Рок и наковальня.

      «Капитан на мостик. Переход в реальный космос через 30 минут».        ИИ не должен быть язвительным. Тем более не с обычной сигнализацией. Тем не менее, бортовой компьютер управляет этим каждый раз. Это может иметь какое-то отношение к модификации, которые они сделали вне книг. Или то, что компьютер явно ненавидит всех на доске.        Вортекс застонал, потягиваясь, и хруст его конечностей был почти слышен в относительной роскоши его покоев.        Как капитан, он имел право на собственную комнату; Однако, поскольку это был крейсер, пространство было ограничено, поэтому его комната вряд ли соответствовала стилю каюты. Но это все равно вряд ли. Не тем, как Великий Флот оснастил свои корабли. Письменный стол, односпальная кровать в нише и приличный набор для хранения его удивительного гардероба одежды. Да, и кабинка — дерьмо и душ в одной легкодоступной нише.        Боевое снаряжение, наконец, парадная форма и его обычная служебная одежда. Вряд ли высокая мода столицы, Мелдер Прайм.        Он скатился с койки и застонал. Одной рукой он поскреб короткую щетину на лице, снова заворчал и встал.        Сиднею не нравился душ, но это был хороший способ, по крайней мере, проснуться — чуть теплая вода под относительно высоким напором. Он крепко обнял себя, когда вода обрушилась на него. Переключатель пульта управления и ниша, наполненная теплым воздухом, дула с боков, быстро обсушивая тело.        Эффективно (это использовало часть избыточного тепла судна) и лучше, чем стирать полотенца вместе со всей униформой экипажа — что угодно, чтобы сократить потребление воды.        Он выудил свою служебную одежду — малиновый комбинезон с черными бретельками и ремнем, потом достал капитанскую куртку, которую перекинул через плечо. Сидней поморщился, глядя на шляпу, и решил не снимать свою маску — старую реликвию его семьи много лет назад. До того, как его задницу Олеандр и Уизер затащили в Академию пять лет назад.        Одна из немногих вещей прошлого, которые у него остались.        Это всё, что осталось.        С раздражением он отогнал мысли и повел плечами, а затем направился к мостику. Дверь в его каюту с шипением открылась, и он прошел небольшое расстояние до крутой лестницы, ведущей на верхнюю палубу. Внутреннее пространство корабля было довольно компактным — сплошь оливково-зеленая и крабово-серая краска и сталь. Вортекс поднялся и нерешительно отсалютовал одетым в комбинезоны членам экипажа, бочком проходившим мимо по узким коридорам.        Это была недолгая прогулка — его каюта находилась на палубе ниже мостика (Для облегчения доступа — на некоторых судах каюта капитана располагалась ПРЯМО НА мостике. Он никогда не хотел служить на одном из этих кораблей).        Двустворчатые двери скользнули в сторону, открывая бурлящий улей — утренняя смена только что вступила в свои права, согласно действующим правилам — готовые отчитаться перед капитаном. И первым был, конечно…        — MORNIN' WindV — Я имею в виду, капитан… эм, так что? А, я загрузил отчеты о переходе, самые последние показания сенсоров и сообщения о солнечном свете из штаб-квартиры сектора…. О, и у нас есть три приоритетных сообщения. И, эм, ваш… чай?        Вортекс уставился на своего старпома. Мужчина был высокий, с широкими плечами и практически вырывался из своей уставной униформы из-за огромного количества мускулов, которые он упаковал в свое тело. В одной руке он сжимал кружку, а в другой — трекерпад данных. Сидней пристально посмотрел на него, а затем протянул руку. Кружку передали ему. Вортекс сохранил зрительный контакт и сделал глоток.        Шум был громким чавканьем по всему внезапно затихшему мосту. Вортекс опустил кружку и усмехнулся:        — Спасибо, Лилбс. Хорошо, давайте посмотрим, что у этих придурков в списке.        Ухмылка Лил Би, которая была задумчивой, стала шире: — О-о-о, я пошел туда и…        Вортекс фыркнул и подошел к капитанскому креслу, в которое томно уселся: «Э-э, время и место. В экипаже не указано, и мы в порядке, верно?        — Попался. «Ваша неформальность портит бесперебойную работу этого корабля».        — И вам, Никс, доброе утро, безрадостная кучка болтов, — голос Вортекса был напевным, когда он обращался к воздуху. Один из экипажа мостика, Горджес, усмехнулась.             — Наглый…        — Ах ах ах… у нас был этот разговор. Играй честно… «Если бы у меня была полная функциональность, ты бы не был таким легкомысленным, капитан».        — И все же вы не полноценны…. И не будешь. Только не после того, как ты однажды попыталась выбросить Тимми, — крупный рыжий рептилианин у руля повернул голову и издал серию ворчащих рычаний, — видишь, он все еще расстроен. «Несущественно. Я бы улучшила работу Shadow на 87,5% при полной мощности».        — И ты будешь рассылать все до единого нарушения правил и шпионить за нами каждый час дня. Нет, спасибо. Мы знаем, что делаем, нам не нужно, чтобы командование подразделения подсчитывало количество перерывов в туалете, которое берет экипаж, или сколько часов спит каждый. Нет, если это означает, что они решат, что мы не достигли пика эффективности и увольняемся на берег. Такой уровень BS не крут. «Ты слаб. Ты…»        — Да, ага, консервная банка. Включите эти сообщения и краткое описание сектора, который наш славный бюрократический командир подсектора хочет, чтобы мы проверили, — Вортекс снова отхлебнул чай и стал ждать. «Я не могу выполнять эту функцию, — голос стал медовым, соблазнительным, — если вы снова активируете мои функции связи, я смогу…»        — Ага, НЕТ, Никс, — Вортекс нажал кнопку на краешке кресла капитана, — Внимание инженерной… Шина, ты спишь?        — Вихрь! Как приятно слышать тебя! Я не ждала звонка!        — Итак, как там протокол чистки?        — ОООО! МОГУ ЛИ Я ПЕРЕУСТАНОВИТЬ ИИ?! О ХОРОШО! УРА! Мне просто нужно снова открутить болты к главной раме… подождите, мы уже прожгли себе путь внутрь, не так ли? О, ХОРОШО! Позвольте мне просто взять диск и…. Обрезанный голос ИИ снова прорвался: «Сводная информация загружается, сообщения подготовлены и готовы для вашего просмотра… Капитан Вортекс».        — Спасибо, Никс, сама доброта сегодня. Шина, отодвинь этот приоритет. На данный момент.        — Оооооооооо… ладно, я полагаю, у меня будет больше времени, чтобы усовершенствовать протокол и код интеграции… не хочу поджарить все наши подсистемы из-за плохой установки!        — Да… это было бы прискорбно. Любые изменения в двигателе или системе, дайте мне знать.        — Сойдет… подождите, нет… АЙ АЙЕ! Вортекс фыркнул и прервал связь. Что бы там у нее не случилось, по крайней мере, угроза сработала… даже если она была чуть выше блефа.        Командование флота руководствовалось своего рода политикой страха. Не совсем заслуга. И какое-то время капитан Вортекс действительно ОЧЕНЬ хорошо с этим справлялся За исключением того, что это было утомительно и оставляло экипажи измотанными и, в конечном счете, уязвимыми. Они были склонны к мятежу или просто к панике, когда оказывались под боевым давлением. И в ответ Командование просто затянуло поводок.        Это произошло из-за отсутствия контроля, который на самом деле был у Брааса на Прайме — удаленные колонии или удаленные патрульные корабли могли быть опасны, поэтому они пытались дергать их ошейник. Вместо того, чтобы доверять лояльности экипажа, они надевали на них шоковые ошейники (метафорически).        И корабельный ИИ был одним из таких способов управления. Прямая связь с командованием, линия узлов ИИ Никс была… садистской.        По сути, они управляли кораблями изо дня в день — капитаны были вторыми после проклятого мэйнфрейма своего корабля.        За исключением того, что после всех~ лет восхождения по служебной лестнице и после того, как его предыдущая команда почти успешно взбунтовалась против его чрезмерного энтузиазма в использовании страха в качестве инструмента, Вортекс получил небольшое откровение.        Кастрируйте ИИ, вместо этого заставьте команду уважать его… и бац, лояльная команда, легкая работа. Да, Джейми тоже пыталась научить его… Нет, стоп. Забудь об этом. Ему повезло, что с ним были Лил Би и Шина — каким-то образом, по какой-то причине, несмотря на его совершенно ужасное поведение в последние три года.        