Часть 11

После всего мне ничего не остается, кроме как желать на всю жизнь. Любое место. Пока оно с тобой. Кот Капитан Вортекс написал последнюю букву своего имени как раз в тот момент, когда в дверь его каюты постучали. Он осторожно подул на пергамент, наблюдая, как чернила просачиваются и высыхают. Затем он аккуратно сложил его, чтобы скрыть слова. В любом случае, завтра он напишет вариант того же самого. Затем он вытащил из-за шеи ключ, который теперь свободно свисал с цепочки, никогда не покидая ее владения. Сидней открыл верхний ящик стола. Внутри были одинаковые, аккуратно сложенные письма. Все неотправленные. Все забыто. Стук повторился. - Что? — отрезал имперец. Наступило несколько секунд тишины, прежде чем нерешительный голос сказал: - Капитан, если мы будем лететь всю ночь, мы прибудем к восходу солнца. Мы ждем совета. Сидней закрыл ящик, запер его. Письма были очень похожи на эмоции капитана в эти дни. Заперт до тех пор, пока они ему не понадобились. Он встал из-за чего Пёс заскулил, потому что спал у его ног. Капитан Вортекс мягко успокоил его, ожидая, пока он вернет голову на скрещенные лапы. Он почесал его за ухом и направился к двери своей каюты. Он приоткрыл дверь, заставив члена экипажа подпрыгнуть от внезапного движения. Он новый. Он летел с ними всего около месяца, а Сидней уже его ненавидит. - Мы не торопимся. Задержи нас на ночь. Простая команда, которую он принял с натянутой улыбкой. Он прогнал его, чтобы он передал приказ, прежде чем сам выйти на палубу. — Кто-то не в настроении, — раздался голос над ним. Капитан медленно повернулся и посмотрел вверх. Ник перегнулся через перила, ухмыляясь, а Тимми подошел к нему. - Он всегда не в настроении, — сказал Дин, откусывая от своего обеда, который он передал навигатору, как только закончил. Несмотря на знакомый укол утешения, который Вортекс всегда испытывал при виде их обоих, он свирепо посмотрел на него. Они были единственными людьми, оставшимися в его прежней жизни, но даже его недовольство ими казалось призывом к тому, кем он хотел бы снова стать. - Почему ты подсылаешь незнакомцев ко мне, Дин? Ник закатил глаза и отодвинул миску обратно Тимми. - Настроение, действительно. Фамилии, кап? Серьезно? Имперец скрестил руки на груди, защищаясь. - Я неоднократно говорил вам, что не хочу, чтобы меня беспокоили, если только это не кто-то из вас. — Да, да, — отмахнулся Ник спускаясь по ступенькам с Тимми за ним. — Но как квартирмейстер я очень хочу, чтобы все работали на меня. Удивительно, почему Фолкс никогда не воспользовался этим. Хватка имперца дернулась вокруг его рук. Прошло больше года с тех пор, как он в последний раз видел Лилби. Последним воспоминанием Сиднея о нем было то, что они махали рукой с их собственного корабля, когда они расходились с Фолксом, стоящим рядом с Шиной, и та махала в ответ от галеона, который теперь был разобран и продан за монеты, которые набивали все их карманы большую часть времени, проведенного в разлуке. — Это потому, что Лилоуби хорошо справлялся со своей работой, — прямо сказал Сидней. Ник снова закатил глаза и улыбнулся, несмотря на взгляд зеленых глаз. Имперец вздохнул. - Просто сделай это для меня, да? Никаких неожиданных визитов. Ник издевательски отсалютовал. — Конечно, кап. Вортекс сомневался, что он на самом деле послушает, но фальшивое согласие было лучше, чем ничего. Он кивнул чтобы те шли за ним, пока он пересекал палубу. Остальные члены экипажа отвернулись от него, как будто боялись, что на них накричат или даже увидят. Капитан Вортекс почувствовал, как он нахмурился. Словно он был призраком на собственном корабле, блуждающим по каждому уголку, где его собственная команда шептала, как это грустно. Он посмотрел через плечо на Ника. — Расскажи мне это еще раз, — попросил он приглушенным шепотом. - Это может быть ничего такого, — попытался Дин. Сидней обернулся, скрестив руки на груди, и Ник остановился, а Тимми врезался прямо в него. — А если нет? — возразил блондин. В глазах Ника мелькнуло что-то близкое к жалости. Капитан Вортекс почувствовал, как внезапно нарастает негодование, но он опустил взгляд, очистив лицо от эмоций, кроме своей обычной ленивой ухмылки. Он вытащил из пальто аккуратно сложенный пергамент. Неделю назад они получили известие от Акселя, который с радостью разбирал руины своего семейного бизнеса и реструктуризировал его вместе с сестрой. Во всех этих фиксациях они заметили закономерность, лежащую за пределами их внеклассных занятий по очистке шахматной доски семьи Стричей. Одной поездки к Пандоре было достаточно для подтверждения. Пандора Стрич у которой теперь родился здоровый мальчик с поразительно белыми светлыми волосами. Сидней знал, что сохранение ее жизни в конечном итоге пригодится. Услуга, которую она задолжала ему, вернулась в письменной форме. Брюнет прочистил горло. - Дора кажется напуганной. Замки в ее доме безумны, даже если ее муж гнилой, паршивый, со слабым подбородком, бесхребетный… — Ник, — прервал его Вортекс. Тимми подтолкнул друга, который усмехнулся. - Верно. Акс ничего подобного не говорил. Капитан Вортекс посмотрел на него. — Идем дальше, — продолжил Дин. - Когда я спросил ее, почему такие меры, она сказала, что за ними ведется охота. О, эта часть моя любимая. — Продолжай уже, Дин, — рявкнул имперец, крепче сжимая себя. Он вспомнил, когда впервые прочитал слова. Рикошет боли и тоски, пронзивший его грудь. В конце концов, волнение не угасло, и Сидней за несколько секунд ощутил все, что он чувствовал к шатенке. Ему казалось, что он перестал дышать. Он не помнил. В ту ночь имперец напился до потери сознания. Ник продолжал читать так же, как и в первый раз. - Адмирал нашла новое хобби. И она стала довольно хороша в этом. Я предоставила все доказательства того, что ей потребовалось время, чтобы прислать мне, на случай, если вы мне не поверите. Я не думаю, что вы будете. Мы оба знаем, что Ньютон всегда была способна на какую-то полосу мести. Вы двое похожи в этом смысле. Через несколько месяцев состоится сделка. Я подумала, что ты захочешь знать, учитывая, что она ушла от него напоследок. Моист будет там. У меня есть инсайдер, который говорит, что она тоже. Я надеюсь, что это дойдет до вас вовремя, чтобы вы тоже были там. Дора. ” Каждый порт, в котором они были с тех пор, каждый проходящий корабль, Сидней искал. Сначала он не знал, для чего, но в конце концов до него дошло, что он ищет капитана Ньютон. Он гонялся за тенями, которые всегда были вне досягаемости. Целый год, и капитан Вортекс мог только медлить со своей потребностью увидеть Ньютон. Прикоснуться к ней. Чтобы иметь