Боевой шанс выжить

В космосе очень сложно спрятаться.              Трудно спрятаться, прежде всего потому, что в космосе ничего нет. Конечно, есть и звезды, и планеты, и планетоиды, и луны, и астероиды, и кометы, и кто знает что еще, но это едва ли 1% космоса. Остальное? Ничего. Нуль. Вакуум. Если у них есть подходящее оборудование, они могут вас увидеть. Не может быть, чтобы они не могли. Звездолет — это коробка из компьютерных частей, тел, атмосферы и топлива, плывущая в космосе и извергающая всевозможные энергетические сигналы так быстро, как только может. Вы не можете скрыть это, не нарушая законы физики с помощью маскирующего устройства или отключив все и надеясь, что они не выглянут в окно. А если вы не можете этого сделать?              Ну, вас видно. А если вас увидят, вас могут расстрелять. На самом деле нет никакого способа подкрасться к кому-то в космосе. Звездный бой может происходить на расстоянии в полмиллиона километров и более: человеческий мозг не может понять, насколько это далеко друг от друга. Но ничто не мешает этому случиться в этом диапазоне. Если у вас есть правильные датчики, вы можете это сделать.               Но в том-то и дело. В космосе также очень легко спрятаться.              Видишь ли, в космосе трудно спрятаться, только если враг тебя видит. Пространство может быть большим и неумолимым, но иногда, очень редко, оно дает вам руку, с которой вы можете поработать. Алая пустошь Выжженных, например, настолько же неумолима, насколько это возможно. В отходах сама Ткань пространства-времени работает неправильно. Это не упрощение: как и многие космические явления, это просто недостаточно хорошо изучено.              Датчики не работают. Связь настолько нестабильна, что вы не можете отправлять или получать сообщения любого рода. Варп-двигатели колеблются, скользя по волнам и сталкиваясь с встречными течениями, не имеющими закономерностей или происхождения. Завихрения подпространств покрывают корабли волнами интерференции, которые выводят из строя компьютерные системы и рассеивают фазерные лучи. Как правило, это место, которого следует избегать.              Вы едва видите, что находится перед вами.              Вот так можно спрятаться в космосе.              По крайней мере, таков был план, но поскольку Нексус несся к патрульным кораблям Империи со скоростью, вдвое превышающей скорость света, откровенно говоря, это было все, что у них было.              — Спокойствие (правило 22-64, на всякий случай, если вам интересно — Ньютон запомнила табличку с посвящения во времена Империи)        Корабль представлял собой округлый, выпуклый корпус с двумя гондолами над секцией — Блюдце с небольшой приземистой инженерной секцией, привинченной внизу. Он совсем не был похож на эту Штуку, надвигающуюся на них — угловатые, острые, как бритва, корабли Имперского патруля, мерцающие на нечетком изображении на обзорном экране мостика.              Но, как только что напомнил себе Вортекс, получая сигналы отслеживания, они ведь не увидят корабль, не так ли? Космос для этого слишком велик. Они увидят показания датчиков; сигнатура варп-двигателя; код транспондера; различия будут загружены в их компьютер, а затем компьютер идентифицирует их как враждебную цель.              Это требовало, чтобы компьютер замечал любые различия, поэтому Шина потратила всю половину дня на разборку двигателей и их сборку снова, и вот почему Ник Дин и сама гиперактивная переписали половину компьютерного кода, чтобы он выглядел как корабль Империи. Были некоторые вещи, которые вы не могли скрыть, но потери компенсировали бы это, взламывая датчики противника.              С надеждой. Капитан Вортекс хотел бы скрестить пальцы, но здесь, на мосту найдется кто-нибудь, кто увидит, как он ставит удачу выше плана. Это сработает. — Расстояние до вражеских кораблей?              — 700 000 км и быстро приближаются, сэр, — ответил Лил Би, не сводя глаз с монитора. — Мы обойдем их на 350 000.              — Отлично срежемся, — пробормотал зеленоглазый, а затем подошел к консоли. Теперь рулевой Ник Дин демонстрировал нехарактерный для него уровень сосредоточенности, в маневрах не было ни капли его обычной яркости.              