Он считал, что, поскольку ему дали этот пониженный класс корабля (пограничный крейсер, когда ему следовало получить эсминец), его план по нейтрализации ИИ был всем, что потребовалось, чтобы воодушевить Эстевес. И несколько убедительных слов в адрес Лил Би всегда было достаточно… и на этот раз он даже имел в виду пару из них.        Не повредило, что они были эквивалентом здешних сельских отходов. Какой-то региональной подотраслью, малоизученной, отдана одному из местных губернаторов в качестве проекта развития. Итак, более длительные задержки связи (часы, а не минуты), отсутствие местных сил и истинное чувство независимости.        Экипаж было труднее склонить на свою сторону — половина из них была частью его прежнего командования — идея штаба о шутке с наказанием — работать с людьми, которые чуть не убили тебя.        Это решило все их проблемы с неподчинением в одном аккуратном пакете с одноразовым кораблем в секторе с низкой стоимостью душ и металлолома.        Первые пару недель Никс радовалась мучениям Вортекса — ранним утренним пробуждениям, подрывающим его на глазах у экипажа; порка экипажа нелепыми сменами; случайные упражнения; фальшивые боевые тревоги, чтобы держать всех в напряжении.        Вплоть до того момента, пока Вортекс не заставил Шину инсценировать пожар в закрытом секторе мейнфрейма. Это вызвало у Никс панику — достаточную для того, что, когда капитан Вортекс голосом с тихой заботой предложил вмешаться и спасти ИИ, компьютер просто сказал «да».        А затем был в ужасе, когда Шина (после того, как Лил Би проложил ей путь) фактически взломала ее с помощью подключаемого модуля.        Итак, у них был прирученный ИИ, Эстевес сумела взять на себя ручное управление большинством систем, И капитан Вортекс ввел лучшую схему смены для экипажа — не из доброты, а потому что это просто работало.        И это заставляло их доверять ему. Бросьте обнадеживающую речь по всему кораблю о лучших условиях эксплуатации, и… я тебя прикрою. «Я тебя прикрою, Котенок» — мелькнуло в голове. Капитан поправил защитную маску на самые глаза.        Он лениво подумывал об уходе из флота и написании книги о лидерстве такими темпами… Вортекс ухмылялся, просматривая сообщения — первое было ожидаемо; Технический запрос на обновление об отсутствии регулярных обновлений ИИ. Этим занималась Шина, которая подделывала регулярные отчеты Никса.        Второе сообщение не должно было быть первоочередным — просто новости о праздновании дня рождения Императора.        Один из двенадцати человек каждый год. Вортекс вздохнул и отодвинул его — в системе не было функции удаления.        Он провел рукой по трекеру и нахмурился при последнем сообщении, затем постучал, чтобы открыть системную сводку.        Подсектор имел около семи или восьми солнечных систем как часть своего кластера. Все они были довольно унылыми — недоразвитые, маленькие поселенческие колонии, странная установка. Большая часть вещей здесь была от рук людей, сбежавших из Империи… И он был здесь, чтобы заставить их повиноваться. Напомнить им, что нигде не было безопасно.        Он слышал, как член экипажа предложил стать пиратом (стать? в его случае — вернуться), так как они были так далеко и использовали ИИ. Вортекс прижал его к стене и спросил, не хотят ли они провести остаток жизни в бегах. И будет ли Империя терпеть известие об освобождении одного из их кораблей из системы. Потому что — нет, ему больше не надо. ему не надо каждый день лететь сквозь космос и думать о Джейми.        Нет, лучше обойти границы, иметь эту иллюзию свободы, а затем уничтожить Никс, прежде чем они вернутся в более обжитый порт и получат следующий раунд повышения. По крайней мере, они проведут здесь добрых пару лет — разведывательные пикеты всегда были долгими. Они могли это растянуть. Так безопаснее.        Переход на фриланс был способом убедиться, что они НИКОГДА не смогут добиться успеха в имперских системах.        Он снова сосредоточился на карте, приводя в порядок свои праздные мысли. Ага, придурки. Мошенники и старатели; пиратские анклавы; ВОЗМОЖНО, странная попытка восстания.        