Часть 2

Сидней приземлился на палубу своего шаттла лицом к своей команде с полными руками и смиренным сердцем. «Мы можем пришвартоваться на ближайшей станции. Забудь сегодня». И это было так. Он вернулся в свою каюту, наблюдая, как последние лучи их солнечного паруса наконец сливаются с горизонтом, приветствуя чернильную ночь, когда последний свет начал угасать. Чтобы выждать время, Сидней пролистал маршруты кораблей, отметив их на собственных картах, разбросанных по стенам его каюты. Его небрежный почерк нацарапал надежду на будущее и небольшое преимущество в контроле над северными квадрантами Галактики. Занятый своей работой, капитан не замечал причала своего корабля, пока не раздался тихий стук в дверь его каюты. Бьюти вмешалась без дальнейших колебаний. Она взглянула на новые линии и слова, добавленные к картам пирата, уже зная, что она будет знакома с ними, когда придет время. «Некоторые мальчики хотели выпить на суше. Ты в деле?» Сидней отложил бумагу и чернила. Было, должно быть, около полуночи, но мысль о том, чтобы стереть некоторые недостатки дня, была как никогда заманчива. — После тебя, — сказал он выходя вслед за Горджес. Джед, Макс и Аксель стояли бок о бок, два почти одинаковых гиганта с янтарными кудрявыми волосами, и разговаривали с Эстевес и Лил Би, которые решили остаться на корабле, чтобы хотя бы часть их команды оставалась дееспособной до конца ночи. Айк и Ник уже были на причале, крича Максу, чтобы тот ускорил темп, если только он не хочет нести ответственность за покупку первого раунда. Бьюти и Сидней достигли земли последними, следуя за одинаковым шагом Дина и Акселя. Экипаж путешествовал по портовому станционному городку со старыми знакомыми зданиями и переулками после многих посещений на протяжении многих лет. Выцветшая вывеска «Кабанья голова» скрипела на теплом ночном ветру. Песня и болтовня эхом доносились из-за его закрытых дверей, приглушенные небрежной каменной кладкой, которая каким-то образом выдержала испытание временем. Команда прошла внутрь, пробираясь сквозь толпу разных людей к своему обычному столику возле самого дальнего угла основного зала, который как раз оказался ближе всего к расстановке бармена. Несомненно, владелец Кабаньей Головы, казалось, понимал, что могут пройти дни, недели или месяцы, но к этому столу должны прикасаться только имперец и его команда. Несмотря на то, что он спустился с корабля с рекордной скоростью, Максу все же удалось заставить себя покрыть первый раунд. Он вышел из-за стола, ворча и сердито отсчитывая монет, которых хватило бы на всех семерых. — Сегодня было не так уж и плохо, — сказал Джед посреди утомительного разговора, который начал медленно развиваться. — Что ж, — сказала Кейл, отпив глоток из стакана Макса, все еще опасаясь доверять команде Вортекса. — Конечно, это было и не хорошо. Джед хмыкнул. — У нас с Эстевес все было в порядке, пока я не обернулся и не увидел, что Стрич наставил на нее и на меня пистолеты. Он появился из ниоткуда. Айк взъерошил волосы Джеда. — Ты все еще учишься быть пиратом. Вы не можете сосредоточиться на одном зле из двух И позаботиться обо всех нас. — Джед усмехнулся, отталкивая руку Айка. — И все же почти пяти лет щенков Императора должно быть более чем достаточно для практики. Натана, по крайней мере, должно было быть легко увидеть, придя со всеми этими смертью и разрушениями. Юстас и Крис немного другое. Я имею в виду, что вы могли бы спрятать его в одном из грузовых ящиков, и он выскочил бы, как худший в мире сюрприз на день рождения, но этот гиббон не совсем карманная обезьянка. — Как и Кейл и тем не менее, она вытерла нас всех о палубу, — добавил Макс, целеустремленно делая большой глоток, в то время как Горджес прожигала в нем дыры глазами. — Она и тот, на которого ты пускала слюни, — добавил Аксель. Внезапно Горджес подавилась пивом, за что