Экстра 1.2

— Включите звук, мать вашу, — заорал Хидан, но не получил никакого ответа. — Включайте, — дал команду Итачи и сразу услышал, как несколько человек вошли в комнату, где была Юки. Кажется, он напрягся до такой степени, что у него вылезет геморрой прямо на лбу. Бедная-бедная его малышка. — Айко-сан, — значит так она представилась, понял Итачи. — Только извращенцы назвали бы ребенка Айко, — прилетел незамедлительный комментарий от блондина. — Теперь их там трое, и это напоминает мне одну порнушку... — Заткнись, будь добр, — перебил его Итачи, еле сдерживаясь от порыва забрать Юки и уничтожить всех присутствующих. — Это наш высокопоставленный клиент, — противный голос Манжиро резал ухо. — Он любит помоложе. Обслужи его как следует, а я посмотрю. Его малышка ничего не сказала, но послышался звон хрусталя и звук проливающейся жидкости. — Простите, господин, Айко такая неуклюжая. — Она пролила на стол виски, — послышался голос Хидана. — Знаешь, босс, радует только то, что если ее начнут раздевать, особо ничего не поменяется. Она изначально пришла к ним почти голая. — Заткнись, Мацураси. — Ты сделала это намерено? — Манджиро или как там этого хуеплета. — Да, господин, мне простителен этот проступок, а клиент закажет новую бутылку быстрее. — Нет, ну ты слышал? Господин, мать его. В душе не ебу, что это за ублюдок, а она ему "господин". "Высокопоставленный клиент", — фыркнул Хидан, передразнивая голос, — только если его поставили на вершине уебков. — А теперь садись на колени, девочка, и как следует отсоси мне, пока на нас смотрят, — вена пульсирующая на лбу Итачи грозилась разорваться в любой момент. Ему пришлось убеждать самого себя, что это постанова. — У меня сейчас неебически подгорело, — раздражено выдохнул Хидан. — Я повешу его за его же член. — Успокойся, — то ли себе, то ли Хидану сказал Итачи. — Извините, но это не входит в мои обязанности, — дрогнувшим голосом сказала Юки. — Тц, тц, тц. Айко-сан, — в игру снова вступил Манджиро, — желание клиента закон. Если ты девственница, лучше скажи сразу, потому что тебя ждут сегодня еще трое клиентов. И не все они любители минета. — Я-я... да... я девственница, — сначала испуганно, но потом более уверенно ответила Юки. — Это отлично, — хлопнул в ладоши Манджиро. — Сколько денег тебе было нужно? Юки молчала. — Если продадим твою девственность подороже, я возьму свои законные 80%, то заработаешь нужную сумму быстрее. — Что за конская комиссия, — не в тему возмутился Хидан. Итачи молчал, прислушиваясь к ответу. — Я передумала. Сделке конец. Я ухожу, — Итачи громко и с облегчением выдохнул. Он немного сомневался, может она захочет пойти до конца назло ему. — Ну это вряд ли, малышка, — Итачи скрипнул зубами от этого прозвища из его грязного рта, — Ты уже обещана уважаемым людям. А боссы якудза не любят, когда их ожидания обманывают. — Я бы на твоем месте все равно бы всех их завалил, — не удержался Хидан. — И всех, кто видел ее в таком виде. — Сначала ты отсосешь ему так будто от этого зависит твоя жизнь, а потом пойдешь по рукам, но не переживай свои желанные деньги ты получишь, — этот пидар переходит границу. — В конце концов может ты приглянешься кому-то из боссов, и он возьмет тебя на содержание пока ты раздвигаешь перед его морщинистым членом свои прелестные ножки. Ну все блять сейчас он этому Мунджиро/Муичиро или как там его размозжит голову об ближайшую стену. — У меня есть друзья в Боко, — услышал Итачи и не мог понять, кто там обзавелся дополнительной жизнью. — Я в Боко стою выше твоих друзей. Назови их имена. Это они отправили тебя сюда? Юки снова молчала. — Как ты мог проебать, что Юки связалась с шестерками якудза? — Разве ее фамилия не дает ей бронежилет от долбоебов? — сам не понимал Итачи. — Откуда знать соплякам в Саппоро, кто такие