Часть 2. Легкая кисуня

Спешно открываю дверь в преподавательскую, ненароком соприкасаясь с изумленным взглядом мужчины. Потирает переносицу, немного приподнимая очки с затемненными линзами, а затем вздыхает, пока я присаживаюсь на стул рядом. Нервно поджимаю губы и спешно запрокидываю ногу на вторую. Наступает момент порицания за действительность и осуждение прошлых поступков. К счастью, к этому я готова. — Здравствуй, Есения, — киваю на доброжелательное приветствие, устремляя взгляд в крупное окно. — Почему не заходишь? — Здравствуйте. — Присаживайся, не стой в дверях… — любезничает. Усмешка щекочет кончик языка, и я переношу вес на спинку стула. Действительно, двухмесячное отсутствие в университете способно доставить достаточное количество проблем, особенно если вы находитесь в шкуре Еси, предпочитающей класть на рабочие отношения и выстраивать личностные. — Вы расстались, Есенька? — с неким напором задает вопрос, и я ощущаю, как содрогаются мимические мышцы на моём лице. — Честно говоря, я до сих пор нахожусь в недоумении от этой новости… — Данила Степанович, я бы хотела уточнить насчет крайней сессии… — Она закрыта, — вклинивается преподаватель, стараясь направить разговор в необходимое для него русло. — На отлично. Впрочем, это некий аванс за твои прошлые заслуги перед МГУ. — Хм, поблагодарить? — Не стоит, — сухо. Киваю, стараясь воссоздать весь список достижений, полученных за честную учёбу в именитом университете. Как минимум, я вынуждаю себя молчать о нескончаемом потоке взяточничества и сексуальной передержки симпатичных первокурсниц. Да, манипуляция главенствует в межличностных отношениях, когда иным аппелировать не приходится. — Вы с Бали вместе прилетели? Алексей уже несколько недель не отвечает на звонки… Я беспокоюсь, Есеня. — О боже… И хочется развесить яркий баннер с кричащей надписью: пробудится от нескончаемого пьянства и вернется в замок обители. И все же, вместо импульсивности, овладеваю собственной неспокойной психикой и сглатываю комок недовольства. Вибрация смартфона побуждает отвлечься от неприятного диалога и воссоздать коннект с доброй реальностью, где всё измеряется дружбой и приятным времяпровождением, не требующим ничего взамен.

Столярчик: кисунь, в съемках сможешь поучаствовать? Продам себя в рабство, если ты согласишься!

Переворачиваю телефон, и сообщение скрывается в затемненной панели. — Не вместе, — спокойно отвечаю, норовя поскорее избавиться от ненавистной компании. — Данила Степанович, я вам благодарна, но ваш сынок способен зарабатывать деньги, но никак не ценить своих близких. Всё меркнет, когда он вливает в себя лишнюю рюмку и начинает творить дичь. — Еся, я понимаю, что Лёша — не подарок, но биржи и бизнес выматывают очень сильно и, к сожалению, он находит упоение в спиртном. Я обещаю, что поговорю с ним, как этот балбес выйдет на связь. Не руби с плеча. Вам придется очень долго оправдываться перед сетями. — Уверена, ваш отпрыск справится самостоятельно. И с зависимостью, и с созависимостью. Действительно, последнее о чем я могу мыслить, спустя полтора месяца после расставания — это оправдание перед сетями. — Включи мозг, Есения! Истерический смех вырывается с низов диафрагмы, и я стараюсь сдержать порыв влепить собеседнику пощечину и запретить манипулировать моей активной социальной жизни. Конечно, я понимаю, что мой заработок не сравнится с миллиардами оборота бывшего возлюбленного, но это не перекрывает желание заявить свою правду на многомиллионную аудиторию. Иногда голос превозносит валюту в несколько сотен раз. И, к счастью, у меня есть, чем излагать свою мысль. — Я молода и нуждаюсь в любви, заботе и понимании! Дело ведь не в бесконечно привлекательной картинки, где вы позируете перед фотографами, а то, что воссоздается между двумя влюбленными людьми! — выпаливаю