получила твердую пощечину от Джеда, ухмылявшегося реакции. Кейл немного поудобнее устроилась на своем месте, победоносно улыбаясь над ободом кружки, которую спасла от раздачи. — А что именно ты делал? — спросила она невинно у Акселя с легким раздражением. — Получил свою задницу Натану Декарло на блюде, и тому долговязому. Скотчу. — Стричу, — поправила Кейл в сторону брюнетки. — Как и все мы, — спокойно ответила блондинка. — Хватит говорить об остальных, — перебил Сидней прежде, чем Аксель успел прыгнуть через стол. — Вы все можете отомстить в другой день, не оскорбляя друг друга из-за того, кто над кем пускает слюни. Очевидно, Аксель все еще был в бешенстве из-за долговязого, потому что тот почти сразу повернулся к Вортексу — А вы, капитан? Ньютон и тебя выставила дураком? — дразнил он. Сидней откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я не собирался держать себя под прицелом, если ты об этом спрашиваешь, — ровным голосом сказал он. — Ты тоже? — Джед сочувственно пробормотал, все еще думая о своем столкновении с Крисом. — Если ты не хочешь избавиться от нее, я это сделаю, — предложила Бьюти. Аксель наклонился вперед, лениво подперев голову рукой. — Но тогда ты не увидишь своего любимца. Он вытянул слово, когда Бьюти выпрямилась, произнося проклятия, смешанные с полным именем младшего Стрича. Ник едва успел поднять свой стакан, прежде чем Горджес набрала пригоршню манишки Акселя. Он смеялся, когда брюнетка перечисляла несколько способов, которыми она могла бы убить его, в таком красочном словаре, что это произвело впечатление даже на Айка и Дина. Сидней мог только сидеть сложа руки и смотреть со сдержанной улыбкой, зная, что никакого убийства не произойдет. Особенно из-за Джейми и ее команды, состоящей, к сожалению, из опытных пиратов. Это было последнее, что они говорили об остальных, пока ночь продолжалась. Они подошли к третьему раунду, на который Сидней внес предложение, пока паб был битком набит, как будто был полдень. Рядом с барменом едва хватило места, чтобы капитан Вортекс дождался своего ассортимента янтарной жидкости. Бармен и владелец «Кабаньей головы», лишь хмыкнул в его сторону, когда заметил приближающегося зеленоглазого. Негласное соглашение отфильтровывать их обычное до тех пор, пока монеты и ценности будут продаваться другим путем. Хозяину не потребовалось много времени, чтобы вернуться, но это явно не было проблемой для пьяной женщины далекого прошлого, когда она присела на один из шатких стульев рядом с блондином целясь прямо в него пожелтевшими глазами. Сидней избегал смотреть на женшину. Запаха было достаточно, чтобы сигнализировать о ее близости. Он оставил большую часть своего оружия на корабле, за исключением длинного ножа, спрятанного под темным длинным пальто. Длинное пальто, на которое теперь смотрела пьяная женщина. — Это капитанский плащ, мистер, — протянула она. Сидней глубоко вздохнул прежде чем медленно повернуться к женщине. У нее была обветренная кожа, которая, казалось, одновременно провисала и слишком туго обтягивала кости. Ее одежда была плохо сшита и явно изношена. Женщина выглядела так, словно принадлежала к барному креслу, которое сейчас занимала. — Вы могли бы быть правы, — сказал Сидней. Он увидел в глазах женщины проблески связного мышления. Ее напиток выплеснулся на ее руку, когда она сделала ей жест. — А кто, ты знаешь, такой капитан? — Она спросила. Сидней подавил желание рассмеяться, потому что, конечно, никто не мог предположить, что пальто принадлежит ему или что он может быть капитаном. Его светлые волосы были свободно заплетены в хвостик на шее, без платков и шляпы. Его пальто было его единственным знаком того, что он обладал какими-либо знаниями о навигации, и этого было недостаточно. Его раздражал разговор еще до того, как он начался, но хозяин заведения все еще пробивался сквозь крики выпивки