Учиха. Спроси у них, какой сейчас год и кто президент, они тебе не ответят. Итачи судорожно рассуждал, как действительно он мог пропустить настолько вопиющие связи. Единственные места, которые оставались для него слепым пятном были школа и центр подготовки. Если бы он и туда забрался, то у Юки не было бы даже мнимой свободы. Да и он никак не предполагал такой исход. Быть якудза давно слишком опасно, кто в своем уме из приличной школы и дорогого центра подготовки пойдет в якудза? Учиха не слушал дальше, что там ворчал Хидан. Он вышел за дверь и поймал первого попавшегося парня, чтобы тот позвал хозяина. — Мунджиро, — обратился Итачи. — Дай ей халат или что-нибудь, мать твою, и посадите в пустой зал-караоке. Чтобы она ни шагу не делала от туда. — Хай, — мгновенно ответил Манджиро. — Где Исаму? — задал вопрос Итачи. — Он, — Манджиро замолчал. Мог ли он говорить о местонахождении босса? Да насрать, — он как раз в светлом зале, Итачи-сан. — Упадет хоть волос с головы моей дочери, ты сдохнешь, а твой клоповник сгорит, — Манджиро только и смог склонить голову пока Итачи Учиха широкими шагами направлялся к двери. Юдзиро не знал, как реагировать, шагая немного позади отца. Вся эта ситуация выбила его из колеи. Он еще не осознал до конца все то, что услышал в машине, а теперь он наблюдает как разные мужчины и девушки склоняют голову перед его отцом. Ему было здесь не место, это заведение, где полуголые девушки подливали алкоголь мужчинам, а некоторые ластились у них на коленях, явно не предназначено для двенадцатилетних детей. Как Юки могла даже подумать, чтобы прийти сюда, опозорив всю их семью? Отец подошел к самому большому столу в этом зале, окруженному темно-зелеными диванами. Люди незамедлительно отреагировали на его присутствие: кто-то повскакивал со своих мест, кланяясь, а кто-то просто кивнул. — Исаму-сан, — начал отец, — давно не виделись. — Присаживайся, Итачи-сан, — старик почтительно указал на место напротив него. — Никогда тебя здесь раньше не видел. Итачи повернулся к сыну и кивком приказал ему сесть. Таким злым Юдзиро видел отца лишь пару раз в жизни, он еле сдерживал привычное спокойствие. — Это твой сын? — спросил Исаму. — Решил показать его клану Боко, раз фамилия моя больше не на слуху, — отец сел, расслаблено развалившись на диване. Все взгляды обратились к нему. Итачи действительно еле держался. Чертов Исаму сидел с непоколебимой рожей, которой хотелось протереть стол. Девчушка, сидевшая рядом с ним годилась ему в внучки. — Я уж думал, что ты решил сделать из него мужч... — Мой сын, как и любой мужчина в моей семье в состоянии самостоятельно лишиться девственности, не привлекая к этому делу шлюх. Юдзиро заметил как переменилась атмосфера, а люди вокруг напряглись. Складывалось ощущение, что никто из них никогда так непочтительно не разговаривал со стариком. — Ты зря беспокоишься, Итачи-сан, твоя фамилия звучит громче твоих выстрелов, — Юдзиро заметил, как дернулся левый глаз старика. Ему показалось, что Исаму опасался его отца. К тому же, что не так с его фамилией? — Тогда почему же, Исаму, твои шестерки потеряли всякий стыд? — Что ты имее... — старик нахмурился. Юдзиро был уверен, смотря на эту сторону отца, что он способен убить и что он ни раз это делал. — Я был согласен не лезть в дела Саппоро, не отжимать территории, не отбирать бизнес, я сидел тихо-спокойно, наслаждаясь отведенным мне временем и воспитывая детей со своей замечательной женой. Или мою жену твои головорезы тоже не знают? Юдзиро заметил, как к ним подходит супер-модель. Иначе эту девушку неземной красоты никак не назвать. Это буквально влажная мечта всех его одноклассников. Она села с другого боку от его отца, кажется, напрочь не улавливая атмосферу, и подлила в плоское блюдце белесую жидкость из глиняной бутылки. Юдзиро