья или праздник будет в определенном стиле? — Второй вариант, — я встала перед Гаарой, выпрямила спину и изобразила руками длину платья. — Весь образ в стиле двадцатых. Люблю арт-деко. Никогда до этого не доводилось примерять на себя такие платья. Оно с плавным переходом, — я провела руками от груди вниз, — сначала черный, а потом красный. Бахрома! Как же я мечтала надеть платье с бахромой. На голове обруч с пером, открытая спина, глубокое декольте… — Сверху пелерина. — Очень смешно. В общем, я очень довольна, — я села на место. — Помнишь фильм, может быть, ты смотрел, он называется Великий Гэтсби. — Нет, не смотрел. — Ммм… Ты же примерно представляешь как выглядели вечеринки в те времена? Казино, джаз. Мне понравилась атмосфера тех годов во время просмотра фильма. Я надеюсь, что эта вечеринка будет такой же громкой, веселой и вся в блестках из больших бутылок шампанского, — я всплеснула руками, изображая взрыв. — Хочу сфотографировать тебя в таком платье, — Гаара улыбнулся. — Будет отлично, если оно отработает себя два раза. Я бы хотела сделать много фотосессий с нарядами разных стилей, разных временных отрезков других культур. Знаешь, мне надо заказать большое бальное платье, какие носили королевы, — я развела руки в стороны, — такое пышное, а сверху этот тугой корсет, прическа того времени, украшения. Хочу синее, такого насыщенного, глубокого темного цвета и очень-очень пышное. Гаара снова откинулся назад, прикрывая глаза. — Да, я представляю тебя в нем, — с улыбкой сообщил тот, не поднимая век, — стоящую в бальном зале замка. — Когда-нибудь я найду время, попрошу Сая составить эскиз и закажу пошив платья в ателье. Величайте меня королевой. Королева Юмико, — я вздернула голову и рассмеялась. — Нет, ты принцесса. — У королевы больше власти, я хочу быть королевой. После моей реплики мы дружно рассмеялись в голос. — Слушай, — я угомонилась, откашлялась и продолжила мысль, — если ты уедешь на этой и на следующей неделе, то наша фотосессия будет в конце августа или начале сентября? — Думаю, в середине сентября: надо подготовить оборудование для работы вне студии и дождаться костюма. — Вы с Саем часто работаете вместе? — Он сделал для меня достаточно много эскизов за два прошедших месяца. Планируем продолжать совместную работу. Кстати, — Гаара провел ладонью от правого плеча до запястья, — он и его брат будут забивать мою руку. — Правда?! — я подалась вперед от удивления. — Велогонщик, прилежный ученик, фотограф — и с татуировками, — я рассмеялась, — неожиданно, вот от тебя уж точно неожиданно. Ты никогда не говорил, что хочешь сделать татуировку. — Только не рассказывай Тем: она решит, что это передается по наследству, — он усмехнулся, покрутив пальцем у виска. — А-а-а, ты решил быть, как твой старший брат, — я весело хихикнула и отпила чай из открытой бутылки, — его татуировки не дают тебе покоя и ты захотел так же. — Нет, просто хочу перенести на тело несколько интересных идей. — Вы с Саем можете замутить неплохой бизнес, — я похлопала друга по колену. — А представь, что ты до сих пор бы сидел со своей гитарой. — И что бы было? — он внимательно всмотрелся в мое лицо. — Ну, у вас не было бы вариантов заниматься чем-то вместе. Забудь, — я махнула рукой, — я рада, что ты стал фотографом, а не вечно гастролирующим по разным префектурам гитаристом в какой-нибудь группе. — А Шино продолжает играть и, кстати, он быстро растет в музыкальном направлении. — Вы общаетесь? — Иногда захожу в его инстаграм. — Хочешь продолжить играть? — Нет времени, да и желания, — он пожал плечами. — Иногда пишу тексты — это все, что позволяет время. — Ты давно не показывал мне свои стихи. — Это личное, — он снова улыбнулся, после чего я ткнула того в плечо пальцем. — У тебя слишком много "личного" в последнее время, Гаара-кун. Гаара показал мне несколько фотографий будущей татуировки в оставшееся до пары время; мы быстро доели остатки еды и отправились в здание.

***

Субботний день прошел в какой-то непонятной суматохе: Яманака постоянно дергала меня напоминаниями о совместных планах, но хлеще того — своими рассуждениями и догадками по типу: «Как меня встретит Сасори в новом платье?», «Понравится ли ему мой образ?», «Где будет вечеринка?» и прочее. Я же сидела на нервах из-за предвкушения неизбежного — знакомство с друзьями Хидана. Подруга весь день напоминала мне о мероприятии и я не могла отвлечься на другие мысли. Я попрощалась с Гаарой около выхода, напомнив, что он пообещал мне прислать фотографии в выходные со своих велогонок, и мы с Ино отправились по машинам. После восьми вечера я сообщила Хидану, что тот может забирать нас. Мой мужчина прибыл спустя двадцать минут, мы встретили его на небольшой парковке около салона красоты. — Детка, — он захлопнул дверь машины и подошел ближе, — ты охуенна. — Могу сказать тебе то же самое, — я улыбнулась, осматривая его с ног до головы, — никогда не видела тебя в смокинге. Мы обняли друг друга как раз в тот момент, когда позади нас раздался голос Ино: — Сасори не с тобой? Хидан нехотя отпустил меня и переключился на блондинку. — Ждет нас в Луне. — Мы не поедем прямо сейчас? Ты говорил, что ехать до места праздника около трех часов, — я нахмурила брови. — Садитесь в тачку, расскажу по дороге. Все быстро заняли места, мой мужчина выехал с парковки, постепенно набирая скорость. — Рассказывай, — скомандовала блондинка. — Короче, — он тяжело выдохнул, смотря на дорогу, — щас мы едем в клуб, проебываемся там, потом за нами приедет... лимузин. Какузу заебал своими идеями. — Он заказал для нас лимузин? — изумилась Ино. — Ему денег не жалко? Он же каждую копейку считает. — Я хуй знает, почему Какузу тратит на это бабки. Короче, едем мы и еще этот петух с хвостом. Мое сердце упало вниз, когда он сказал слово "хвост". В голове появился образ Итачи. — Ты про Дея? — Ино рассмеялась. — А есть другой долбоящер, который ходит с женским причесоном? Меня попустило от услышанного. Такая себе перспектива: ехать на протяжении трех часов в тесном помещении с представителем той проклятой семейки. Я уж хотела начать перебирать варианты откоса, которых все равно, как я сейчас поняла, не смогла бы придумать. А если бы и придумала, то все получились крайне нелогичными и странными. Выделывать из себя внезапно заболевшую чем-то острым? Мои актерские способности на такое не рассчитаны, да и Ино раскусит меня на раз. Если я могла обмануть глаза Хидана, то глаза Ино — никогда. Она слишком хорошо меня знает. Через несколько минут меня снова одолело чувство беспокойства: предстояло провести почти три часа в лимузине пусть и не с Итачи, но с Сасори и каким-то Деем. Не знаю, по какой причине мне было так некомфортно и почему я так этому противилась. Это стеснение? Я боюсь показаться его друзьям странной, скучной или неинтересной? Боюсь не вписаться? Приехав в Луну, мы сразу же поднялись на второй этаж и сели за стол к Сасори, рядом с которым сидел тот самый Дей, с хвостом на голове. Мне стало дурно. Хидан представил меня друзьям, я кротко кивнула в знак приветствия и стала осторожно следить за действиями окружающих меня людей. Внутри возрастало это противное чувство, которое моя мама всегда характеризовала: «Не в своей тарелке». Я чувствовала себя не в своей тарелке рядом с новыми людьми, это чувство появилось еще в машине, когда Ино и Хидан разговаривали "о своем" — о том, что могли обсуждать только они. За несколько минут наблюдений за новыми знакомыми я подметила для себя: Сасори очень спокойный, рассудительный и сдержанный, а вот Дейдара был крайне взрывным, иногда слишком громким, всегда чем-то или кем-то недовольный. Парни успели выпить по одному стакану алкоголя, прежде чем за нами приехал красный лимузин ровно в девять вечера. Ино с Сасори залезли в салон первыми и сели в самый конец, ближе к водителю; Дейдара сел в середину, а мы с Хиданом на небольшой диванчик около двери. Мужские голоса, ведущие одну беседу за другой, практически не затихали. Ино была молчалива, лежала на плече возлюбленного, писала мне смс-ки и не принимала участия в разговорах. Я отвечала на ее смс и была так же молчалива, но не потому, что было нечего сказать — скорее из-за того, что в компании новых знакомых я до сих пор чувствовала себя скованно. До наступления субботы я почти не волновалась о предстоящих знакомствах: отвлекалась мыслями на совершенно другие проблемы и насущные дела. Так было всегда: ты не особо беспокоишься до дня Х, а когда тот наступает — ты полностью погружаешься в пучину страхов и беспокойств, которые до этого дня лишь изредко, лениво и ненавязчиво напоминали о себе несколько раз в день. Это как с гаданием. Сейчас я не особо думаю и беспокоюсь о том плохом периоде, который должен настать, если верить предсказанию, через шесть месяцев. Я нахожусь в ожидании — не более; надеюсь, что все изменится. А когда настанет тот период и если будут тревожные звоночки — я буду крайне беспокойна. Не знаю, плохо