36

— Конечно, на двенадцатой неделе сложно определить пол точно, но вероятность того, что это девочка, очень большая. Ребенок довольно активный даже на этом сроке, поэтому вполне возможно, что в будущем эта энергичность повлияет на ваше самочувствие. Итачи очень старался внимательно слушать врача. — Это нормально, скорее всего, это повлияет только на ваше мочеиспускание, сон, вялость и поведение в еде, — Итачи заметил, как Хината очаровательно порозовела. Он забрал из рук девушки рулон бумажных полотенец и, оторвав два листа, стал аккуратно вытирать гель с живота. При этом не пропуская ни одного слова медика. — Уровень гемоглобина пришел в норму, поэтому настоятельно рекомендую перестать пить железо. Иначе ребенок может родиться с желтухой. Уровень гемоглобина матери влияет на уровень билирубина ребенка. Это не страшно, но хотелось бы этого избежать. Итачи с удивлением заметил, что низ живота Хинаты слегка выпячен, к тому же он очень тверд. Парень очень волновался по этому поводу, но продолжал вытирать живот. — Фолиевую кислоту нужно отменить со следующей недели. А остальные продолжать в течении всего второго триместра. Итачи выбросил бумажное полотенце, но продолжал гладить живот Хинаты. Неужели там действительно растет их ребенок? Боже... — Учиха-сан, настоятельно не рекомендую налегать на сладкое во втором триместре, а также продолжать придерживаться здорового питания. Сейчас ваш привес меня более чем устраивает. Всего один килограмм, это минимальная норма, но для вашей конституции — пограничная. Со следующей недели начнет формироваться плацента, также появятся околоплодные воды, что естественным образом повлияет на ваш вес. Я учту это при следующем вашем взвешивании. Хината накрыла своей маленькой ладонью руку Итачи и мягко убрала ее со своего живота. Она слезла с кушетки и взяла из рук Сидзуку-сана направление на очередные анализы крови и мочи, которые ей нужно будет сдать через две недели. И тут до Итачи дошло, почему она просила дать ей пространство и время подумать... Хината не была уверена этом, нужен ли ей этот ребенок. Его ребенок. И это только его вина. Хината с доктором-кривые-зубы-и-отвратительное-обояние еще о чем-то говорили, но Итачи не мог сосредоточиться на их беседе. Он и хотел бы возразить, что Хината может есть все, что она захочет, что он даст ей все самое лучшее, но слова в голове не собирались формироваться в реальные предложения. Итачи был ошеломлен своей догадкой. Почему же она решила оставить ребенка? Почему не сказала ему раньше? Почему блять он послушал Саске и подал на развод? — Вагинальные свечи я вам отменяю, Учиха-сан, но прошу вас сохранять свое спокойствие в любых ситуациях, потому что всегда есть риск прерывания беременности. И я говорю сейчас не только о гипертонусе. — Я поняла вас, Сидзуку-сан. Спасибо. — Я буду ждать вас через две недели после рабочих часов. Как обычно. Хината поклонилась врачу и снова поблагодарила. Итачи сделал то же самое. Они вышли из кабинета и застыли в трех шагах от него. — Ты хотела сделать аборт? — это совсем не то, что хотел сказать Учиха, — Стой, — он выдохнул, — не отвечай. Хината смотрела на него сначала виновато, потом удивленно, но не спешила говорить. Она удивилась еще больше, когда Итачи резко подошел к ней и поднял на руки, устроив ее спину на сгибе локтя правой руки. — Спасибо, Хината, — он прижал ее голову к своей груди и сделал первый шаг вместе с прерывистым вдохом. — Спасибо, что дала нам шанс, — он глубоко вдохнул запах ее волос и с трудом справлялся со всеми этими открытиями, — И спасибо, что не больна раком. — Раком? — глухо спросила девушка, пытаясь поднять голову, но Итачи не давал, крепче сжимая ее. — Не бери в голову, — он вдруг рассмеялся, — Я столько надумал себе, ты была бы удивлена. — Я и так удивлена, Итачи, — он наконец дал ей возможность слегка отстраниться от его груди и посмотреть ему в глаза, — Я думала, ты разозлишься, что я скрывала это, — Итачи совершенно по-мальчишески фыркнул. — Конечно, я был бы счастлив узнать об этом раньше, и хотел бы позаботиться о тебе, а не присылать парацетамол через Нобору, как последний идиот, но я не злюсь, — он нежно поцеловал ее в лоб. — Только если на себя. Хината задохнулась от нежности, которая сквозила в его глазах и голосе, в его действиях и ужимках. Плевать на слезы счастливых отцов из мелодрам. Это ее Итачи. — Ты можешь отпустить меня, — хихикнула она, замечая, что они уже почти вышли из гинекологического отделения. — Не могу, — он нежно улыбнулся, — Я донесу тебя до машины, а потом и до дома... — Итачи, — на выдохе сказала Хината, — это смущает. К тому же про меня итак достаточно сплетен. — Я решу это, — посерьезнел он, — не думай больше о таких пустяках. Думай только себе и о ребенке. Все остально оставь на меня. И я надеюсь, что ты понимаешь, что никаких больше драк, — теперь весело фыркнула Хината. Итачи действительно донес ее до машины под ошарашенные взгляды всех встречающихся. Кто-то был встревожен, думая, что девушке плохо, кто-то с любопытством, а кто-то с наступающей паникой. Судя по лицу Саридзавы, он готов был броситься к ним через проезжую часть, не замечая мчащихся по дороге машин. Итачи, отрицательно покачав головой, дал понять ему, что этого делать не надо. Не надо давать Хинате понять, что она всегда была под бдительным присмотром "отдела безопасности Акацуки". Это название дал Дейдара, высмеяв Кисаме с его ЧОПом. Блондин обозвал его старпером, а Саридзаву идиотом. Посовещавшись с Хиданом, их новому и уже почти укомплектованному подразделению дали название "Отдел безопасности". Кисаме впрочем было похуй, если они смогут делать деньги, продавая свои услуги богатеньким бизнесменам, чинушам и остальным необделенным. Учиха застегул ремень безопасности, на мгновение положив руку Хинате на живот, а затем завел машину. Его голова ломилась от сумбура мыслей. Он был уверен в том, что теперь Хината будет ездить только в машине Саридзавы и только с сопровождением. Однако была вероятность, что Хината воспротивится и он не сможет должным образом настоять, глядя в ее нежные и такие любимые глаза. Тогда ему нужно было еще больше обезопасить машину и лично сопровождать Хинату по любым ее делам. Стоило бы вернуть подушку безопасности на водительское сидение, хотя он был в этом не уверен. Она бы точно помешала, если бы на них напали, но спасла бы, если Хината сама оказалась за рулем. А спасла бы? Что случается с беременной женщиной, если в нее врезается подушка безопасности? Ему стоило основательно изучить этот вопрос. Кроме того, в их новом доме тоже оставалось много вопросов, особенно касающихся детской комнаты и безопасного для ребенка пространства. Не говоря уже о переделке винного погреба. Стоп. Теперь еще и остро стоял вопрос транспортировки его девочек. Какой способ передвижения был бы наиболее удобен Хинате: самолет, поезд или машина? Вряд ли стоит укачивать беременную женщину на корабле. — Ты в порядке? — прервала Хината лихорадочный поток мыслей парня. — Ты молчишь с тех пор, как мы сели в машину, — и пока Итачи не успел отмахнуться, добавила: — А еще ты хмуришься. Только не говори, что пытаешься все расписать, — Итачи нервно рассмеялся. — Это так заметно? — она пожала плечами. — У тебя есть такая привычка, и хочу сказать сразу, что не соглашусь ни на какую охрану. — Даже если это будет Саридзава? — он хитро улыбнулся и посмотрел на жену. Теперь хмурилась она. — Даже если это будет он, Итачи. — Не могу поверить, что у нас будет дочь, — решил сменить он тему разговора, — Это так странно, и так... так... — Страшно? — предположила Хината, отталкиваясь от собственных ощущений. Итачи помолчал. — Немного страшно, — признался наконец он, но посмотрев на Хинату, заметил ее не впечатленной, — Ладно, это очень страшно. Смогу ли я стать хорошим отцом? Смогу ли защитить ее? Смогу ли дать вам жизнь, которую вы достойны? Я имею в виду обычную жизнь... В странное и опасное время мы живем, и я каким-то непостижимым образом оказался на верхушке этой экосистемы. И когда я с нее сойду, смогу ли дать вам тот уровень безопасности, который нужен в это опасное время? О, а если какой-нибудь смертник захочет воспользоваться моей малышкой? Я скорее всего убью его. И она никогда меня не простит. — Боже, — Хината улыбалась. — Во-первых, я уверена, что ты будешь замечательным отцом. Потому что как минимум понимаешь уровень своей отвественности и имеешь большой опыт заботы о братьях, и не только о них. Во-вторых, я не думаю, что мы когда-нибудь действительно смогли бы жить обычной жизнью, Итачи. Уверена, что в нашем доме была бы куча спрятанного тобой оружия, на всякий случай. Кроме того, давай будем реалистами. Твое имя пойдет за тобой, где бы мы не оказались. Но это не значит, что мы не сможем жить нормальной жизнью. И ты бы абсолютно точно не смог бы убить человека, которого любит твоя дочь, а учитывая то, каким прекрасным человеком является ее отец, она не сможет полюбить какого-нибудь мудака, — Итачи хмыкнул, предполагая, где она услышала все эти ругательства, — К тому же, Сидзуку-сан сказал, что это на таком сроке нельзя определить пол точно. — То есть это может быть и мальчик, взявший немного генов у дяди Саске, с микроскопи... Хината звонко рассмеялась, не дослушав глупые предположения Итачи до конца. Напряжение и весь ворох мыслей сразу улетучились от этого его любимого звука. Они всю дорогу разговаривали и он благополучно довез Хинату и на руках доставил в квартиру, сделал ревизию холодильника и дал поручение Саридзаве, чтобы тот купил все, недостающее. Хината сильно против этого протестовала, но что могло остановить его тогда? Он был возбужден этой новостью, и все еще думал, как сделать их жизнь безопасной и комфортной. Хинате удалось настоять лишь на том, что она сама приготовит им ужин, и Итачи пришлось с этим согласиться. В ту ночь они очень много говорили о будущем. Он признался, что уже нашел дом, и хотел бы, чтобы она занялась дизайн-проектом, а Хината наконец доверила ему свои опасения. Итачи уверил ее, что никогда не станет таким, как Обито, а их дети будут заниматься только тем, чем захотят. Исключением были проституция, наркотики и азартные игры. И девушку убедили искрение слова Итачи, она наконец смогла вдохнуть полной грудью. Итачи обнимал ее, целовал и нашептывал на ухо все свои обещания, которые исполнит даже если ему придется умереть, пока Хината не уснула. Он еще долго пролежал без сна, счастливо улыбаясь потолку, который разделил с ним сегодня все его мысли. Он был безумно благодарен Хинате, этой миниатюрной, сильной и волевой девушке за будущее, о котором он не мог и мечтать. Кажется, сегодня его сердце стало еще больше.