идентифицировал в этом сакэ. — Единственное о чем я просил, был покой и полная неприкосновенность моей семьи. — Никто бы не посмел посягнуть на твою семью, Итачи. Ты — уважаемый человек, и мы чтим непреложные законы. — Знаешь, в чем твоя проблема? — отец только заметил девушку рядом с собой, которая случайно коснулась его руки. Юдзиро всегда знал как безумно папа любит маму, но видеть полное равнодушие к девушке, на которую совершенно точно пускало слюни все здоровое население планеты, было поистине удивительно. Это восхищало. Теперь слова отца о том, что распутными людьми очень легко манипулировать, в полной мере дошли до него. Возможно, этот акт был призван для того, чтобы успокоить отца или отвлечь, но не принесло никакого результата. Итачи убрал руку, глубоко вдохнул, чтобы не нагрубить девушке, которая ни в чем не виновата. Это ее работа. — Я отказываюсь от ваших услуг, — спокойно сказал Итачи, но девушка продолжала сидеть, глупо хлопая ресницами. Кажется, это ее первое "нет" в этом месте. — Уйдите, пока я не разозлился. Девушка, наконец, отреагировала и ретировалась. — Исаму, — он снова повернулся к старику, — ты не глядя набираешь отбросов, тупоголовых ублюдков, которым все равно живы они или мертвы. — Скажи мне кто, и я незамедлительно накажу их. — Это ты скажи мне, Исаму, кто из твоих беспризорных псов посмел подойти к моей дочери, не побоялся посоветовать ей прийти сюда. Кто хочет преждевременно расстаться с жизнью, — последнее Итачи прорычал. У Юдзиро пробежал холодок по спине. Он бы никогда и ни при каких условиях не хотел впасть в немилость Итачи Учиха. Старик повернулся к более молодому мужчине и что-то ему прошептал. Мужчина быстро поднялся на ноги и пошел к барной стойке. Через десять минут в зале были только люди клана и они с отцом. Отец спокойно попивал чай пока он, Юдзиро, не мог остановить мелкую дрожь в руках. С каждой минутой в зале появлялись мужчины разных возрастов и телосложений. Один бугай смог бы и ему раздавить голову одной рукой. Юдзиро сглотнул, он не притрагивался к чаю, хотя в горле пересохло от напряжения. Он боялся опозорить отца своей дрожью. — Людей старше тридцати даже тащить сюда не стоило, — громко сказал отец мужчине, который тут больше всех суетился. Юдзиро подумал, что тот был правой рукой старика. Юдзиро заметил, как отец что-то печатает в телефоне и еле заметно улыбается. Исаму, кажется, тоже это заметил. Но только у него была возможность заглянуть в смартфон. "Мы с Юдзиро на тренировке, любимая. Потом я заберу Юки из центра и мы вместе приедем домой. Надеюсь, успеем к ужину. Люблю и уже скучаю по твоей поп..." Дальше сообщение читать Юдзиро не стал, внутренне содрогнувшись от того, что его родители еще занимаются этим. Однако в следующий момент Юдзиро сравнил то, каким отец был дома, с мамой и с ними (больше с мамой и Юки, конечно) и каким он был только что. Неужели мама имеет на человека, которого опасается целый клан (в зале уже перестали помещаться люди, это учитывая, что часть из них ушла), такое влияние. Отец носит маму буквально на руках. До школы он всегда думал, что так у всех, но, увидев отношения между родителями одноклассников, осознал насколько отец любит и уважает маму. Однако тогда Юдзиро не знал, каким отец может быть, и на фоне всего этого, сейчас их отношения в семье, кажутся чем-то фантастическим. — Это скорее всего будут смертники до 20, — Юдзиро заметил, как старик раздраженно поджал губы. Отец будто и вообще не смотрел на него, он наблюдал за вновь приходящими или уходящими людьми, но это не помешало ему еле заметно усмехнуться. Кажется, его сильно веселили их потуги. В зале осталось ровно двадцать три человека. — Исаму, спроси у своих верных шестерок, знает ли кто-нибудь из них мою фамилию, — старик поднял брови, — пожалуйста, — добавил