ее. Чтобы самому двигаться дальше. Итак, он снова погнался за ней. Некоторое время назад он понял, что всегда будет искать капитана Ньютон. Он тосковал по ней, несмотря на ярость, охватившую имперца, когда он узнал, чем занималась Джейми после их разлуки. Она перешла на его дорогу и зачищала Его концы. Внезапно его жизненеая цель, которой так была против, что умоляла, вдруг перешла к ней! ЧТО?! Капитан Сидней не знал, что он будет делать, если снова увидит капитана Ньютон. Только время покажет. Ник опустил записку. — Наш Акс всегда любил драматизировать, не так ли? Сидней проигнорировал его, разглаживая невидимые складки на рукавах пальто. — Вы двое все еще можете остаться, если хотите. Тимми криво усмехнулся. — Никаких шансов, капитан. Ник добавил дополнительный кивок. Их непоколебимая преданность немного приземлила его. Он глубоко вздохнул. Он мог видеть остров дальше. Огромный торговый порт, сверкающий фонарями, и бизнес, который никогда не замедляется. — Делай, что считаете нужным, и через пять минут на лодке, — тихо приказал имперец. Все трое двинулись без дальнейших указаний. Капитан Вортекс и навигатор готовили гребную лодку, а Ник кричал приказы заканчивать ночевку. Вскоре после этого он был с ними в лодке, взяв весла, как и Тимми. Если оставшаяся команда блондина и видела, как они уходят в воду к ближайшему острову, решив остаться на этой планете без предупреждения, никто из них ничего не сказал. Сидней создал своеобразную среду со всеми своими недавними командами, чтобы они не опускали головы и не задавали вопросов, если их не спросили. Они боялись известного "двурукого имперского крушителя" большую часть времени, и Сидней скучал только по тому легкому общению единственной команды, которую он всегда будет желать в более тихие часы ночи, когда он мог бы побыть один. Они медленно гребли, перекатываясь по спокойной ряби на воде. Вортекс не возражал. Это дало ему время подумать. Целый год он и пиратка не обменялись ни единым словом. Конечно, капитан написал, но ему некуда было отправить ни одно из писем, оставив их лежать и пылиться в переполненном теперь ящике стола. А теперь Джейми оставила изрядный след хлебных крошек, и имперец ел прямо из ее ладони. Ох, Сидней задумался. Я снова стал мягким. Однако в том, что он чувствовал к шатенке, не было ничего мягкого. Его эмоции качались, как маятник. Ненависть, любовь, ненависть, любовь. Пока они не слились воедино, чтобы стать одним и тем же. Неважно, что чувствовал он, когда дело доходило до этого. Не имело бы значения, чувствовал ли он к ней ненависть больше, чем любовь, или наоборот. Это был бизнес. Это был бывший пират, второй на всю Галактику, пытающийся закончить то, что они начали, пока они, наконец, не нашли бы свое естественное завершение. Сидней нуждался в этом. Когда они добрались до пустого причала, он втайне надеялся, что шатенке это тоже понадобится. Капитан последовала за Тимми и Ником из лодки. Он чувствовал себя более неустойчиво на ногах, когда они стояли на неподвижной земле. Его сердце бешено забилось в горле, и Сидней обнаружил, что его глаза бегают во все стороны. Она могла быть здесь. О, как он надеялся, что она там. — Самый дальний причал на планете Ю-42, капитан, — прошептал Ник, подтверждая, что Стрич стало известно об этой предполагаемой сделке. Пальцы имперца скользнули по его ремню, найдя пистолет, меч и нож, который Джейми дала ему в последний раз, когда они виделись. Он починил лезвие, чтобы оно было более крепким и действительно функциональным. В эти дни это стало привязано к его бедру каким-то естественным образом. Он почувствовал это сейчас, когда они шли к другому концу порта, держась там, где не горели масляные фонари этой отсталой планеты, а тени хорошо скрывали их. Ник внезапно поднял руку, давая знак остановиться. — Вот, — прошептал он. Сидней проследил за его взглядом и увидел группу людей, собравшихся позади корабля, которые несли коробки и ящики в конец дока. Взгляд имперца задержался на определенной фигуре. На ней было длинное черное пальто и шляпа, скрывавшая большую часть лица в тусклом свете. Человек был в перчатках, хотя одна его рука была тщательно спрятана под манжетой пальто. Вортексу не пришлось ждать, пока он повернется к знать, кто это был. Професор Сидней Моист стоял в конце дока, наблюдая, как перед ним туда-сюда проносятся ящики, а рабочий нервно заикаясь что-то тарахтит рядом с ним. Увидев его снова, руки имперца медленно сжались в кулаки. В нем все еще была ярость, и по ночам его преследовали воспоминания о том, как Джейми и Ти сгорбились и устали, привязанные к стульям без малейшей надежды ни у кого из них. Это одни из худших воспоминаний, выжженных в памяти капитана. Те, которые иногда побеждают те, о которых он предпочитает думать, как о мягком утре и еще более мягких прикосновениях. Он шел вперед, не осознавая, когда навигатор схватил его за руку. — Еще нет, — прошептал он. Он явно что-то увидел, несмотря на нетерпеливое бормотание блондина, потому что тишины разговора в порту было достаточно, чтобы заставить его замереть на месте. Эта тишина лопнула, когда Моист тихо сказал: - Разве ты меня не слышал? Там был рабочий в кепке газетчика, который поставил перед профессором довольно большой ящик. Он опустил головы, даже когда Моист продолжал. — Я сказал, это не сюда. Поднимите его, прежде чем вы потеряете руку. Сидней точно узнал момент, когда его дыхание остановилось. Рабочий слегка приподнял голову. — Ты бы точно знал кое-что о потере конечностей, не так ли, Док? Единственный глаз Моиста расширился, когда Джейми Ньютон вытащила из ящика меч, выгнула его вверх и разрезала переднюю часть его рубашки, когда он отшатнулся. — Вот и наша девочка, — с ухмылкой сказал Дин, выводя вперед капитана, который застыл, глядя, как Джейми Ньютон марширует за Моистом с мечом в руке в то время как он кричал, чтобы его люди остановили ее. Имперец узнал двоих, которые вышли вперед первыми. Мусорщик и что-то вроде живого человека-водоросля (порождения самого профессора) были двумя высокими, откровенно жестокими пиратами, существовавшими на другом берегу космоса. Не должно было быть сюрпризом, что они объединились с Моистом, учитывая, что работа была в дефиците для таких, как они, с тех пор, как Аксель и Юстас захватили торговые пути семьи Стричей. Моист был легким выбором, тем более, что он впал в отчаяние после того, как шатенка избавилась почти от всего его существующего экипажа. Капитан Вортекс обнажил собственный меч, когда двое начали нападать на адмирала Ньютон. — Прикрой меня, — сказал Сидней Нику и Тимии. Он не стал ждать