ли то, что мой мозг старается блокировать все страхи и навязчивые мысли до определенного дня. Наверное, это неплохо: до дня рождения Какузу я думала о более важном и насущном, а не сидела двадцать четыре часа в сутки в ужасе, нервно дергая ногами, предвкушая встречу с друзьями Хидана. Надеюсь, что сегодня будет минимальное количество знакомств и мы не будем находиться бо́льшую часть времени в компании незнакомых мне людей... Ну да, конечно. Приехать на день рождения к какому-то мужику, которого я в глаза до этого не видела, и надеяться, что "мы не будем находиться бо́льшую часть времени в компании незнакомых мне людей" — в этом вся я. Юмико, на празднике из твоих знакомых будут только два человека, контакта с остальными ты не избежишь в любом случае. Мой мужчина частенько переключал свое внимание на меня, предлагал алкоголь, от которого я всегда отказывалась. Ино тоже решила не пить до приезда — как мы поняли в ходе разговора мужчин — в особняк на окраине города Исуми. Я никогда там не была, поэтому смутно представляла себе это место. Может, там находилась часть земли просто усыпанная дорогими домами? Будет интересно взглянуть на окрестности. Так же из разговора мужчин мы узнали, что Какузу арендовал особняк специально для вечеринки. Размах обещает быть огромным, как и "в прошлые разы". Parov Stelar — clap your hands; libella swing; the invisible girl; demon dance; catgroove; sally`s dance. Мы миновали высокие ворота, въехали на большой участок придомовой территории. Водитель остановил машину напротив широкой лестницы, ведущей к массивной двери величественного строения. Мы выбрались из транспортного средства, Ино взяла меня за руку и стала осматривать трехэтажный особняк. Особняк был холодного цвета, в темноте ночи было трудно установить точный оттенок. Дом и прилегающая территория неярко подсвечивались большими прожекторами, стоящими на земле. Около большой двери находился мужчина в строгом костюме, он закрывал массивную дверь за только что вошедшими гостями. Я огляделась по сторонам: вдалеке были припаркованы машины, их было не меньше двадцати. Хидан взял меня под руку, Ино вцепилась в своего парня и мы дружно отправились к входу. За дверью доносилась громкая музыка, еле-еле я уловила голоса, когда мы подошли совсем близко. Мужчина любезно открыл перед нами дверь, поприветствовал нас, пожелал хорошего вечера. Нас встретила веселая, яркая атмосфера двадцатых, джаз; где-то уже танцевали пары под ритмичную музыку. В середине огромного зала была широкая лестница, ведущая на второй этаж, на котором так же танцевали, пили и вели разговоры приглашенные гости. На самой лестнице я увидела несколько танцовщиц, те резво двигали телами под громко играющую в огромном помещении музыку. На первом этаже слева и справа от лестницы стояли столы с золотого цвета скатертью, на каждом были огромные вазы с длинными пушистыми перьями; на стенах была мишура черного и золотого цветов, и между ними светились маленькие огоньки гирлянды. На полу и в воздухе были шары в цвет всего помещения: черные, белые и золотые, а также пол был усыпан блестящей стружкой и бумажными лентами. Меня затянула атмосфера праздника, я с улыбкой рассматривала танцовщиц с перьями на голове. — Ой, что это?! — взвизгнула Ино позади меня. Быстро обернувшись на писк, я увидела улетающую от Яманака живую бабочку. Подруга успокоилась и теперь завороженно смотрела той в след. На самом деле, как мы заметили через полминуты наблюдений, бабочек было очень много, они были рассредоточены по всему помещению. Сасори взял слово: — Давайте найдем Какузу. Мы всей пятеркой отправились вправо, где было больше людей. Во время движения я украдкой осматривала гостей, помещение, вслушивалась в ритм джазовой композиции, которую исполнял живой оркестр. Хидан был бодр, так же, как и я, он с интересом глазел по сторонам; Дейдара что-то говорил Сасори слева от нас. Виновник торжества был найден нами спустя семь минут поиска. Сменилось две песни, прежде чем Дейдара выцепил глазами высокого, крупного, длинноволосого брюнета. Словленный "расслабон" от наблюдения за летающими по всему помещению бабочками резко сменился напряжением, я вперилась взглядом в организатора вечеринки — тот стоял к нам спиной за разговором с мужчинами в смокингах. Мы подошли ближе, наши спутники поприветствовали именинника, который незамедлительно повернулся в нашу сторону. Гости, стоявшие с Какузу до нашего прихода, ретировались в сторону и пошли своей дорогой, заранее предупредив именинника о своем уходе. Ино поздравила Какузу с уже наступившим после двенадцати ночи днем рождения. После приветствий и поздравлений Хидан, стоявший передо мной, отошел в сторону и поспешил познакомить меня со своим партнером по бизнесу. — Это Какузу, — он перевел взгляд от меня к мужчине, — Какузу, это Юмико. — Рад, наконец, с тобой познакомиться, — он улыбнулся, мы поклонились друг другу. Я ответила взаимностью и поздравила того с днем рождения. Мужчины решили отойти ближе к столу, на котором быстро взяли в руки выпивку, уже начав вести беседу о вечеринке. Сасори похвалил Какузу, отметив, что праздник получился очень атмосферным. Затем Хидан начал выпытывать у Какузу причину, по которой нас забрал лимузин, попутно напоминая имениннику, что тот ненавидит лишние траты денег. Я отвернулась в сторону с бокалом шампанского в правой руке; на лице вновь появилась улыбка, когда глаза зацепились за радостных гостей. Входная дверь постоянно открывалась, впуская в помещение прибывающих визитеров. Какой-то нескончаемый поток. Веселая музыка отвлекла меня, тело стало слегка покачиваться в такт. Ну вот, а я так боялась. Знакомство со странным блондином и парнем Ино я пережила, знакомство с Какузу прошло ровно — не о чем было беспокоиться, не стоило терзать себя все это время. — Юмико, как тебе вечеринка? — влетело в мое ухо с левой стороны. Я повернулась к Какузу, улыбка на лице дала совсем незаметную трещину. Этот человек напрягает меня куда больше Сасори и Дейдары. Сасори я знала задолго до нашей встречи из-за постоянных рассказов о нем Ино, а Дейдара был, на мой взгляд, довольно простым парнем со своими не критичными странностями. Какузу слишком отличался от всей этой компании не только своим возрастом, но и тем, как тот себя ведет, как преподносит, как общается. Он смотрится более-менее гармонично только рядом с Сасори, особенно с Итачи, но никак не с странным Дейдарой и матерящимся Хиданом. — Мне нравится, действительно в духе двадцатых. А гости все, как на подбор: в красивой тематической одежде, — я полностью повернулась к Какузу. — Я слышала, вы устраиваете такие праздники каждый год. Какузу отпил алкоголь из стакана и широко улыбнулся, не сводя с меня зеленых глаз. — Позволяю себе проводить подобные мероприятия раз в год на день рождения, — он кивнул, — это помогает поддерживать тесные дружеские отношения с бизнес-партнерами. — Бля, не начинай про бизнес, — деланно-мученически возмутился Хидан, показавшийся из-за спины Какузу. Он подошел ко мне и приобнял за талию. — Я пояснил Юмико, для чего устраиваю вечеринки каждый год. — У вас так много деловых партнеров? — с улыбкой спросила я, быстро обведя помещение глазами, после чего сделала глоток шампанского. — Благодаря всем предыдущим вечеринкам. Отчасти, — на его лице снова появилась улыбка, он утвердительно кивнул. — Абалдеть, сколько здесь огромных бабочек! — изумилась подошедшая к нам блондинка. — А ты не поскупился. Жаль, что мы не познакомились в августе прошлого года до твоего дня рождения, — она хихикнула. Сасори и Дейдара отошли от стола, решив присоединиться к нашей скучковавшейся компании. — А тебе лишь бы по вечеринкам шастать, Яманака, — заметила я. — По таким — с огромным удовольствием. Надо будет в особняке Саске устроить что-то подобное! Из всех знакомых — у него самый большой. Ну, началось… А как же это двусмысленно звучит, Яманака. — Ты думаешь, Итачи одобрит такие праздники в фамильном доме? — верно заметил Сасори. Какузу довольно хмыкнул, кивнул в знак согласия и предупредил: — У вас, детишки, есть время до зимы. Дерзайте, пока он не вернулся в Японию. Проклятье. Надеюсь, мама еще не знает об этом. Что же начнется после его возвращения... Надо будет обозначить родителям, что я уже давно занята. Хотя мама уже, скорее всего, перегорела этой идеей: давно от нее в разговоре не проскакивало имени Учиха. Буду надеяться. Самое паршивое в данной ситуации то, что мне безумно стыдно перед Итачи. Бедняга и не подозревает, что моя любезная родительница тысячу раз поженила нас в своих фантазиях. — Так, я запомнила, — решительно ответила Яманака, достав смартфон из сумочки, — мы успеем провести там, — она замолчала, начав тыкать ногтем в экран, — шесть вечеринок. — Не забывай о родителях, — напомнил Сасори, — они тоже там появляются. — Об этом подумаем потом, — отмахнулась та. Я стояла, слушая весь разговор, и уже представляла вечеринки в доме Учиха. Если