***

— А что ты лыбишься-то, босс? Я говорю, что из-за нашей лояльности к китайцам, северокорейцы охуели. Кажется, они стали считать, что мы не имеем на них никакого влияния, — Хидан пыхтел от злости. Троих их бойцов отправили на больничные койки, а это плюс ко всему плохо для репутации. Итачи отвез Хинату утром на работу и кратко переговорил с Токумару о загруженности жены и ее дальнейших перспективах, когда она уйдет в декрет. Также Итачи слегка пожурил мужчину за его молчание, но поддержал его позицию в этой ситуации. Он собирался переговорить с риэлтором в Саппоро, спросить о подходящих его дому дизайнерах, рабочих и остальных нюансах, которы были связаны с ускоренными работами в теперь уже точно их доме. Потому что Хината полностью согласилась с его выбором и была чрезвычайно довольна местоположением. Однако звонок Хидана нарушил его планы и теперь он сидел в клубе на небольшом совещании. Приехал даже Джуза, которому до сих пор с трудом получалось говорить. — Ты хочешь ответить? — с ужасом Итачи понял, что никак не может подавить широкую улыбку. Во всяком случае она была больше его стандартных приподнятых уголков губ. А ему, на секунду, сообщили о проблемах. Все присутствующие обменялись непонимающими взглядами. И Итачи понял, что должен был что-то сказать. — Ладно, я понимаю, как выгляжу, но это не значит, что меня не заботит сложившаяся ситуация. — По тебе видно, — фыркнул Тацу, еле сдерживая свое веселье. — Черт! — выругался Итачи и осмотрел всех в этой комнате. Здесь были только командиры Акацуки и Тацу, который волновал его. Если он мог бы доверить свою радость членам своей организации, то Тацу не был связан с ним так крепко. С другой стороны, он дал клятву на крови, а бесчестье в мире якудза было хуже смерти, — Просто вчера я узнал приятную новость, поэтому не могу совладать с эмоциями в должной мере, но повторюсь, я готов обсудить эту проблемы с полной серьезностью. — Я-я-я, — начал Джуза и все обратили внимание на товарища, терпеливо дожидаясь того, что он скажет, — ду-ду-ду-мал у-у т-те-бя и-ин-ин-сульт, — все присутствующие, включая Итачи, рассмеялись. — Ха-ха, — сказал Учиха, успокоившись, — очень смешно, — он выдохнул, — я расскажу позже, — все будто одновременно кивнули, кроме Тацу, который слегка нахмурился и Итачи это не понравилось. — В чем дело? — теперь уже сурово спросил Учиха у мужчины, подпирающего косяк двери плечом. — Ну, если ты про скорое пополнение, то я знал об этом еще неделю назад. Думал, ты в курсе, так что вариант с секретностью отпадает. — Откуда ты узнал, — Итачи принял обманчиво расслабленную позу. — Да, слухи. Ребята сказали, что услышали это "на улицах", — Хидан посерьезнел. Вряд ли такую информацию можно проверить или опровергнуть. — Ну рано или поздно об этом бы узнали, — сказал Учиха, внутри сильно паникуя, — но странно, что вообще кто-то об этом знает, учитывая что никто об этом не говорил. Не вижу большой проблемы, но, Тацу, узнай по-возможности откуда прилетела информация, — мужчина кивнул. — Итак, вернемся к северойкорейцам, — Итачи больше не улыбался, а Хидан с трудом удерживал свое любопытство. Все вышли из клуба, и Итачи прикурил сигарету, прощаясь с Тацу и его людьми. Хидан что-то весело насвистывал рядом с ним. Ему то удалось подтвердить свои предположения. Да и все в конце концов догадались, когда он вскрикнул "Белка беременна?!". В общем, собрание заканчивалось под искренние поздравления. — Босс, — позвал его Дейдара, когда машины с Тацу и его сопровождением отъехали от клуба, — По той истории с бродягами пусто. Полицейская база данных ничего не дала, но Сасори узнал "на улицах", что появилась какая-то организация. — Крысы, — подключился к разговору Сасори, — так их называют, но никто их не видел. Если от них что-нибудь нужно, им просто оставляют в любом месте конверт с нарисованной крысой, в котором лежат просьба и оплата. Не понимаю, всю их систему связи, если честно. Также говорят, что если оплата их устраивает, просьба выполняется. Если денег мало, они бездействуют, но деньги не возвращают. — Рискованные инвестиции, — заключил Итачи, выдыхая задумчиво дым. — В чем резон? — Выполняют чисто, берутся за все, да и прайс, судя по слухам, не большой. Намного меньше, чем у банд. К тому же у якудза есть какой никакой кодекс чести. — Кто с ними работал? — Неизвестно. — Какие заказы они выполнили за последнее время? — Неизвестно. — Есть ли отбор среди заказчиков? — Ничего неизвестно, Итачи-сан, — сказал Сасори, пожимая плечами. — Только разрозненные слухи на улицах. Но меня это заинтересовало из-за твоих опасений. Кто