я, и сердце ускоряется. — И увы, ваш сын никак не вписывается со своими избиениями в мои желания. Девичье лицо искажается в истерическом смехе, и я жестикулирую в такт своих мыслей. — Еся, твои желания должны быть ниже ваших взаимоотношений. Проиграют все. Представь громкие заголовки о вашем расставании. Ты не ребенок, чтобы ощущать необходимость лишь в глупых тусовках и съемках. И кстати, тебе никто не запрещает заниматься любимым делом, но выносить ссоры из избы и так легко разбрасываться отношениями, ты не посмеешь. — Мои отношения с вашим сыном не дают вам право разговаривать со мной угрозами, — спокойно отвечаю я, считывая эмоцию превосходства в лице напротив. — Есения, я прошу тебя включить мозг и выключить детский максимализм. — Я включила его в тот момент, как наконец-то ушла от него. Приподнимаюсь со стула, не желая находиться в конфронтации с человеком, не заслуживающим моего объяснения. Только двое людей, существующих в паре, могут откровенно оценить происходящее. И если трижды я показательно хлопала дверью, убегала, а после приползала на поводке созависимости, то сейчас я не позволю себе расценить истинное манипуляторство, как беспокойство и любовь. — У тебя впереди выпускной курс, Есения, и летние месяцы пролетят очень быстро… — сухо выпаливает декан режиссерского факультета, и мои губы растягиваются в улыбке. — Готова потерять труды своей работы? — Теперь я понимаю, в кого именно ваш замечательный сынишка. — Ты придешь быстрее, чем поистине осознаешь свою беспомощность. Направляюсь в сторону выхода, и напоследок одариваю статного мужчину миловидной ухмылкой. Мне ненужно доказывать его никчемность, дабы насладиться собственным превосходством. И да, я буду творить дичь чуть чаще, в надежде, что рано или поздно заголовки глянцев засветятся лозунгами отбеливания тридцатилетнего мужчинки и очернения юного инфлюэнсера. Уверена, так проще! конечно, я приму тебя в свое рабство. Высылай адрес.

***

Друг бережно огибает мою талию, направляя вглубь павильона, и я эмоционально огибаю его крупную ладонь, находя себя в причал умиротворения и покоя. Неспешно осматриваю лица присутствующих, стараясь воссоздать в памяти их облики, что несколько дней ранее виднелись в Among us на популярной видеоплатформе. — Боже, Еся! Темноволосая девушка накидывается на моё тело с объятиями, и широкая улыбка озаряет лицо. Возможно, это слишком неправильно скучать по кому-то и самостоятельно губить взаимоотношения. Команда — моя творческая семья, а я безжалостно удаляла их из родословной, стараясь спасти отношения на деревянных плотах будущей погибели. — Чудесно выглядишь, — оставляет поцелуй на моей щеке, и я благодарно поглаживаю её по спине. — Я так скучала, Еся, так сильно… — Взаимно, — шепчу. Стыд — то, что вспыхивает в сердечной мышце и бьется так сильно, что даже отголоски слышатся в слуховом проходе. — Девчули, наш тайм очень задерживается! Обнимашки и признания в скучашках потом! — в своей манере выдает Столяров, вновь утягивая меня на съемочную площадку. — Еся, дедлайны горят! Мы горим! Незнакомый парень с немного вьющимися волосами, карими глазами и несколько туповатой ухмылкой хватается за мои плечи и импульсивно прижимает к себе. Кажется, его детская непосредственность способна взрастить в любом человеке истинную эмпатию. И я не исключение. — Леха Кореш! — представляется, и я интуитивно отвечаю на его рукопожатие. — Ты — прям соска-нереалка, пацаны были правы… С меня сотка, Данила-педрилла! — визжит. — Не обращай внимание, этот человек говорит прежде, чем включает свой мозг, — вмешивается немного пухловатый парнишка с недельной растительностью на подбородке. — Илья. Сегодня ты будешь сниматься у меня в ролике. Отбиваю кулачок и мысленно благодарю своего друга-тихушника, что сокрыл неочевидно важную информацию, с