ребята и правда начнут отмечать там все дни рождения — я буду поставлена в очень затруднительное положение. — Откуда информация, — Сасори обратился к Какузу, — что Итачи вернется зимой? — Он звонил полчаса назад, поздравил меня. В ходе разговора он сообщил, что вернется в Японию в декабре–январе. Но пока это только предположения, он ничего не утверждал. Хидан начал гоготать, обращая на себя наше внимание. Мы проследили за его взглядом, направленный в сторону танцующих, среди которых был Дейдара. Парень отплясывал с какой-то девушкой в белом платье. Он же минуту назад был рядом с нами? — Времени не теряет, — довольно заметил Какузу. Мой мужчина успокоился и обратился к имениннику с вопросом: — Где наша комната? Мы останемся здесь?! Что за шутки? Почему меня не предупредили заранее? — Позже к вам подойдет специальный человек и даст ключи. Моя подруга, в равной степени удивленная, как и я, начала тихо ругать Сасори, что тот не предупредил ее о том, что они останутся здесь. Меня Хидан тоже ни о чем не предупреждал, хотя был прекрасно осведомлен о нашей ночевке в особняке. Я бросила на Хидана недовольный взгляд, делая большой глоток шампанского. После неудачной попытки оправдаться перед своей девушкой, Сасори потянул ту в сторону танцующих. — Я буду здесь, — Какузу кивнул нам с Хиданом. Хидан быстро забрал мой бокал, поставил тот на стол и мигом увлек меня вслед за Ино с Сасори, я не успела даже опомниться. — Ты умеешь танцевать под такую музыку? — поинтересовалась я, начав двигаться в такт мелодии. Я взяла его ладони в свои и задала нужный ритм. — Я смотрел, — он кивнул в сторону людей, — щас попробую повторить. В процессе танца я совсем забыла поговорить с Хиданом о нашей предстоящей ночевке в особняке. Мы отплясали первую музыкальную композицию так, как умели. Ино с Сасори появились около нас и теперь мы танцевали вчетвером. Мы с Ино не могли удержаться от смеха, наблюдая за танцами друг друга. В середине третьей песни раздался хлопок, сверху и сбоку посыпались золотые блестки, теперь все мы были усыпаны сверкающим конфетти. Хидан сквозь гогот возмутился, что теперь "вся башка" будет блестеть; Ино радостно завизжала и стала двигаться еще активнее. Весь зал взорвался танцами, аплодисментами, криками. Люди, стоящие на втором этаже, что-то громко выкрикивали; все еще больше погрузились в атмосферу праздника. Около Какузу стоял Дейдара, когда мы вернулись, и копался в волосах, вычищая из тех конфетти. Схватив выпивку, мы стали жадно делать большие глотки, чтобы утолить жажду. Закончив, я отставила пустой бокал на стол, повернулась к Хидану и принялась осторожно убирать с его волос крупные золотые блестки. Дейдара прошел мимо нас и скрылся в неизвестном направлении. Он постоянно куда-то уходит. Странный парень. — Замри! Я дернулась от неожиданности, послушно прекратив двигать руками. Хидан смотрел на мою голову. — Что там? Что? — На тебе бабочка. — А-а-а-а-а, как классно! — тихо запищала я. — Медленно отойди от меня и сфотографируй! Скорее! Он осторожно отошел на несколько шагов назад, быстро выудил из кармана смартфон и навел на меня камеру. Я сменила "дебильное счастливое" выражение лица на "умеренно счастливое", чтобы не казаться совсем безумной на фото, и молилась, чтобы рядом проходящие люди не спугнули насекомое. Через несколько секунд мой мужчина выругался, опустил телефон и вернулся обратно. — Улетела, — он протянул мне средство связи, — нихуя не успел, только пару фоток. — И так сойдет, — я довольно кивнула, смотря на черную бабочку на фото, почти слившейся своим цветом с моим украшением на голове. Слева послышалась возня, я развернулась. К Какузу подошла девушка в черном платье, крепко обняла его и поздравила с днем рождения. Она повернула голову в нашу сторону, бегло осмотрела каждого. Я задержала взгляд на ее красивых, ровных чертах лица, на идеального цвета коже, на безупречной прическе: черное каре. — Сасори! — сделав несколько быстрых шагов влево, девушка без колебаний обняла Сасори, не удостоив вниманием рядом стоящую с ним Ино. — Дей сказал, что вы все здесь, я так рада, — она перевела взгляд на моего мужчину, отпустила Сасори и направилась в нашу сторону. Все внутри меня закипело за те несколько секунд, во время которых она обвела Хидана взглядом с ног до головы, а после приблизилась и без лишних отступлений, отбросив всякие остатки приличия, кинулась тому на шею. Я ошарашенно отошла на шаг назад, затем мое лицо исказила гримаса гнева. Неизвестная брюнетка вцепилась в моего Хидана, а тот стоял, не двигаясь, с отпечатавшимся на лице удивлением. Если он обнимет ее в ответ — я покалечу его! Какого черта она до сих пор висит на нем? Кто она? Что происходит? Это неприлично! Хидан отстранил девушку от себя, когда та коснулась губами его щеки, и сделал шаг в мою сторону — только после этого брюнетка перевела на меня взгляд, но потом вновь вперилась глазами в моего мужчину. — Рада тебя видеть, мы так давно не виделись. Я слышала, — она встала боком к нам, чтобы видеть всех, — у вас с Какузу общий бизнес. — С прошлого года, — уточнил Какузу. — Я обязательно приеду в ваш клуб, оценю интерьер и старания, да и вообще, с профессиональной стороны... — проворковала девушка, смотря на Хидана. Я силилась не хмурить брови, силилась не сверлить нахалку взглядом. Только идиотка не заметит ее к нему интереса. Что между ними? — Джун, — обратился Какузу к нахальной, бесцеремонной брюнетке, — это Ино — девушка Сасори, — он указал рукой на Яманака, после перевел ладонь в нашу с Хиданом сторону, — а это Юмико — девушка Хидана. Она хмурилась во время представления, а после просияла приторной улыбкой, сделав два шага в сторону Ино. — Рада познакомиться, — она слегка пожала руку моей ошарашенной увиденным подруги, после сделала шаг в мою сторону и проделала то же самое, — я давняя знакомая этой компании. Я натянула улыбку, когда она снова посмотрела на меня, и учтиво кивнула. Джун встала на свое место. — Я не видела Яхико, Кисаме. Они здесь? — Нет, они не смогли приехать, — ответил Какузу. Джун слегка замялась, сжала сумочку в правой руке, в ее глазах я разглядела тень печали. — А Итачи?.. — Нет, — Какузу отрицательно покачал головой, — он не в Японии. — Как всегда, — она тяжело выдохнула, после чего быстро натянула прежнюю улыбку, — он в постоянных разъездах, с ним очень трудно встретиться. Змея, у тебя что, есть интерес к Итачи?! Тогда какого черта ты вешаешься на моего мужчину?! Не только же я заметила, как она сделала это откровенно нагло и собственнически? Нет, я все вижу по глазам. Если телодвижения могут обмануть, то глаза — никогда. Джун быстро рассказала о своих делах, выразила восхищение о получившемся празднике, крепко обняла Какузу, попрощалась со всеми на неопределенное время и откланялась. Я стояла, словно приросшая к полу, стараясь успокоиться и переварить то, что случилось. Воспоминания того наглого объятия крутились в голове на заезженном повторе. Краем глаза я увидела, как Хидан еле заметно кивнул Сасори. — Девушки, — парень Ино обратился к нам, — предлагаю выпить. Он кивнул в сторону стола, который был от нас всего в трех-четырех шагах. Я повернулась к Ино, когда Хидан вдруг отошел к Какузу и повел того в сторону. Среди шума я уловила упрекающий вопрос Хидана: «Нахуй она здесь?». Сердце ушло в пятки, от лица отливала кровь. Теперь мои сомнения были развеяны. Если до его вопроса я еще пыталась как-то оправдать и объяснить самой себе такое поведение этой странной Джун, то теперь была уверена, что злюсь не зря, реакция полностью оправдана. Сасори взял Ино и меня под руки, мы пошли в сторону стола. Я схватила бокал, повернулась в сторону, где стоял мой мужчина, сделала несколько больших глотков, да так и стояла, нахмуренная, следя за мужчинами. — Она так на всех вешается? — раздался тихий голос подруги справа. Я стала вслушиваться в разговор. — Милая, я этого не ожидал, — начал оправдываться Сасори. Несомненно, он делает это, потому что предвещает начало бури. У него было достаточно времени для изучения темперамента Ино. Она ни за что не оставит эту сцену без — хоть и маленького — скандала. В такой ситуации Ино ни за что не сдержит эмоций. — У вас так принято — обниматься со всеми знакомыми? Она чуть с ногами на тебя не залезла! — неистовствовала та. Ох, как же я ее понимаю: сама хочу вцепиться в Хидана и задать ему эти вопросы, выразить недовольство. Но пока все, что мне остается, — теребить сумочку беспокойными пальцами. — Это наша старая знакомая, — вкрадчиво объяснял парень подруги, — у нее такие приветствия, видимо, вошли в привычку. Ино, я прошу тебя... Не беспокойся об этом. Когда Хидан и Какузу направились к нам, Хидан посмотрел на меня. Мой мужчина сразу же подошел ко мне, не избегая контакта глаз, забрал бокал, поставил тот на стол и подал новый. Я продолжала многозначительно смотреть на своего мужчину, но тот молчал. Что ж, ладно, я подожду. Я успокоюсь и подожду момента, когда