еще будет называться крысами, если не бездомные? Кого еще настолько незаметно, что они выполняют все чисто, без следа насилия? Кто еще будет браться за все, за относительно небольшую плату? Итачи думал, пока сигарета не стлела. — В этом есть логика, — он бросил окурок на землю и затушил ботинком, — Можем сделать заказ и проследить? — Попробуем, — кивнул Сасори. — А пока давайте сосредоточимся на корейцах. Мы не можем идти в лоб, но и оставлять все так нельзя, — сказал Хидан в исключительно хорошем настроении и Итачи с ним согласился. Им предстоит нелегкий разговор с представителями Триады, а потом и с самими этническими северокорейцами, решившими, что у них есть свобода.

***

Зима настала быстро, по мнению девушки. Все эти месяцы Итачи и Хината сосредоточились на их маленькой семье. Конечно, она не оставляла работу, а Итачи не отпускали дела организации, но все остальное время они проводили вместе. В один из дней Итачи вдруг сказал, что хочет познакомить Хинату со своей подругой, с которой имеет смысл поработать. Он привел весомые доводы в пользу их эмоционально холодных или по крайне мере "теплых" личностей, которые в обозримом будущем не смогут дать ребенку то, что необходимо. Хината была с ним отчасти согласна, но ей было неловко и неуютно. Правда, потом они с Конан познакомились ближе и рассказывать о себе было намного проще. Итачи в этом плане не выказывал абсолютно никаких недовольств, они прорабатывали вместе эмоциональные пороги и стремились к лучшему. Они с охотой вводили в повседневную жизнь все больше нежности. Сначала это было непросто, в буквальном смысле Хината отмечала на бумаге сколько раз она была ласкова с Итачи, сколько любящих слов она сказала, а потом это превратилось в привычку, идущую от сердца. А Итачи будто и вовсе не испытывал с этим затруднений, во всяком случае она не видела его листа с отметками. Хотя она считала, что ему будет неловко говорить нежности, учитывая его репутацию и работу. Все оказалось лучше, чем она представляла в начале. В середине осени к ним в квартиру приехал Саске и не один. Поэтому этот рубеж из неловкости тоже был прожит, хоть и прошлое общение с Сакурой вернуть до конца не удалось. Хината четко осознала, что не может простить ее за выбор в пользу наркотиков, когда брюнетка всегда выбирала Сакуру. Может это и было по-детски, но обида оказалась сильнее доводов разума, как и доводов Итачи. Хотя Хината заметила, что он буквально заставлял себя оправдывать Сакуру. И это понимание снова заставило ее сердце трепетать от нежности и любви, которую Итачи ей дарил. Еще через неделю, когда Итачи сделал ей предложение, стоя у окна их кухни и виновато улыбаясь, стало понятно, что он лично поспособствовал возвращению в ее жизнь Сакуры. Особенно это прослеживалось в здании администрации, куда Итачи привез их спустя несколько дней после предложения и где их встретили близкие люди. Они учились обсуждать друг с другом важные вопросы, касающиеся их жизни. Итачи даже советовался с ней, как ему поступить в тех или иных ситуациях в организации, хотя они касались в основном административных или управленческих вопросов. Хината, конечно, предлагала ему пути решения со своей точки зрения, но признавала, что абсолютно в этом не разбирается. Таким образом они пришли к тому, что вместе решили не устраивать из этого событие, а сделают все максимально просто. Так странно ей было говорить о близких людях, когда в ее жизни такой была только Сакура. А в тот день собралось немало людей. И если Дейдара, Сасори и Джуза были скорее со стороны жениха, то Саске, Сакуру, Хидана, Кисаме и Нао, Саридзаву и Нобору она искренне была рада видеть. В этой регистрации не было ничего помпезного, они просто расписались в документах, подтвердили перед служителем закона свое согласие, пообедали с друзьями и приняли все поздравительные конверты, в которых ожидаемо оказались деньги. Однако на рассвете следующего дня Итачи под видом сюрприза устроил ей короткую поездку в Киото и сопроводил прямо в храм Киёмидзу-дэра, где уже все было подготовлено для церемонии бракосочетания, которую они разделили только друг с другом. Там, в главном храмовом зале с видом на желтые и оранжевые осенние листья деревьев, она пообещала сама себе всегда выбирать семью, до конца жизни оберегать мужа и сделать все, чтобы они были бесконечно счастливы, а Итачи — бесконечную любовь и поддержку. Хината не помнила себя от переполняемых чувств, восхищения этим древним городом, это была первая ее поездка почти за 21 год жизни. И это было волшебно. Особенно потому, что рядом был любимый