которой я могла бы поступить иначе и попросту не явиться в съемочный павильон. — Времени было в обрез, Есь... — оправдывается Столярчик и поглаживает мои лопатки. — Ты лучшая, кисунь. — В общем, суть видоса: две пары друзей поочередно отвечают на вопросы друг о друге, кто выиграет, забирает сотку, а проигравшие выполняют наказание! — понимающе дергаю плечами и немного оборачиваюсь к другу-молчуну. — Ну? — Мы их размажем, кисунь! — весело и самонадеянно. — Ага, или они нас… Направляюсь к барному стулу и поднимаю детский планшет для рисования. Кажется, это будет одна из немногих битв, что уже мысленно проиграна. Безнадежно смотрю на друга, весело смеющегося с парнями, и вновь сталкиваюсь с осознанием, за что именно я так долго контактирую с этим человеком. Он — энергия, доброта, импульс. То, что необходимо мне для задора. — Ох… Подводка записывается быстрее, чем предполагалось, и парни из команды соперников уже весело представляют друг друга. — Человек, сующий пальцы в мою жопу чаще, чем я успеваю об этом попросить. Охеренный друг, всегда готовый прийти на помощь и просто крутой стример — Санек Парадеевич! — выкрик Лёши побуждает съемочную площадку завизжать. — И чел, который готов завуалировано распиздеть любые секреты и не понять об этом — Лёха Кореш. Вновь наслаждаюсь мягкими буквами, растекающимися из уст моего недельного знакомого. Уверена, что это единственный человек на планете, обладающий такой приятной картавостью. Иначе я не могу осознать тот факт, почему то, что ранее казалось неприятным, сейчас воссоздалось эмпатией и очевидной притягательностью. — Богиня сегодняшней съемки и всех вечеров! Девушка, обладающая нескончаемым потоком энергии и искрометным юмором — Есения! — Молодец, всё сказал правильно… — отыгрываю партию и поглаживаю друга по коротко стриженным волосам. — Горжусь, кисунь. Присутствующие смеются, и я немного расслабляюсь. Всё же привычнее находиться с людьми, снимающими мой контент на протяжении четырех лет, но всё же, смена обстановки позволяет убедиться в достойных характеристиках моей личности. Не совсем дерьмо, и то ладно. — Самый сильный и мужественный мужчина, лучший отец очаровательной малышки, а также победитель номинации «Сморозить херню и самому поржать» — Алексей Столяров! — Оу, как это мило… — протяжно подвывают парни. — Кисуни! — визжат. Брови друга немного опускаются, и я замечаю милую мордашку удовлетворения. Я знаю, насколько ему важно услышать, что он действительно достойный отец. И я буду худшей подругой, если не заявлю об этом на всю видео-платформу. — Так, начнём с команды Лехи и Еси! Ваш вопрос, ребята! — произносит Илья, и я улавливаю взгляд светловолосого парня, сидящего в десяти метрах от меня. — Сколько сексуальных партнеров было у Есении? Демонстративно вздымаю глаза ввысь, но всё же шустро вырисовываю цифру на планшете. Я понимаю, что необходимо задавать подковыристые вопросы для поднятия просмотров, иначе смысл. Люди не поймут кликбейт и закидают тапками-дизлайков, а для всех блогеров необходимо получить верхнюю строку в рейтинге. — Не за последний год, а за всю жизнь, — подкалывает Парадеев, и я вытягиваю тонкий средний палец. — Что? Неужели один и средний? — Это для твоего друга! — подмигиваю, отправляя отголоски к их представлению. Яростный смех вновь будоражит атмосферу съемок, и я удивляюсь, почему жизнь не свела меня с ними чуть раньше? Ведь, очевидно, так здорово находиться в контакте с людьми, способными доводить до смехотворной конвульсии. Со временем начинаешь осознавать, что легкость — единственное, что не может создаться или выстроиться. Легкость — это данность. То самое, что неизменно. — Ну что, ребята, показывайте ваши ответы! Спокойно переворачиваю доску, находя отражение своей цифры в ответе друга. Отбиваю пятюню Столярову, совершенно не