подтверждения, зная, что они сделают именно так, как он просил. Люди Моиста казались тараканами, которыми они и были, снующими в ночи и сверкающими кинжалами и мечами, как будто от них может быть какая-то польза. Сидней ухмыльнулся от волнения, которое вернуло его конечности к жизни. Его первый выстрел попал в грудь мужчине, мчавшемуся слева от него. Он успел вовремя поднять меч, чтобы парировать еще один удар справа от него. Вортекс намеренно отводил взгляд от пиратки. Она была способна справляться со всем самостоятельно, как и пес императора. Всё-таки Сидней не за глаза носил свое прозвище. Мечи столкнулись, и металл с резким криком заскользил друг о друга, когда имперец оттолкнул мужчину, скрежеща своим клинком о его. Его предплечье немного ныло, но он привыкл игнорировать знакомую, а иногда и навязчивую боль. Док сотворил чудо, зашив ему руку после инцидента со змеей год назад. Один из зубов монстра почти прошел насквозь, вонзившись в кость. Док больше беспокоился об инфекции, чем о зияющей дыре в его руке. Поэтому Вортекс месяцами тщательно высматривал любые признаки инфекции, на короткое время убеждённый, что он вот-вот упадёт замертво от какой-нибудь внезапной лихорадки. Но месяцы продолжали идти. Джон ушел с четой Стричей и остальными, а у Сиднея Вортекса не осталось ничего, кроме фантомной боли в руке и ужасного шрама, благодаря которому все это помнилось. Это стало проблемой только тогда, когда он захотел драться, как раньше. Он обнаружил, что неправильно прицеливается каждый раз, когда стреляет. Вся его стрельба начала наклоняться вправо, чтобы компенсировать очередь булавочных уколов, которые пронзали его руку каждый раз, когда он нажимал на спусковой крючок. Эта боль уже начала напрягать, но Вортекс зацепил своим сапогом заднюю часть ноги парня, отправив его в полет как раз перед тем, как острие его меча прошло сквозь него. Он не стал смотреть, как на его губах выступила кровь, устремив взгляд в сторону звуков борьбы, раздающихся прямо напротив него. Джейми Ньютон сдерживала Мусорщика, напрягая вес его меча, который, казалось, был в два раза больше ее. Имперец мог сказать, что меч пиратки был одолжен. Рукоятка была слишком большой, а ее длина постоянно нарушала равновесие. Тем не менее, Джейми прекрасно справлялась с инопланетянином сама по себе, но шатенке было достаточно усилий, чтобы не заметить фигуру, приближающуюся к ней с другой стороны. Вортекс стрелял так, словно это был его условный рефлекс. Знакомая боль пронзила его руку, но когда ему нужно было прицелиться, это было идеально. Ньютон уронила Мусорщика, который стонал у ее ног с сочащейся раной на плече. Другой член экипажа попал в док, задохнувшись от пулевого ранения, прежде чем стать еще более мертвым. Тогда их взгляды встретились. Губы пиратки приоткрылись от удивления. Пряди ее волос выбивались из ее косы, которая теперь была свободна от кепки газетчика, которую она носила ранее. Капитан Сидней заметил, что ее волосы стали длиннее. Уголок взгляда пиратки на мгновение смягчился, и Сидней больше не смотрел в застывшую серую бурю, а скорее смотрел на мягкие клочья ночных облаков. Правый угол рта пиратки дернулся вверх. Имперец направил на нее пистолет. — Утка, — сказал он. Джейми без вопросов опустилась как раз в тот момент, когда он снова нажал на курок. Эта пуля попала в плечо мужчине, который бросился на адмирала Ньютон сзади. Сила выстрела подбросила его на ноги, и он присоединился к Мусорщику на полу дока, оба стонали от ран, которые не могли убить их сразу. Им придется вернуться, чтобы положить их позже. Джейми встала и выдохнула: - Спасибо. Капитан Сидней ненавидел то, как его сердце колотилось от звука ее голоса. Казалось, что его любовь к шатенке давно станет проклятием. В этот момент маятник оборвался и с грохотом рухнул в бездну. Ушел навсегда без надежды когда-либо вернуть его. Вортекс давно знал, что это Джейми Ньютон. Кроме нее не было бы никого. Каждый раз, когда он видел пиратку, он снова влюблялся. Он ничего не мог с собой поделать. — Не упоминай об этом, — пробормотал Сидней, отвернувшись, чтобы легко заблокировать еще один приближающийся меч, что доставляло больше неудобств, чем что-либо еще. Пиратка, похоже, тоже так думала, потому что между капитаном и другим членом экипажа внезапно вонзился меч. Она взяла то, что могло быть убийством блондина на себя, и встала прямо перед ним Яркоглазая и слишком невероятно настоящая. — У меня было все под контролем, — отрезал имперец. Шатенка ухмыльнулась. - Я знаю. Без предупреждения рука Джейми обхватила задницу капитана, и они кувыркнулись на пол, чтобы избежать выстрела сзади. Ноги пиратки висели на бедрах Вортекса, пока она выхватывала из-за пояса его пистолет и убивала нападавшего. Она посмотрела на Сиднея довольно самодовольно. - Вы пропустили меня в свою зону? - О, отвали, — простонал Сидней, отталкивая адмирала Ньютон, чтобы он мог взять свой нож и вонзить его в ногу кого-то другого, который кричал от боли, пока имперец не ударил его локтем в висок, лишив его сознания. Капитан высвободил нож, и шатенка снова оказалась рядом с ним, как дурная привычка. Она смотрела на окровавленные руки имперца. — Это мой нож, — прокомментировала она. Сидней посмотрел на нее. — На самом деле он мой, если я правильно помню. Прощальный подарок, который кто-то сделал мне давным-давно. - Это хороший нож, — пошутила Джейми в ответ, не проявляя никакого интереса к кипящей ярости, которая исходила от блондина. Мусорщик встал напротив них. Он едва успел поднять глаза, как Сидней метнул тот же нож. Он приземлился у основания горла. Инопланетянин задохнулся от удивления, когда капитан согнул ноющие пальцы. Его рука горела, но удовлетворение от того, что он упал на пол, отвлекло имперца. - Все в порядке. - Я скучала по тебе, — добавила Ньютон, когда они оба потянулись за своими мечами. Моист был в конце дока и кричал членам своей команды, чтобы они подготовили его корабль. Было каким-то чудом видеть, как он бежит. Вортекс почувствовал болезненное удовлетворение, увидев явные признаки бедствия в виде пота на его лбу. Его рука дернулась, желая вонзить меч ему в грудь. — Аналогично, — тихо признал Сидней. У него не было возможности проверить реакцию пиратки, на них спустилась еще одна команда Моиста. — Я не думала, что увижу тебя снова, — крикнула Джейми сквозь шум новой драки. Вортекс блокировал атаку и ударил левой рукой, сломав челюсть человеку перед ним. В этом ударе было много скрытой обиды. Они были нокаутированы холодно прямо у его ног. — Не думал, что будешь или не хотела? — спросил он, бросая шатенке ее меч. Она схватила