"Да умный на самом деле"

      — Генерал, я могу попросить кое-куда заехать прежде чем я сопровожу вас домой? — спросила Таня усаживаясь на задние сиденье личного автомобиль Цеттуа.       Большое начальство село за руль, а Реруген на пассажирское сиденье с спереди.       — Смотря куда, Майор Дегуршаф.       — В центральную библиотеку, — оба мужчины удивлённо подняли брови, сделав это почти синхронно. — Вы не подумайте, я не решила взять книжку на вечер, у меня там назначена встреча, а на каблуках я могу не добраться от вашего дома до туда.       — Хорошо, — кивнул Генерал.       Дорогой автомобиль покорно заурчал, заводясь и трогаясь с места.       Реруген тут же отвернулся, демонстративно любуясь прекрасно знакомыми столичными улочками.       Таня с интересом наблюдала за этим.       Генерал заговорил первым.       — Реруген, прекрати дуться как маленький ребёнок.       — Вам не стоило приходить.       — Я очень хотел познакомиться с подчинёнными Майора Дегуршаф поближе.       — До этого я и сам догадался.       — Ты всё ещё злишься на меня из-за той истории.       — Злюсь?! — Реруген наконец посмотрел на начальника. — Уж простите, но мне стоило набить вам морду лица за подобный фортель.       — Я публично извинился.       — Благо, в этом я не перенял манеры своего папаши — делать все исключительно на людях. Я простил вам ваш поступок, но злоба некуда так просто не денется.       Генерал чуть снизил скорость и покосился на Полковника.       — Что такое? — спросил Реруген.       — Ничего.       Минутное тягостное молчание.       Реруген смотрел в окно, будто ничего и не произошло.       Таня внимательно наблюдала как на лице Генерала играют едва различимые эмоции. Учитывая его долгие годы службы, где каждый день ему нужно было скрывать свои чувства, внутри него сейчас все кипело и бурлило, раз она могла хоть что-то рассмотреть.       — К какому входу подъехать, Майор Дегуршаф? — Цеттуа заговорил так резко что девушка натурально подпрыгнула на своем месте. — Что с вами? Неужели встреча столь долгожданна?       — Вы просто немного напугали меня, — ответила девушка скромно поднимая руки.       — Напугал? Вы все ещё боитесь громких мужских голосов?       — Нет Генерал Цетуа, я боюсь внезапных громких звуков в тишине.       — Внезапные артобстрелы наверное вселяют в вас животный ужас, — немного поддел девушку, Генерал.       Неожиданно для мужчин, Таня хихикнула, и тут же поспешила спрятать свою ухмылку за руками.       Под заинтересованным взглядами она все-таки обяснилась.       — Как артобстрел может быть неожиданным? Да и разве он случается в тишине?       Генерал загнал машину к главным воротам центральной библиотеки.       — Когда вы в таком милом платье, тут же забываеться, что вы фронтовик до мозга костей. Выходите, я отгоню машину на стоянку… — Реруген перебил своего начальника.       — Тут для этого есть «пажи».       Таня решилась уточнить.       — А не «стюарды»?       Генерал перебил их.       — Это должность правильно называться «швейцары», и права, мне не сложно отвезти машину на стоянку. В отличии от большинства больших шишек штаба, я испытываю искрению радость от подобных житейских мелочей.       Тоненький голос очень строго ответил.       — При всем уважение Генерал Цеттуа, это не вопрос вашего личного комфорта или развлечения. Сейчас я исполняю роль вашей личной охраны. Вам не стоит отходить от меня не на шаг.       — Где это видано что бы охраняемый ходил за охранником?       Девушка только пожала плечами.       — Империя крайне прогрессивна в своих взглядах. Если с машиной что-нибудь случиться, думаю Реруген легко возместит вам стоимость ремонта.       Полковник не стал сдерживать легкий смешок.       — Вы на неё посмотрите, кольца на пальце ещё нет, а моими деньгами распоряжается только в путь.       — Да ну тебя, пойдемте уже, меня все-таки ждут.       Троица выбралась из машины, и Таня заметила с каким неудовольствием Генерал отдаёт ключи от своей «ласточки» тут же подскочившему юнцу. Надеясь что начальство слишком занято горестными мыслями, она шепнула возлюбленному.       — Поверь мне, не будь ты по меркам штабного Полковника неприлично богат, я бы не стала посягать на твои деньги.       — Тань, я прекрасно помню, так что на следующие день рождение я дарю тебе не серьги, а маленький оружейный заводик. Кажется ты хотела производить патроны?       Неожиданно девушка расцвела, и подхватила его под локоть.       — Ты сегодня меня слишком балуешь. Кормишь вкусностями о которых я могу только мечтать, обещаешь самые чудесные подарки. Я давно воюю с нашими оружейниками, что бы они наконец сделали мне толковую экспансивную пулю. Нужно ковать железо пока их не запретили все мирный конвенции мира.       Генерал вклинился в их милую беседу. Троица уже поднималась по высокой лестнице ведущей к зданию.       — «Экстенсивная»? Не разу не слышал о таком.       — Ум… — девушка чуть задумалась. — В пуле делаются специальные бороздки, и сплавляется она из метала разной плотности, при попадание в тело она разрывается на мелкие кусочки. Спокойно может оторвать ногу противнику, когда обычный снаряд аналогичного калибра просто пройдёт на сквозь.       — А ещё на вашем заводике можно будет производить те вычислительный сферы для спасение жизней солдат от сепсиса.       — Учитывая что записывать на них заклинания должен очень опытный колдун, не плохая идея. А ещё…       Генерал не стесняясь, по-ребячески закатил глаза.       — Молю, Майор Дегуршаф, я слишком сыт что бы слушать о подобном. Я предпочёл бы что бы великолепный ужин остался в моем желудке.       — Простите.       В этот момент они подошли к КПП.       Таня достала из кармана на груди документы и протянула их постовому. Тот внимательно прочитал написанное, будто впервые видел военник. Достал какой-то талмуд и стал быстро перелистовать страницы.       Девушка решила облегчить его страдания.       — На последней странице, молодой человек.       — Простите, ваше благородие, — залепетал солдатик, очень серьёзно отнесясь к приставке «фон» в документах.       — Просто майор.       — Простите майор, просто эти документы редкие и… Я не думал что встречу два за один день.       — Рядовой, вы не представляете сколько ещё чудес вы увидите в своей жизни. Я могу идти?       — Да, — солдат вернул девушке документы.       — Благодарю, — она мила улыбнулась и юноша зарделся.       Когда к нему подошёл Реруген, солдат удостоился убийствено-ледяного взгляда.       Полковник сдал оружие как и полагалось, мальчонка только пискнул что тот может проходить.       Генерал не стал устраивать сцен и просто прошёл положенную процедуру проверки документов, хотя и не стал лишать себя удовольствия подколоть подчинённого.       — Полковник Реруген, неужели вы готовы убить любого, кому улыбнуться Майор Дегуршаф?       Девушка хихикнула.       — Тогда всему рейнскому фронту нужно немедленно спрятаться.       — Почему же?       — Ребята говорят я часто улыбаюсь в бою.       — Вам нравиться стрелять в людей? — вопрос Генерала был саркастичным, но девушка ответила на него вполне серьёзно.       — Иногда. Конечно чаше всего это просто защитная реакция.       — Вы говорили об этом психиатру на мёдкомисии, Майор Дегуршаф?       Таня тут же ответила вопросом на вопорос.       — Вы все ещё ищете причину оставить меня в тылу? Ох Генерал Цеттуа, будь этот разговор пару лет назад я бы приварилась умалишённой, лишь бы больше не слышать свист пуль над головой. Хотя… — девушка задумчиво коснулась подбородка, — не пара лет. Если так прикинуть не меньше пяти. Ой, — она чуть встряхнула головой как всегда делала когда выпадала из глубокой задумчивости. — Я такого наговорила, вы наверное думаете что я совсем сума сошла. Правда, я не рвусь на фронт потому что хочу убивать людей. Вы когда ни будь сами стреляли в человека, Генерал?       — По молодости я пару раз участвовал в дуэли, вот только попасть мне было не суждено, на фронте я бывал уже только как большой офицер.       Реруген вклинился в разговор.       — Мне признаться тоже не доводилась именно «стрелять».       Девушка заговорила профессорским тоном пока троица медленно продвигалась по богатым коридорам центральной библиотеки.       — В смерти от пули едва ли есть что-то благородное. Когда ты на фронте винтовка становиться продолжением твоего тела, и иногда… — она сглотнула, — кажется будто ты душишь противника собственными руками. Душить ещё хуже… — голос ей стих, она была сейчас не с ними. — Человеческая смерть воняет как не одна другая…       Цетауа сделал шаг сокращая расстояние между ними и положил руку на плечо девушки и она замерла как вкопанная.       — Не переживайте, я могу вам обещать что ближайшие пять лет большой войны не будет. У вас будет время оправиться.       Девушка привычно лучезароно улыбнулась. Кажется даже её кудри повеселели и подпрыгнули.       — Ваши слова очень обнадёживающие Генерал. Спасибо.       — Я читал ваш доклад о формирование группы быстрого реагирование на чрезвычайные ситуации в столице. Признаться, он мне очень приглянулся. Даже за вычетом моего желание привязать вас поближе к Реругену.       Таня задорно вскинула одну бровь.       — «Привязать»? Оу, интересный подбор слов.       — Если быть откровенным я немного поузновал о особенностях… — мужчина несколько раз покашлял в ладонь, — появления детей у колдуний.              Реруген был готов натурально завыть от отчаянья понимая что начальство опять завело эту тему.       — Генерал, — Таня заговорила очень мягко, — боюсь тут дело не только в том что я колдунья, или просто очень молода. У меня немало травм, и выносить дитя станет для меня непосильным испытанием.       — Я не хотел вас обидеть.       — Как вы сами сказали, войны не предвидится ближайшие несколько лет. Может взгляды мои поменяться, а исследование в сфере колдовской медицины шагнут вперёд. Да и… — она перевела взгляд на Реругена и густо покраснела. — Я понимаю, что вы его наставник в плане военной службы, про то как побеждать в постели тоже вы ему рассказывали? Просто если так то я должна высказать…       Реруген с трудом смог сдержать хохот впервые за много лет увидев как у Генерала Цеттуа, сколы на котором держится вся армия, человека который одержал победу в войне, виднейшего военного современности, чуть покраснели уши от смущения.       Эрих знал что у Генерала всегда краснеют только уши, вот только обычно это случаться после изрядной доли выпитого алкоголя.       Цетуа поспешил отвернуться и буркнул себе под нос.       — В том нет моей заслуги.       — Извините! — взвизгнула Таня и начала смущено махать руками, — Я просто подумала… Ой… Мне так неловко… Прости пожалуйста… Ребята видно подлили мне немного шапанского в пунш… Простите…       — Девушке в таком милом платье можно простить любые глупости, Майор Дегуршаф, — наконец взяв себя в руки несходительно сказал Генерал. — Кстати, в какую аудиторию мы идём?       — В шестнадцатую.       Реруген вклинился в разговор.       — Разве в ней не хранятся образцы газет за нулевые годы?       — Именно.       — Зачем твоему тайному визитёру понадобилось это старье?       — Эм… Ну… Это… — Таня так резко мямлила что Реруген всерьёз подумал не подлил ли её кто крепкого алкоголя. — Понимаешь, это как с чесноком.       — Чесноком? — удивился Генерал.       — Да, это маленький колдовской секрет, многие его знают, но все равно мы стараемся о нем не распространяться. Вдруг его используют против нас.       — Вы нам не доверяете? — голос Генерала стал ещё более удавленным.       — Нет, что вы! — девушка снова смущённо вскинула руки. — Просто, соблюдаю осторожность.       — Тогда я приказываю вам рассказать, Майор Дегуршаф. Терпеть не могу когда в армии от меня скрывают то что можно использовать против моих же солдат.       Девушка тут же затораторила.       — Восемдясят процентов колдунов не переваривают манну чеснока. Единицам становиться плохо когда он есть в комнате, но почти всех вырвет если его подмешать в еду. А шестнадцатую секцию библиотеки мы используем из-за пыли.       — Пыли? — хором удивились мужчины.       — Да. Вам должно быть известно что пыль это смесь полевого клёша, частичек кожи, бумаги, пыльцы и другой дряни. Все это имеет собственную манну в микроскопических дозах и в большом скопление даёт эффект непробиваемого шита. Каждая отдельная частичка вступает в резонанс с определенным спектром манновой волны высекая при большом количестве частиц весь спектр.       — Хм, поэтому колдуны Альбиона в свое время тренировались в старом замке. Там стены наполовину, а то и на три четверти состоят из пыли, — высказался Цеттуа.       — Ах! — охнула девушка. — Я об этом и не подумала. Вот она сила житейского опыта.       — А вы рассказывать не хотели. Может есть ещё что нибудь специфическое?       — Ум… Оно не совсем приличное.       — Говорите.       — Колдуны умеют управлять своим семенем.       В коридоре повисло тягостное молчание, кажется на целую вечность, хотя прошло не больше тридцати секунд.       Генерал первым решился его нарушить.       — Мне лезут в голову самые страшные картины. Вам придётся уточнить.       — Если колдун очень хочет что бы девушка от него забеременела, то может осознано увеличить шансы почти до ста процентов. Процесс замысловатый и признаться очень нудный в объяснении, но это из занимательных фактов.       — А девушки?       — Нет, в этом плане мы как обычные люди. Вайс научился читать когда у меня овуляция, но это… — тут девушка снова покраснела поняв какую дурь ляпнула.       — Овуляция? Я такой термин только в контексте ветеринарии слышал.       — Ну, мы во многом тоже животные.       — И ваш заместитель, знает когда у вас «охота»?       — Ум… — Таня с мольбой посмотрела на Эриха.       Он тут же сделал несколько шагов встав между ними и закрыв девушку своей широкой спиной.       — Лейтенант Вайс, не смотря на свою некоторую придурковатость, очень одаренный колдун. Один из вопросов которые он изучает — это решение вопроса бесплодия у женщин. Вот только женщин, за которыми он может наблюдать постоянно не так много, поэтому Майор Дегуршаф и Лейтенант Серебрякова любезно позволят ему наблюдать за своим циклом. Мы с вами не медики, но любой врач скажет вам что этот вопрос почти не изучен в деталях. Кто знает если перемирие затеняться возможно Вайс станет видным…       Таня все ещё нервничала от чего её голос был пронзительно высоким.       — Репродуктологом.       — Видете, они уже даже слово для этого новое придумали. Колдуны сейчас стоят не только на острие военной мысли, но и на острие научной.       — Да понял я, Реруген. Меня умением вешать лапшу на уши можешь не удивлять, как-никак я сам тебя ему обучал. Впрочем, я должен отметить что чрезвычайно рад, нашему пусть и такому неловкому разговору, Майор Дегуршаф.       — Правда? — удивилась девушка.       — Да, вы прекрасная партия для Реругена. Можно сказать его отражение. Когда он выпьет он тоже несёт такую околесицу, что мы с Рудерздорфом всерьёз подумывали начать записывать и смастерить из этого колонку в газете. Я думаю это был бы фурор среди военных.       — А почему не стали?       — Дорого, вы когда-нибудь сами пребывали его споить?       Троица тут же добродушно рассмеялась.       Таня решила поддержать воцарившиеся беззаботное настроение и кое=что предложила.       — Раз у нас сегодня небольшой вечер откровений, могу вам продемонстрировать действие пыли на колдуна высшего класса. Порой правда очень забавно наблюдать, как мы, привыкшие воспринимать манну как первичное чувство анализа окружающей среды становимся беспомощными котятами, по сравнению с людьми что всю жизнь смотрят и слушают.       — Как пожелаете Майор Дегуршаф, — ответил её Генерал Цеттуа.       Девушка тут же вырвалась вперёд задорно цокая каблуками.       Генерал же чуть наклонился к Полковнику и шепнул.       — Ей стоило предупредить нас о неожиданной встрече с «Чёрными Перчатками». Я не удостоился чести быть с ним близко знакомым, но по первому впечатлению он на редкость специфический человек.       Реруген поспешил перевести с офицерского на человеческий для большей детальности.       — Мудак или конченый гондон?       — Ближе к «гондону».       — А почему вы подумали именно на него?       — А какой ещё «колдун высшего класса» сейчас в столице? Только он безвылазно торчит в своей лаборатории пятый год, пытаясь совершить технологический прорыв.       — Действительно.       Мужчины увидели как девушка шмыгнула в дверь аудитории и прошли за ней.       Комната казалась сильно меньше чем остальные аудитории из-за просто немыслимого количества аккуратно подшитых газет, которые, несмотря на упорядоченную раскладку, все равно создавали ощущение векового хлама.       В аудитории было четыре чертёжных стола, из которых был занят только один. Обычный человек смотрелся бы рядом с таким столом крошечным, но хорошо знакомый Реругену колдун своими широченными плечами прекрасно вписывался в композицию.       