нам удастся обсудить это наедине. Какузу отправился вверх по лестнице. Остановившись в середине, тот развернулся к гостям, поднеся к лицу поданный танцовщицей микрофон. Началась стандартная для такого события речь, а так же горячие благодарности всем присутствующим. Смотря на Какузу, я стояла с нахмуренным лицом, сложив руки под грудью. В голове крутится та сцена с объятием Джун и Хидана. Не могу себя успокоить. А Хидан продолжает молчать, он ведет себя так, будто все то было в порядке вещей. Ну что за?!.. Закончив, Какузу вернул микрофон девушке, и после этого вновь послышался хлопок — весь зал второй раз засыпался сверкающим конфетти. Заиграла музыка, подвыпивший народ переключился на танцы. — Пиздец, я думал, он не закончит, — Хидан потянулся к новому стакану. — Ты говоришь это каждый год, — улыбнулся Сасори. — Дак если он много пиздит. Какузу внезапно появился сбоку. — Я должен поприветствовать гостей, с которыми еще не разговаривал, — сообщил именинник. — Проходите на второй этаж в бильярдную, — он кивнул на парня, стоявшего поодаль, — вас проводят. — А Дей? — спросила Ино. — А Дейдара давно потерян, пойдем без него, — ответил Сасори, взяв блондинку за руку. Хидан поступил примеру друга — взял мою ладонь в свою. Мы подошли к парню в костюме гангстера с накладными на лице усами, который сразу же направился к лестнице. Он проводил нас до нужной двери, поклонился и отправился восвояси. — Вы идите, мне нужно в уборную, — бросила я у порога. — Я с тобой, — Ино отпустила Сасори, взяла меня за руку и мы пошли искать туалет. Я долго терпела и планировала делать это дальше, но, неожиданно для самой себя, взорвалась хлеще бомбы: — Какого хрена там было?! Что за?!.. Ино сразу поняла, о чем речь. — Ненавижу, когда кто-то обнимает моего Сасори, — возмутилась та. — Да ладно Сасори! — я с силой толкнула дверь, около которой была специальная напольная табличка, обозначавшая, что здесь мы найдем уборную. — Что это было за долгое объятие с Хиданом и поцелуй в щеку? — я повела Ино в конец помещения подальше от находившихся здесь девушек, и чуть убавила громкость: — Она мне не нравится. Я все видела по глазам обоих. — Сасори сказал, что это нормально для Джун, — блондинка пожала плечами, на что я закатила глаза. — Я слышала ваш разговор. И нет — это не нормально. Ино, ну подумай, — тихо взвыла я, — зачем Хидан сразу отвел Какузу в сторону? Я рассказала Яманака и о том вопросе Хидана, услышанный мной до нашего ухода к столу, и как Какузу с Хиданом отошли в сторону, пока ее Сасори отвлекал нас на какие-то действия. Она нахмурила брови, в глазах появилось понимание. Ино согласилась с моей догадкой, поэтому теперь я была уверена на сто процентов, что ничего не надумала, что эти подозрения возникли не на пустом месте и не потому что внутри взыграла туманившая разум ревность. Может, мы с Ино и две ревнующие идиотки, однако ревнующие не на пустом месте. Особенно в моем случае все было очень серьезно. Между Хиданом и Джун точно что-то есть, я уверена в этом. Когда от зеркала отошла компания из трех девушек, мы заняли их место, чтобы подправить макияж. — Что будешь делать? — А что тут сделаешь? — я нервно пожала плечами, закрыла ридикюль и посмотрела на Яманака. — Поговорю с ним позже. Обозначу, что такие приветственные объятия мне совсем не нравятся. Хотя очень хочется прижать его к стенке прямо сейчас... Нужно узнать наверняка, что между этими двумя. В общем, разговор долгий и сложный, поэтому буду ждать, когда мы останемся одни. Задумавшись, я вспомнила о реакции Хидана на Джуго. Там все было ясно без слов. Как Хидан мог спокойно стоять и ждать, когда Джуго возьмет и поцелует меня? Поэтому Хидан врезал ему без вопросов... Проклятье... Теперь я уподобляюсь Хидану в ревности. Будь моя воля и отсутствие свидетелей, я бы завела эту гребанную сучку за угол и подпортила безупречное личико парой ударов. Проклятье... Не хочу ревновать, не хочу постоянно думать и беспокоиться о ее обещании посетить Красную луну! Не хочу, не хочу! Мы вернулись к двери в бильярдную по памяти. Открыв ее, мы вошли в безобразно большое помещение с семью бильярдными столами, которое заволокло сигаретным дымом — открытые окна плохо справлялись с очисткой территории. Со всех сторон раздавались мужские и женские голоса, хохот. Я осмотрелась: четыре стола были заняты неизвестными нам компаниями, а в углу помещения стоял один из многочисленных диванов, на котором расположились Сасори и Хидан. Сасори подвинулся в сторону, Ино села между мужчинами. Хидан потянул меня к себе, усадил на колени, положил левую руку на голую спину, стал водить по ней пальцами. При других обстоятельствах и будь я в лучшем настроении — мне бы это понравилось. Парни вели свои разговоры с включенной в них Ино, а я, смотря по сторонам, продолжала сидеть на коленях своего мужчины, смиренно терпя его поглаживания по голой спине, которые порядком раздражали, учитывая обстоятельства. Большая компания мужчин и девушек за ближайшим к нам бильярдным столом вела громкий разговор, все они были навеселе. Через пару минут к ним подошел парень с подносом, на котором я ничего не увидела. Он поставил его на край стола, вся компания сгреблась ближе. Широкоплечий брюнет лет тридцати взял с подноса банкноту, тщательно скрутил ее, наклонился, зажав пальцем правую ноздрю, и вдохнул дорожку. Рядом стоящие девушки были на очереди. Каждая склонялась над принесенным наркотиком, зажимала ноздрю, вставляла во вторую скрученную бумажку и вдыхала. Картина была одна и та же: все они выпрямляли спины, морщили лицо, зажимали нос, а после передавали банкноту следующему в очереди. Некоторые опускали заранее смоченные слюной пальцы в небольшую белую горку, затем клали те в рот. — О, заебись! — гоготнул Хидан. — Принесли веселуху. Где, блять, Какузу? Я его ждать не буду. — Ты тоже? — я опешила, смотря в его глаза, которые теперь были обращены ко мне. — Детка, — он провел рукой по моей спине в сторону, теперь пальцы Хидана были под тканью платья, — это главное развлечение на всех праздниках. Я посмотрела на Ино, та тоже была удивлена. — Сколько сможешь в этот раз? — усмехнулся Сасори. — Больше тебя, пездюк! — Ты тоже? — повторила мой вопрос блондинка, повернувшись к Сасори. Тот приобнял ее за плечи. — Бля, да че вы так этому удивляетесь? — изумился Хидан, смотря то на меня, то на Ино. — Пездюк, ты мне чета спизданул, типа блондинка в курсе и сама... — В курсе, — перебил его Сасори, явно напрягшись. — Закончим разговор. И сама — что? Чего я не знала о Ино? Почему она мне не рассказала? Ладно, про себя я тоже молчала. Так, в нашей компании, пробовавших наркотики, есть пополнение… Киба узнает — с нас не слезет, будет предлагать излюбленные таблетки на самых дичайших закрытых тусовках. Ино приблизилась к уху Сасори и начала что-то шептать возлюбленному. Я наклонилась к Хидану, чтобы задать вопрос. — И давно она принимает запрещенку? Он прошептал: — Я хуй знает, мне пездюк недавно это сказал. Ты тоже щас будешь. Я удивилась, положила руку на макушку Хидана, и приблизила губы к его уху: — Я не хочу перед Ино. Я никогда не пробовала то, что пробует та компания. — Давай, — он коснулся моего уха языком, — похуй на блондинку, она тоже втянет дорогу, отвечаю. Это типа таблеток, только надо вдыхать в нос, — он опустил руку от моей спины к ягодице, теплые пальцы сжали кожу. Тело обдало жаром от его действия и такого соблазнительного голоса. Хидан убрал голову от моего уха, я прилегла на него и прислонилась виском к теплой щеке. Я вспомнила наш последний прием таблеток, он был не так давно. Мне трудно пересчитать по пальцам все разы, что мы были в наркотическом опьянении. До той истории в лесу я курила с Хиданом достаточно редко, может быть, это было около четырех раз, а после тех событий были таблетки. Я приняла за все это время около пяти или шести штук, когда мы проводили вместе все выходные. Если вспомнить количество времени, которое прошло с тех пор, то можно с сожалением признать, что у нас, по сути, и не было перерывов: мы употребляли наркотик каждые выходные. Пусть не два дня подряд, но один из дней всегда заканчивался наркотическим сексом. Раньше я не приветствовала такой образ жизни, а в итоге втянулась в него и теперь почти не противилась тому, что предлагал мне Хидан; не отчитывала его за принесенные ко мне домой косяки или пакетики с таблетками. К нам подошел один из официантов с подносом, на котором был наркотик, уже разделенный на ровные дорожки. На более близком расстоянии я отметила, что он был не чисто белым — слегка сероватым. Парень придвинул столик, поставил тот перед нами, опустил на него поднос. Хидан моментально переключился: уже вовсю пожирал принесенную "веселуху" глазами. Сасори засуетился, достал из кармана смартфон и сообщил, что попытается дозвониться до Какузу. — Мне похуй, — Хидан мягко приподнял меня, пододвинулся в сторону и кивнул на свободное место, куда я сразу же села. — Я