человек, ее муж, отец ее ребенка, человек, который, кажется, целую жизнь назад спас ее, вдохнул жизнь в ее бесцельное существование и подарил крылья, обязав лететь так свободно, как она хочет. Когда все это осознание накатило на нее прямо там, в храме, после церемонии, она рыдала как ребенок в объятиях Итачи. А он лишь мягко гладил ее по спине, успокаивая и нашептывая слова любви. Они собирались позавтракать и отдохнуть в гостинице перед отъездом, но прямо возле входа в храмовый комплекс их встретила дюжина мужчин в черных костюмах, которые попросили следовать за такими же черными седанами. Хинату в тот момент успокаивало только то, что эти мужчины уважительно поклонились и не делали ничего пугающего. Кроме того, Итачи тоже заверил ее, что все нормально. И в целом, все оказалось в порядке, за исключением того, что Хината оказалась в старейшем клане якудза Киото, самом крупном в этом городе и самом влиятельном. Она познакомилась с главой клана и его женой, людьми почтенного возраста, а также с их детьми. Их вкусно накормили, поздравляли с бракосочетанием и будущим пополнениям и рассказывали о городе, пока Итачи, который разговаривал о чем-то после трапезы с главой клана, попросили остаться на ночь. Итачи ничего не оставалось, кроме как согласиться, чтобы не оскорбить гостеприимство хозяев. За это он пообещал Хинате еще один день в Киото на осмотр достопримечательностей, а она и не была против, однако спать на футонах было очень неудобно с непривычки. После завтрака им выделили сопровождение, от которого Итачи со всем уважением отказался, и они провели еще один замечательный, полный событий день. А уже к ночи были дома. Помимо всех этих памятных событий, они занимались домом, Хината была бурно вовлечена в эту деятельность, постоянно находясь на связи с дизайнером и руководителем ремонтных работ. Она решала только эстетические вопросы их будущего гнездышка, а Итачи разбирался со всем остальным. Забавным происшествием было еще то, что Итачи купил новую машину. Хидан был крайне словоохотлив на шутки из-за этого, когда привез машину к их квартире. И это был "Mercedes-Benz V-Class 7-го поколения — объявил Хидан, вручая ключи от машины Хинате, — Прямиком с выставки из Китая. Пока ни у кого такой нет, хоть это буквально гребанное уродство". Она не разбиралась в машинах, но это был прямо микро-автобус. Потом Итачи объяснил, что присмотрел ее с расчетом на возможное расширение семьи в будущем, а также признался, что всегда мечтал поехать в кемпинг, а еще было бы здорово исследовать остров. Также он предупредил ее, что машина была слегка переоборудована и обезопасена. Хината только со знанием дела кивала на выданные им характеристики, делая вид, что понимает все эти мощности, моторы, оснащения и тому подобное. Но самым главным было то, как забавно Итачи смотрелся за рулем семейного автомобиля в своей серой толстовке и спортивных штанах. Безумно мило. Правда это продлилось недолго, машину почти сразу отправили в Саппоро, где она будет дожидаться своих хозяев. Ее день рождения, ознаменовал начало 23-й недели беременности. За две недели до этого Токумару-сан пинками сопроводил ее в декрет и помог с небольшим академическим отпуском, а Итачи договорился о дистанционном обучении под ответственность Токумару-сана конечно, и заплатив немало денег. Кажется, Хината за всю жизнь не заработает столько, сколько Итачи потратил на ее обучение, если считать взятки и любые другие его любимые манипуляции. Живот уже давно дает о себе знать всем, кто ее видел. Сидзуку-сан сказал, что это нормально для ее комплекции и что ребенок относительное ее довольно крупный. По этой же причине шевеления ребенка началось чуть раньше стандартного срока, на 19-й неделе. Хината не знала, что повлияло на них (на нее может быть гормоны), а на Итачи плотная работа с Конан, но в тот момент, когда они почувствовали первое шевеление вместе, они плакали от счастья. С тех пор у него появилась паранойя, но если бы спросили лично у него, она никогда и не пропадала. В конце концов Хината согласилась на Саридзаву и Нобору, хоть с ними и было довольно неловко, учитывая их перерыв в общении, но это быстро прошло, наверное, потому, что ребята были такими же и общение между ними не изменилось ни на грамм. Пару раз к ним в гости приезжал Хидан, навязывая Итачи какие-то рабочие вопросы, но блондин быстро понял, что их дом не место для подобного. Поэтому следующий его визит был исключительно личным и направленным только на Хинату. Он долго и с благим матом сетовал, что ему пора жениться и завести собственных спиногрызов, но претендентки