Волосы, отчётливо отливающие рыжиной, выдавали его с головой.       Девушка грациозно прошла к нему, стук каблуков по плитке почти оглушал в полной тишине комнаты, тонкая рука легла на широкое плечо и Вайс тут же подпрыгнул на своём месте от неожиданности.       — Майор! — мгновенно оправившись от шока, он протянул к неё руки и приманил к себе за талию. Ему пришлось очень сильно наклониться, что бы поцеловать её в макушку. Реруген с огромной радостью отметил что в его груди от этой сцены не разгорелась ревность. Колдун просто так проверяет в порядке ли его командир.       — Поздоровайся, — ласкова сказала девушка, и Вайс тут же спрятал её за своей спиной.       — Здравия желаю Генерал Цеттуа. Здравия желаю Полковник Реруген, — поняв что угрозы нет он отступил, позволяя им снова увидеть девушку. Впрочем провожатые её уже вовсе не интересовали, она внимательно рассматривала начерченные на бумаге круги с крошеными столбиками цифр и формул.       — Ты закончил?       Колдун тоже мгновенно потерял интерес к большому начальству и указал на один из элементов на чертеже, девушка тут же восторженно охнула.       — Толчок от липидной группы! А проблем с первичным онтогенезом быть не должно?       — Подумал что это не совсем безопасно, пока решил воспользоваться более консервативными…       — Нет, толчок от липидной группы просто идеален. Как всегда невероятно элегантно…       Полковник и Генерал подошли к чертёжному столу и попытались понять о чем колдуны завили столь увлечённый спор.       Реруген подумал что надо будет уточнить у своей ручной «светской львицы», нельзя ли нечто подобное причислить к современному искусству. Несколько пересекающихся кругов разного размера, окружённые фигурными рамами в которые очень аккуратным почерком вписан текст, который лишь на первый взгляд имел смысл. При попытке прочтения он тут же распадался на скопление знакомых слогов и букв.       — При всем уважение Майор, мне вариант с липидной группой тоже кажется очень заманчивым, но это может нарушить синтез клеток с измененным антогинезом.       — И что с того?       Колдун развёл руками.       — Вам с ним спать. Я наслышан что… — Полковник и Генерал отшатнулись назад когда девушка взмыла в верх залив комнату золотыми искорками и зажала своему заместителю рот.       — Я тебя поняла, — по глазам было видно что Вайс улыбается во все тридцать два зуба. Секунда и он взяв начальство за талию мягко опустил её на землю. — Используй стандартный метод сигнализации.       — Погодите, — колдун чуть нахмурил брови. — А если… Хм… Полковник, — он протянул ему руку.       Реруген не нужно было нужды что то ещё пояснение и он коснулся кончиков пальцев.       — Давильно чисто. А теперь Генерал, — Вайс протянул руку большому начальству и тот инстинктивно отшатнулся от возможной угрозы.       Эрих поспешил вступиться за друга.       — Не бойтесь, он не кусается.       — Вы хотите меня просветить магией?       — Да.       — Зачем?       — Мне стало кое что интересно, но в принципе не думаю что мой геном сильно отличается от вашего, — колдун оступился, взял карандаш, лёгким движение вывел новый идеально ровный круг, совсем крохотный по сравнению с другими и быстро начал в него что то вписывать.       Таня потребовалось несколько секунд что бы прочесть начертанное, и она тут же рассмеялась.       — Действительно, это наше отличие абсолютно бесспорно. А ну-ка наклонись, хорошему пёсику положена награда.       Вайс послушно наклонил голову позволяя немного потрепать себя по голове.       — Досчитай все с таким методом сигнализации, и можешь вшивать.       — Да же без тестов? Майор, это немного опасно.       — Ты один из четырёх людей, которым я готова без вопросов доверить его жизнь. Так что считай. А мы пока прогуляемся.       Реруген был готов поклясться что колдун чуть залился румянцем, особенно когда он быстро уткнулся носом в бумаги.       Генерал Цетуа когда абсолютно непонятный ему разговор был окончен все же осмелился спросить.       — Пояснения для неведуюших будут?       Таня обратилсь к Эриху.       — Ты хотел бы скрыть причину своего плохо самочувствия от начальства?       — Нет.       — Ладно. Очень сильно упрощая, моя манна сильно отличается по свойствам от обычной.       Вайс вклинился в разговор.       — Частично подобные свойства есть у Гланца, да и большая часть Альбионских колдунов так умеют.       — К чему ты это уточнил?       — К тому что вы не уникальный экспонат, нам просто мало про это известно.       — Ладно, замечание как всегда дельное, и как всегда бестактное. Так вот, теперь у Реругена моя манна, и она в отличии от обычной может действовать самостоятельно. Без команды. И… Сильный эмоциональный порыв, может её активировать.       — Майор, — Вайс чуть откинулся на стуле. — Если вы хотите объяснить проще то просто скажите что Полковник в вас по уши влюблен, и что бы ваша манна его из-за этого ненароком не прикончила ему нужно защитное заклинание, и я его написал.       — Вайс, — рыкнула девушка и колдун снова спрятал нос в бумагах. — Я хотела сделать своё объяснение чуть более научным, но слова моего заместителя верны. Не думаю что вам интересно слушать про методы подавления, сигнализации и анализа.       Тут Генерал спросил.       — Позвольте уточнить два вопроса. Колдун высшего класса это ваш Лейтенант?       — Да, он по силе не сильно от меня отстаёт. Если тонкости в методах подсчёта, но делать большой «бум» он может не хуже.       — И второе, неужели вы правду доверите писать заклинание для зашиты вашего возлюбленного такому прохиндею?       Таня не стесняясь громко засмеялась.       — Он притворяется. Я давно хочу сплавить его в какой-небуть исследовательский центр.       Реруген перебил девушку.       — Не думаю что он настолько глуп что это требует специального исследования.       Тут колдуны ограничились сдержанным смешком, и девушка продолжила.       — В нашем батальоне 80% новых разработок принадлежит его рукам, вот только он быстро теряет интерес к вещам которые его не интересуют, — Таня подошла со спины к Вайсу и снова чуть потрепала его по волосам. — И хорошие идеи перестают приходить в его голову вовсе.       Генерал решил уточнить.       — Каков тогда ваш профиль, молодой человек?       Вайс на секунду замялся и посмотрел на командира безмолвно уточняя можно ли о таком распространяться, девушка согласно кивнула.       — Пытки, оптимизации взрывных заклинаний, использование химического синтеза в малых и больших объёмах и с недавних пор я увлёкся биомеханикой.       — Нам сказали что вы увлекаетесь ещё и репродуктивной системой.       Колдун только пожал плечами.       — Матка тоже орган. Командир, я закончил.       — Накладывай, и поехали, я валюсь с ног от усталости.       — Поехали? Я думал вы на своих двоих пришли.       — Нет, нас подвёз Генерал Цеттуа.       — А на своём или на служебном? — Реруген увидел в глаза колдуна уже знакомую искорку интереса.       — На личном, — ответил за девушку Цеттуа.       После ответа искорка интереса тут же погасла. Эрих подумал, что Вайс просто как большой мальчишка испытывает необъяснимую тягу к дорогим автомобилям, но видимо тут была какая-то другая история.       Вайс встал со своего места, абсолютно мимоходом взял Полковника за подбородок, чуть наклонился, было похоже что сейчас случиться поцелуй, но он лишь приложился лбом ко лбу на миг и отстранился.       — Мы сегодня у Генерала в эскорте? — уточнил колдун, взмахивая рукой над листом бумаги с чертежом, обращая его в облачко пепла.       — Ага, отвезём его домой и сами по кроваткам, а ты, мой большой дурашка, поедешь к жене. Она же волнуется, да и, — девушка пихнула заместителя локтем под ребра, тот лишь картинно скривился от боли, — не стоит упускать шанс заделать первого карапуза.       — Уж поверьте, мы изо всех сил работаем над этим, — колдуны пошли по коридору вовсе не обращая внимания на то, идут ли за ними большие офицеры.       Цеттуа сказал Реругену.       — Полагаю, вы хотите как можно скорее оказаться в общежитии что бы тоже поработать над наследником.       Реруген только скрестил руки на груди и немного горделиво ответил.       — А мы сегодня уже работали над этим вопросом.       Генерал только задумчиво коснулся подбородка.       — Эх молодость.       Секундное молчание и мужчины, скромно прикрывая улыбки и скрывая смешки, пошли вслед за колдунами.