на другом конце своей станции. Сидней повернулся к женщине, решив подыграть. — Никто слишком печально известен, кто в конце концов, отдает свое пальто таким, как я — невинно сказал Сидней. Резкая перемена в его поведении не могла быть обнаружена женщиной в ее состоянии. Она просто кивнула, как будто этот выдуманный капитан действительно был дураком, раз отдал мальчишке свое пальто. — У капитана не должно быть привычки раздавать вещи, — подтвердила женщина. Сидней оперся на барную стойку, кивнул на руку и откинул голову. — Ну, я же говорил тебе, — продолжил он. — Он действительно никто. Женщина выглядела искренне опечаленной этой информацией. — А что с его кораблем? Он и это тебе дал? Сидней медленно расплылся в улыбке. — Боюсь, у него не было большого количества кораблей, которые он мог бы отдать. Женщина покачала головой о фальшивом капитане и его фальшивом корабле. — Какой позор, — сказала она. Сидней продолжал кивать. Бровь женщины нахмурилась от внезапной боли, пока не разгладилась, как знак редкой мысли. Она наклонилась побуждая Сидней тоже наклониться, несмотря на запах, как будто она собиралась рассказать ему секрет. — Хочешь увидеть настоящий корабль? — прошептала женщина. Она была достаточно близко, чтобы Сидней уловил запах скупого алкоголя, который, вероятно, пропитал ее одежду. И поскольку у него был дерьмовый день, и ему действительно хотелось посмеяться не в этой дерьмовой очереди, он согласился. Женщина помахала ему рукой, выходя из паба. Сидней позаботился о том, чтобы привлечь внимание хозяина Кабаньей головы, чтобы он отправил напитки обратно к его столу, где его команда добавляла смеха и аплодисментов, наполнявших каменное здание. Наружный воздух был липким от жары. Алкоголь, опьяняющий чувства капитана почти не помогал, но он, по крайней мере, мог ходить, в отличие от своей новой спутницы, которая явно потеряла способность ходить по прямой некоторое время назад. — Это именно так, — подбодрил он. Каким-то образом она привязала к рукам бутылку с чем-то темным и пила большими глотками, пока они шли обратно к порту — Насколько реален и велик этот корабль? — сладко спросил Сидней, отставая на шаг. О булыжник то и дело спотыкался этот человек. Она оглядывалась на имперца обвиняющим взглядом, наполненным ликованием, как будто именно он вставил сапог между ее спотыкающимися шагами. Сидней боролся с желанием заткнуть ее. — О, мистер, — пробормотала она. — Многие назвали мой корабль впечатляющим. Сидней поморщился от такого подтекста, слегка сожалея об этой бесформенной забаве. — Вас часто обманывают? — Он пробормотал себе под нос. К счастью, женщина либо не поняла сарказма, либо была слишком погружена в собственную пьяную гордость, чтобы заметить вопрос. Она издала влажный смешок, обнажая ряды пожелтевших, облупившихся зубов. — Еще немного, и вы будете так же впечатлены, как и многие из них. Сидней выдавил из себя улыбку, глядя вперед, на приближающийся берег с рядами кораблей. Тогда все начало меняться довольно быстро. Вдалеке пришвартовался его корабль. Внушительные размеры затмили соседние корабли, качавшиеся по обе стороны от него. Вишневое красное дерево, такое богатое, что в ночи казалось черным, казалось, блестело на белых бортах, перемежаясь золотом, когда Сидней приближался. Солнечные паруса и тщательные украшения дизайна на носу и корпусе стали четче. Великолепие любимца (второго после Нексуса) - Фирца помахало Вортексу когда он и пьяная женщина достигли места назначения. Сидней замедлил шаги лишь на долю секунды, поскольку та, казалось, продолжала свою менее чем прямую линию к ее кораблю. Но тут ему удалось расправить плечи перед небольшим военным кораблем, который вяло покачивался на цепи рядом с шаттлом. Во всяком случае, он больше напоминал гребную лодку, чем что-либо, что Сидней осмелился бы назвать впечатляющим. Смех вырвался из