ему не нравились. "Точнее они не отвечают его предпочтениям", — предположил Итачи. И Хината отказалась понимать, что это значит. Итак, сегодня ее день рождения, но она слезно просила Итачи ей ничего не дарить. Они все равно собирались переезжать, хоть и сейчас это было невозможно из-за неготовности дома, но везти еще что-то было нецелесообразно, а тратить деньги, учитывая все их траты, — бессмысленно. К тому же Итачи подарил ей все, что ей нужно: любовь, поддержку, заботу, опору в жизни, любимого ребенка и даже квартиру. Это было более чем достаточно. Но Итачи был в корне с этим не согласен. Он потратил почти полтора месяца и очень-очень крупную сумму на поиск фамильных драгоценностей Хинаты, императорской семьи. После свержения императора все движимое имущество бесследно исчезло, но Дейдаре и Шикамару удалось отследить кулон с желтым бриллиантом в виде 16-липестковой хризантемы — это символ императорской династии. Драгоценность оказалась в Париже у одного известного коллекционера, который в свое время выкупил его на аукционе за большую сумму. Шикамару согласился поехать за ней, и Итачи потратил очень-очень-очень-очень много денег на это, но абсолютно об этом не жалел и никогда не собирался. Хината так и отказывается что-либо слушать про биологических родителей, так что для нее это был всего лишь очень красивый кулон, за который Итачи еще и отчитали. Но он надеялся, что когда-нибудь Хината будет готова к правде и тогда этот подарок обретёт больший вес. — К чему такие дорогие подарки? Это даже не круглая дата, — наиграно надулась Хината, но не смогла скрыть удовольствие от внимания Итачи. — Он не так дорог, как ты дорога мне, любимая, — с мягкой улыбкой сказал Итачи и поцеловал ее в лоб, разворачивая к себе спиной. Несколькими ловкими движениями он застегнул украшение на шее Хинаты и сглотнул, отгоняя наваждение от вида нежной и хрупкой шеи жены. — Тебе очень идет, — сказал Итачи, — Боже, — он вздохнул и отвернулся, — видимо, в прошлый жизни я спас страну, что мне так повезло, — Хината рассмеялась и заключила его в объятия, упираясь щекой в его спину. — Спасибо, мне очень приятно, что ты все-таки сделал мне подарок, хотя это было необязательно. Я тебя очень люблю. Итачи развернулся и, заключив в свои ладони ее лицо, накрыл ее губы своими. — Спасибо, — он заслужил легкий тычок в ребра, — И я тебя люблю и ты ужасно милая, когда вылезаешь из своей скорлупки. — Да? А вот раньше ты говорил, что я странная и проблемная. — О, поверь мне, это никуда не делось, — он усмехнулся и ответил на входящий звонок.

***

— И где он? — спросил Итачи у Хидана, входя в поместье. Во-первых, было достаточно удивительно узнать, что сотрудники полиции, матерые детективы, не умеют пользоваться телефонами. Зачем наносить личный визит? Еще и в то место, где он не живет. Да там сейчас практически никто не живет, кроме Хидана и некоторых членов организации, которые там нужны. Конечно, поместье так и осталось местом сбора, но никто уж точно не ждал в гости Какаши Хатаке. — В кабинете, — буркнул недовольно Мацураси, — Заебал меня пилить, думает, что я как-то связан с серийными убийствами. — А от меня то он что хочет? — Итачи и сам был крайне недоволен. Ему пришлось оставить Хинату в ее день рождения. — Так он пришел не ко мне, а к тебе, — пожал плечами Хидан, и они прошли вглубь дома. И действительно в кабинете сидел чертов Хатаке. Итачи не то, чтобы скучал по нему, он регулярно получал сведения о посещениях Обито, но решил пустить на самотек встречи бывших друзей. — Чем обязан? — Итачи сел на диван, стоящий позади кресла, в котором и сидел Хатаке. Учиха вполне осознано избегал кресла Обито. Детективу пришлось развернуться и сделать то же самое с креслом, чтобы вести конструктивный диалог. Хотя наличие в комнате Хидана не давало на это никаких шансов. — Ближе к делу, господин полицейский, — довольно агрессивно вмешался блондин. И Какаши вполне мог их понять. Его присутствие здесь плохо влияло на репутацию организации, но его это даже забавляло. — Даже чая не предложите? — с неприкрытым весельем спросил детектив, но в ответ получил лишь напряженное молчание. Он пожал плечами и занял более расслабленную позу. Какаши не сомневался, что самый крупный клан якудза, который каким-то образом экспроприировал все остальные банды в городе, теперь уж точно будет сотрудничать. — Не знаю, слышал ли ты о многочисленных убийствах девушек в ТВОЕМ городе, Итачи-кун, — Итачи стиснул зубы на фамильярное обращение, но не перебивал. — Или может ты слышал о Джашине? Ну это такая ублюдская религия, последователи которой