Impersonation is a Sign (of Flattery)

Шота Айзава вздыхает, читая сообщение на своем телефоне. Если точнее, это напоминание от Наомасы Цукаучи. К которому он должен прислушаться ради всеобщего блага. Шота знает, что Мидория начал лучше справляться со своими заданиями. Их обучение прошло успешно, его Проблемный Ребенок спокойнее использует свою причуду, гораздо увереннее, чем всего несколько недель назад, когда они приступили к тренировкам в конце второго семестра. Мидория даже преуспел в роли Сэра Ночноглаза, играя весь четверг без перерыва. И вот наступила среда, почти неделя с того дня, и Шота знает, что пришло время предложить своему ребенку новое задание. Он может только надеяться, что оно не выйдет за рамки зоны комфорта мальчика. Шота знает, что время дорого, но чувство безопасности – это не то, с чем можно торопиться, особенно когда речь идет о чем-то таком важном и личном, как причуда. И мужчина ни за что не будет торопить своего ребенка, он не собирается заставлять любого из своих детей использовать их способности, если в них все еще присутствует страх или если неуверенность терзает их разум. Ни за что, учитывая, что это касается других людей, и особенно, когда это касается их самих. И как бы сильно Шота ни желал снова увидеть своего друга, вернуться во время, когда в мире все было хорошо, а его бывший одноклассник был жив и в порядке, он знает, что должен быть терпеливым. Если перемотка сработает, то, в конце концов, неделя или даже больше ничего не изменят. (Шота не хочет думать о том, что он будет чувствовать и как отреагируют Немури и Хизаши, если это не сработает. Он не станет расстраиваться из-за детей, разумеется, но он знает, что он... что они все снова будут скорбеть.) (Это факт, о котором ему не нравится думать, но, тем не менее, это факт.) Но Шота должен спросить своего сына, захочет ли сам Мидория участвовать в этом. Если нет, то он отступит и, возможно, в следующий раз попробует более мягкий подход. Если парень согласится, это будет отличным испытанием, чтобы увидеть, насколько Мидория готов, насколько он освоился. Все, что ему нужно сделать, это найти ребенка. Это не занимает много времени, хотя Шота не может не почувствовать своего рода отцовскую защиту, когда он видит Мидорию, идущего по кампусу с Тодороки, дети явно намереваются куда-то направиться. Шота не уверен, почему эти двое одни, но он намерен это выяснить. — Проблемный Ребенок, — зовет Шота, и Мидория оборачивается, прежде чем с сияющей улыбкой подойти к нему. — Айзава! — говорит Мидория, — Мы искали вас! В самом деле? — Что вам нужно? — спрашивает Шота, и Мидория смеется. — Мы хотели спросить, можем ли мы сходить в зал игровых автоматов! Это всего на пару часов, мы вернемся до наступления темноты. Игровые автоматы? Шота бросает свирепый взгляд на Тодороки, который бледнеет и выпрямляется. — Мы идем вместе с остальными, — говорит мальчик, и Шота испускает тихий вздох облегчения. Они не идут вдвоем, это не свидание. Ками, ему нужно подготовиться к тяжелому разговору. Тодороки сблизился с его сыном настолько, что Шота думает, что более высокий мальчик может просто пригласить того на свидание, несмотря на неизбежный гнев Айзавы. Заставив себя отвлечься от своих мыслей, Шота спрашивает: — Твое домашнее задание на завтра выполнено? — Шота может признать, что это один из самых отеческих вопросов, которые он когда-либо задавал Мидории. И это много о чем говорит. Но Мидория только хихикает и кивает, отвечая: — Да! Иида убедился, что мы все готовы к завтрашнему дню, прежде