отец снисходительно. Старик неожиданно бодро поднялся и насупил брови, видимо, нагоняя трепета на парней. Когда прозвучал ответ на вопрос, что Учиха — это клан, родом из Осаки. Семья, которая двадцать лет назад впервые объединила разрозненные банды города и сформировала из якудза Осаки одну огромную организацию. Сейчас главой организации под названием Акацуки является Хидан Мацураси, некогда подопечный Итачи Учиха, под предводительством которого и была проведена кампания по объединению. Учиха стали прецедентом, после которого с поддержкой тех же Акацуки, банды Киото и Токио последовали их примеру. Однако в столице удержать единоличную власть не удалось. Кто-то говорит, что Учиха создали неразбериху искусственно, чтобы еще один Учиха занял президентское кресло... — Запомни его, Юдзиро, это парень далеко пойдет, — тихо сказал отец. — Почему? — Потому что информация и есть сила, она дает больше власти, чем место президента или босса банды. Ты слышишь, как он говорит? — Юдзиро снова обратил внимание на парня, — сразу видно, что и про образование он не забывал. Итачи внимательно следил за реакцией остальных. Другой парень добавил, что сейчас Итачи Учиха проживает в Саппоро и точно назвал его территорию, которую посоветовал товарищам обходить семью дорогами, а особенно не соваться к его семье. Двое из двадцати побледнели и переглянулись. Итачи медленно встал с дивана и подошел к выстроенной шеренге. — Если вам были нужны деньги, — сказал он ни к кому особо не обращаясь, — вам нужно было обратиться напрямую ко мне. Юдзиро тоже встал и занял место за спиной отца, наблюдая. Парни, не двигались и внимательно слушали. Однако тот, который обладал информацией смотрел на отца с неприкрытым восхищением. — Это схема стара как мир, но вы ошиблись, обманывая мою дочь, — Итачи повернулся на Исаму и кивнул. Старик и сам должен понять, кому сегодня не повезло, иначе он зря коптит небо. Итачи нехотя обошел людей и двинулся к выходу из зала. Было бы у него больше времени и здесь не было Юдзиро, он бы лично наказал щенков. Итачи чувствовал как сразу за ним твердо шагает Юдзиро. Не стоило ему брать с собой сына, но по-другому он не мог. В любом случае ему пришлось бы столкнуться с подобным, а так Юдзиро сможет усерднее совершенствоваться, имея цель. Итачи очень гордился своим сыном, несмотря на его явное напряжение, он держался уверенно, ни разу не поставив отца в неловкое положение. Все-таки он очень сообразительный. Проходя в тусклом коридоре, он заметил Манджиро, который нервно ходил мимо темной двери. — Итачи-сан, — почти бросился к нему парень, — ваша дочь... — Выведи ее через пять минут на улицу, — перебил его Итачи, — и не дай бог, она будет в неподобающем виде. Юдзиро хоть и отметил, что отец ни на секунду не остановился для разговора с этим пугающим мужчиной, но ему было интересно другое — как отец объяснит Юки свое нахождение здесь, расскажет ли сестре то же самое, что и ему? Мальчик сразу же забрался на переднее пассажирское и пристегнул ремень. Отец, перекинувшись парой слов с каким-то громилой, сел за руль через пару минут после него. В этот момент Юдзиро почувствовал от отца запах женских духов: намного приторнее тех, которыми иногда пользовалась мама. — То-сан, — робко обратился Юдзиро, — от тебя чем-то пахнет. Отец поднял руку и принюхался к рукаву рубашки, именно возле той руки сидела супер-модель. — Тц, — все, что услышал в ответ Юдзиро. — Но вдруг мама... — Не думай об этом, Юдзиро, — перебил его отец. — Мы с твоей мамой разберемся сами. Сосредоточься на сестре. И как по заказу Юки вывел, придерживая за локоть, тот ублюдок. Итачи вышел из машины так быстро, как мог, отмечая, что дочь уже в вполне приличных спортивных брюках и футболке. Он видел, что его девочка держится из последних сил. Слишком гордая, чтобы