начну без него. — Нет, не отвечает, — сообщил Сасори, убирая смартфон в карман. Мой мужчина взял банкноту, которая шла в комплекте с наркотиком, скрутил ее. Я посмотрела на Ино: та внимательно следила за действиями Хидана. Я нахмурила брови, когда она подняла на меня глаза. — Бля-я, — протянул Хидан, зажал ноздрю и отдал банкноту Сасори, — ща, — он зашмыгал носом, покрутил головой. Сасори придвинул поднос ближе к себе, чуть наклонился и проделал те же действия, что и его друг. Ино следила за возлюбленным, ее рука покоилась на мужском плече. Сасори передал ей бумажку, подруга взяла ее, чуть помедлила, дернула голову в мою сторону, передумала поворачиваться, быстро склонилась над подносом и втянула короткую дорожку. Она все-таки сделала это! — Давай, — Хидан сжал мое плечо, — ты следующая, детка. Ино поморщилась, легла на Сасори и без лишних слов передала мне банкноту. Сасори любезно придвинул поднос ближе ко мне. Это будет интересно. Я втянула носом сероватый порошок. Он обжег слизистую, из-за чего я тут же поморщилась, волосы на руках встали дыбом от неприятных ощущений. — Проклятье, — я откашлялась, передала Хидану трубочку, после запрокинула голову и начала втягивать порошок, оставшийся на стенках слизистой носа. Когда тот попал в горло, я вновь почувствовала неприятное жжение. Сасори и Ино сидели в обнимку, шмыгая носами. Тем временем Хидан снова наклонился, чтобы втянуть вторую порцию. Закончив, он предложил Сасори еще раз "закинуться", на что тот помотал головой, ответив: «Чуть позже». Разблокировав смартфон, я отметила, в какое время приняла наркотик, и стала ждать, когда тот явственно начнет путать пошатанное до него алкоголем сознание. Яманака ворковала о чем-то с Сасори, а я лежала на своем мужчине, подметив, что действие наркотика пошло спустя двенадцать минут. На слизистых носа и горла до сих пор был остаточный гадкий привкус, я все время глотала слюну, шмыгала носом, чтобы тот скорее проник в организм и перестал доставлять неприятные ощущения. Вскоре Сасори с Хиданом вновь сцепились языками, а мы с блондинкой продолжали сидеть в прежних позах, слегка облокотившись на своих мужчин спинами, и молчали. Внезапно я подалась вперед, села ровно и притянула подругу за руку к себе. — И когда ты собиралась мне сказать, что принимаешь наркотики со своим парнем? — шепнула я той на ухо. Я была совершенно спокойна, у меня не было причин и желания в чем-то ее упрекать. Скверные мысли и плохое настроение давно улетучились — на их место пришло веселье, расслабленность. Я успокоилась. — Я не хотела рассказывать, — ответила та, прижавшись ко мне, — это было всего пару раз… — Я смотрю на тебя и понимаю, что это было больше десяти раз, — мои глаза сощурились, уголки губ поднялись. — Ой, и все-то ты знаешь, Мори, — она весело боднула меня плечом в плечо, отстранилась и снова блаженно легла на Сасори. Вскоре начали разносить алкоголь, повеселевшие гости переключились на напитки. Когда Какузу появился в помещении, того тут же окружили мужчины и женщины из разных компаний. — Бля, он там пиздец как надолго, — протянул Хидан. Я решила освободить место для Какузу — встала, пересела на колени к своему мужчине. Он обнял меня двумя руками, прижался щекой к плечу. Я стала гладить его правой рукой по спине, а левой осторожно, медленно поглаживала по идеально уложенным волосам. — Пойдем, — блондинка еле встала со своего места, протягивая мне руку, — хочу в туалет. — Убьете время, пока он там шатается, — сказал Хидан, убирая руки с моего тела. Я посмотрела в его глаза, мое сердце пропустило несколько гулких ударов — настолько Хидан был невероятно красив, настолько его глаза смотрели на меня по-особенному. Мой мужчина притянул мою голову к себе для поцелуя, я осторожно ответила. Внутри разливалось приятное чувство, мне показалось, что это самый романтичный момент между нами, произошедший за все то время, что мы были здесь. Я не хочу сейчас уходить, хочу остаться рядом и обнимать его. — Давай быстрее, — не унималась Яманака. Краем глаза я увидела, что та, стоя на месте, подергивает телом в разные стороны от нетерпения. — Я скоро приду… Я не успела отстраниться, Хидан мягко остановил мою голову рукой. — Щас придет этот счетовод, я скажу ему, чтоб прислал своего этого главного по ключам и мы съебем отсюда, — серьезно прошептал Хидан. — Хорошо, — я улыбнулась, после чего поцеловала его в покрытый мелкой испариной лоб. — Пойдем танцевать вниз, — Ино схватила меня за руку, когда мы вышли из уборной, и потащила в сторону лестницы. Я возразила, вспомнив о Хидане, но та стала ныть, не желая слушать отказы. Ну почему именно сейчас... — Одна песня и я иду обратно, Ино, — я дернула ее руку, чтобы та обратила на меня внимание. — Я хочу к Хидану. — Потом! Яманака затащила меня в толпу. Улыбаясь, мы начали двигать телами в такт энергичной музыки. Я постаралась не вспоминать пьяные глаза Хидана и то, как сильно сейчас хотела быть рядом со своим мужчиной. Мы довольно давно так не веселились с Ино, мне стоит уделить ей некоторое время. Песня сменялась одна за другой. Спустя несколько первых минут с начала наших с Ино танцев, по итогу меня затянуло настолько, что я забыла о своем намерении как можно скорее вернуться к Хидану, уйти с ним в отведенную для нас комнату и заняться сексом в наркотическом опьянении так, чтобы не помнить себя. Вскоре в реальность меня вернула идущая на втором этаже Джун. Она уверенно шла вместе с Дейдарой в очень опасную сторону. В сторону бильярдной. Благодарю себя и свое зрение, что заметила эту сучку в нужный момент. — Яманака! — я окликнула блондинку, танцующую уже черт знает на каком от меня расстоянии. — Ино! — я подошла ближе, вцепилась в ее руку. — Чего? — она лениво подняла веки и с удивлением вперила в меня затуманенные наркотиком глаза. — Пора возвращаться, — я резко потянула ту за собой. — Да куда ты так несешься? — верещала блондинка, когда мы миновали лестницу и уже шли в сторону бильярдной, точнее, практически бежали. — Она там. Джун в бильярдной. Я толкнула дверь, вошла в затуманенное сигаретным дымом помещение и тут же направилась в сторону дивана, около которого стояли Какузу, Дейдара и еще пара мужчин не из нашей компании. Подойдя ближе, за их спинами я увидела Джун, сидящую на диване между Сасори и Хиданом, на приличном от них обоих расстоянии. Она что-то рассказывала, явно обращая все свое внимание на моего мужчину. Не знаю, что бы я сделала, не будь сейчас под кайфом. Ино встала справа от меня и уставилась на Сасори, видимо, думая, как теперь подступиться к своему месту, которое заняла эта сучка Джун. Заметив Ино, Сасори пихнул Джун рукой, чтобы та отсела в сторону Хидана. Когда та подвинулась, Ино приземлилась на свое место рядом с Сасори, вперив в того взгляд, полный опасного укора. Скоро ему может не поздоровиться. — Пиздец, вы где были? — удивился Хидан, смотря то на меня, то на Ино. — Сейчас принесут напитки, — Какузу повернулся, жестом подзывая официанта. Я многозначительно посмотрела в глаза Хидана, обращенные к моим. Он совсем не понимает, о чем я говорю ему своим взглядом? Хидан подумал пару секунд, лицо его просияло и он быстро встал со своего места. — Садись, — он скользнул рукой по моей спине, подталкивая к дивану. Я смиренно села рядом с брюнеткой, та чуть сдвинулась в сторону. Официант принес алкоголь, все взяли по стакану. Я сидела холодной статуей, стараясь усмирить гнев, сменяющийся небольшими приступами внутренней истерики, после которых тот вновь возвращался и затуманивал голову, от чего внутри все словно потряхивало дрожью. Я залпом осушила полный крепкого алкоголя стакан, поставила тот на пол и постаралась уловить суть разговора, силясь не смотреть вправо — туда, где сидела эта Джун. «Это моя неуверенность, это надуманно...» — повторяла я про себя, как мантру, чтобы успокоиться. Когда Джун участвовала в разговорах, то всегда, постоянно старалась заговорить именно с Хиданом. Она общалась с ним легко, свободно, при этом постоянно поправляя прическу. Я терпеливо ждала, наблюдала, что будет дальше, смотрела на своего мужчину и изучала его поведение в отношении брюнетки, следила за его речью, за взглядом, за мимикой. Дейдара посмотрел назад, когда большая компания начала выходить из помещения, освобождая самый первый бильярдный стол. Блондин тут же кинул: «Идем играть» и ушел в сторону. Какузу осмотрел нас, получил одобрение от Сасори и Хидана кивками головы, и направился вслед за Дейдарой. Джун поднялась со своего места, когда Хидан развернулся в мою сторону. Она поправила платье изящными движениями, затем повернула голову в его сторону, после чего мой мужчина перевел на брюнетку свой взгляд. Ну все, хватит! Я подскочила со своего места, тем самым заставив Хидана обратить глаза в свою сторону. Сделав пару шагов вперед, я взяла его за руку, а тем временем Джун, Сасори и Ино уже отправились к столу. — Пойдем, — я тряхнула его руку в сторону. — Надо поговорить.