его в воздухе и взмахнула, чтобы вывести нападавшего из равновесия. Капитан Сидней выстрелил из пистолета, чтобы прикончить его. Джейми повернулась, нахмурившись. - Можем ли мы не сражаться, пока мы на самом деле сражаемся? - Она спросила. Сидней почувствовал, как нарастает негодование из-за отсутствия ответа. — Конечно, — выдавил он. — Как хочешь, милая. Это был явно не тот ответ, которого хотела пиратка, потому что она вонзила меч имперца в другого человека с невероятно большим гневом. Капитан Вортекс не мог не улыбнуться. Он бесконечно скучал по надоедливой пиратке. Это было похоже на старые воспоминания. Их версия из далекого прошлого. До того, как такие вещи, как чувства, встали на пути. — Знаешь, я собиралась вернуться, — сердито пробормотала Джейми, возвращая блондину свой меч. — О, это так приятно слышать, — сказал Сидней. — На самом деле я бы никогда не узнал. Он взглянул на капитана Ньютон, поймав ее свирепый взгляд в ответ. Хорошо. Сидней предпочел бы, чтобы она сошла с ума, чем просто небрежно относилась ко всей их истории, ведущей к этому моменту. Толчок и тяга, которые сделали их Ими. Сиднею нравилось ее безумие, потому что это означало, что он варился в нем не один. — За год от тебя ни слова, — продолжил он, позволяя своему гневу проявиться. Насмешливо он добавил: - И первое, что вы говорите, это благоговенное спасибо "За то, что вы застрелили парня, который убил бы меня, если бы я сделала это одна. Мне бы никогда не пришло в голову попросить моего опытного и прекрасного бывшего помочь мне в моих планах мести». — Я так не говорю, — раздраженно отрезала шатенка. Она пронзила другого человека одолженным мечом. Сидней повернулся к ней, соответствуя уровню ее раздражения. — Вот что ты из этого вынесла? Не факт, что ты оставила всех нас. - Он махнул пистолетом на хаос, который развернулся вокруг них. — Мои планы мести, как вы так любезно выразились, — сказала Ньютон, отводя взгляд от имперца, чтобы пересмотреть свои взгляды на Моиста, который потерял много людей, чтобы теперь потянуться за своим собственным мечом. — Я мог бы помочь, — возразил капитан Вортекс, продолжая двигаться вперед. Человек-водоросль шел позади следующего роя членов экипажа. После него был только Моист. К удивлению капитана Сиднея она без колебаний сказала: - Я не хотела, чтобы ты это делал. Со мной или без меня. Она была на шаг впереди капитана, который остановился, услышав ответ. Это не должно было быть так больно, но это было. Ужасная боль, которая сжала горло и сжала сердце. Чтобы задушить ее, Сидней пошел за человеком-водорослью. Он был на голову выше его. Плечи широкие и устрашающие, о чем свидетельствует массивный меч, который казался больше для галочки, чем для чего-то функционального. У него была уродливая улыбка, которая расплылась, когда имперец двинулся к нему. Он уже недооценил его. Он мог видеть это по тому, как он лениво держал свое оружие, и по положению его стойки, которое только сигнализировало блондину, что он собирается попытаться насадить его на его задницу в течение минуты. - Почему? — спросил Вортекс изо всех сил обрушивая свой меч на угрозу. Шатенка была позади него. В каком-то смысле они сражались спина к спине, и Сидней ненавидел то, как сильно он хотел, чтобы они делали это при других обстоятельствах. Джейми потребовалось некоторое время, чтобы ответить. Послышался лязг оружия и удивлённый вздох водоросли, когда Вортекс не замедлил шага. Он взял его за руку, вывернув рукав его длинной серой рубашки чуть ближе к черному. Он зарычал от гнева и опустил свой массивный меч. Сидней заблокировал его, ругаясь, напрягаясь под тяжестью. Пиратка, разумеется, выбрала именно этот момент для ответа. — Я не могла смотреть, как тебе больно, — сказала она. Раздались новые выстрелы, и он должен был поверить, что адмирал Ньютон все еще стоит позади него. Снова раздался голос пиратки, как и облегчение, охватившее зеленоглазого капитана. - Я хотела, чтобы у тебя была счастливая жизнь, не в опасности и вдали от вещей, которые я не могла оставить незавершенными. Сиднею удалось оттолкнуть водоросль. Он случайно оглянулся на капитана Ньютон, у которой было еще трое людей Моиста на носу. Он посмеялся над ответом пиратки. - Если бы ты осталась, ты бы знала, что моя жизнь далеко не счастлива. Вам никогда не приходило в голову, что мы не закончили? Сидней вытащил из-за пояса еще один кинжал, парируя безжалостную атаку гигантских липких конечностей этого монстра быстро маневрируя ножом. Он оставил порезы на его руке и туловище, но тот продолжал так, как будто это были не более чем царапины, которые он мог стереть потом. Позади имперца послышались явные усилия, прежде чем Джейми сказала: - Все время. Капитан отказался от замедления противникв, когда он взял свой кинжал и вонзил его в одну из его рук. Он раздраженно вздохнул, когда это, казалось, тоже ничего не дало. Его пальцы начали неметь, и он почувствовал, как напряглись нервы, когда (не)человек снова поднял свой меч. Но ему так и не удалось снова атаковать, так как конец меча пронзил его грудь. Водоросль споткнулся, удивленно глядя на меч. Он упал, оставив имперца смотреть прямо на Ньютон, которая стояла напротив него с ужасной печалью в глазах. Пиратка с угасающими глазами от голубой искры подождала, пока чудовище перестанет захлебываться собственной кровью, прежде чем сказать: — Я никогда не смогла бы простить себе, если бы ты пострадал из-за меня. Я сделаю все, чтобы обезопасить тебя, — пробормотала Джейми. - Так я и сделала. — Ты сделала мне больно, — просто ответил Сидней. Шатенка вздрогнула, но он не мог заставить себя расстраиваться из-за этого, потому что его чувства были такими же ценными, как и чувства пиратки. Тем не менее, несмотря на боль Вортексу, она была здесь, заставляя сердце капитана трепетать, стоя под светом фонаря и вынуждая вспомнить так много вещей, которых он не знал, как если бы хотел накричать на пиратского адмирала или бессмысленно поцеловать ее. Шатенка сглотнула. - Я проведу остаток своей жизни, прося тебя простить меня за это. — На этот раз тебе придется остаться, чтобы сделать это, — ответил Вортекс. Брови пиратки сошлись в грустном, почти сожалеющем выражении. Ее голос прозвучал тихо. — Удалось ли тебе пощадить хоть немного любви теперь, когда ты снова нашел меня? Капитан Сидней слышал эхо их последнего обращения. Что мне делать со всей этой любовью к тебе? Нарушенные обещания, которые медленно восстанавливались. - Достаточно для любого на всю жизнь, солнышко, — правдиво ответил он. Плечи пиратки опустились от облегчения. — Ты должна была найти меня, понимаешь? Джейми