сомневаясь в его тщательном изучении моей личной жизни — Рил, так мало? — удивляется Кореш. — А тебе сколько лет? — Двадцать три. — А ну нет, тогда норм. У меня четыре, но я всё-таки мужик! — осмеивает шаблоны соперник. — Мужик блять, у тебя лобковые волосы то расти начали недавно! — восклицает кочек, находящийся вне кадра, и я разрываюсь в смехе. — Для меня и наших подписчиков. Можно считать, что два партнера это ровно двое серьезных отношений? — задает наводящий вопрос Илья. Немного поджимаю губу, задумываясь. — Ну, предложение мне делали единожды, поэтому считаю шаблонно-правильными только крайние отношения. И то хуевые, раз до ЗАГСа не дошло. Парни довольствуются моим ответом, и я погружаюсь в безудержное веселье и дичь в исполнении команды соперников. Кажется, что парниша с тринадцати сантиметровым членом (Спасибо, Кореш, что просветил), делает шоу даже из примитивного ответа. Его чрезмерная открытость миру, определённо точно, херачила его по голове, но он как и прежде верит, что это дружественные подзатыльники и совершенно не считает их чем-то негативным. Полтора часа съемок проходят в невероятном хаосе, периодическими подколами друга друга и паузами дурных шуток, заканчивающимися в территориальной геопозиции половых органов. Я знаю, что подобное дико и гнусно для большинства правильных людей, но когда вы ощутите истинное умиротворение, позволяющее выпаливать всё, что только придется на ваш светлый ум, то наконец-то поймете, что в этом и есть счастье. Подбирать слова — глупо, корчить из себя аристократическую личность — глупо. А если вы взялись за блогерскую карьеру, то, пожалуй, просто будьте собой. Люди не притягиваются к фальшивым образам и напускным постам. Любовь публики — это про иное. — Я мог бы тебя подвезти и изменить число на «три». Немного оборачиваюсь, фокусируясь на прядях сероватых волос. Кипиш. Постоянный и взбалмошный. Не сдерживаюсь и разрываюсь в ярком и наполненном смехе. — Неуд, Санечка. Вот если бы предложили сразу к пятёрке, то получили бы зачет. — Сексуальные эксперименты? Мне нравится! — поддерживает веселье Домовенок и спокойно вытягивает из моих рук рюкзак, заполненный интерактивными предметами для съемок, камерами и любимой литературой. — Я всё-таки джентельмен. — Ты же действительно пытаешься мне понравиться… — немного прищуриваю глаза, пока парень загадочно улыбается и снимает сигнализацию с белоснежной иномарки. — Возможно… Поблагодари Лёху за твой слитый адрес. — Класс! Присаживаюсь в кожаный салон автомобиля, глубоко заседая в мягкое кресло. Тепло разливается по телу, и я улавливаю, как фонарные столбы отражаются в крашенном капоте. Парень плюхается за водительское сиденье, и его длинные пальцы вставляют ключ в зажигание. Машина заводится, и интерактивная подсветка загорается. Припоминаю свое транспортное средство и недовольно вздыхаю. Кажется, стоит отогнать её с прошлого места жительства. — Оцениваешь заграничный автопром? — утрирует Саша, и я свожу брови на переносице. — Да нет, мне даже нравится осознавать, что схожая иномарка стоит в замке дракона и ждёт моего спасения… — завуалировано отвечаю я и на мгновение прикрываю глаза. — Так ты — рыцарь? — Мне всего лишь нужно пробраться в охраняемый особняк, собрать вещички и отогнать машину. И в идеале не попасться на глаза злобного принца, иначе мне пиздец… — пожимаю плечами. — Хотя, в любом случае мне пиздец. — Звучит пугающе! Внимательно вкушает мой монолог и с любопытством осматривает женское тело. Светофор загорается красным, и машина останавливается. Спокойствие медленно взращивается внизу живота, томительно надавливая на мышцы. Расслабляюсь. — Не хотела бы залететь на стрим? — предлагает Саша, неустанно всматриваясь в мягкие черты моего лица. Пожимаю плечами. — Какой ты, Санечка, милый! — смешливо произношу я и не спеша