Вот почему последнее сообщение было странным — это была вспышка Приоритета, чтобы быть начеку в отношении повстанческих сил.        Но здесь ничего не было. Торговых путей поблизости не было. ДАЛЕКО от военно-Солнечных плацдармов. Никакой стратегической ценности.        — Лилб, где вообще это место? «Если бы вы позаботились об ориентации вашей системы, вы бы знали», — усмехнулся компьютер корабля.        — Можно, — прошипел Вортекс, а затем запрокинул голову, чтобы посмотреть на своего старпома.        Мужчина на мгновение пробормотал: — Хм… система Тейт, помеченная как потенциальное место археологических раскопок, но в основном просто месторождение полезных ископаемых, которое не было разработано — просто слишком далеко, чтобы в настоящее время приносить прибыль некоторым компаниям… или государству. собственные интересы, понимаете?        — Хм. Хорошо, я отрываю эту лапшу от ушей, есть идеи, почему у нас здесь повстанцы? «Эта информация предназначена только для командных глаз!»        — Не заставляй меня снова звонить Шииине… — пробормотал Вортекс. ИИ снова замолчал. Да, теперь эта штука не могла произвольно заставлять людей отправлять в космос непослушный экипаж, она была на метрическую тонну сговорчивее. Плюс термитный заряд на мэйнфрейме был хорошим стимулом. Или маленький диск с данными Эстевес.        Горджес у своей станции дронов перекинула руку через спинку стула: — Археология? Может быть, они… расхищают гробницы?        Вортекс задумался, а затем пожал плечами: — Что, найти какой-нибудь пророческий свиток, в котором говорится, что Империя плохая, и мы все спонтанно сдаемся хреновой полиции Федерации? — он непроизвольно зарычал, вспоминая последний день в старом баре Надежды, когда… Не сейчас. Кстати, надо связаться с Уизером. Как он там?        Горджес замахала руками в притворном ужасе: — О нет! Истина веков!        Тимми издал смешок, и даже Ник, сидевший напротив Горджес от рулевого, захихикал. Вортекс ухмыльнулся — они были теми тремя, кто возглавил предыдущий мятеж, и хотя они не были друзьями, теперь он знал, почему они это сделали. Но почему поддерживали его нереальное стремление найти единственного бывшего адмирала Федерации, когда капитан ненавидел Федерацию так же легко, насколько бросили эту неблагодарную цель…        По той же причине, по которой он искалечил Никс, вероятно. Конечно, он по-прежнему присматривал за ними, они стали какими никакими друзьями — именно поэтому они были с ним в одной смене на мостике. Так что, если они выйдут за рамки, он может убить их сам.        Но они были, как ему не хотелось признавать, забавными. И они пугающе хорошо работали вместе. Он взглянул на Ника:        — Дин, идеи?        Он вздрогнул от его голоса — он был слабым звеном в группе, но все еще способным — на очень специфические вещи. Но если их когда-нибудь возьмут на абордаж, он больше всего пригодится в качестве прикрытия. Сглотнув, худощавый брюнет выдавил: — Угу… контрабанда? Распродажа артефактов?        — Хм… на самом деле неплохое предложение. Итак, следите за блокаторами и не лицензионными грузами. Если здесь есть какие-то старые артефакты, нам нужно конфисковать их и подождать, пока их захватят более крупные патрули. Тимми, пора?        Рыжий ответил: — Три минуты до реального космоса.        Экипаж молча сидел на своих постах — Тимми впереди, по бокам — офицеры — Дин и Горджес. У каждого были свои собственные показания, а экран располагался выше и впереди Тимми для любых крупномасштабных изображений, которые им были нужны. Перед капитаном, между ним и Тимми, стоял круглый картографический проектор. В настоящее время у него была трехмерная голограмма системы, которую они собирались превратить в мягкий медленный вход. Вортекс со скучающим видом смотрел на него и барабанил ногтями по подлокотнику командного кресла. Лил Би стоял в стороне, проверяя узел связи. Несколько других членов экипажа проверили показания датчиков в непосредственной близости от них.        На отметке в одну минуту капитан приказал экипажу подготовиться к падению в реальный космос. Внутри корабля переход был легкой дрожью и слабым ощущением тошноты.        