***

Хорошее настроение давным-давно сошло на нет, внутри взрывалось просто невероятное количество негативных эмоций. Я упорно тащила Хидана за собой, внимательно смотря по сторонам, прикидывая, где можно найти подходящее место для разговора. Единственным удобным для нас вариантом было какое-нибудь тихое помещение, не облюбованное кем-то из гостей, но я не собиралась тратить приличное количество времени на поиски такового — особняк слишком большой, переполнен людьми, да и мне бы просто не хватило терпения для поиска. Лучше выйти на улицу. Хидан начал спрашивать, почему мы идем в сторону выхода из особняка, на что я молчаливо сжала его ладонь до боли в пальцах. Стоявший у выхода мужчина любезно открыл дверь, мы вышли в прохладу ночи. Свежий воздух, поступивший в легкие, начал успокаивать нервы — я стала яростно делать вдох за вдохом, стараясь надышаться нормальным, чистым воздухом. Восстановив дыхание, я молча отправилась в сторону скамейки, стоявшей чуть поодаль от особняка. — Детка, блять, стой! — Хидан остановил меня, повернул к себе. — Че мы вышли? — он всмотрелся в мое лицо, его глаза выражали нескрываемое беспокойство. — Тебе плохо стало? Блять, че ты раньше не сказала? Через секунду Хидан подхватил меня на руки, я и пискнуть не успела. Быстро подбежав к скамейке, он усадил меня на прохладную поверхность, после чего сразу же сел рядом. Мы сидели в окружении деревьев, под их пышными листьями. Впереди, с другой стороны дорожки, топиарии кубической формы выстроились ровной линией. — Воды? — Проклятье, Хидан... Со мной все в порядке, — я опустила взгляд и отстранилась от него в сторону. — Ты дышала часто, — он пожал плечами, — лицо у тебя пиздец бледное. — Возможно, это от освещения, — я ткнула ладонью в сторону небольших фонариков, распределенных по всей протяженности прогулочной дорожки. — Поговорить хотела? — мой мужчина достал сигарету, чиркнул зажигалкой. Он подсел ко мне почти впритык, положил свободную руку на мои плечи. Я утвердительно кивнула, а после начала думать, с чего мне стоит начать. Клокочущее внутри недовольство и гнев утихли, теперь я могла продолжать разговор спокойно, без излишней эмоциональности. Наркотик так же вносил свои коррективы: не позволял мне долго злиться. — Что у тебя с той девушкой? — я повернула лицо к Хидану, чтобы видеть его глаза, когда тот ответит на вопрос. Хидан удивился, между его бровей пролегла заметная складка. — Ты, блять, щас о ком? Ну почему всем так хочется выставить меня круглой идиоткой? — О Джун. — С хуя у меня должно с ней что-то быть? — Слушай, я не идиотка, мои глаза ты нихрена не обманешь. — Да я-то че сделал?! Натянув улыбку, я ответила еще более спокойно и холодно: — Ничего, — я отвернулась, посмотрела вперед. — Ты старательно скрываешь от меня ваши истинные отношения. Твое удивление, появившееся на лице, когда она повисла на твоей шее, вперемешку с скованностью тела и бегающим взглядом просто кричали мне о том, что ты сильно смутился, не знал, куда себя деть, что вообще делать. — Ну дак да, ты че думала, что я, блять, готов к этому был? — А она, — продолжила я, проигнорировав его реплику, — имела наглость обнять тебя при всех, висела на твоей шее дольше положенного, если для такого вообще есть определенный срок "положенности". Далее та вообще потянулась к твоему лицу. Хидан, — я вновь повернула голову в его сторону и всмотрелась в глаза, — я не идиотка. Я видела, как ты кивнул Сасори, а затем увел Какузу в сторону с вопросом: «Какого хуя она здесь». Эта Джун во время разговоров в бильярдной постоянно обращалась к тебе, смотрела с интересом только на тебя. Я не дура, я не буду злиться без причин, не буду просто так подозревать. Мне хватило того, что я увидела с ее стороны. Мне хватило твоих действий и реакции, чтобы все понять. Мой мужчина перевел взгляд, теперь он смотрел прямо перед собой. Отстранившись в сторону, он положил локти на колени, чуть наклонился вперед и продолжил курить. — Хидан, — с нотой укора в голосе позвала я. — Что ты хочешь, чтобы я сказал? — он тяжело выдохнул, швырнул окурок в сторону и выудил из пачки вторую сигарету. — Я задала тебе вопрос: «Что у тебя с той девушкой?». Он резко оборвал: — Ничего. Сломанная улыбка вновь коснулась лица, я еле заметно помотала головой в отрицательном жесте, думая в этот момент, насколько же мне неприятно слышать откровенное вранье. На самом деле это очень больно. — Я поняла тебя. Резко поднявшись на ноги, я медленно направилась в сторону особняка. Сзади послышались быстрые шаги, сильная рука мужчины вцепилась в мою, он остановил меня. Я не стала оборачиваться. — Садись обратно. — Ты хочешь сказать мне правду? Если нет, то я пошла, — я дернулась вперед. — Она моя бывшая. Мое тело замерло, я почувствовала фантомную боль, будто кто-то силой ударил меня в солнечное сплетение, из-за чего дыхание сбилось буквально за секунду. Внутри случился взрыв, колени затряслись. Вырвав руку из мужских пальцев, я резко развернулась к Хидану. — Когда я должна была узнать, что здесь будет твоя бывшая? Какого черта... — я запнулась, эмоции били через край, — ты позволяешь ей так прикасаться к себе, когда я нахожусь рядом — в двух шагах? — Детка, пойдем, — он кивнул в сторону скамейки. Хидан почти ухватился за мою руку — я вовремя одернула ту в сторону. — Ты продолжаешь игнорировать мои вопросы. Когда ты собирался мне об этом сказать, если вообще собирался? — Блядь, — он отвернулся, упирая руки в бока, а затем принялся ходить из стороны в сторону. — Я, блять, нихуя не знал, что эта пизда здесь будет! Какузу, долбаеб, за каким-то хуем отправил ей ссаное приглашение! — он взял из пачки очередную сигарету, стоя ко мне спиной, и закурил. — Ну да, ты зря не ознакомился со списком приглашенных, — едко заметила я. Хидан молча курил, нервно топая ногой по земле. — Дай мне сигарету, — безэмоциональным тоном попросила я. Хидан тут же развернулся. Спустя пару секунд тот неуверенно протянул мне желаемое, продолжая изучать мое лицо. Я подкурила, сделала затяжку, после которой поморщилась, всеми силами пытаясь сдержать кашель. Вернув Хидану пачку с зажигалкой, я начала ходить влево-вправо, стараясь успокоиться. Уже к середине сигарета перестала быть настолько противной, как в первые пять затяжек, теперь можно было не обращать внимания на гадкий вкус и едкий дым. — Юмико, — раздалось сзади. Тихий, с нотами неуверенности голос Хидана больно резанул что-то внутри меня. Глаза зажмурились. — Что? — Я, блять... Я не хотел портить твое настроение, поэтому решил ничего не говорить. — Не испортил, молодец. — Детка, — Хидан положил ладонь на мое плечо, — давай сядем. Его лица почти не касался свет от фонарей, мне было трудно различить эмоции в глазах, зато по мимике я примерно понимала, в каком тот настроении. Мы сели на прежнее место, я положила между нами ридикюль, словно символ того, что теперь между нами есть видимая помеха. — Я не знал, что она будет здесь. — Я уже это слышала, Хидан. — Детка… — Как давно у вас что-то было? — тихо спросила я, смотря вперед; руки покоились на коленях, ладони были сцеплены замочком. — Бля... Я ху... В том году. Я точно не помню. Я промолчала, обдумывая услышанное. Хидан закурил очередную сигарету. На улице было тихо, стены особняка не пропускали громкую музыку. — Она обещала, что обязательно приедет в клуб, чтобы оценить интерьер и старания, — с горькой усмешкой вырвалось в тишину. — Я закроюсь в кабинете и сразу позвоню тебе, — серьезно отозвался мой мужчина. — Очень смешно... Выбросив в сторону тлеющую сигарету, Хидан поднялся с места, встал передо мной, а после опустился на корточки, взял мои руки в свои широкие ладони. Когда он попытался уловить мой взгляд, я отвела глаза в сторону. — Можем уехать. — Это будет неуважительно. Хидан, не надо делать из меня черт знает кого… Я не хотела устраивать истерик, вообще хотела все узнать мирно, но... Почему из раза в раз я должна добиваться от тебя правды? Ты периодически позволяешь себе что-то скрывать от меня; ты не отвечаешь на мои вопросы во