чем согласиться пойти. Поэтому Урарака, Асуи и Шинсо пытаются подготовить его прямо сейчас. — Подготовить? — Шота не может удержаться от вопроса, и Мидория качает головой, на этот раз быстро и энергично. — Да! Вы не представляете, но Иида никогда не ходил в зал игровых автоматов! — Даже я там был, — бормочет Тодороки, — Хочу увидеть его на танцевальных играх. И, на самом деле, это вполне объяснимое желание. Настолько понятное, что Шота вздыхает и кивает в знак согласия. — Хорошо. Вы можете выйти за пределы кампуса на несколько часов. Однако сначала мне нужно поговорить с тобой, Проблемный Ребенок. — Конечно! — соглашается Мидория, внимательный, как всегда, но Шота ждет. Потому что Тодороки все еще стоит рядом. Мужчина смотрит на мальчика, который в ответ моргает. — Эм, Тодороки? — после паузы говорит Мидория, — Я думаю, это связано с заданиями. — О, — отзывается Тодороки, — Я подумал, что это просто на счет одной из твоих причуд. Прошу прощения, я уже ухожу. Скоро увидимся, Мидория. И затем Тодороки уходит, оставляя Шоту в недоумении: — Одной из? Мидория краснеет, затем кивает, проводя рукой по своим кудрям. — Да! Тодороки знает об Одном За Всех... И Шинсо тоже. Каччан уже знал, я как бы проговорился об этом довольно давно... Я запаниковал, не смотрите на меня так! Но Тодороки и Шинсо – двое моих самых близких друзей, и они очень меня поддерживают. — Это хорошо, — говорит Шота, потому что так и есть. Мидория заслуживает поддержки, как можно больше, — Я рад, что ты можешь доверять им, Проблемный Ребенок. — Я тоже, — соглашается Мидория, а затем наклоняет голову, — Но что вы хотели мне сказать? Это насчет заданий? — Да, — соглашается Шота, — И я хочу, чтобы было предельно ясно, прежде чем я скажу это, но ты всегда можешь отказаться от выполнения задания. Ты ведь знаешь это, верно? — Конечно! — Хорошо. Я просто хотел, чтобы ты точно это понимал, потому что то, о чем я скажу дальше, возможно, все еще находится за пределами твоей зоны комфорта. — Это Старатель? — спрашивает Мидория, и Шота моргает. — Нет. Нет, это не он. — О, спасибо Ками, — улыбаясь, говорит Мидория, — Думаю, я бы сразу отказался, если бы мне пришлось играть его. Хм. Зловеще. Шота задается вопросом, захочет ли Незу разобраться в этом, учитывая, что он начал изучать Ястреба после того, как Мидория выдавал себя за него. Он напишет директору об этом позже. — Это злодей, — говорит Шота, переходя сразу к делу, и Мидория моргает. — Ой. Что ж, я понимаю, почему вы думали, что я откажусь, — Мидория делает паузу, наклоняет голову набок, а затем спрашивает: — Кто именно? Шота отвечает, и Мидория хмыкает, прежде чем кивнуть. — Я могу с этим справиться! Это будет похоже на тот раз, когда я был Шигараки! — Тебе не неудобно? — переспрашивает Шота, и Мидория качает головой. — Все в порядке. Я доверяю вам, сенсей. Если вы считаете, что я готов, то я сделаю это, — подняв кулак к небу, Мидория говорит: — Плюс Ультра, верно? Ками, этот парень... — Плюс Ультра, Проблемный Ребенок, — отвечает Шота, и улыбка Мидории могла бы осветить небо своей яркостью. И всего несколько мгновений спустя, наблюдая, как Мидория уходит, быстро попрощавшись, бросаясь вдогонку за Тодороки, Шота чувствует уверенность в том, что его ребенок готов к завтрашнему дню. Остальная же часть 1-А? О, Шота знает, что это не так. И он позволяет себе рассмеяться, точно зная, какой хаос наступит. Сейчас не время горевать, потому что ничего плохого не произошло. И поэтому Шота с радостью ожидает завтрашнего дня. Ох, и что будет завтра...