преподношу ладонь к его лицу. — Как домовенок, честное слово. Соприкасаюсь подушечкой пальца со скулой, когда машина трогается с паркинга. Парень не сдерживает широкой улыбки, испытывая приятное покалывание диссонанса под твердыми структурами головного мозга. — Играешь со мной? Неожиданно руль дергается вправо, и автомобиль заезжает в небольшой темный переулок. Одергиваю кисть от лица Домовёнка, пока парень отстегивает ремень безопасности и тянется к моему телу. Немного вжимаюсь в кресло, стараясь унять ускоренный сердечный ритм. Желание отпустить ситуацию и расслабиться будоражит извилины, и я ощущаю себя маленькой куколкой, выжидающей своей участи на плоте недосказанности и предвкушения. — Ну, думаю, я недостаточно правильный, чтобы сдерживаться... — саркастически произносит Парадеевич, осторожно кладя руку на сиденье рядом с моим телом. — Я щас не справлюсь с эмоциональным порывом. Останови, Есечка, пока не огребла проблем в виде влюбленного парниши. — Звучит угрожающе, — шепчу, исподлобья всматриваясь в губы стримера. — И заманчиво. — Е-се-ни-я… — тихо говорит Саша, смакуя каждый слог моего имени. — Звучит слишком волшебно, хочется отрезвиться. — Ну… Немного прогибаюсь в пояснице, приближаясь к телу молодого мужчины. — Ощущаешь, как напряжение оседает… — шепчу. Мягкие губы Парадеевича накрывают мои, и несколько сотен мелких салютов взрываются в сознании. Ослабляю уста, позволяя мужскому языку проникнуть внутрь моего рта. Незамысловатые узоры вырисовываются внутри, и крупная рука стримера надавливает на женскую поясницу, буквально отлепляя стройное тело от кресла. Поддаюсь физическим законам, перебираясь на привлекательного молодого человека. Губы томительно перехватывают друг друга, покусывают и заставляют созвездие усомниться в реальности происходящего. — Блять… — рычит. Свободолюбивая Еся никогда бы не позволила себе подобное, она предпочитала творить дичь, но не впускать в личные границы, но вот она в машине с недавним знакомым, оседлала его тело и отвечает на поцелуй так откровенно, словно завтра может и не наступить. Провожу языком по прохладным скобам брекетов, пока пальцы Саши проникают под футболку свободного кроя. Мурашки пробегают по позвоночному столбу, пока я вновь завлекаюсь в томительную борьбу с языком партнера. Становится душно. Толи из-за повышенной температуры внутри машины, толи от глупого осознания, бьющегося об стекла моего неведения. Что я творю? — Черт! Отлепляюсь, буквально вынуждая своё тело вновь уткнуться в кресло. Медленно набираю воздух в легкие, а затем форсированно выдыхаю. — Сорри, я бы… — Нет! — перебиваю, поправляя взбалмошные пряди волос. — Херня какая-то… Давай останемся друзьями-клоунами, иначе потом не разгребем. — Я не достаточно хорош? Так я упертый, натренируюсь! — его пропадающая «р» вновь завлекает, и парень аккуратно зачесывает пальцами свои волосы. — Ладно, это всё ирония и хуйня. В реалиях ты с нашей первой встречи не уходишь у меня из головы. И дело не в том, что ты уделала пацанов, я просто не встречал таких охуенных и честных. И то, что ты — богиня, я точно согласен с Лёхой. И насчет соски-нереалки, конечно тоже... Короче два Лёхи и оба сморозили правдивую херню. Смеемся. Кажется то, что произошло не вписывается в заготовленные рамки, однако для нас это ненормально нормально. Странное тавтологичное словосочетание позволяет описать всё то, что испытываю я в данный момент. И глупо не признать, что по приезде в пустую квартиру я проведу полчаса лежа на кровати в компании с порнографичными фильмами. Таковы реалии, когда ты молода и в первые за всю жизнь ощущаешь непередаваемое желание находиться с человеком. И в идеале в постели. Кажется, запоздалый пубертат. — Отвези меня домой, пожалуйста. Кивает. Дичь в исполнении Есении. Добро пожаловать в мою жизнь!

***