время разговора. Сегодня ты вообще попытался выставить меня дурой, которая "что-то себе надумала", а ты у нас невинный, ложно обвиненный мальчик. Хорошо, ты не знал, что она будет здесь, но почему после того, что я увидела, ты не потрудился мне все объяснить? Ты видел мои взгляды, ты прекрасно все понимал. — Не хотел говорить об этой херне сегодня, не хотел портить твое настроение, — он опустил голову на мои ладони, поцеловал пальцы. — Там нихуя нет, — пробубнил он в мои руки и поднял голову. — У меня нет. Блять, я тебе могу щас клятву на крови сделать, если надо. Мне на нее насрать. — Если тебе на нее "насрать" — не позволяй ей так прикасаться к себе. Это были не дружеские объятия, Хидан, — я тяжело выдохнула. — Это было так неуважительно ко мне… — Детка, — он снова взял мои ладони в свои руки, поднес те к своим губам и стал покрывать поцелуями, — милая, ахуенная… Блять… Извини. Я был в ахере, когда она на меня полезла. Сука, я сразу подумал: «Мне пизда». — Слова, разговор — это то, что было нужно. Какая разница, испортится мое настроение сейчас или позже? Нам все равно пришлось бы говорить об этом. Я всегда говорила тебе, что нужно разговаривать, прежде чем делать какие-то выводы. — Детка, — Хидан положил голову на мои ноги и обнял те снизу руками, — я пиздец растерялся. Сука, да я никогда не был в таких ситуациях. Подумал, что нахуй пока все эти разговоры: ты молчишь об этом, мы вместе, все ахуенно. — Да, и мы дружно дожидаемся момента, когда меня окончательно припечет ее нескрываемый интерес к тебе. Блять, Хидан, — я снова тяжело выдохнула, — ты вообще представляешь, что я думала, какие у меня были мысли? Мой мужчина поднялся на ноги, сел на скамейку, и, обвив мое тело сильными руками, усадил боком на свои колени. Хидан притянул меня ближе левой рукой, правой зафиксировал лицо, держа его за подбородок. Его теплое дыхание касалось щеки. — Все, что я тебе сказал — правда. Мне срать на нее, тебе не о чем беспокоиться. Я могу спиздеть всем, но тебе — никогда. — Я не говорю, что ты мне лжешь… Проблема была в том, что ты мне ничего не сказал, Хидан. Не рассказал о ваших отношениях. Не разъяснил со мной сложившуюся ситуацию. — Прости, что сразу не сказал... Давай пошлем уже нахуй эту тему, — он положил голову на мою ключицу, — эта пизда испортила ахуенный вечер, сука. Положив руки на спину Хидана, я с силой обняла его. — А еще ты не сказал, что мы остаемся здесь, — хмыкнула я. — Ну, типа... Сюрприз. Я рассмеялась: — Такой себе сюрприз, больше похоже на проблему: у меня нет с собой всей необходимой косметики, сменных вещей. — Да нахер тебе эта косметика? — он поднял голову. — Тебе ж, блять, и без нее ахуенно. — Я помню, — я улыбнулась, слегка откинув голову в сторону, — ты впервые сделал мне такой комплимент, когда мы были на общем балконе. Это было так страстно, я не ожидала. До сих пор мурашки от твоего голоса, от того, как ты это сказал. — Ну дак, — он довольно гоготнул и прижал меня ближе к себе, — ты красивая. — Это что-то новенькое, — я улыбнулась еще шире, — ты до сих пор не делал мне комплименты без экспрессивных слов. — Решил начать. — А ты помнишь, как мы недавно застряли в лифте? Ты пытался вскрыть дверь, у меня началась истерика из-за испуга и твоих действий, — я расхохоталась, — от чего ты стал яростнее тарабанить по железным дверям, пытаясь как можно скорее выбраться из замкнутого пространства, чтобы не слушать мои вопли, а когда окончательно понял, что ничего не получится и что будет лучше меня успокоить… — я замолчала с намеком на то, чтобы тот продолжил историю за меня. — Да, — он кивнул, — я тебя обнял, ты заверещала, что у тебя вся эта штукатурка смазалась и типа "не смотри на меня!". Я взял твое лицо в обе руки, кстати, бля, пытаясь не заржать, — он гоготнул, за что я ударила его кулаком по спине, — и сказал, что ты самая ахуенная в любом виде. Кстати, я тогда сказал тебе правду, — Хидан положил ладонь на мою щеку, уголки его губ были слегка приподняты. — Я рада, если ты действительно тог… — Я люблю тебя. Я чувствую, как бьется мое сердце, душа в смятении, я не могу контролировать взгляд. Все тело обмякло, я чувствую, как по нему постепенно разливается дикая слабость. Хидан слегка отодвинул большой палец по моей щеке в сторону, я на секунду опомнилась: увидела его теплый взгляд. Он ждет от меня реакции. — Часто вспоминаю твой день рождения. Я нервничал, не подавал вида… Но тогда вообще не думал о чем-то серьезном, — он улыбнулся, приближаясь ближе к моему лицу, — а потом полюбил, — и коснулся губами моих губ, мы закрыли глаза. Мое ослабевшее тело обнимают сильные, теплые руки. Я кладу правую ладонь на шею Хидана; он целует меня медленно, нежно, с особым трепетом. Я улыбаюсь сквозь поцелуй, чувствуя, как все внутри меня трепещет, к глазам подступают крохотные слезы. Я думаю в этот момент, что тоже люблю его. Я чувствую, я знаю, что хочу, чтобы он всегда был рядом, хочу, чтобы он снова повторил те слова. Я осознаю, что готова сказать ему то же самое. — Я люблю тебя, — улыбаясь, тихо прошептала я, отстранив губы от лица Хидана на несколько миллиметров. Хидан возобновил наш поцелуй, еще сильнее прижав меня к своему телу. Наше долгое признание друг другу в любви через поцелуй прервал громкий звонок телефона. Хидан не хотел отвечать. После третьего звонка я не выдержала и отстранилась назад. Хидан нахмурил брови. Нервно достав смартфон из кармана, он громко гаркнул в него: — Да че, блять, надо?! Меня передернуло от испуга из-за резкого громкого звука, я отстранилась всем телом еще дальше. Мой мужчина хмурился все сильнее, выслушивая собеседника. — Какузу, — пояснил Хидан, завершив звонок. — Нас ищет. — Пойдем, — я сжала его плечо и кивнула в сторону особняка, — это невежливо, что мы вот так пропали. — Подождут. — Нет, — я быстро встала на ноги и сделала два шага назад, чтобы Хидан не успел ухватить меня вытянутыми руками, — Какузу видит меня впервые, мы только познакомились. Я гостья на его празднике и не могу показать себя невежественной. — Да похуй, — он махнул рукой, — скажу, что я тебя увел. — Хидан… Смерив меня хмурым взглядом, он взвыл: — Бля, такой момент, сука, испортил. Мой мужчина нехотя встал с места, подошел ко мне вплотную и, улыбаясь, притянул к себе. Мы стояли так около минуты, каждый думал о чем-то своем. Глаза Хидана никогда до этого дня не были такими притягательными, теплыми, родными. Я нервно улыбнулась, вспомнив наше друг другу признание. Это было из-за наркотика? Завтра он заберет свои слова обратно? Пожалеет о сказанном? Столько раз именно "под кайфом" между нами происходило все самое значимое... Приятная затуманенность сознания, раскованность, открытость, откровенность, спокойствие — это то, что мог дать наркотик. Неужели без его помощи этого бы не произошло? Или произошло, но не так скоро? На самом деле до того, как мы сказали друг другу важные слова, я боялась окончательно признаться и себе и ему, что влюблена. Сейчас мне, находившейся под действием наркотических веществ, стала открываться собственная душа, ее желания. Как я раньше держала это в себе? От сказанных трех простых слов мне стало легче морально, все внутри успокоилось, а с плеч упал большой камень. Я подарила возлюбленному мимолетный поцелуй в губы. Мы взяли друг друга за руки и отправились в особняк. Когда мы вернулись, ребята все еще играли в бильярд. Около стола находился поднос с наркотиком. Я была в состоянии сильного эмоционального подъема после произошедшего, ровно как и Хидан. Он посмотрел на меня с хитрой улыбкой на лице, кивнул на столик с подносом, ободряюще сжал мою ладонь в своей руке. Я согласно кивнула на его немой вопрос. Мы втянули по одной полоске наркотика и подошли к нашей компании. Какузу предложил выпивку, мы не стали отказываться. Ино весело сообщила, что Сасори, возможно, выиграет. Джун тоже играла. Она поглядывала на нас с Хиданом с той самой секунды, как мы вошли в помещение, и до сих пор продолжала бросать мимолетные взгляды. Мы с Хиданом все время стояли в обнимку, почти не