издала скорбный смешок. — Позволь мне исправить это. - Должно быть, Вортекс скривился, потому что она улыбнулась еще ярче, прежде чем добавить: — Не так. Я пытаюсь изменить концовку, капитан Вортекс, если вы не заметили. Сидней ухмыльнулся. - Что? ТЫ теряешь меня на этот раз? Она забрала свой меч из-за спины человека-водоросля. — Больше похоже на попытку наверстать упущенное, — сказала она, поворачиваясь к причалу, где стоял только Моист. Ник и Тимми слегка отсалютовали шатенке, укладывая последних людей печально известного профессора. Они закрыли все слепые зоны своего капитана, как он и просил. Моист свирепо посмотрел на Ньютон и имперскую шавку, стоявших в нескольких шагах позади. — Давно не виделись, — крикнула ему Джейми. Он сжимал свой меч в не доминирующей руке. Он выглядел неуверенным и гораздо менее могущественным, чем его версия за те месяцы, когда Сидней имел несчастную возможность познакомиться с ним поближе. Похоже, Джейми не раз подпортила ему кровь за этот год. - Влюбленные ссорятся? - Он огрызнулся. Пиратка пожала плечами, как будто это было не совсем то, что они имели ввиду. — Просто догоняю кое-какие вещи, — сказала она. — Кстати, как ты? Думаю, немного одиноко без круга верных помощниц. Моист прорычал, потянувшись за пистолетом. Капитан Сидней предупредительно выстрелил ему в ноги, заставив его замереть. — Даже не пытайся, — тихо сказал он. - Я оставил ее один раз для тебя. Второго шанса у тебя не будет. Теперь Я сделаю из тебя ТАКОЙ эксперимент... что все твои зубы осыпятся в твои трусы вместе с позвоночником. - Т-ты видел записи из камеры, где я... Как?... - Джейми на мгновение дезориентировалась, собирая новую головоломку. Ну конечно, Шина. Эстевес слишком много знала о претории. Помогала ей обуздать эту силу, якобы для добровольного эскперимента? Еще бы. Неудивительно что Вортекс был так долго и необъяснимо зол на нее в то время. Ей просто... повезло выдержать сорок уровней пыток. Но он... Он... У Джейми возникло непреодолимое желание поцеловать Сиднея в его суровое лицо, если бы только она могла. — Ты уже выиграла, — сказал Моист, глядя на капитана Ньютон через плечо этого парня. - Ты и эти дети из семьи Стричей забрали все. Шатенка вытряхнула себя из неподобающих мыслей и мило улыбнулась. — Не все, — поправила она. — Ты еще жив и стоишь. Лицо Моиста скривилось от гнева. Он ринулся к шатенке на одном дыхании. - Я должен был разрезать тебя сраз!!! Вортекс чуть не пропустил легкое движение пиратки. Свободной рукой она отмахнулась от него. Сидней понял. Он знал, к чему это привело. Она должна была закончить это сама, иначе ничто из ее целей не имело бы значение. Джейми сразу заметила его слабости. Он не был так уверен в себе с мечом в левой руке. Он замахивался слишком сильно, чтобы компенсировать недостаточную хватку, которую он действительно имел на своем мече. Джейми не давала ему права ошибаться, выплескивая на него всю свою боль и гнев, как будто это было последнее, что она когда-либо делала. Она ударила Моиста ногой в грудь, заставив его отшатнуться. И вернулась к нему прежде, чем он успел оправиться. Тот небрежно заблокировал ее меч, но не удар, последовавший за ним. Его нос был окровавлен, истекал кровью, которая начала окрашивать его зубы. В следующий момент меч пиратки вылетел из его руки. Она схватила его за рубашку спереди, приблизив к себе, чтобы спросить: — Что ты сказал Тимми и мне? Она оттолкнула его, не дожидаясь ответа. На этот раз Моист действительно упал, карабкаясь назад, как сделал бы любой нормальный человек. Ньютон забрала его ресурсы. Его известность. Его власть. Теперь осталась только его жизнь. Она подняла меч, на его лице появилось трезвое выражение. — Больше никаких вторых шансов, — прошептала она. Моист застонал, когда его грудина треснула под силой меча пиратки. Сидней знал, что она получила его сердце. Он, казалось, тоже это понял, поскольку его дыхание стало затрудненным, несмотря на его постоянные попытки отступить от пиратки, которая смотрела на него сверху вниз, ожидая, когда последний вздох прекратится. Через некоторое время он устал от его борьбы, взял рукоять меча и толкнул его дальше, пока Сидней не убедился, что слышит треск дерева под ним. Профессор Моист был прижат к своей последней скамье подсудимых, как бабочка за крыло. Он не мог подобрать слов. Всякий раз, когда он пытался, это выходило хриплым дыханием. В конце концов Сидней узнал, что он медленно топил Тимми, когда они были схвачены. У него было собственное чувство удовлетворения от потребности в воздухе, отразившейся на его лице. Ньютон не переставала стоять над ним, пока, наконец, его рука не обмякла вокруг торчащего из груди лезвия. Он замер, и шатенка впервые расслабила плечи. Она протянула руку и стянула повязку, закрывавшую его раненый глаз все то время, что Сидней знал его. Пиратка посмотрела на нее в руке. — За Тимми, — просто сказала она. Капитан Вортекс понимающе кивнул, бросив последний взгляд на его безжизненное тело, прежде чем отвернуться. Он не стал ждать, пока шатенка его остановит. Сделано. Закончено. И с ними тоже. Другой цели у нее искать его нет. Сидней вздохнул... И не было. — Подожди, — сказала Джейми. — Кот, да ладно. Подожди! Капитан Вортекс увидел Тимми и Ника на другом конце порта, проверяющих тела на наличие признаков жизни. Он мог уделить несколько секунд, решил он. Не то чтобы он когда-либо смог сказать «нет». Он всегда уделял этой шатенке любое количество времени. Они снова оказались лицом друг к другу. - Мы можем поговорить? Пожалуйста. Сидней молчал. Вот женщина, которую он любил. Здесь было все, чего он желал и хотел. Он думал о своих бессонных ночах и неотправленных письмах. Его надежды и мечты укутанные шоколадными волосами с оттенком электрика и ужасающей способностью убивать. Он хотел поговорить. Сиднею хотелось кричать. Сиднею хотелось плакать. Хотелось поцеловать адмирала Ньютон и почувствовать ее дыхание на коже. Он просто хотел. Его первые слова прозвучали шепотом. — Я так и не рассказал тебе, что увидел в тот день, когда мы добрались до галеона. Когда все сходили с ума, я видел, как ты взяла нож и покончила с собой. Это то, чего я боялся больше всего на свете. Ты делаешь что-то, из-за чего тебя убивают. Я знаю, тебе нужно, чтобы он ушел. Чтобы император ушел. Я знаю, Ньютон. Но я не думаю, что ты когда-либо задумывалась о том, что бы это значило для меня, если бы ты ушла. Тишина расширилась, почти поглотив их. Джейми Ньютон выглядела так, словно пыталась сдержать слезы. Он заметил, что у нее довольно дерьмовая работа, поскольку некоторые из них выскользнули на