его горла, когда женщина протянула руку к своему кораблю, намеренно повернув спину к кораблю пирата, как будто она могла скрыть Фирц от него. Улыбка Вортекса казалось, понравилась женщине, которая ухмыльнулась в ответ своими ужасными зубами. — У нее есть имя? — спросил Сидней. Женщина с любовью повернулась к своему кораблю. Эти двое действительно идеально подходили друг другу. Спасибо космосу, что корабли почти не имеют стандартов. — Саймон. Имя моей первой любви. И поскольку это было довольно мило, даже если это была ложь, Сидней медленно хлопнул в ладоши, создав первый треск шума в пустой гавани. Этого было достаточно, чтобы обнаружить движение, исходящее ниоткуда, кроме края его корабля. Шина с любопытством посмотрела вниз, и ее выражение лица скривилось в замешательстве, на Вортексе, который смотрел на нее с пьяной женщиной, которая, казалось, была готова сделать что-то со своим кораблем, на глазах у… никого, чему никто не должен быть свидетелем. Сидней подмигнул гиперактивной, очистив голос, чтобы вернуть внимание женщины, прежде чем заговорить, убедившись, что Эстевес его слышит. — Ну, цвет меня впечатлил, — сказал он. Женщина просияла. — Подходящий корабль для вашего длинного пальто, мистер. Сидней снова перевел взгляд на улыбающуюся Шину. Тут заговорила брюнетка. — Капитан, — сказала она громко и отчетливо, испугав пьяную женщину своим восторгом. — Мы пересчитали деньги и рассортировали остальные наши находки. Мы должны быть настроены на оставшуюся часть года и на следующий. эстевес боролась со смехом, но пьяная женщина не могла уловить явной фальши в ее голосе. Сидней упер руки в бока со смехотворной властью, тонко кивнув по поводу их фальшивого состояния, которое они недавно приобрели. женщина переводила взгляд с Эстевес на блондина и обратно, складывая два и два в поразительно медленном темпе. Затем она снова посмотрела на Вортекса, на его длинное пальто, потом снова на него. — Она зовет вас капитаном? — Она ткнула большим пальцем в сторону Эстевес, прежде чем снова указать на Сиднея. — Думаю, да, — сказал Сидней. Женщина уставилась на него. Затем она снова обратила внимание на два корабля, стоящих рядом друг с другом. Ее, в два раза ниже чем у пирата и более чем в два раза старше. — Это не твой корабль, — попыталась сказать она, взглянув туда, где Эстевес подмигивала им с маленькой волной руками. Сидней подошел к ней. — О, но это так, — мягко сказал он. Это было правдой. Это была первая материальная вещь, которую он заработал в своей жизни сам. Он не отвоеввл Нексус у Джейми Ньютон, она лично отдала его и наказала беречь. А Шина перестроила аналог поманевренней. И даже если его пальто принадлежало какому-то не слишком дурно известному капитану, владевшему кораблем, равному его неудаче, ему нравилось верить, что пальто было благодарно тому, что у него был владелец, способный носить звание капитана по-настоящему, не то что космический захватнический отряд Ублара, кому и принадлежало пальто изначально. — Но твое пальто, — снова попыталась женщина. - Ваше пальто… — Боюсь, украли, и пришлось заменить на то, что было под рукой, — драматично вздохнул Сидней. — Но ты сказал- Сидней посмотрел прямо на женщину, позволив своей скуке наконец вырваться наружу. — Люди много чего говорят. Тебе следует научиться не всегда им верить. — Он целеустремленно перевел взгляд на его корабль, чтобы доказать свою точку зрения. Женщина открыла рот, чтобы привести какой-то бесполезный аргумент, состоящий из еще одной цепочки из трех слов, к счастью, чтобы лучше подумать, замолчала. Она топала прочь, как капризный ребенок, когда Шина и Лил Би, облокотившийся о перила, рассмеялись. Сидней улыбнулся им. — Заканчиваете ночь? — спросила Эстевес. Сидней покачал головой, думая о третьем раунде, которым он должен был наслаждаться прямо сейчас. — Мы скоро вернемся. — Шина кивнула