отпускали друг друга. Я встретила очередной взгляд девушки с улыбкой, с таким выражением лица, которое просто кричало: «Я выиграла!». Да, я вышла из этой ситуации победителем. Джун перестала вести себя с Хиданом так, как час ранее: она почти не предпринимала попыток заговорить с ним во время каких-либо обсуждений, не поправляла раз за разом идеально уложенные волосы, не пыталась выделываться. Теперь я была довольна. Мой мужчина, как я этого и о ожидала, возвращаясь в бильярдную, вообще перестал обращать на бывшую девушку всякое внимание. Хидан сыграл всего раз, после чего попросил Какузу вызвать того специального человека, раздающего ключи от комнат. Мы попрощались с именинником, я поблагодарила его за теплый прием. Яманака, давным-давно отъехавшая из-за наркотика и алкоголя, расцеловала меня на прощание. Сасори одарил нас с Хиданом многозначительной теплой улыбкой, в этот момент его взгляд был очень добр. Дейдара, разговаривающий с Джун, кивнул нам на прощание. Та поступила его примеру. Нас провели на третий этаж, открыли старую массивную дверь. Хидан забрал у парня ключ и мы вошли в просторное, освещенное лампами помещение. — Ты чего так улыбаешься? — рассмеялась я, после чего оказалась насильно прижата к стене сильными руками. — Давай, иди там по своим женским делам в ванную, — язык Хидана слегка заплетался из-за выпитого алкоголя, он прижался разгоряченной щекой к моему лицу, — или я возьму тебя здесь. Хидан отпустил меня и позволил пройти в ванную, находящуюся справа от меня на расстоянии вытянутой руки. Я скрылась за дверью, закрыла ее и уставилась в зеркало: на меня смотрела веселая Юмико, взгляд был предельно безумным, похотливым. Счастливым. Я немедля скинула с головы обруч, распустила волосы и попыталась расчесать те щеткой для волос. После теплого душа я, абсолютно голая, миновала небольшой зал и завернула в комнату. Хидан разливал алкоголь в стаканы, на столе снова стоял этот чертов серебряный поднос. Я слегка нахмурила брови, подходя ближе к Хидану. Он посмотрел на меня затуманенным взглядом, протянул стакан и принялся пожирать голое тело глазами. Я оперлась о стол одной рукой, чуть выгнула спину, поднесла стакан к губам и сделала несколько глотков терпкой обжигающей жидкости. — У меня от тебя башню рвет пизже, чем от этой хуйни, — он кивнул в сторону подноса, не отрывая от меня взгляд. Я была настолько пьяна, мне было настолько хорошо, что такие комплименты и признания еще больше заставляли мое тело расслабляться, оно немело от накатывающих волн этого необъяснимого чувства. Я предположила, что, возможно, это и есть то самое чувство, которое одолевает человека, когда тот влюбляется по-настоящему? — А если смешать — получается ядерная смесь, — я довольно кивнула, после чего сделала очередной глоток. Хидан медленно подошел ко мне, забрал стакан из рук и поставил тот на стол. Его взгляд изменился за долю секунды, сменяя похоть на что-то теплое, нежное. Он положил ладонь на мою щеку, я с улыбкой закрыла глаза и накрыла его руку своей. Мой мужчина прижался ко мне всем телом, поцеловал в лоб. — Юмико, — позвал Хидан, я подняла на него глаза, — я пиздец как люблю тебя. Сердце снова сжалось, даже сильнее, чем когда я услышала его первое признание. Мое дыхание на секунду перехватило, я не смела сделать вдох. Хидан наклонился ближе, осторожно прикоснулся губами к уголку моих губ, после поцеловал правую щеку, вернулся к губам и накрыл их своими, когда я подалась вперед, чтобы наконец полностью раствориться в неизвестном мне до этого чувстве. Хидан осторожно водил свободной рукой по моей спине, задевая распущенные волосы, вызывая волны мурашек по телу. Я хочу еще. Я хочу, чтобы это чувство не покидало меня всю ночь и все утро. Никогда. Кажется, мое мутное сознание частично прояснилось, будто кто-то открыл невидимую глазам дверь и выпустил метавшиеся мысли наружу. До этого мое сознание было отключено, я не думала ни о чем: старалась запечатлеть в памяти все чувства и эмоции, что испытывала в этот момент близости с любимым мужчиной. Я мягко отстранила возлюбленного руками, облизала палец, опустила его в небольшую горку рассыпчатого наркотика, оставила порошок на языке и потянулась к Хидану, чтобы разделить с ним наркотический поцелуй. Когда вещество растворялось, я тянулась за ним снова и снова, пока привкус во рту не стал более невыносим. Я смочила рот алкоголем, Хидан сделал то же самое. Мы посмотрели друг на друга серьезно, без тени похоти или веселых чертиков в глазах. Я протянула руки к пиджаку своего мужчины, начала стягивать его. Хидан помог мне, после мы избавились от его рубашки. Глаза рассматривали красивое мужское тело, внизу живота я чувствовала постепенно усиливающуюся пульсацию. Хидан мягко усадил меня на кровать, опустился на корточки и стал медленно покрывать мои колени поцелуями; он поднимался выше, тепло его дыхания коснулось груди, я не смогла сдержать томный вздох. Он наклонил меня назад, я легла на спину, закрывая глаза. Мой мужчина избавился от брюк, отодвинул меня на середину большой мягкой кровати, навис сверху. Улыбнувшись, я положила ладони на его скулы. — Я нравлюсь тебе такой? — я поводила большими пальцами по легкой, почти незаметной щетине. — Ты нравишься мне любой. — Наверное, я выгляжу ужасно. Опустив руку вниз к уже давно возбужденному члену, Хидан медленно ввел его внутрь. Наслаждаясь тем, как он растягивает меня, я выгнулась, кладя руки на мужские плечи. Голова запрокинулась назад. Хидан начал медленные, чувственные движения, держа меня одной рукой за бедро. Его лицо приблизилось к моему. — Ты всегда ахерительна, — дыхание Хидана обожгло ставшую более чувствительной из-за наркотического вещества кожу. Все рецепторы передавали ощущения от прикосновений сильнее, позволяя испытывать удовольствие настолько ярко, что сознание готово было вот-вот раствориться. Очередная волна удовольствия прошла по телу, делая соски еще более твердыми, словно те находились на морозе. Медленные поступательные движения путали сознание. Когда я встретилась с улыбкой и теплотой глаз любимого человека, внутри оборвалась ниточка, дыхание остановилось. Его ладонь нежно гладила мое лицо, взгляд был серьезен и одновременно с тем нежен. Я никогда не занималась с Хиданом любовью — до этой ночи мы давали друг другу обычный страстный секс. Душу сжимало чувство боли, перемешанное с чувством радости. Это случилось между нами. Я была любима. Мы любили. Наконец-то что-то изменилось в наших отношениях. В горле встал ком от одолевавшего меня счастья, я улыбнулась Хидану уголками губ. Мой мужчина поцеловал меня, вводя член до упора. — Это что-то другое, — тихо прошептала я, словно в бреду, прервав поцелуй. Я зажмурилась, когда Хидан положил голову на мой лоб, сильнее сжал чувствительную кожу бедра и вновь углубился. Он постепенно набирал темп, но от этих движений не исходило дикой похоти, я все еще чувствовала прежнюю нежность. Хидан брал меня нежно, без тени грубости, без резких движений. Спутанное, готовое покинуть меня сознание сходило с ума, новые ощущения переполняли все внутри, доводили до приятной слабости в теле. Мурашки в эту ночь шли нескончаемым потоком по коже; тихие, чувственные стоны срывались с моих и его губ один за другим. Приближенные к разрядке, мы шептали друг другу слова, которые раньше никогда не звучали в моменты занятия сексом в нашей спальне или каком-либо другом месте. Этой ночью я испытывала самые яркие за все прошедшее время оргазмы. Хидан не стеснялся часто срывающихся с его губ стонов удовлетворения. Я растворялась в его руках, сходила с ума, разрывалась от получаемых эмоций. — Детка, я охуеваю от тебя, — сбивчиво прошептал Хидан сзади в мое ухо, сильнее прижав мою спину к своей груди правой рукой. — Я хочу, чтобы ты всегда сходил от меня с ума. — Это нереально изменить. Мы с трудом насытились друг другом лишь к утру. Лучи солнца лениво пробивались сквозь неплотные шторы, когда я лежала на возлюбленном, еле-еле вытягивая себя из полусна. Мы оба отключились, обнимая друг друга.