-----

Среда проходит, и наступает четверг, а 1-А классу остается только гадать, что же случится этим днем. Долго ждать им не приходится. Потому что Изуку Мидория с того самого момента, как вошел в комнату, ясно дал понять, что сегодняшний день не будет обычным. Нет, потому что мальчик выполняет задание, так как школьная форма, которую он надел, не такая, которую носят в UA. Исчезли обычная белая рубашка с длинным рукавом, типичные сине-зеленые брюки, знакомый серый пиджак и даже красный галстук, который Мидория, как правило, завязывает неправильно. Все эти вещи отсутствуют, их заменяют другие. Первое, что бросается в глаза – это огромный бежевый кардиган, такой длинный, что он закрывает ладони Мидории, когда мальчик открывает дверь. И тут в поле зрения появляется нога мальчика в темно-коричневых стильных туфлях и черных гольфах до колен, заставляющих его одноклассников удивленно отшатнуться. Мидория появляется в поле зрения полностью, и становится ясно, что на нем темно-синяя рубашка, воротник торчит, демонстрируя двойную белую отделку, а обычный галстук заменен на красный платок. И, как будто других отличий было недостаточно для разгадки, тот факт, что Изуку носит юбку... ну, это довольно серьезный намек, если говорить прямо. Завершает образ яркая улыбка, а зеленые волосы стали светлыми и собраны в то, что, вероятно, должно было быть двумя крошечными растрепанными пучками, но длины было недостаточно, в результате чего вместо них получились беспорядочные хвостики. В итоге, очень легко понять, чью роль подразумевало задание, и ученики 1-А класса могут распознать ее по одному только внешнему виду, даже те, кто никогда не сталкивался с маниакальной девушкой. А для тех, кто с ней знаком – тем более, и они слишком хорошо знают, на что именно она способна. И поэтому, возможно, именно Очако Урарака, одна из немногих, кто дрался один на один с этой злодейкой, заслуживает шанса выразить чувства класса в этот момент осознания, и она делает это довольно хорошо, пробормотав: — Ох... О нет. О нет, действительно.

-----

Хизаши Ямада – здравомыслящий человек. Эксцентричный, безусловно, но, тем не менее, здравомыслящий. А еще Хизаши Ямада умный человек. То, что он шумный и энергичный, не делает его глупцом, как и тот счастливый, беззаботный образ, который он демонстрирует миру. Верно, Мидория не единственный, кто демонстрирует определенные аспекты самого себя публике, в конце концов, и Хизаши знает, что он может быть серьезным, когда того требует время. И именно эти две черты характера сталкиваются в Хизаши, когда он видит вышеупомянутого маленького слушателя. Потому что Изуку Мидория одет как злодейка. А именно как Химико Тога, член Лиги Злодеев. Хизаши ознакомился с отчетами и знает, что она почти была схвачена во время рейда Восьми Заветов. Мидория был тем, кто задержал ее, да, но охрану быстро вывели из строя, когда за ней пришел кто-то, кто был вместе с ней. — Мы полагаем, что Твайс с его причудой Дублирования был на месте преступления, — признался ему Шота позже, когда рейд закончился и можно было говорить о нем, — Мидория крепко ее связал, ей бы не удалось освободиться самостоятельно. Кто-то помог ей, и этому кому-то нужно было втереться в доверие охраны. И Хизаши знает, на самом простом уровне, что "почему" и "как" на самом деле не имеют значения. Мидория воспринял побег спокойно, был расстроен, конечно, но он понимал, как можно обмануть кого-то иллюзиями. В конце концов, он актер, и для него это имело смысл. Хизаши вздыхает, заслужив несколько удивленных взглядов маленьких слушателей. Он широко улыбается, но тут же вздрагивает, когда Мидория смотрит на него оценивающим взглядом, полным решимости, которой мужчина не доверяет. Он начинает чувствовать себя значительно лучше, когда парень отводит взгляд. Хизаши – умный человек. Он знает, почему Мидория сейчас играет Тогу, почему Шота поручил мальчику изобразить именно эту злодейку. Он был на встрече, он все понял и уверен, что смог соединить все воедино. Это тест. Метод подготовки, позволяющий одним махом проверить прогресс Мидории и уровень его комфорта. Это способ увидеть, сможет ли он спокойно играть роль злодея в течение целого дня, или же его причуда попытается подавить его, заставить потерять веру в себя и сломать маску. В конце концов, в прошлый раз он неплохо справился с ролью Сэра Ночноглаза, оставаясь в образе весь четверг, но играть злодея – совсем другое дело. Особенно когда из-за роли другого злодея мальчик оказался заперт в своем собственном теле, его причуда управляла им, оставив Мидорию ни с чем, кроме проблесков и намеков на тот день, который он не может полностью вспомнить. Это испытание, чтобы увидеть, сможет ли Мидория справиться с умственным напряжением, необходимым для того, чтобы продолжать игру достаточное время, чтобы задействовать свою причуду в роли злодея. Чтобы увидеть, готов ли Мидория на этот раз к новой миссии. Это