Снаружи вспыхнул актиничный пурпурный свет, и корабль скользнул в реальное пространство, как нож в поддающуюся плоть. Вортекс откинулся на спинку командного кресла, когда голограмма замерцала, показывая сам корабль с различными отчетами о состоянии.        Судно представляло собой стандартный пикетный крейсер — пятьсот футов в длину, с громоздким профилем. Передняя часть — хорошо бронированный фасад вокруг главного орудия. Корабль был квадратной формы, на его поверхности зияли пузыри с точечными орудиями и ракетными установками. Небольшой отсек под брюхом для их четырех роев трутней. В корме у корабля была пара коротких крыльев, из которых торчала пара передних орудий. Приземистая башня мостика возвышалась в задней части корабля, а выхлопные трубы двигателей находились внизу, в задней части корпуса корабля.        Пара турелей располагалась наверху и внизу корабля, обеспечивая немного больше возможностей для сильного поражения, помимо орудий точечной защиты и трех передних орудий.        Так что, по сути, плавающий комок боли. Империя верила в превосходящую огневую мощь даже своих меньших кораблей. Ходила шутка, что у боекомплекта условия жизни были лучше, чем у экипажа. Учитывая, сколько места было отведено под него, это была не совсем шутка.        — Отчет, насколько наши данные соответствуют действительности? — Голос Вортекса был скучным, и он изучал ноготь, пока бездельничал. Реальность такова, что половина данных опроса, с которыми они работали, устарели на месяцы или годы. Иногда десятилетия. Это была одна из причин, по которой они были здесь — повторно изучить систему, обновить имперские журналы.        Лил Би ответил, изучая карту и сравнивая ее со своим трекером, а затем пробормотал: — Никаких меток IFF… может быть, люди в этом секторе молчат?        — Да, вряд ли будет трансляция, — проворчала Горджес. Вортекс зашипел, и женщина повернулась вперед. Они были на часах — шутки были перед игрой, не во время.        — Продолжайте, коммандер, — пробормотал Сидней. Фолкс кивнул.        — Так… хорошо, это странно. Должно быть пять планет, но на дальнем расстоянии четыре… рядом с нами есть планетоид, в основном ледяной, если наши предыдущие исследования были верны… затем газовый гигант…        Вортекс прикусил губу — газовый гигант был наиболее вероятным местом для заправочной станции, если там были пираты или беженцы. Он мысленно мычал себе под нос: — Значит, внизу планета?        — Да… хотя это большое поле обломков — похоже на пояс астероидов, но оно не распространилось, чтобы окружить систему… или датчики не могут получить считывание. Думаю, нам нужно направиться в систему. Другие планеты…. Да, две других, один камень. Слишком близко к звезде. Другой… он в обитаемой зоне. Умеренный. В отчете говорится о растительности и низкоуровневой фауне. Тааак… новое место для отдыха?        Вортекс видел как оживилась команда. Он чувствовал себя великодушно: — Эх, мы могли бы провести опрос в прямом эфире… если люди ведут себя хорошо, и так и быть, отдохнуть, — ухмыльнулся он, все трое удвоили внимание к своим экранам.        — Хорошо… бросьте сюда маяк. Это даст небольшой конвой Керин на точку сбора. Установите таймер на 5 дней для RV с ними, для проверки поставок и обновления данных.        — Уже WildVort…. Капитан. Новый курс? — Лил Би снова осекся старым дружеским прозвищем.        Вортекс кивнул: — Эй, Тимми, включи маяк, настрой на ледяной шар… Никс, убедись, что твои сенсоры открыты, записывай. ИЛИ я могу заставить Шину сделать это.        «Нет необходимости, капитан… я… в рабочем состоянии.        — Тогда давайте устроим это шоу на гастролях, — усмехнулся Вортекс. _________________        Первый день был… скучным. ОЧЕНЬ скучно. Ледяной шар был просто ледяным шаром. Был единственный сигнал связи из заброшенного исследовательского центра — какое-то древнее исследование, которое явно не стоило того.        Они занесли его в каталог и пометили, что, может быть, для путешествия на поверхности, если не будет ничего другого.        