свободу. — Я видела, как тебя убили, — тихо сказала Ньютон. - Это я был виновата. Мне пришлось нарушить свое обещание и использовать эту силу, чтобы не сойти с ума прямо там. Вортекс печально улыбнулся ей. - Но отдай мне должное, любовь моя. От меня так просто не отделаешься. — Наверное, нет, — сказала Джейми, скрестив руки на груди и глядя на капитана. Ее глаза сканировали каждую частичку его тела, как будто они так долго голодали и наконец-то получили удовольствие от своего первого с тех пор вкуса. — Я ненавижу тебя, — выпалил Сидней. Было приятно сказать это. Даже когда шатенка ухмылялась. — Нет. - Она двинулась вперед, и именно тогда Сидней увидел это. В тусклом свете фонаря что-то блеснуло на пальце пиратки. Это было кольцо. То, которое Сидней дал ей до того, как они расстались, и то, которое он оставил шатенке, когда они расстались во второй раз. Оно было обернуто вокруг безымянного пальца пиратки, и у него закружилась голова. — Ты носишь его, — сказал он, заставив адмирала остановиться. Ньютон проследила за его взглядом. Она немного согнула руку, улыбнувшись тонкому кольцу, которое она носила как напоминание. — Это был единственный способ, которым я могла удержать тебя при себе. - Она снова посмотрела на имперца. Она сделала еще несколько шагов вперед, пока ее руки не сомкнулись на руках Сиднея. Она высвободила их из сжатой хватки, пока ее пальцы не смогли проникнуть сквозь. Сидней чувствовал ледяное прикосновение кольца к своей коже. Он мог видеть серьезное выражение в глазах пиратки. Они были так близко. Расстояние сокращалось. — Последнее, о чем ты меня просил, — это доказать, что я люблю тебя. Вортекс чувствовал дыхание пиратки, когда она говорила. - Позвольте мне доказать, что я никогда не останавливалась и что я буду продолжать любить вас до конца вашей жизни, капитан Сидней. Их губы соприкоснулись, и блондин почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Ему потребовалась вся сдержанность, чтобы не сдаться. Были воздвигнуты новые стены, и хотя пиратка блестяще справилась с их разрушением, он смог отступить на дюйм. Однако Ньютон, казалось, ожидала этого. — Полети со мной куда-нибудь, — сказала она. - Зачем? — тихо спросил Сидней. - У тебя еще одно и непроделанное приключение завалялось? Джейми мягко улыбнулась. - Что-то вроде того. Хочешь узнать? Имперец опустил взгляд и взглянул на Ника и Тимми, которые давали им уединение. У него была своя работа, которую ему нужно было выполнять. Были вещи, которые он мог сделать. Торговля, чтобы прервать цикл оружейных заводов императора Прайма. Средства для продолжения распределения. У Акселя, вероятно, было что-то, чем мог бы заняться имперец. Хотя ничего из этого особо не сравнивалось. Он не мог унять любопытство, которое тянуло его к шатенке. Невидимая нить прочно обвилась вокруг их запястий, и у Вортекса никогда не было сил перерезать ее. — Только в этот раз, — пробормотал Сидней. - Конечно, капитан, — ответила Джейми за них обоих. Для них это никогда не было чем-то разовым. Она дала зеленоглазому время вернуться на свой корабль и собрать то, что ему нужно. Ник и Тимми не слишком удивились, когда он сказал им, что Анти принадлежит им, пока он не вернется. Он начал торопливо прятать важные вещи в своей каюте, хотя Дин уверял его что они не будут ничего там трогать. У них были собственные апартаменты, которые они очень полюбили. Каюта все еще будет ждать его, когда он вернется, вся нетронутая. Пес с волнением и замешательством укусил его за пятки, пока он собирал неотправленные письма, спрятал свой прощальный нож и старые рисунки их команды. Все воспоминания прошлой жизни. Бьюти была на руках у Юстаса, когда они смотрели на восход солнца. Крис за книгой, осторожные руки загибают верхний угол страницы. Аксель лежал на палубе с закрытыми глазами. Док склоняется над раненой рукой Сиднея. Ник регулирует канаты корабля. Шина и Лил Би, опираясь на штурвал, тихо разговаривают. Лука и Дилан притворяются, что сражаются, с поднятыми мечами. Ник, Бью и Тимми преследуют Пса. Даже Кевин, смотрящий на океан в поисках чего-то или кого-то. Он упаковал все это, свистнув Псу, чтобы тот последовал за ним, а Ник и рыжий пожелали ему удачи после его предупреждений убить их, если они повредят какую-либо часть АнтиНексус Джейми ждала посреди порта. Ее лицо смягчилось, когда она увидела Пса, который ускорил шаг и бросился к шатенке, как только увидел ее. — Предатель, — пробормотал имперец, когда Пес встал на задние лапы, чтобы попытаться лизнуть лицо пиратки. — У него теперь есть имя? — спросила Ньютон, глядя на Сиднея, пока Пес продолжал прыгать в открытых объятиях пиратки. — Пес, — просто сказал Сидней. Джейми рассмеялась, и он почувствовал, как его рот бунтует, когда в свою очередь улыбнулся. В конце концов, все трое начали идти по порту до самого дальнего конца, пока не достигли корабля. Это был скорее шлюп с массивным солнечным парусом на вершине искусно сделанного корабля, который заставил Вортекса вздохнуть от того, насколько, к несчастью, он был прекрасен. Второй Нексус. - Вам это нравится? — спросила Джейми рядом с ним. — Где ты его нашла? - Вортекс перенаправил. — Никон Куинлан знает самых странных людей, поверь мне — только и сказала Джейми. - Достать метал у Сьюз было не сложно. Вортекс помычал и молча последовал за ней. Вблизи корабль был еще красивее. Имперцу пришлось сдержаться, чтобы не провести руками по каждому дюйму, пока Джейми вела его в каюту. Блондин остановился у двери, не думая о том, что значит снова делить пространство с шатенкой. Он никогда не скажет ей, насколько пустой была одна сторона кровати с тех пор, как они расстались. Джейми, казалось, заметила колебания капитана. - Это всего лишь тур. У руля есть место. Вы можете получить все это. Сидней слегка кивнул и последовал за ней в каюту. Все было тщательно организовано. Кровать была идеально заправлена. Книги и карты были организованы, и он догадывался, что существует какая-то система, которая сведет его с ума, но будет необходима шатенке. Он довольно резко вспомнил о воспитании пиратки, когда вошел в комнату. Дочь губернатора насквозь. - Похоже, здесь живет проклятый солдат, — прокомментировал Сидней. Пиратка улыбнулась ему, прислонившись к чистому столу. — Не у всех из нас есть твоя способность заполнять пространство. Капитан Вортекс остался у двери, прислонившись к косяку. Он сразу перешёл к делу. — Куда мы направляемся? — Ты бы возненавидел, если бы я сделала это сюрпризом? — осторожно спросила шатенка. Она держалась за край своего стола, и ее кожа немного побелела от того, как сильно она стала держаться за