просто способ проверить его прогресс, способ понять, не пришло ли время для следующего шага. Да, Хизаши умный человек, и поэтому он понимает, почему сегодня все происходит так, как есть. Но Ямада также здравомыслящий человек. И эта его часть, которая хочет убежать, желательно с криком, если быть честным, потому что Мидория не подходит для роли Тоги. Это ужасает, жуткое ощущение проникает в душу и заглушает крики страха еще до того, как ты успеешь открыть рот. Аура, окутывающая мальчика и пропитывающая воздух, внушает благоговейный трепет в каком-то нездоровом смысле. И это не так зловеще, как когда Росток играл роль Шигараки, и не так отталкивающе, как было с Курогири, но скрытых злодейских намерений достаточно, чтобы Хизаши очень, очень испугался. И что еще хуже, Мидория явно это знает, если судить по тому, как он сияюще улыбается окружающим. Мальчик знает, и это делает его игру и характер еще более энергичными, еще более стремящимися действовать именно так. Да, Хизаши – здравомыслящий и умный человек. И поэтому он очень благодарен звонку с урока, который позволяет ему покинуть класс. Хизаши уверен, что с Мидорией все будет в порядке. Но он не обрадуется, если Мидория улыбнется ему так еще раз. Он совсем не обрадуется.

-----

Звонок на обед – это, без преувеличений, благословение, и ученики 1-А класса не станут утверждать обратное. С чего бы им это делать, в конце концов, после всего, что они пережили утром? И с дурным предчувствием, что день прошел только наполовину, что впереди еще много всего – слишком много, потому что они еще даже не были на уроке героизма, а ведь именно там начинается настоящий хаос – нет причин отказываться от явной отсрочки, предоставленной девятнадцати ученикам, даже если за ними следует человеческое воплощение самой энтропии, Изуку Мидория. И хотя да, ученики 1-А, подростки, учащиеся в вышеупомянутом классе, действительно очень любят своего одноклассника – один из них явно больше остальных – и с нетерпением ждут его заданий по актерскому мастерству каждый раз, когда те появляются, они все еще люди. Со сверхсильными причудами, учащиеся, чтобы стать героями, но, тем не менее, люди. А люди могут жить с девизом Плюс Ультра очень долго, прежде чем позволят себе расслабиться. Мидория, возможно, является доказательством этого факта, и достаточно сослаться на его самую первую игру, чтобы доказать это. Поэтому неудивительно, что его одноклассники исчезают из класса сразу после звонка, независимо от того, насколько сильно они любят и заботятся о своем друге. Потому что это не тот Изуку, который будет рядом, когда прозвенит звонок в конце учебного дня. Это Мидория, которому нужно выполнить задание. То, которое требует, чтобы он действовал как психопатка и, в буквальном смысле слова, кровожадная злодейка. Злодейка, которая сделала 1-А своей мишенью, а нескольких избранных – своим личным приоритетом. Несколько избранных, в числе которых сам Мидория, а остальные – из его основной группы друзей. Нет, это не удивительно, что 1-А сбежал. Это просто инстинкт самосохранения. И вот Изуку Мидория остается в классе один всего через несколько секунд после звонка, и даже учитель покинул класс вместе со всеми. Но это не дилемма, и никогда ею не было. Мидория в прошлом много раз оказывался предоставленным самому себе во время выполнения своих заданий, будь то герой, злодей или кто-то еще, и поэтому временный блондин делает то, что делал всегда. Мидория остается в образе, и его роль сама ведет его. Не прошло и десяти минут, как мальчика находят с сияющими от радости глазами, когда он выскальзывает из кабинета Исцеляющей Девочки, а женщина в это время где-то далеко, не подозревая о том, что он натворил. Не подозревая о том, что он взял. Воздух наполняется смехом, полным радости и любви, с оттенком безумия, и никто не догадывается о его причине, о том, что вызвало такую реакцию. Нет, единственное, что известно – это его источник, и это ужасающе. Ученики 1-А вздрагивают на своих местах, но отказываются обращать внимание на странное чувство. Потому что они сами не слышали смеха, не слышали звуки, которые могли слышать только те, кому не повезло оказаться рядом с рабочим кабинетом героини, но умысла было достаточно, чтобы почувствовать, как Мидория проскальзывает мимо кафетерия, двигаясь грациозно, но в то же время возбужденно, с прерывистой веселой походкой. Если игнорировать проблему, в конце концов, всегда есть хоть малейший шанс, что она разрешится сама по себе. К сожалению для учеников 1-А класса, это не тот случай. Но для самого актера и для его классного руководителя, который поощряет такие действия, это скрытое благо. Возможно, в буквальном смысле, а возможно, и нет. Но все это делается во имя веселья и хаоса ради еще большего хаоса, и поэтому страхи отметаются в сторону, отбрасываются прочь, решительно игнорируются в состоянии осознанного игнорирования. (Это длится недолго. Как и всегда.)