В нерабочее время Вортекс рухнул на свою койку и попытался заглушить ощущение, что исследует неизвестное в одиночку. У него была своя команда, да. У него были Лил Би Фолкс и… Эстевес. Но у него не было человека, с которым он хотел увидеть звезды. Человек, который…        Нет, он был здесь, он командовал. Он был верен. При данном значении верности — он был достаточно верен, чтобы прогрессировать. И после этой маленькой поездки он был уверен, что получит удобную должность в штаб-квартире. На Прайме. Приятная офисная работа, безопасная и надежная, жилой комплекс и вся новая станция, которую он мог купить…        Даже если эта мысль оставила у него небольшую пустоту внутри… это все равно были его мысли и его выбор.        Второй день тоже был скучным. Ночная команда проверила спутники ледяного шара и взяла курс на газового гиганта.        Первоначальные обзоры массивной планеты дали интересные результаты для нескольких элементов, необходимых для производства топлива и комплексов. Вортекс и дневная смена обследовали луны, но не нашли никаких признаков заправки. Или, по крайней мере, ничего очевидного.        На третий день, после того как ночная команда тщательно проверила все маленькие планетоиды и космический мусор вокруг гиганта, кое-что вышло. Они шли по системе к разрушенной планете.        — Капитан, что-то есть на сканерах.        Терминал Горджес в настоящее время показывал ей сигналы дальнего действия для электронных подписей. Вортекс постучал по собственной консоли и вызвал копию на столе с картой. Он нахмурился:        — На что я смотрю?        — Хм… пояс астероидов. Или обломки планеты. Эм-м-м…. выглядит как подвижная электронная подпись, движущаяся против гравитации.        — Корабль? — Сидней усмехнулся: — Ха, тогда мы повеселимся…        Экипаж обменялся нетерпеливыми выражениями. Взаимодействия с другими кораблями обычно были забавными — либо сдача, либо подчинение… что, по крайней мере, означало общение. Или им нужно размять мышцы и избавиться от лишней энергии. — Приказы, сэр?        Вортекс откинулся назад: — курс на перехват, Тимми. Бьюти, разогрей свой рой дронов. Ник, возьми свой, про запас. О, уменьшите выбросы, давайте не будем их предупреждать, пока мы не будем над ними, хорошо?        Они путешествовали по системе, пока не оказались в нескольких тысячах километров от края поля обломков. Капитан не мог тихонько не присвистнуть, когда посмотрел на карту, а затем перевел вид на главный экран. Экипаж одобрительно загудел.        — Ух ты. Я имею в виду серьезно, … Что тут поделать? Это была планета всего двадцать лет назад, а теперь… БУМ, куча камней… — пробормотал Лил Би.        Вортекс в ответ пожал плечами: — Кто знает. Хотя на самом деле это может облегчить майнинг. Запишите для Губбота. Он захочет, чтобы местные интересы были первыми, если я узнал о нем прямо с брифинга. Эй, Никс, можешь добавить какие-нибудь жемчужины мудрости? «Помимо того факта, что вы ограниченное существо из плоти, которое в конечном итоге увянет и разложится?»        — Очаровательно. Есть что-нибудь о нашем друге в поле? «Ну, если я должна… это судно для добычи полезных ископаемых. Подробности на вашем мониторе. Конфигурация — это многофункциональный буксир».        Зеленоглазый посмотрел на маленькую проволочную рамку, которая теперь плавала на голографическом столе. Это было приземистое, коротконосое существо около двадцати ярдов в длину. Буксир, по сути. Однако он узнал конфигурацию. — Проклятая Империя использовала их на верфях, а также для добычи полезных ископаемых. У них была интересная особенность, заключавшаяся в том, что они могли превращаться из этой коренастой мускулистой формы в двуногих ходильщиков.        Он всегда думал, что это непрактично — да, это означало, что вещи могут прикрепляться к станции и перемещать вещи покрупнее, но на самом деле… Варианты майнинга, которые он как бы получал, позволяли им ходить по астероиду, предположительно, безопаснее, чем плавать вокруг него. Кроме того, это дало им больше гибкости при перемещении и возможность фактически заняться более крупными раскопками.        