него. Просто для того, чтобы сохранить дружеские отношения, Сидней ответил: - Я бы не возненавидел это. В конце концов я догадаюсь, я полагаю. Адмирал Ньютон жевала внутреннюю сторону щеки, словно пытаясь сдержать улыбку. — Нет, я не думаю, что вы сможете. — Это вызов, пират? — Возможно, — сказала она, отталкиваясь от стола. - Я должна как-то поддерживать интерес на корабле. — Боишься, что я уйду, если это не так интересно? — спросил имперец. — В ужасе, — без колебаний ответила Ньютон, к удивлению Сиднея. — И я уверена, что тебе бы очень не понравилось, если бы мне снова пришлось гоняться за тобой. Капитан Вортекс попытался покинуть каюту, чтобы избавиться от зуда в груди, чтобы поднять капитана Ньютон на этот новый стол прямо здесь и сейчас и использовать их свободные руки. — О, ты же знаешь, я люблю хорошую погоню, — бросила он через плечо. В последующие недели Сидней заполнил корпус своими вещами, и они держались на расстоянии друг от друга большую часть дня и каждую ночь, выполняя свои обязанности по управлению целым кораблем только вдвоем. Как он любил каждую секунду. Ветерок на его загорелой коже. Мозоли реформируются вдоль его рук. Спутанные волосы и постоянный взгляд пиратки на другом конце корабля. Потребовалось некоторое время, прежде чем им удалось связать достаточно слов, чтобы поддержать разговор. Но они снова погрузились в комфорт, как будто никогда и не были лишены друг друга. — Как ты нашла их всех? — спросил Сидней одной ночью под звездами. - Экипаж Моиста. Шатенка ковыряла пальцы, избегая зрительного контакта. - Юстас передавал мне информацию, когда Аксель и Пандора что-то находили. Он один знал, что я собиралась делать с самого начала. Я заполняла пробелы, когда мне было нужно, но он очень помог. — Держу пари, ты наделала немало шума, когда об этом узнал Джон, — прокомментировал Сидней, откидываясь назад, чтобы посмотреть на небо. Он услышал, как адмирал издала короткий смешок рядом с ней. - Они переживут это. Я помогал Доку делать множество гораздо более идиотских вещей. Он никогда меня не подвел. — У тебя действительно был талант укрывать идиотов в качестве своей команды, — прокомментировал имперец. - Эй. Он села. — Один из них буквально пытался тебя убить. Губы пиратки сжались, и Сидней поймал себя на том, что смеется. Настоящий и искренний смех. В последнее время она делала это намного чаще. Это было хорошо. Они продолжали плыть в пустоте. Пес продолжал лизать воздух, счастливый быть рядом с ними обоими, несмотря на странное расстояние, между которыми он продолжал мчаться. — У него действительно должно быть имя, — возразила Джейми. — У него есть. - Пес — это не имя. Чтобы доказать свою точку зрения, Сидней присвистнул и сказал: - Сюда, Песик. Пёс послушно подошел к блондину, уткнувшись головой в его раскрытую ладонь. - Что ты говорила? После этого Джейми больше никогда не упоминала имя Пса. Прошел почти месяц, когда Вортекс понял, что практически не имеет ни малейшего представления, куда они направляются. Он знал, что они направились на восток. Хотя они уже некоторое время шли туда. Пиратка никогда не двигалась с места на точных координатах, как бы сильно он ни подталкивал ее. Тем не менее, он не хотел доставлять шатенке удовольствие от победы в затеянном ими выдуманном соревновании. Поэтому Сидней перестал спрашивать. Только он не знал, что проиграл, пока Джейми Ньютон однажды утром не разбудила его. Сидней довольно удачно занял свое место. У него были приколоты рисунки и вещи, которые имели большее значение, например, письма и его нож, спрятанный под грудой смятых одеял и его пальто, которое он называл подушкой. Собака до сих пор спит у его ног, привыкнув к этому за последний год. Его одежда была плохо сложена и расставлено все таким образом, что Ньютон улыбнулась разительным различиям, которые всегда срабатывали лучше всего, когда они были вместе. — Кот, — прошептала она. — Капитан котё-ёнок, проснись. Сидней пошевелился, еще глубже уткнувшись лицом в подушку. Рука пиратки дрожала, когда она убирала выбившиеся локоны, упавшие ночью на лицо блондина. Линии одеял были прижаты к одной щеке. - Давай, солнышко. Мне есть что тебе показать. — Ты не можешь просто так красть прозвища, — пробормотал имперец с закрытыми глазами. — Ну, тогда проснись, если хочешь оставить его себе. Сидней застонал, но в конце концов открыл глаза, несколько раз моргнув в тумане сна. Шатенка стояла над ним с раздражающей легкой улыбкой, ее волосы были распущены и падали волнами на плечи. Капитан сел и отвернулся чтобы она не видела, как румянец растекается по его щекам. — Я сейчас буду, — сказал он. Джейми позволила ему. Сидней не торопился вставать, все время пытаясь отогнать свое любопытное волнение. Солнце уже взошло, когда на палубе появился имперец. Он понял, что они куда-то прибыли, когда услышал шум волн у своего рода берега. Над головой кружили птицы. Он мог слышать шум из близлежащих портов. Вортекс нашел капитана Ньютон на палубе, смотрящей на раскинувшуюся перед ними землю. У имперца перехватило дыхание. Земля. Действительно Земля. Она не шутила, когда србиралась на Фиджи... Там были холмы, переходящие в высокие утесы. Между ними расцвел город, и рыбацкие лодки покрыли весь берег, пришвартовавшись, когда люди проснулись с восходящим солнцем. — Это… — Сидней не смог закончить вопрос. — Добро пожаловать на Французскую Ривьеру, — произнесла за него шатенка. - Ну давай же. Это не единственная часть. Джейми покинула свой космический корабль, как будто его вовсе не могли ограбить или приблизиться, а Пес последовал за ней. Она продолжала двигаться, зная, что капитан в конце концов последует за ней, как только шок утихнет. Они добрались до Франции. Он Был во Франции! с Джейми. Сидней покинул корабль через несколько минут. Пес шел между ними, а пиратка оставалась на шаг впереди, ведя их, не позволяя ему остановиться, чтобы оглядеться. Она продолжала говорить «позже» каждый раз, когда Вортекс умолял ее остановиться чуть ли не на каждом углу улицы. Капитан отказался от попыток после того, как Ньютон сказала: - У меня есть кое-что, что могло бы быть намного лучше. Поэтому они продолжали идти. Зеленоглазый занялся тем, что следил за тем, чтобы Пес не убежал гоняться за птицами. Он смотрел на береговую линию, все еще зачарованный тем, где находился, когда шатенка похлопала его по плечу. Они остановились перед домом. Он выходил на край утеса, где океан вдалеке казался бесконечным. Он был из старого камня с оранжевой черепицей вдоль крыши. Со всех сторон были окна, чтобы ловить солнечный свет в любое время дня. Крыша вздыбилась под странным углом, что придавало ей очаровательный вид. Кусты заросли вместе с травой по краям лианами, которые карабкались по стенам дома, обвивая его. Входная дверь была выкрашена в темно-зеленый оттенок, который гармонировал с пышными полями под их сапогами. Вортекс долго смотрел на него, прежде чем она тихо сказала: - ...