и исчезла на корабле. Сидней был теперь один в порту. Мягкий стук бортов и цепей о доки, время от времени плескавшаяся в стекла и перила астероидная пыль были единственным различимым звуком, кроме отдаленных криков, доносившихся из города, все еще охваченного ночной жизнью. Единственным плюсом этой вновь обретенной изоляции было то, что капитану стало невероятно легко видеть мерцание движения на периферии. Не более чем в шести кораблях стояла фигура, прислонившаяся к задней стене закрытого здания. Сапоги перекрещивались друг с другом, и мягкое покачивание каштанового хвоста для пирата наблюдалось издалека. Сидней стоял неподвижно, но рука не нашла рукоятку его длинного ножа в пределах его пальто. Сердце колотилось в груди от постоянной боли. Это только ухудшилось, когда фигура наклонила голову в минимальное пространство света, доступное на длинном участке пирсов. Джейми ухмыльнулась, прежде чем слегка помахать. Блондин едва заметил, что бежит по цементным проходам, пока шатенка внезапно не оглянулась, раздражающе рассмеявшись над нелепостью погони. Раньше они никогда не бегали друг за другом. Возможно, новинка добавила юмора. Вортексу ничего из этого не показалось смешным. Ни нападение, превратившееся в фарс, ни оставленные на его корабле люди Ньютон без объяснения… Одной встречи с капитаном Джейми сегодня было достаточно, но дважды — она накладывала дымку гнева на любую его разумную мысль. Они пробежали почти весь порт и влетели в город только тогда, когда Ньютон быстро свернула за угол. Сидней не пропустил мимолетного взгляда в ответ, как будто другой пират проверяла, следует ли он за ней. Это казалось наивным. Сидней не гонялся за вещами, особенно за людьми. Он не собирался позволять Джейми быть его первой. Появилась сеть переулков, и свет потускнел, когда шум города затих, когда они достигли тылов предприятий и жилых домов, которые закрыли свои двери в соответствии с временем заходящего солнца. Только тогда Вортекс оказался в нескольких шагах от Джейми. Он почти не думал, выдвигая только одну цель — покончить с этим. Сидней протянул руку, схватив длинное капитанское пальто, которое преследовало его во сне. Он развернул пиратку с впечатляющей силой, прежде чем врезаться в кирпичную стену переулка, через который они пытались прорваться. Вортекс тяжело дышал, крепко сжимая свой длинный нож, лезвие которого теперь было прижато к горлу пиратки. Другая женщина едва моргнула, и единственным заиканием в ее поведении было то же самое, что и его собственное дыхание. — Теперь веди себя хорошо, — пробормотал блондин, расплываясь в прохладной улыбке. Сидней, не задумываясь, нажал на нож еще на дюйм. Мешает его собственное разочарование. На заостренной стали выступили капли крови. Зрелище поразило его. Настолько, что его глаза постоянно возвращались к алому, начинающему капать с его ножа, пока он говорил довольно неуверенно. — Ты следуешь за мной? Ньютон закатила глаза, не обращая внимания на обнажённое горло. — Я не настолько одержима тобой, — тихо пробормотала она, прежде чем ее глаза попытались добраться до глаз имперца, которые смотрели куда угодно, только не на шатенку. И Джейми заметила, потому что, конечно же, заметила. У нее был такой эффект, что он никогда не чувствовал себя так ясно видимым кем-то, от кого он так отчаянно хотел скрыть все свои секреты. Когда стало очевидно, что Вортексу нечего сказать, Джейми заполнила тишину. — У этого может быть два пути, капитан. Вы можете снять нож с моей шеи, и я забуду, что это произошло из вежливости по отношению к вам. Или мы можем запутаться и попытаться остановить друг друга до кровотечения, — медленно сказала она. Сидней прищурил глаза, наконец встретившись с настойчивым взглядом Ньютон, чьи радужки все еще сияли почти серебряным в мрачной ночи. — Что ты… — Он не успел закончить предложение, как почувствовал, как