Хорошо, подумал капитан — 400 000 км до вражеских кораблей. Напряжение на мосту было ощутимым. Ему хотелось осмотреться, убедиться, что все делают свою работу, заверить их, что все идет по плану, но он знал, что ему лучше находиться там, где он был, где они могли повернуться, чтобы увидеть его, сидящего уверенно, глядя вперед и знающего что он был готов ко всему. Это была команда.              Вы одиноки. Одиноки; весь вес сотен душ на твоей спине, но ты клей, который связывает их всех вместе. Нельзя показывать страх.              — Они сканируют нас! — сказала Горджес слишком громко.              Капитан повернулся к ней, и на кончике ее языка явно вертелся план сражения. Он поднял руку, чтобы успокоить ее.              — Держите ракеты при себе, лейтенант. Мы не можем рисковать тем, что они заметят изменение нашей позы.              На мостике не было разговоров, когда они приблизились к кораблям Мелдера Прайма, их очертания становились все больше и больше на обзорном экране. Сидней знал, что если сейчас что-то пойдет не так, то все пойдет не так быстро, и только их сообразительность и удача спасут их.              — Маскировка активна. Проходим мимо кораблей Империи… сейчас. — Дин на секунду замер. — Никакой реакции с вражеских кораблей, сэр.              — Подтверждено, — добавил Лил Би. — Все шесть кораблей остаются на прежнем курсе. — Послышался коллективный вздох облегчения.              — Хорошо.- Капитан Вортекс откинулся на спинку стула и на секунду встретился взглядом с Горджес. — Это первое препятствие, которое мы преодолели. Давайте не будем терять фокус сейчас.              Эстевес подняла глаза от своего сканера. — Сейчас ловлю сигнал с сенсорного буя, сэр.              На экране — Вспышка перед изображением боевого корабля — или, скорее, того, что от него осталось — заполнила обзорный экран, разбитый корпус кружился в космосе на сотни осколков, его длинная шея была разорвана в нескольких местах, его палубы открыты для вакуума. Сидней услышал, как вздрогнул Ник, и проигнорировал его.              Дин склонился над консолью, держась одной рукой за наушник. — Принимаю автоматический сигнал бедствия в полном объеме, сэр. Веска сообщает об атаке неизвестных судов. Нет записанного ответа.              — Что-нибудь о том, что их поразило? — спросил капитан.        — Вероятно, она несет их сенсорные журналы, но мы не могли их захватить, не запуская транспортеры, и мы берем на себя достаточно большой риск, телепортируя вас туда. — Эстевес на секунду нахмурилась. — Я могла бы компенсировать это уменьшением мощности щитов и оружия, но…        — Давай не будем этого делать, — рявкнула Горджес. Инженер надулась, но отказалась от вопроса. — А как насчет самой территории?        — Я ловлю какой-то сигнал недалеко от поселения, — сказал Ник, делая паузу. — Это шаттл, сэр. Еще один автоматический сигнал бедствия.        — Это то же самое поселение, что и наша посадочная площадка, — добавил Фолкс. — Похоже, они приземлились на поляне примерно в 1,5 километрах от большого подземного сооружения. Это будет центр управления, — сказал Никс. — Если вы хотите выключить компьютеры по всему квадрату, вам сюда.        - Хорошо. Горджес, вы со мной. — Сидней встал с капитанского кресла и повернулся к девушке — Шина, на тебе мост. Он заколебался на секунду, когда офицер по науке села в центральное кресло и с опаской наблюдал за ней. — Мы зарегистрируемся после того, как спустимся вниз, но сохраняем молчание по подпространственному радио, пока не свяжемся с вами. Если тебе нужно выбраться отсюда…        — Я понимаю, сэр, — сказала та с гримасой, которая определенно означала, что я не оставлю вас ни при каких обстоятельствах.        Капитан подавил дрожь и вместо этого кивнул, прежде чем повернуться и направиться к лифту. Он мельком взглянул на мостик, пытаясь уверить себя, что не в последний раз видит стул или Ника Дина и Эстевес за их местами. Это не сработало. Он почувствовал, как Горджес схватила его свободную руку и крепко сжала ее, ухватившись за кратковременное ощущение безопасности. — Шестая палуба. ***        Команда меломана ждала их в транспортной комнате, когда они прибыли. Горджес спустилась с мостика вместе с ними, но остальная часть десантной группы была собрана к их прибытию, с оружием наготове, когда они стояли с опаской. Начальник службы безопасности возился с ремешком для закрепления на руке фазера.        — Все готово? — спросил Капитан Вортекс, пристегивая собственный оружейный пояс, проверяя свой фазер перед тем, как убрать его в кобуру.        — Да, сэр, — сказал лейтенант Ненси, спутники — отставной генерал Кромби и его помощник Шоер слегка кивнули в знак согласия, флоргуские усики Шоера слегка изогнулись от нервозности. Сидней притворился, что не видел этого, вместо этого ободряюще улыбнулся Бьюти, пока она регулировала свой трикодер.        — А ты? — спросил он, протягивая Горджес фазер, прежде чем взять свой. — Готова к этому?        Лейтенант фыркнула. — Как будто я доверю тебе, что ты не поранишься там внизу.        — Знаешь, ты не обязана этого делать, — заметил Вортекс, когда они присоединились к остальной команде на платформе транспортера. — Мы можем застрять там на несколько часов. Даже дней.        — Вот почему я иду. Если что-то пойдет не так, капитан.        Сидней подавил закат глаз. — Хорошо, — сказал он со вздохом. — Тогда давай сделаем это. — Лил Би секунду осматривал транспортную комнату, затем перевел взгляд на Сиднея и ободряюще кивнул ему. ***        — Мне это не нравится, — нахмурилась Мэри. Ей не нравилось радиомолчание десантной группы — приказ или нет — молчание никогда не было хорошим знаком, но сейчас молчание было всем, что у них было. Любой шум любого рода — подпространственная передача, датчики дальнего света, даже полная компьютерная диагностика — сбрасывал бы их тонкую маскировку и помечал бы их как вражескую цель, всегда враждебную в системе.        Во всяком случае, где бы они ни были схема Альяса с защитным плащом и кинжалом означала, что они смогли сделать больше, чем беглое сканирование системы на наличие враждебных кораблей, а с вмешательством Алых пустошей они едва ли смогли подтвердить, что другие планеты были там, не говоря уже о каких-либо кораблях. Они были слепы.        Очень слепы. И это заставило Мэри чувствовать себя неловко. Даже сидя в кресле, она чувствовала, что за ней наблюдают. — Что-то не складывается.        Юстас оторвался от планшета с данными. Что ты имеешь в виду?        — Слишком тихо. — Она повернулась к лейтенанту Спиннер, которая стояла у дверей мостика со слегка отстраненным выражением лица. — Вы сказали, что Церис был доком флота, да?        — Верно, — кивнула она. — По крайней мере, я так думаю.        — Ну, если это Флотская верфь, то почему нет кораблей?        Спиннер задумалась. — Ну, это не совсем похоже на Utopia Planitia, не так ли?        — Должны же по-прежнему ходить корабли туда-сюда, не так ли? Автоматизированные суда, суда снабжения? Вы не можете воспроизвести все на месте, не так ли?        — Разве датчики ничего не показывают? — спросил мистер Хок.        — Вот в чем проблема, — сказала Мэри, вставая с центрального кресла и направляясь к сенсорной станции, где Роб продолжал снимать показания, пока они приходили. — Если мы активируем сенсоры для правильного сканирования, наша энергия пройдет все равно что дым над крышей. Мы просто загоримся, как рождественская елка, и тогда у нас не будет шансов.        — Но планеты мертвы, — обеспокоенно сказала Ли. — Что бы они собирали?        — Для начала, не совсем мертвы, — заметила Спиннер, пожимая плечами и улыбаясь в своем костюме под шлемом. — Корабли Империи где-то есть. Но мы не можем понять, где, не подключив к сети основные датчики.        — А как насчет визуального сканирования? — предложил Роб. — Мы не смогли бы получить намного больше, чем изображение, но это было бы что-то.        Юстас нахмурился. — Смогут ли они разобрать эти данные?        — Сомневаюсь, — размышляла Мэри. — Это ничто по сравнению с сенсорным лучом. Он ничего не скажет нам о том, что там находится, но может подтвердить догадку.        Юстас одарил ее обеспокоенным взглядом. — Что за догадка?        Рулевой вздохнула. — Не очень хорошая. ***        Капитан продвигалась медленно, но решительно. Джейми одним глазом смотрела на свой трикодер, который пассивно сканировал с низким жужжанием, когда она проходила между коридорами.        — Так что же это за место? — спросила она себя. — Спиннер назвала это центром управления, но что это значит для Эйприл? Зачем ему сюда?        — Надеюсь, корабль не заминировали, — прорычала она.        Путь открылся к другой переборке, еще больше камней заполнило пространство вокруг дверного проема. Сама дверь широко открыта, огромные каменные плиты, которые когда-то заполнили вход, валяются на полу с обеих сторон.        — Ну, по крайней мере, мне не нужен бра-фазер, чтобы взломать его, — Джейми фыркнула. — Итак, у нас есть еще двое мертвых бархутов. Шатенка присела возле одного из тел, вглядываясь в темноту коридора через вход. Она повернулась, все еще осматривая стены на наличие когтей или случайных следов выстрелов. У Эйприл были ее меч и ее пистолет, но один шанс из миллиардов, что он трансформировался в преторианца впервые и потому понятия об этом не имел. Нет, тут что-то другое. Почему Лей не знает даже, что он такое? Но знал о ловушках у шпиля. Почему его не удивило упоминание мертвого командера Уилса так, как саму Джейми…        Она нервно почесала руку и закрыла за собой очередные двери. Если ей конец, по крайней мере, ему придется прорубить себе с пятьдесят проходов, чтобы добраться до остальных. Она решительно смотрела в длинный темный туннель, а правая рука крепко сжимала фазер. Глаза на секунду вспыхнули голубым, подавая сигнал врагу о ее присутствии. Ей нужно сделать это быстро. Пока та непонятная атака на Альяс не повторилась еще более разрушительно. Насколько видела Ньютон… Что вообще могло понадобиться от их маленького кораблика самому Императору? ***        Туннель, казалось, тянулся вечность. Свет снаружи быстро угас, и ее глаза с легким голубым пламенем мало что могли сделать, чтобы осветить огромное пространство, и пока она следовала показаниям трикодера к источнику показаний энергии. Капитан Ньютон осторожно наблюдала за тенями, что-то, какой-то источник энергии, по видимому, сама ее цель, направляла ее через изгибы и повороты, вверх и вниз по темным лестницам и в новые коридоры, которые были неотличимы от последнего коридора без окон и с все как один, с оборванными проводами. Он отключил электричество в тех секциях, где шла капитан, по показаниям трикодера в остальных жизненно важных частях Альяса электричество проходидо как обычно. Только горлок знал точное расположение узлов. И Кевин, но последнему ни к чему вести ее в потемках куда-то. Джейми не могла понять, была ли она уже над землей или под ней. Она начала замедляться и повернулась перед дверным проемом. Вместо того, чтобы проверить провода еще раз и убедиться, что их не оборвало что-то другое, капитан обнаружила, что смотрит на закрытый вход, затем потянулась к кнопке справа.        К ее удивлению, дверной проем с тихим шипением скользнул в сторону, открывая большую операционную, две стены которой состояли из огромных компьютерных блоков. На третьей стене был затемненный обзорный экран от пола до потолка с огромными трещинами, прорезающими экран. Куча щебня через всю комнату от них привела к дыре в стене, через которую в комнату узким лучом струился свет.        — Почему он привел меня сюда?              Она пересекла комнату к одной из консолей. Пиратка нахмурилась, глядя на нее. — Этот выглядит новее другого. И… я бы даже сказала, что кто-то подключил к нему компьютер Федерации? — возясь со своими странно выглядящими консолями, нажимая различные угловатые и кристаллообразные кнопки, чтобы посмотреть, сможет ли она заставить что-то работать, был момент, а затем комната осветилась тусклым светом, когда консоли ожили, нечитаемые потоки данных и показания запинались в своем порядке. — Я думаю, здесь есть настройка для основного интерфейса. Может, если я…        Ньютон подавила вскрик, когда перед ней появился высокий бесстрастный гуманоид, — она застыла, указывая фазером на вошедшего.        Гуманоид нахмурился. — Запрос не распознан.        Капитан подбежала к нему. — Горлок! — закричала она, затем остановилась, рассмотрев кого-то, стоящего в центре комнаты. — Подождите. Кто… кто это? Я интерфейс программы Thirian Communications Burea.        Джейми подняла голову. Интерфейс Федерации? — Но мой корабль не имеет никакого отношения к Федерации…        Она шагнула вперед и подняла руку — нет, сквозь тело. — Это голограмма. — Должно быть, оно активировалось, когда я снова включила консоль. — Отлично, — пробормотала шатенка. — Так оно работает по программе Прайма или… Прайм-программа? — голограмма заикается на секунду. Есть еще одна программа в основном ядре, которая мешает работе нашей системы.        Джейми нахмурилась. Программы не было в последний раз, когда это устройство было активировано.        — Когда именно это было? Год 2985-й. Ньютон ошеломленно посмотрела на голограмму.        — Это было 1500 лет назад?        Голограмма, казалось, восприняла новость. У вас есть еще вопросы?        Капитан нахмурилась, глядя на мерцающую фигуру горлоканки. — Что ты такое? Я — интерфейс программы — Шадоу.        — Нет, я имею в виду… — вздохнула Джейми. — Что такое программа — Шадоу? Программа — Шадоу — это крупнейший проект по сбору данных, анализу, архивированию и проецированию инграмм памяти, когда-либо предпринятый Горлоками. — Голограмма на секунду замерцала, тысячелетний компьютер не торопился с получением новой информации. — Цель проекта — собрать воспоминания жителей Вечной Империи и зашифровать их для хранения и поиска для будущих поколений. Это сохранение нашей цивилизации не только в документации, но и в сверхточной голографической форме, позволяющей вашим предкам передавать свои знания и понимание непосредственно своим преемникам. Он может создать факсимиле любого существа с точностью до 90%, способного к общению.        Шатенка на секунду замолчала, тихо восхищаясь. — Как долго работает проект? Приблизительно 200 циклов. За это время мы получили энграммы памяти и голографические образы всех разумных форм жизни, ступивших в любой из колониальных миров.        — Боже мой, — с благоговением произнесла Джейми. — Подумать только о вычислительной мощности, необходимой для этого! — Сколько людей-воспоминаний хранится в системе на данный момент? Примерно 11,5 млрд поправок. Кажется, произошла ошибка. Если голографический интерфейс и мог выглядеть запутанным, то он, вероятно, выглядел примерно так, как тот, что был перед ней. Другая система перезаписала часть ядра памяти. Это необъяснимый образ действий.        — Должно быть, программа Империи перезаписала эти файлы. — капитан Ньютон подошла к консоли. — Можем ли мы получить доступ к основным файлам отсюда? Неизвестно, — ответила голограмма.        Она зарычала, затем перешла к новой консоли. — Вот и все, да? Никакого способа отцепить Имперские силы от моего корабля и моих людей, и деактивировать проклятого Мелдера из головы Лейя… Погодите… — Что у нас осталось? — спросила шатенка. — Есть ли система отключения?        — Не то, чтобы я могла здесь видеть в такой темнотище, Эйприл мог оставить мне хоть одну лампочку?! — нахмурилась пиратка. — Здесь что-то есть об активном — протоколе агрессивной наступательной стратегии на… систему Церис?..        Она повернулась к голограмме, которая лениво наблюдала за ней. — Можете ли вы рассказать о состоянии Церис? Церис служит верфью и строительным центром Майского флота. В настоящее время он частично активен, в соответствии с указаниями… свет снова мигнул на секунду. — Директива неизвестна.        Джейми нахмурилась. — Доки активны? Подтверждено        — Неудивительно. — Мы бы не засекли ни один корабль на сенсорах. Если бы они были там пришвартованы даже с неоновой вывеской! Это утверждение неверно.        Капитан снова посмотрела на мигающий свет, а затем на голограмму— Что значит неверно? В настоящее время в Церис нет кораблей.        — Но вы сказали, что доки были активны? Это верно. Журналы Церис зафиксировали присутствие 88 судов. Однако последний из этих кораблей покинул Церис примерно 88,55 часов назад.        — Подождите… — Ньютон шагнула вперед, на ее лице было написано беспокойство. — Где они тогда? Эта информация недоступна для этой системы.        — Есть ли кто-нибудь, кого я могла бы спросить вместо этого? Или… Не могли бы вы сказать, куда направлялись корабли?        Была секунда, пока голограмма просматривала запись, по-видимому, прежде чем осветить звездную карту Алых пустошей и окружающих систем, две из которых были отмечены как Корабли и были запрограммированы на захват систем М-11-34 и DY-33-11. И удаление всех форм жизни в этих системах.        У Ньютон кровь застыла в жилах.        — 11-134. Это база Брайт, — она посмотрела на голограмму с яростью в глазах. — Почему вы атакуете звездную базу Федерации? Неизвестно. Эта система не несет ответственности за эту директиву.        — Возможно, я смогу объяснить, — прогремел другой голос, и капитан повернулась, чтобы увидеть знакомую оборванную форму, но гораздо выше ростом и с почти пурпурным светом в глазах вместо нежного малахита. — Здравствуй, кап.        — Лей.