-----

Тошинори Яги всегда рад видеть, как его преемник преодолевает новые препятствия с девизом Плюс Ультра, который, кажется, никогда не покидает сердце и душу его сына. Но часть Тошинори действительно хотела бы, чтобы ему не пришлось видеть Изуку Мидорию в роли еще одного злодея. Последствия прошлого раза все еще пугают отставного героя, спасибо большое. Но Тошинори здесь, ему нужно вести урок, и уже слишком поздно даже думать о том, чтобы найти себе замену. Так что мужчина будет стойко переносить удары – в конце концов, ему досталось гораздо больше, и шрам на его боку подтверждает это – и сделает все возможное, чтобы не отвлекаться на актерские способности Изуку Мидории. Очевидно, его стараний недостаточно, или, возможно, мальчик просто слишком хорош. В любом случае, Тошинори не дурак, и он не настолько глуп, чтобы верить, что внимание класса сосредоточено на нем в тот момент, когда Мидория достает стеклянный пузырек, наполненный чем-то красным, и подносит его ко рту. Чтобы выпить. После чего его мальчик начинает меняться. Тошинори не был слепым. Да, его глаза, возможно, ввалились, под ними залегли тени, но, несмотря на свой внешний вид, они не утратили остроту зрения. Он уже видел, как может меняться внешность Мидории благодаря макияжу, краске для волос и новой одежде. Глаза вспыхивали разными цветами, волосы менялись в соответствии с личностью, которой он подражал, мимика мальчика, как оказалось, имеет свои индивидуальные аспекты, которые позволяют ему постепенно становиться частью его роли. Но эти изменения всегда были постепенными, на их осуществление требовалось время, и изменения происходили в течение всего дня. Это же изменение длилось всего пару секунд. Пару секунд, во время которых единственное, что Тошинори может делать – это смотреть, как меняются черты лица Мидории, как будто он надевает костюм поверх того, который уже был надет. И вот он смотрит, испытывая что-то вроде благоговейного ужаса, зависти и восхищения, наблюдая, как черты его мальчика исчезают, светлые волосы становятся длиннее, снова становятся зелеными, но не его собственными. Острый подбородок округляется, плечи опускаются, пальцы растопыриваются, даже униформа меняется, становясь типичной для UA. Мидория оглядывается вокруг, его глаза становятся шире, чем когда-либо прежде, а затем он поднимает руку, касаясь указательным пальцем щеки. — Кто готов повеселиться, керо? — хрипит Мидория, а затем смеется, и этот звук не похож на Тсую Асуи, зеркальным отражением которой он стал. Он напоминает Химико Тогу, человека, за которого он себя выдает. Человек, чью причуду он только что использовал. Мидория снова смеется, более пронзительно и безудержно, в то время как его одноклассники только и могут, что разевать рты. — Вы все такие забавные! — говорит Мидория, — Ведете себя так, будто это что-то особенное! О, подожди, дайте мне попробовать кое-что еще! И, к удивлению Тошинори, зеленоволосый снова достает пробирку, даже не потрудившись открыть ее, а просто засунув одну сторону в рот и откусив, звук приглушается его губами. Мидория сглатывает, а затем выплевывает стекло, и процесс начинается сначала: длинные зеленые пряди становятся коричневыми, стрижка доходит до подбородка, лицо становится меньше, а пальцы – тоньше и с розовыми подушечками на каждом, и так, пока перед Очако Урарака не предстает ее идеальная копия. — Намного лучше, — вздыхает Мидория, — Теперь мы с Оча-тян одинаковые! Стать похожим на человека, которого любишь... Разве не в этом смысл жизни? Ученики молчат, как и Тошинори. Тишина поражает, но