острие вонзилось ему в бок. Сидней рискнул бросить взгляд вниз и увидел, что шатенка держит в руках такой же нож, обрамленный взъерошенными манжетами ее рубашки. Конец ножа вонзился прямо в нижнюю часть живота имперца. Сидней снова перевел взгляд на Ньютон. Другая женщина подняла бровь, ожидая, что капитан сделает следующий шаг. Вортекс не сомневался, что она с радостью проткнет его клинком, но это не вписывалось в их историю. Эта угроза жизни никогда не была полностью сформированной опасностью, пока ни один из них не сделал шаг, чтобы вонзить свои клинки в цель. Сидней думал о капитане Ньютон, погибшей от его рук, больше раз, чем они пересекались. И все же теперь нож чувствовал себя как-то не так, как надо. Он отпрянул первый, чуть не споткнувшись, чтобы добраться до противоположной стены кирпичного переулка. Когда расстояние было создано, Сидней увидел, как Джейми легко вытирает остатки крови на шее. Ньютон оглянулась, ее темные ресницы мерцали, а ее кудри были освобождены от их обычного платка и шляпы. Сидней чувствовал, что у него никогда не было времени по-настоящему взглянуть на Ньютон. Ожидаемая угроза насилия всегда достаточно отвлекала. Хотя сейчас блондин не был так уверен, что это правда, потому что взгляд на пиратку теперь казался всеохватывающим. В ней была эта непоколебимая сила, и Вортекс едва мог выносить внимание, которое бросали на него. На ум пришло недостойное. — Сейчас, — наконец сказала Джейми опуская окровавленный рукав, все еще держа нож в свободной руке. — Я смогу с тобой цивилизованно поговорить или ты снова собираешься прижать меня к стене? Сидней был счастлив из-за тусклого света, скрывавшего румянец, который, как он знал, растекался по его щекам. Он молча покачал головой, решив прислониться к противоположной стене напротив шатенки, которая ничего не делала, кроме как слегка надула губы на дополнительном расстоянии. — Начинай говорить, — внезапно сказал капитан, наблюдая, как Ньютон лениво повторяет его действия. — Есть ли здесь кто-нибудь из твоих друзей? — спросила она. Очевидное намерение попусту тратить время только усугубляло растущее разочарование имперца — Только ты и я, — процедил он. — Разве это не то, что ты предпочитаешь? Ньютон лениво улыбнулась. — А я было подумала, что ты никогда меня не слушаешь. — Было ложное раздражение, на котором Вортекс не хотел задерживаться. По правде говоря, он предпочел бы никогда не оставаться наедине с Ньютон. Поскольку больше некого было отвлекать, у Джейми не было иного выбора, кроме как смотреть на него. — Я слушаю, — холодно сказал Сидней. — Хотела бы я знать, что для этого достаточно заставить тебя гнаться за мной, — размышляла шатенка, ловко подбрасывая нож в воздух и ловко схватываясь за рукоять. Капитан Вортекс следил за вращением лезвия, пытаясь решить, стоит ли ему попросить избавить его от страданий, чтобы покончить с этим разговором. — Ты сказала, что хочешь поговорить, — напомнил Сидней. Ньютон кивнула, как будто ей просто нужно было подтверждение. — Ты прав, капитан. Назовем это профессиональным любопытством, но мне интересно, что вы делали сегодня на том торговом судне. Вывод вышел обвинительный. Вортекс вспомнил украденную картину. — Я думал, мы решили, что дело в деньгах, — неопределенно сказал он. Ньютон хмыкнула, не впечатленная. — Не будь загадочным со мной. Я уже трачу достаточно времени, пытаясь понять, что творится в твоей хорошенькой головке. Так что простите меня, если мне трудно предположить, что именно деньги заставили вашу команду появиться посреди моей осады. — Забавно, — сказал Сидней. — Мне было трудно поверить в то же самое. Посреди Моей засады. Ньютон сузила глаза, ища любые признаки лжи. Вортекс знал, что она ничего не найдет, даже если он расскажет только правду. Они не знали друг друга таким образом. — Я был там ради торговых путей и немного