считают, что жертвоприношения могут исцелить или продлить жизнь. — Итачи открыл рот для ответа, но Какаши махнул рукой на Хидана, — Брось, наверняка слышал. Один из твоих подчиненных один из этих больных ублюдков. — И как это все связано со мной и моими подчиненными? — спросил Итачи, выуживая сигарету из пачки. Итачи бросил курить, но наличие у него в свободном доступе никотина сильно успокаивало его в моменты сильного желания. Тактильный контакт пальцев с сигаретой стал его новым способом расставить мысли по полочкам. — Несмотря на мои подозрения, слежка за господином Мацураси не дала никаких результатов. Я лишь потерял время, — Итачи хмуро посмотрел на Хидана, который проебал полицию на своем хвосте. — Время, за которое произошло еще одно жестокое убийство. Первой жертвой оказалась шлюха из не самого престижного борделя, поэтому никто шумиху не поднимал. Мало ли ей за что заплатили, — Хатаке перебросил ногу на ногу, с упоением наблюдая за монотонным перекатываем сигареты в руках Итачи. — Но вторая жертва поставила на уши весь мой департамент. Ублюдок выпотрошил хрупкую девочку, которая шла с внеклассных занятий домой. — Может за это ей тоже заплатили, — вставил свое предположение Хидан, а Хатаке снова пожал плечами. — Все может быть, — быстро ответил Какаши, внимательно осматривая блондина. — Тебе виднее, — Мацураси закатил глаза. — Так вот. Неважно, брала ли она деньги за секс, но перед смертью была жестоко изнасилована, а потом выпотрошена. Ну твой блондинистый друг в курсе, — он усмехнулся на взбешенное лицо Хидана. — После этого я стал следить за господином Мацураси, но кроме ведения нелегального бизнеса, контактов с Триадой, рекета и прочей вашей ежедневной рутины, я не заметил ничего подозрительного. В это время убийца провел свой ублюдский ритуал на еще одной молодой девушке, примерно возраста твоей беременной жены, Итачи-кун. — Хидан, — обратился к блондину Итачи, — ты что переквалифицировал этот дом в управление полиции и вызвал меня на брифинг? — Похоже на то. — Терпение, мальчики, — перебил их Хатаке. — Вас тогда даже в городе не было. Вы устраивали свои войны в других городах нашей маленькой родины. Коллеги из Киото до сих пор отходят от вашего визита, но суть не в этом. После третьего убийства нам удалось составить психологический портрет убийцы, но и это не самое важное. Более интересен выбор жертв, — он сделал драматическую паузу, вызвав со стороны Хидана еще одно закатывание глаз. — Молодые брюнетки, миниатюрной комплекции, с серыми глазами. Черт! Клянусь, я бы никогда не подумал, что серийный убийца точит нож на твою жену, Итачи-кун. — В Японии тысяча девушек с подходящей внешностью, — беззаботно отозвался Итачи, не заметив, что сломал пополам сигарету. — С чего ты решил, что Хината как-то связана с ним? И отвечай по делу, — рыкнул он, — без всей этой сценической хуйни. Хатаке неискренне рассмеялся, но согласился, что тянуть резину дальше некуда и незачем. Он вытащил из внутреннего кармана куртки конверт и бросил на низенький стол, прямо перед Итачи. Учиха изучающе посмотрел на него, но отринув подозрения, раскрыл. Там оказалось с десяток фотографии какого-то подвала. Явно влажное помещение, видимо, не давало полностью засохнуть, кажется, литрам крови на полу. Такое ощущение, что там как минимум разделывали свинью. Следующая фотография показала, что там действительно кого-то разделывали, но не свинью, а девушку, навсегда запечатленную с открытыми пустыми и мертвыми серыми глазами. Этот цвет был абсолютно не похож на глаза Хинаты, но он не стал заострять на этом внимание. Он параллельно слушал, что говорит в это время Хатаке. — Мы вышли на след благодаря той девушке, что ты видишь на фото. Она работала секретарем нашего департамента и очень подходила под вкусы убийцы. Кроме того, что волосы у нее были скорее цвета земли, чем ночного неба. Но краска справилась с этим делом, и она вызвалась добровольной приманкой. Достаточно долго ничего не происходило, она устроилась работать в местную забегаловку официанткой и просто ходила на работу, строя глазки всем мужчинам в радиусе километра. У нас был примерный квадрат его расположения, там где проживали или пропадали девушки, или где их потом находили. Итачи вздрогнул рассматривая следующее фото и фото за ним. Этого просто не может быть. — И когда мы уже потеряли надежду, а группа сопровождения расслабилась, девушка пропала. На ней был маячок, но, как видишь, мы опоздали. При обыске стало понятно, что у него были камеры по всему периметру. Так он и успел скрыться, но то, что мы увидели в дальней комнате, и