Все еще казалось немного слишком сложным. Корабль имел свои «ноги» под ним, как положение на коленях. Основная часть фюзеляжа имела форму наконечника стрелы, «руки» под стабилизаторами стрелы были отогнуты, как и ноги. Когда штука переключалась между режимами, эти «крылья» складывались как стабилизатор, а кабина поворачивалась вниз, как «голова». Корабль был на удивление высоким, но немного неуклюжим.        — Хм, — пробормотала Горджес, и Сидней нахмурился — похоже, у этого есть какие-то странные электронные подписи… послепродажные дополнения? В нем много расхода лишнего тепла… может быть, он запускает какие-то дополнительные устройства?        Вортекс пожал плечами: — Еще один конфисковать. Модифицировать корабль без лицензии? Работа на несанкционированной добыче полезных ископаемых? Не помеченный, работающий транспондер IFF. Да мы могли бы просто разобрать эту штуку и отправить пилота в космос. Наверное, сэкономит время, — он закусил губу, не совсем освоившись с этой идеей, — он размяк… может быть, — или, может, бриг? … Хм, посмотреть, знают ли они что-нибудь еще из книг об этом?        Он никогда не испытывал такого энтузиазма на спонтанные наказания или произвольное насилие по отношению к местным жителям, как некоторые из его современников. Но вы сделали то, что должны были сделать, чтобы сохранить мир и подать пример.        Горджес и Ник посмотрели на него, и он пожал плечами. Они явно были немного больше поклонниками последнего плана — немного мягкости. Одна из причин, Вортекс полагал, что его корабль до сих пор не был разнесен.        Лил Би наклонился: — Что за игра сегодня, Вихрь?        Вортекс пропустил прозвище — он был в режиме охоты: — Это карьерный буксир. Это означает, что поблизости либо грузовое судно, либо контейнер, в который они сбрасывают свою добычу… так что легко они не побегут. Или, если они это сделают, им придется вернуться. НО, эти вещи медленные. Подлетай, предупреди их, а потом бери. Разберите технику, затем допросите…. Эх, посмотрим.        Фолкс кивнул, пощелкивая наушником с Земной музыкой в одном из них и отступил назад. — Звучит… восхитительно. Си? Ты не выглядишь восхитительно увлеченным.        — Это один шахтер…        — И? Кап, мы могли бы проследить за ним…        — Больше шансов, что они испугаются, и мы в конечном итоге будем преследовать их, и они смогут предупредить своих друзей. Нет, нам нужно подать пример, пораньше. Если мы ударим сильно и быстро, сообщение выйдет наружу и сделает нашу жизнь проще. Если они убегают из-за того, что мы потеряли их, пока сами были слишком скрытны, нас будут считать бесполезными, и это вызовет… сопротивление. Давайте быстрее, у нас есть путь полегче.        Лил Би быстро кивнул: — Да… это имеет МНОГО смысла. Думаю, именно поэтому ТЫ капитан.        Вортекс фыркнул: — Эй, Горджес!        — Да, сэр?        — Держу пари, на сегодняшнюю добавку к пайку, что ты не сможешь вывести из строя их правый двигатель за две минуты.        Ник издал «О, дааааааа», и Тимми хмыкнул своим хриплым урчанием. Бьюти посмотрела через плечо и усмехнулась: — Я в деле. Но не Я это предложила. Бедный голодный капитааан.        Вортекс не возражал бы против проигрыша — экипажу нужно было развлечься. Когда они медленно приблизились, он выбрал момент: — Ладно, Горджес, запускай дронов, бесшумно, держи их на низком уровне, используй роидов для укрытия. А я позвоню в колокольчик к обеду.        Раздался слабый грохот, когда двери отсека открылись, и Горджес откинулась на спинку сиденья. Вокруг нее ожили различные голографические дисплеи, показывающие виды ее роя дронов. Ну, меньше роя и больше эскадрильи — восемь сферических дронов-истребителей, подчиненных одному удаленному истребителю в середине роя.        По сути, один пилот управляет восемью истребителями. Или как-то воздействует на них, пока они управляли главным кораблем. Это было сложно, но потрясающе даже просто смотреть. Свет замерцал вокруг пальцев Горджес, когда тактильное управление ожило. На другом этаже Ник активировал свой собственный — стандартный, чтобы иметь резервную эскадрилью для поддержки основной. Вортекс сомневался что у него будет шанс запустить свои навыки. Бьюти Горджес была неподражаемой женщиной.