становится еще хуже, когда Мидория обращает внимание на одного конкретного ученика, на того единственного человека, кому не повезло получить небольшой порез из-за его собственной причуды во время тренировки в начале урока. Шото Тодороки, у которого из пореза на щеке сочится одна капля крови. Мидория сбрасывает маскировку, вещество стекает, открывая светлые волосы, которые стали длиннее, чем раньше, небрежные пучки теперь идеально уложены, а глаза, которые блестят желтым, с по-кошачьи узким зрачком, теперь острые и сосредоточенные. И вот Мидория шагает вперед, нацелившись на цель, а мальчик не двигается, застыв, будто застряв в своей причуде. Но его сковывает не лед, а пристальный взгляд мальчика, и поэтому Тодороки остается на месте, даже когда зеленоволосый наклоняется ближе. — Ты симпатичный, — говорит Мидория, протягивая руку и вытирая кровь со щеки Тодороки, только для того, чтобы слизнуть ее. И на мгновение Тошинори чувствует не страх, а ярость, что-то вроде отцовской защиты из-за того, как Тодороки краснеет, потому что, говоря серьезно, какого хрена. Но момент проходит, Изуку снова поворачивается, а Шото тупо смотрит на то, что вполне можно считать его собственным отражением. — Мне нравится, — размышляет Мидория, оглядывая себя, а затем у него перехватывает дыхание, и он широко раскрывает глаза, спрашивая себя: — Интересно, кто будет следующим? И, к счастью для Тошинори, его ученики наконец-то обретают голос. Ну, или, по крайней мере, один из них. Тот, который действительно помогает. Хитоши Шинсо прочищает горло, на его лице читается смесь нервозности и веселья, когда он спрашивает: — Эй, если ты вампир, то могу ли я быть сиреной? — Вампир? Ну... Мидория замолкает, его глаза становятся пустыми, и Тошинори вздыхает с облегчением, прежде чем повернуться к Шинсо с единственной просьбой в голове. — Пожалуйста... Заставь его вздремнуть до конца учебного дня. Я поставлю тебе дополнительный зачет. — Договорились. И вот ужас заканчивается, недолговечный, но все еще слишком долгий. Ками, Тошинори нужно поспать. Или пройти терапию. Возможно, и то, и другое...

-----

День подходит к концу, а вместе с ним и задание Изуку Мидории, мальчик прекращает свою игру и, не задумываясь, позволяет роли соскользнуть. Его маниакальная ухмылка становится более мягкой, гораздо более нежной и искренней, настоящей. Эта перемена заставляет его друзей вздыхать с облегчением, радуясь его присутствию. — Ками, ты наводишь ужас, когда хочешь, — заявляет Шинсо, и Мидория мгновенно воспринимает это как комплимент. — Спасибо! — Мидория отвечает, — Я стараюсь. Шинсо фыркает, а Иида бледнеет, челюсть и рука его высокого друга опускаются из-за этого признания. — Мидория, я не думаю, что ты должен стремиться быть ужасающим! В конце концов, ты скоро станешь героем, и... — Расслабься, Иида, — со смехом вмешивается Урарака, — Деку делает это только для своих заданий и мы знаем, что он притворяется! — А вот Бакуго делает это постоянно, — добавляет Асуи, зарабатывая очередное фырканье Шинсо. — Каччан не ужасающий! — Мидория протестует, но затем замолкает и хмыкает, — Ну... по крайней мере теперь. Думаю раньше он все же был довольно страшным. — Ты дружишь с любым, кто пытается отрицать твою дружбу, — говорит Тодороки, заставляя Мидорию покраснеть, — Это был только вопрос времени, когда Бакуго перестанет относиться к тебе настолько плохо. — Возможно, у твоей причуды есть и такой аспект! — заявляет Урарака, и Мидория смеется. — Не знаю, хочу ли я, чтобы у моей причуды были еще какие-то аспекты, — признается Мидория, а