повеселился, пока не нашел твоих среди своих, — признал Сидней. Поверила ли капитан ему, было не в его руках. Джейми потеряла прежнюю небрежную улыбку. Каменное выражение ее лица заставило Вортекса скучать по этой улыбке. — Ты помнишь нашу первую встречу? — К сожалению, — ответил Сидней, недоумевая, к чему все идет. - У этого корабля было достаточно ресурсов, чтобы в то время казаться чудом, — сказала Ньютон, наблюдая за любой реакцией имперца. В восемнадцать лет появился переоборудованный военный корабль, который, по сути, купил шатенке свободу. Два года до этого она провела под началом капитана, которому ей не за что было быть благодарной, кроме того, что она научилась лучше управлять собственным кораблем. Она понятия не имела, что делала, когда она и ее команда, состоящая только из двух человек дезертировала по случайному решению и пробралась на то судно, на котором было достаточно денег и в грузе было ее будущее. Конечно, подобные идеи были и у других. Другие, такие как девятнадцатилетний будущий капитан Вортекс, который справедливо разозлился, когда шатенке удалось завладеть всем кораблем, чуть не направив его на тот самый корабль, которым Сидней впервые управлял в тот день. Это было первое, что она у него забрала. Сидней продал все, что было на этом корабле, включая сам корабль, и на свои доходы купил половину своего будущего корабля вместе с Карлом и Олеандром у Федерации. Вторую оплатила его дальняя тетя, Сьюзен. Остальное было историей. — Что ты хочешь сказать? — спросил Вортекс. — Я хочу сказать, — продолжила Ньютон — Ты единственный человек, который мог постоянно воровать у меня. — Блондин почти хотел возразить, как-то же самое она делала с ним. — И хотя вы, вероятно, самый раздражающий человек по эту сторону космоса, я не могу игнорировать то, насколько это впечатляет. Сидней нахмурился. — Я должен быть благодарен за твою внезапную милость? — Вовсе нет, — ответила пиратка и ее улыбка вернулась. — Я думаю, что мир рухнет сам на себя, если ты когда-нибудь найдешь себя благодарным за все, что я сделала. — Мир должен быть счастлив узнать, что он в безопасности от этого, — подтвердил Вортекс. Это только заставило ее улыбнуться. Ее глаза казались ярче, когда она веселилась. Это было похоже на часть ее, которую можно было ясно увидеть. Никаких насмешек или предположений, за которыми можно было бы спрятаться. — Думаешь, мир рухнет, если я предложу работать вместе? — Вопрос возник так внезапно, что к тому времени, когда Сидней осознал, о чем спрашивает Джейми, его лицо, должно быть, уже выдало его внутреннюю реакцию. — Не смотри с отвращением. О, капитан Вортекс. Иногда ты как открытая книга. Это никоим образом не улучшило настроение зеленоглазого. — С чего ты взяла, что я когда-нибудь захочу с тобой работать? — возразил он, почти разозлившись на невинное предложение. Джейми пожала плечами. — Как я только что сказала, ты единственный человек, способный быть занозой в моей заднице. Я не следовала за вами, но я крутила компас над именами просто так на днях и… стрелка севера представила тебя. Худший второй капитан, которого я только могу придумать. И тем не менее, нет лучшей идеи. Сидней не мог сдержать недоверия. — Я могу придумать много идей получше, но ты серьезно просто полагаешься на бумагу с именами и случай? — возразил имперец. — Никакая удача не смогла бы убедить меня стать вашим вторым, капитан. Я бы гарантировал смерть любого из нас, прежде чем позволил бы этому случиться. — Адмирал, для тебя, — Ньютон смотрела на него так странно, как будто он слишком драматизировал. И, может быть, он драматизировал, но Вортекс знал, что у него было много причин. Не было ни вселенной, ни жизни, в которой он соглашался бы на все, что предлагала Ньютон. — Возможно, ты захочешь передумать, когда я скажу тебе, что нам обоим это нужно. Потом наступила тишина. Джейми, как