плакать при незнакомых людях. — Папа, — удивившись, резко вскрикнула Юки, но быстро замолчала, осознавая что попалась. — Ит... — стал говорить Манджиро. — Надеюсь, мы обо всем договорились, — перебил его Итачи, — Прошу простить за доставленные неудобства. Итачи внутренне усмехнулся тому, как исказилось в непонимании лицо парня. Он то бледнел, то краснел, но в итоге просто кивнул, наконец убирая свои грязные руки от Юки. Еще секунда и Итачи вырвал бы их из плеч. Он приобнял Юки за плечи, перехватывая дочь. Учиха услышал еле слышные всхлипы, но говорить ничего не собирался. Он открыл дверь машины и посадил ее в машину. — Чьи это вещи? — спросил Итачи, обходя машину и не глядя на парня. — Надеюсь, ты снял их не со своей шлюхи. — Э-это н-новые, Итачи-сан, — заикался Манджиро и склонил голову, рассматривая носы своих ботинок. Итачи ничего не ответил и сел за руль, однако перед тем как тронуться взглядом указал Юдзиро назад. Сын сразу понял, что от него требуется, пересел и крепко обнял сестру. Юки тихо плакала, а футболка Юдзиро впитывала соленую влагу. Он не видел и не слышал, что происходило в той комнате, но примерно понимал, что это было за место. Однако отец бы никогда не позволил плохому произойти с Юки, но, видимо, сестра сильно испугалась. Спустя несколько минут Юки утихла и подняла опухшие глаза на него. Она будто спрашивала "Как вы здесь оказались?", "Как вы нашли меня?" "Что теперь будет?". Юдзиро только и оставалось, что пожать плечами. — Пап, — услышал он тихий голосок дочери и в сердце защемило, но он держался, не реагируя. — Прости меня, папочка. Итачи молчал, сильнее необходимого сжимая руль. Он все еще злился на Юки, что подвергла себя такой опасности, что лебезила перед какими-то отбросами. Если бы в ней не узнали Учиха, то ее бы ждала незавидная ночка. — Где твои вещи, Юки? — стальным голосом спросил отец и Юдзиро вздрогнул от этого тона. Сестра молчала. — Отвечай, онэ-чан, — прошептал Юдзиро. — Ты не представляешь через что сегодня пришлось пройти отцу. Юки виновато посмотрела на Юдзиро, он знал, что сестра всегда заботилась о нем, она была доброй и вдумчивой, но в последнее время ее будто подменили. Может сейчас она осознает то, что творила? — Юки Учиха, — прогремел отец и Юдзиро вздрогнул еще больше, чем напугал сестру. — Я оставила их у Митсу, — в ту же секунду машина со скрежетом развернулась и поехала в другом направлении. Итачи видел в зеркало заднего вида, как напряглись плечи дочери. Наверное, думает откуда он знает адрес этой девчонки. Юки бы удивилась, что еще знает про нее Итачи и что эта Митсу делает пока родители заняты на работе. Через 15 минут он припарковался у дома Митсу. "Да, подумал Итачи, хоромы под стать предпочтениям Обито. И зачем нужен такой большой дом семье из трех человек? Чтобы реже встречаться?" — Иди и забери все свои вещи, Юки, — он отстегнул ремень безопасности и повернулся в пол-оборота к детям. — Все вещи, — повторил Итачи с большим нажимом, — умой лицо и скажи Митсу, что это последняя ваша встреча. Итачи удивило, как дочь задохнулась от возмущения, пытаясь что-то сказать. — Ты запрещаешь мне общаться с подругой? — все-таки спросила она. — Я, как твой отец, считаю, что с девочкой, которая в семнадцать лет спит с якудза за деньги, тебе видеться не стоит. — Митсу не занимается такими вещами, папа, — вскрикнула Юки. Итачи был бы идиотом не понимая, кто так влияет на его дочь. Однако они с Хинатой решили, что Юки должна сама через это пройти, и они не должны вмешиваться. Ему давно докладывали, что Митсу трется с якудза, но теперь это вышло из под контроля. Неужели эта маленькая дрянь знала, на что подпишут Юки ее дружки? Нет, Итачи не хотел думать настолько плохо о бывшей подруге Юки. — Юдзиро, — попутно полез за телефоном Итачи, — проводи сестру. Сын молча