затем подпрыгивает, когда Бакуго стонет рядом. — Что ж, теперь вполне можно ожидать, что у тебя появится еще несколько причуд, — жалуется он, — Ты просто обязан был это сказать, Деку, не так ли? Мидория что-то бормочет, пытаясь защититься, но его друзья, похоже, верят в теорию Бакуго, по крайней мере, в шутку, и Урарака даже делает ставку на то, сколько причуд будет у их зеленоволосого друга. — Теперь главный вопрос, — начинает Урарака, — Учитываем ли мы имитируемые причуды или нет. — Черт возьми, нет, — тут же отвечает Бакуго, — Если да, то у ботаника их бесконечное количество, а это только усугубляет ситуацию. — Но если у Мидории обнаружится новый аспект причуды, как мы узнаем, имитирует он или нет? — спрашивает Иида, и Асуи хрипло смеется. — Мы всегда можем просто спросить его. — Ах да. Ты права. — Я знаю, керо. Мидория поворачивается к Тодороки и с мольбой в глазах спрашивает: — Ты же не думаешь, что у моей причуды есть еще какие-нибудь аспекты, правда? Тодороки оглядывает Мидорию, а затем признает: — У этой теории есть... потенциал. Мидория опускает голову и не замечает озабоченного выражения, промелькнувшего на лице Тодороки, мальчик выглядит напуганным. — Я думаю, их будет не больше шести, — предполагает Тодороки, и Мидория вздыхает. — Шесть... Тодороки, шесть – это очень много. — Ты бы справился, — говорит Тодороки, уверенный в своих убеждениях, — И если бы тебе нужна была помощь, я бы потренировался с тобой. Мидория краснеет от такого предложения и открывает рот, чтобы ответить. Но его тут же перебивают. — Проблемный Ребенок, — зовет Айзава, и Мидория кивает головой, — Останься. Мидория послушно остается на месте. Он смотрит, как уходят его друзья, и ни один из них не удивлен призывом остаться, даже сам мальчик. Потому что эти слова – обычное дело для всех в 1-А, и поэтому они понимают, что ничего плохого не случится, только какая-то информация будет предложена и принята во внимание. И хотя большинство из этих бесед касались его заданий по смене личности, Мидория также осознает, что, возможно, сейчас их ждет разговор другого рода, на совершенно другую тему. Он это знает и именно поэтому не колеблется и не вздрагивает, когда Айзава просто говорит: — Следуй за мной, малыш. И Мидория доверяет Айзаве, доверяет ему свою жизнь, свои секреты и правду. Поэтому, когда он просит следовать за ним, он делает это без вопросов и колебаний. И он обнаруживает, что его ведут в знакомый кабинет, в который Мидория уже много раз заходил, кабинет одного из трех его наставников. Дверь в кабинет директора Незу открывается еще до того, как они успевают постучать, и Мидория заходит внутрь, а Айзава закрывает за ними деревянную дверь с громким щелчком, в котором слышится обещание чего-то нового. — Мидория, — приветствует Незу, и мальчик наклоняет голову в знак приветствия, прежде чем занять свое обычное место, убедившись, что его юбка ровно лежит на сиденье. — Вам от меня что-то нужно? — спрашивает Мидория, потому что это один из немногих вариантов, которые приходят ему в голову, и единственный, который имеет смысл, остальные же подпитываются тревогой и паранойей, возникшими из-за травм прошлого, сформировавшихся убеждений, которые он прорабатывает каждый день. И Незу кивает, в его глазах появляется что-то свирепое, когда он говорит: — Так и есть. Мидория, у нас к тебе просьба. И как только Изуку услышал их просьбу, он немедленно согласился. В конце концов, он никогда не смог бы отказать. Не в том случае, когда кто-то нуждается в спасении. (История меняется, приходит в движение. Мир сотрясается.)