связало Хинату с убийцей. Хидан подошел к Итачи и сел с ним рядом, просматривая уже отложенные карточки. Блондин грубо выругался, увидев то, о чем говорил Хатаке. На одном из снимков была стена, полностью увешанная фотографиями Хинаты. С разных, мать его, ракурсов, из разных дней, с разными людьми и в разных ситуациях. Там даже было фото того, как она переодевается, стоя лишь в одном нижнем белье в своей спальне. — Тот, кто способен на это, давно сдох, — наконец выдавил из себя Итачи, предварительно сглотнув, в попытке преодолеть сухость в горле. — Он не мог выжить. Я спалил его ко всем чертям. — Ты понимаешь, что признался в убийстве? — с напускным весельем спросил детектив. — Ну арестуй меня, — с вызовом посмотрел Итачи, усмехаясь. — Лучше бы нормально делал свою работу. — Вы оба убийцы, вы оба — моя работа, — Итачи принял враждебную позу. И Хатаке, глядя на него, чувствуя эту властную ауру понял, как Итачи подмял всю Осаку под себя. Обито никогда не имел подобной харизмы. — Я бы хотел этого избежать, но мне нужна Хината. — Если он доберется до моей жены, не сомневайся, что я спалю и ваше блядское управление полиции. — О, я не сомневаюсь, Итачи-кун, — Какаши встал с кресла и присел на корточки, чтобы забрать принесенные вещдоки. — Ты меня абсолютно не удивил. Значит ты думаешь, что это мертвый Неджи Хьюга, а не один из тысячи твоих врагов? С чего такие выводы? — Потому что он — больной ублюдок? Потому что он уже насиловал и убивал? Потому что он помешался на моей жене? И если припомнить, он ходил к какой-то шлюхе, похожей на Хинату. — А вот это уже интересно, — детектив вытащил блокнот и стал записывать, надеясь на бОльшие подробности, но их не было. — Но он сдох, — как будто сам себя пытался убедить Итачи, снова вытаскивая сигарету из пачки, — Он должен быть пеплом, развеянным в той дыре, где жил. — Ты уверен в этом? — серьезно спросил Хатаке. — Уже нет, — воцарилось молчание. Итачи сидел глубоко в своих мыслях, вспоминая детали того вечера. Не то, чтобы он забыл, с каким упоением наблюдал за неизбежной кончиной этого ублюдка, но должно быть что-то, что либо подтвердит, либо опровергнет смерть Неджи. И Итачи не знал, чего жаждал больше. Убить эту тварь еще раз было слишком заманчиво, к тому же если это он, найти его будет легче. — Хината уедет, она не будет в этом учавствовать, — стальным тоном сказал Итачи. — Я сам найду ублюдка. — Мы почти год пытаемся поймать его, Итачи, и нам нихуя это не удалось. А сейчас, когда его практически схватили за жопу, лишив логова, он сделает то, что давно планировал и откладывал. — Она беременна, — с громким хлопком Итачи впечатал кулак в стол. — Я сказал, что завтра ее в городе уже не будет. — Ну если ты так уверен, что он, кто бы это ни был, не последует за ней, пока ты здесь играешь в сыщика, то вперед, — Итачи с силой сжал челюсти и рывком встал с дивана. — Или не выкрадет ее в дороге, или не запихнет в машину, когда те двое твоих ребят отвлекутся. Думаешь, мы планировали, чтобы он убил нашу коллегу, — перешел на повышенный тон Какаши. — В том то и проблема, что всего предусмотреть невозможно, а у него, судя по всему, — он потряс конвертом с фотографиями, — просто неебическая куча времени. — Блять! — громко выругался Итачи, меря шагами кабинет. Сука, он признавал в глубине души, что Хатаке прав. И действеннее всего будет уже просто поймать его и расчленить, закопав в разных уголках страны, чтобы если это долбанный Хьюга, он умер окончательно. Но Хината почти на седьмом месяце беременности, она даже убежать не сможет, если все выйдет из под контроля. — Во-первых, — после долгого молчания резко сказал Итачи, — мы проведем собственное расследование. Нам нужен доступ ко всем вещам, которые вы нашли в его ебучей комнате смерти и всем подробностям его действий. Во-вторых, твои люди даже близко не подойдут к моей жене, ее будут охранять только мои доверенные люди. В-третьих, когда его найдут, он — мой. — Я согласен со всеми условиями, но он должен предстать перед законом. Тут нет места вашему самосуду. В чем тогда резон мне сотрудничать с тобой? — Это не условия, Хатаке, — угрожающе прорычал Итачи. — Это предупреждение. Если вы не предоставите доступ, если я увижу возле Хинаты хоть одного полицейского, жди последствий. Итачи сверлил дыру в Какаши еще минуту, и когда тот почти незаметно кивнул, он вышел из кабинета, набирая попутно Саридзаву. — Что-то он какой-то нервный, — сказал детектив Хидану, усмехнувшись. — И что вообще заставило меня кивнуть? — Всего хорошего, господин полицейский, — Мацураси рукой показал ему на выход.