вышел из машины и дал сестре время поровнятся с ним. Итачи же делал вид, что вся эта ситуация не сильно его интересует. Однако это было совсем не так. Особенно учитывая, что он получил сообщение о скором прибытии Хидана в Саппоро. Он уже ехал в аэропорт, судя по сообщению. Идиот. Он и сам не знал, как поступить с дочерью. Теперь еще и Хидана лицезреть? Конечно, он не мог отрицать, что блондин относился к его семье с особым трепетом, своеобразным трепетом. Но блять Хидан? Его присутствие всегда подрывало его маскировку: он то невзначай бросит двусмысленную информацию Хинате, то наведет Юдзиро на какие-то мысли. Так, например, сын догадался, что их семья довольно состоятельна. Однако он не спешил делиться своими мыслями ни с кем, кроме него. Запретить Хидану приезжать он тоже не мог. Ебанное дерьмо. Все, что он хочет сейчас, это забыться в теплых объятиях Хинаты и ее нежном шепоте. «Мы скорое будем, милая». Итачи отбросил телефон на соседнее сидение и вышел из машины. Ему помнилось, что спортивная форма, в которой он иногда ходит в местный зал, еще лежит в багажнике. Найдя черную футболку, он быстро снял рубашку и бросил ее в угол багажника, пообещав ее выбросить при первой возможности. А лучше сжечь к херам, как и "новую" одежду Юки.

***

— Мы дома, — известил Юдзиро, пропуская Юки вперед себя. Отец еще возился с машиной, точнее вытаскивал из нее продукты, за которыми они заехали по дороге. — С возвращением, — мама встала в начале коридора и внимательно смотрела на них. От ее такого проницательного взгляда появлялись мурашки. Лично у Юдзиро всегда возникало желание выложить все, что он скрывает от нее. Онэ-чан, кажется, тоже уменьшилась в размерах. — Как позанимались, Юки, — взгляд на дочь, — Юдзиро? — спросила Хината и заметила, наконец, за спинами детей фигуру Итачи. — Н-нормально, мам, — буркнула девушка и пошла в ванную комнату. Юдзиро поблагодарил богов, что отец появился вовремя. Итачи протянул сыну пакеты и тот понес их на кухню. — Как твои дела, милая? — он, лавируя на одной ноге, пытался стянуть обувь. — Все как обычно, — пожала плечами Хината. — Ты тоже занимался? Итачи поднял глаза и понял, о чем говорила Хината. Уезжал то он в рубашке, да и для футболки было довольно прохладно. — Нет, я запачкался, рубашку спасти не удалось, — он медленно подходил ближе к жене, — Так жаль, она ведь была моя любимая, — он почти перешел на шепот и положил руки на талию Хинаты. — Думаю, в том супермаркете остались еще, — хихикнула брюнетка и отшагнула назад. — Ты же уже знаешь, — теперь на ухо шептал Итачи, — что Юки прогуляла занятия по подготовке к экзаменам. Зачем мучаешь нашу малышку? — Хочу, чтобы она сама призналась, — Хината отклонилась, делая еще один шаг назад, — Ну или хотя бы раскаивалась. Итачи снова сократил расстояние между ними и, склонив голову, прикоснулся губами к ее шее. Он вдохнул аромат и прикрыл глаза. — Ты так вкусно пахнешь, — промурлыкал он, щекоча дыханием кожу Хинаты. — Чем? — рассмеялась она. — Рагу? — Хината была уверена, что пропахла с ног до головы едой, которую готовила. Он снова припал губами к уху жены и прошептал: "Домом". Сбоку от них послышались шаги, а за ними: — Фу, ну не на глазах же детей, — Юки предусмотрительно обошла диван и зашла на кухню с другой стороны комнаты. — Я так скучаю по тому времени, когда она была маленькой, — пожаловался Итачи, отпуская жену. — Время пролетело слишком быстро. Я как сейчас помню наш первый кемпинг полным составом. Итачи шел за Хинатой в кухню, предаваясь воспоминаниям. — Да, отличный был уикенд. Юдзиро тогда только шесть месяцев исполнилось, — она обернулась и ласково улыбнулась мужу. И за эту улыбку, за каждый уютный вечер, за каждый вкусный ужин и теплое объятие, за нормальную жизнь и счастливую семью он был готов на все, что угодно.