всегда, пристально смотрела на зелееноглазого требуя внимания, которого он не хотел уделять. Любопытство закралось в пустой переулок, медленно перебирая каталог возможностей в отношении расплывчатого предложения шатенки. И когда это щелкнуло в голове капитана, он чуть не вздохнул от того, насколько очевидным был правильный ответ. — Та бессмысленная картина, которую ты украла, не так уж бессмысленна, как я думал, — медленно сказал Сидней. — И вносите приз в студию, — сказала Джейми, как будто объявляя об этом публике. — Знаешь, у меня все еще есть нож, — быстро вмешался Вортекс. Ньютон только посмотрела на него с презрением. — Обязательно дайте мне знать, когда вы планируете его использовать. Сидней проглотил растущее оскорбление, предпочитая задать вопрос, чтобы удовлетворить свой раздражающе настойчивый интерес. — У вас уже есть картина. Какая польза от нашей совместной работы? — Картина — всего лишь первый шаг в том, что я считаю подвигом всей жизни. Подвиг, в котором я хотела бы, чтобы вы и ваша маленькая компания веселых людей помогли мне. Если бы я могла сделать это одна, у нас бы не было этого разговора, — ответила Ньютон. — Без тебя мне это не провернуть. А, скажем, я имею привычку возвращать то, что принадлежит мне. — «Я не принадлежу тебе», — мысленно усмехнулся Сидней. — И я не собираюсь соглашаться работать с вами, потому что, если вы забыли, мы крайне далеки от того, чтобы когда-либо доверять друг другу. Ньютон оттолкнулась от стены. Она сделала несколько необходимых шагов, чтобы сократить дистанцию, и остановилась прямо перед блондином у которого перехватило дыхание. — Я оставила с тобой двух своих самых верных людей как жест доброй воли. — Ах да, пара дополнительных ртов. Спасибо. — Они были нужны мне, Сидней. — мягко сказала Джейми. — Что ж, я не прошу тебя доверять мне. Ты мой последний выбор. Я прошу раз и всё. Даже раскололась перед тобой. И тогда тебе больше никогда не придется меня слышать и видеть. Вы можете взять свою долю Галактики этого региона, воровать и совершать набеги, не беспокоясь о том, что я делаю это лучше, чем вы. Как будто Ньютон отдала все преимущества ему. А он до сих пор понятия не имел насколько важна картина и стоит ли ему учитывать достоинства того, что предлагала пиратка. Единственное, что у него было, это то, что они оба были свободны от прицельного оружия и предложения, которое, казалось, имело гораздо больший потенциал, чем стоимость. Сидней никогда бы не доверился Джейми Ньютон, но всегда доверял своей интуиции. И его интуиция впервые заинтересовалась тем, что капитан Вортекс должен был сказать в ответ. — Только раз? — спросил Сидней. — Только раз. — Пиратка подтвердила. Она ждала подтверждения или любого признания интриги, которая, как она знала, была у него. Если бы не возможность этого, их бы не было в этом переулке. Еще один удар тишины. А затем: — Я хочу, чтобы вы объяснили мне и моей команде каждую деталь. Если в какой-то момент мне не понравится то, что я вижу или слышу сделки не будет. Ньютон ухмыльнулась. — Тогда нам нужна небольшая аудитория, — уступила она. И отступила назад, двигая рукой, чтобы открыть вход в переулок. — После Вас. Вортекс сверкнул взглядом и отлепился от кирпича, идя молча и не дожидаясь, чтобы проверить, идет ли за ним Джейми. Пиратка подошла к нему, идя в том же темпе, пока они возвращались к сердцу города. Поднявшийся шум и суматоха наполнили напряженную тишину, которую Сидней настаивал на том, чтобы она оставалась между ним и Джейми. Они дошли до улицы, где стояла Голова Кабана только для того, чтобы шатенка остановилась. Сидней снова посмотрел на нее. — Что такое? — она пыталась подавить улыбку, глядя на каменное здание. Капитан почувствовал неприятную тяжесть в животе. Он не стал ждать ответа и быстро направился ко входу в паб. Когда он открыл дверь, его встретили криками.