мое будущее. Я сказала, место, которое не качается на ветру. Есть где посмотреть на океан. Где-то тихо. Где-нибудь... для тебя и меня. Сидней продолжал искать. Кто-то вырезал инициалы на двери. О Боже, его сердце сжалось. Он толкнул капитана Ньютон прежде, чем понял, что делает. — Дом, Ньютон? — сказал он раздраженно. Джейми позволила ему поднажать, почти смеясь над реакцией. — Ты купила нам дом? - Сидней продолжал кричать. - Знаешь, я могу изменить цвет двери, — сказала она. - Эта дверь слишком хороша! — крикнул Сидней в негодовании. Он снова сцепил руки, а Пес кружил вокруг них, предполагая, что все волнение было просто игрой. Шатенка поймала руку блондина и осторожно опустила их, едва моргнув от крика. - Вам это нравится? — мягко спросила она. Дыхание Вортекса сбилось. Он тяжело сглотнул и посмотрел на дом. Их дом на берегу моря. - Я не знаю, — прошептал он, прежде чем сразу же потребовать: - Покажи мне, что внутри. Ньютон ответила с легкой улыбкой, которую она спрятала, когда повела Сиднея к дому. Как и ожидал, она тщательно вырезала их инициалы рядом друг с другом прямо под вырезом в двери, которая представляла собой крошечное окно в форме корабля. Внутри у Сиднея навернулись слезы. Там была единственная спальня с идеально заправленной кроватью и местом для сна рядом с Псом. Кухонная зона, столы, стулья и плюшевые коврики на каменных полах. Джейми взяла его за руку, таща в каждую комнату. Запасная спальня для гостей. Комната для рисования Сиднею. Пиратка даже показала ему коробку, полную новых красок и материалов, сказав, что теперь у них есть деньги, чтобы тратить их на дорогие вещи. Был двор. Бесконечное пространство холмистой местности. Камин со стульями и подушками, чтобы броситься на них, пока солнце садится в окна. Джейми подвела его к передней части дома и указала вдаль, где стоял ее новый корабль под защитным навесом. Они могли видеть это из своего дверного проема. Не было никаких других звуков, кроме тихого гула океана и тихого шепота пиратки рядом с ним. - Вам это нравится, кап? — снова спросила Джейми. Он посмотрел на нее, потянувшись, чтобы обхватить ее лицо. Пиратка застенчиво улыбнулась, когда их лбы коснулись друг друга. - Вы превзошли себя. Я люблю это место. Все это место. Сидней заметил, как шатенка вздохнула с облегчением. - Я знаю, что мы еще не все выяснили прямо сейчас. И я знаю, что мне есть за что извиниться. Но если вы позволите, я хотела бы остаться и сдержать данные вам обещания. — А что это за обещания? – осмелился спросить Вортекс. Джейми посмотрела на него. - Любить тебя. Держать вас просто в безопасности. Дать вам что-то в этом мире. Сидней, пожалуйста. Позволь мне остаться с тобой. Я... я не многое могу тебе дать. Но я не знаю, что еще мне сделать для тебя. Я помню, что обещала одну сделку и конец. Я исчезну из твоей жизни, ты больше меня не увидишь... Но правда в том, что я умру достаточно быстро, если это произойдет. Мне не надо просчитывать риски на сей раз, чтобы знать точно... Я же так отчаянно тебя люблю, разве ты не видишь?... Но у меня осталась только моя жизнь. Я больше ничего не могу тебе дать. Великий ты пират в целой империи или нет, - Джейми опустила голову, в ожидании, когда великое горе обрушится на нее и разобьет навсегда. Чего она не ожидала услышать, так это тихий смех. - Твое сердце, адмирал? Ньютон невольно ухмыльнулась. - У меня давно его нет. Это все твое. Они проводят годы, наслаждаясь каждым поцелуем. Каждый был лучше предыдущего, и Сидней гнался за ними, как солнце за горизонтом. Они наблюдают, как Пёс мчится по полям, очарованные жужжанием сверчков и свежим окружением, которое кажется ему навсегда новым. Джейми готовит для них. Имперец понятия не имел, что ей это удастся, но вот они, хорошо едят каждый день недели. И они танцуют. Они много танцуют. - Это наша песня, — говорил Сидней, когда они выезжали очередной в город и слышали музыку, доносившуюся из узких улочек. - Ты говоришь так о каждой песне о любви, — отвечала Джейми, все еще позволяя блондину притягивать ее к себе, сплетая руки вместе, прежде чем находить опору на бедрах и плечах. Сидней улыбался, украдкой целовал и шептал: - Потому что они все наши. Они разговаривают в более тихие часы ночи. Когда огонь догорит и Пес рядом крепко спит. Они тратят много времени на извинения. Они компенсируют время, которое у них должно было быть. А в промежутках шепот любви наполняет каждый уголок их дома у моря. В конце концов Сидней передал им свой корабль. Вместе с ним прибыл груз непослушного экипажа. Воссоединение длилось несколько недель. Возможно, была свадьба. Определенно были пьяные обещания осмелиться вернуться в космос. И в конце концов они бы это сделали. Сидней и Джейми слишком скучали по путешествиям, чтобы навсегда остаться вдали от них, но теперь все было по-другому, потому что они знали, что им есть к чему вернуться. Была ночь, когда Джейми читала каждое неотправленное письмо. Вортекс приготовил им ужин, пока она молча читала в другой комнате. Он повернулся к шатенке, стоявшей на кухне позади него, без обуви, с взлохмаченными волосами и стопками бумаг, сжатыми в руках, с новыми слезами на глазах. Это была долгая ночь. Но в конце концов, среди клубка простыней и летнего воздуха, просачивающегося через открытые окна, и слабого храпа Пса на изголовье их кровати, Сидней заснул с шатенкой на руках, как он спал каждую ночь с тех пор, как они начали жить в доме. Он часто мечтал об их будущем. Том, которое у них уже было, и том, которое, как он знал, они получат. Они сделают это все вместе, и космос будет наполнен слухами и историями обо всем, что они сделали. Большинство из них были настоящими. Немного преувеличенными. Хотя для них это не имело значения. Что имело значение, так это то, что время, наконец, решило существовать только для них двоих. И Сидней хотел этого будущего. Будущего в ласковых глазах напротив, умоляющих его согласиться. Вортекс вылетел из своего странного сна наяву и ухватил руку шатенки, не давая Джейми развернуться и навсегда уйти из его жизни. - Так, адмирал. Во-первых, ты больше на шаг от меня не отодвинешься. А во-вторых, - и Сидней не может сдерживаться, внезапно смеясь, чем вынуждает и ее на робкую улыбку. - Джей, ты не поверишь, что я только что видел, пока смотрел в твои глаза.