Глава 4

Все дело было в Е Ванси, его сменщике… *** Мо Жань собирался домой. Как раз закончилась его смена и скоро должен был подойти Ванси. Эта ночь была богата на события — то пожар, то изнасилование, то у ночной бабочки сумочку потенциальный клиент спер… Мо Жань поспал всего пару часов. В сон клонит нещадно, а ведь нужно было еще и за сыном в школу заехать. Они сегодня вечером собирались сходить в парк, покататься на каруселях, поесть мороженого, благо у альфы намечалось два выходных, и отоспаться он мог и завтра, когда Вэйюй в школу уйдет. Мужчина уже закидывал удостоверение в рюкзак, когда в его кабинет вошел Мэй Ханьсюэ-старший — брат того придурка, с которым встречался его братец-омега. А еще непосредственный начальник Мо Жаня. В руках мужчина крутил телефон. И по его выражению лица альфа понял — пиздец. -Слушай, тут такое дело. — начал Мэй Ханьсюэ, — в общем, Ванси не выйдет сегодня. Мо Жань напрягся: -Что то случилось? — Случилось. У него гон. — Ну и? Мэй присел за стол, как раз на место посетителей, и, сцепив руки в замок, попросил: -Ты не мог бы задержаться еще на пару часов? -Издеваешься? — Мо Жань сел прямо на край собственного стола, — Мне сына из школы забрать надо. А если этот придурок не предупредил заранее о своей проблеме, то это полностью его вина! Почему другие должны его жопу прикрывать? — Его гон должен был начаться на две недели позже: я уже подписал ему отпуск на это время. Но что то пошло не так, и все случилось сегодня утром. Мо Жань молчал. Какое ему до этого должно быть дело? Мэй Ханьсюэ вздохнул. -Я не прошу тебя отрабатывать за него. Просто задержись на пару часов, пока я замену не найду. Пожалуйста. Черт черт черт черт черт! -Ладно. Но только на пару часов. Мо Жань поднялся со стола и принялся звонить в школу, чтобы предупредить директора Цзяна о Вэйюе. Тот оказался понимающим мужиком, и обещал, что все уладит. *** Вот только теперь альфе, похоже, придется извиняться за свои действия и за действия другого человека. Видимо, никого, кроме Чу Ваньнина не нашлось, чтобы посидеть с его сыном. А ведь предстояло еще вернуться на работу — Мэй Ханьсюэ так и не смог найти замену для Е Ванси, а это означало, что как минимум одну смену Мо Жаню придется отработать. И черт, как же это все бесило… — Прошу прощения, учитель Чу, — начал Мо Жань извиняющимся тоном, — за то, что не смог вовремя забрать Вэйюя… Однако был перебит беспокойным: — Господин Мо, с вами все в порядке? Мо Жань очень удивился. Еще никто, кроме тети и дяди, не проявлял к нему такой заботы. Он то считал, что его сейчас будут стыдить за аморальное поведение и безответственность, а тут… Кроме того, разве так сильно заметна его усталость? А Чу Ваньнин сам испугался собственных слов. Вот хотел же сказать совсем другое — что молодые родители совсем распустились, не следят за своими детьми, а вырвалось… — Все в порядке, не волнуйтесь, — с вымученной улыбкой ответил парень, — Просто небольшой завал на работе. Этот ответ был единственно верным. Еще не хватало беспокоить человека и заставлять его переживать о судьбе ребенка. Слово не воробей, вылетит — хрен поймаешь. Придется продолжать разговор в таком ключе. Чу Ваньнин кивает, будто верит, а сам непроизвольно прокручивает в голове сотни вариантов случившегося. — Где вы работаете? — спросил он. Что на это ответить? — В полиции, — честно признается мужчина. А затем начинает тараторить: — Не подумайте ничего такого, учитель Чу. Вэйюй никогда не остается один — у него есть бабушка и дедушка, а еще мой брат, когда не занят, за ним приглядывает… — Я в курсе вашей родни, — холодно отвечает Чу Ваньнин, хотя в глубине души он невероятно смущен. Что. Он. Несет? Какое ему дело, где работает один из родителей его ученика? Какое ему вообще дело до этой семьи? — Да, вы правы, — отвечает Мо Жань, вторя чужим мыслям, — Как-то позабыл. Запустив руку в волосы, альфа слегка взъерошил и без того растрепаную прическу. Этот простой жест вызвал целую бурю в душе омеги. Ваньнину внезапно захотелось самому коснуться этих прядей, запустить в них свои пальцы, а затем слегка сжать и оттянуть, отвечая на неистовые поцелуи, подставляясь под чужие мятежные руки… — Вэйюй, хватит играть! Мы едем домой. Низкий голос с легкой хрипотцой вывел Ваньнина из его эротических фантазий. Мужчина отвернулся, чтобы скрыть заалевшие щеки. Его омежья натура так и вопила: «Отдайся! Отдайся этому альфе!», и Ваньнин никак не мог позволить ей победить. Разум должен оставаться ясным и всегда побеждать над эмоциями — эту мантру мужчина завел себе еще в детстве и теперь мысленно прокручивал ее в своей голове на разный лад. Лишь бы не думать об этих сильных руках, нежных губах, мягких волосах… — Учитель Чу? — окликнул его предмет его разыгравшегося воображения. — Да? — Давайте мы вас подвезем. Вы где живете? Омега испугался. Провести еще несколько минут рядом с этим альфой… — В Шаньдоне, — ответил Чу, не задумавшись. Мо Жань улыбнулся. — Отлично, нам по пути. Садитесь. С этими словами альфа усадил ребенка на заднее сиденье в детское кресло, а затем открыл пассажирскую дверь спереди и сделал приглашающий жест в ту сторону. — Н-не стоит… — попытался откреститься от этой поездки Ваньнин, — Я доберусь на автобусе… — Сейчас час-пик, а до Шаньдона ехать минимум полчаса, — убеждал Мо Жань, — Мы же доставим вас за пятнадцать минут. С относительным комфортом. Садитесь же. Чу Ваньнин не двигался с места. — Считайте, что я так извиняюсь, — выдал последний козырь альфа. И омега, мысленно костеря себя последними словами, согласился. Хотя и знал — ничего хорошего от этой поездки ждать не стоит… *** Сидя рядом со своей эротической мечтой, Чу Ваньнин никак не мог успокоиться. «Мы просто едем в одной машине, мы просто едем в одной машине» — убеждал себя он, но даже его вечная мантра в этой ситуации мало помогала. Он только ощущал запах чужих феромонов, которыми буквально напитался этот железный монстр, по ошибке именуемый машиной, и видел мужчину, который те самые феромоны излучал, и все его тело буквально плавилось от этого ощущения. Не будь его физическая форма такой, какая есть, он наверняка бы уже растекся маленькой лужицей на полу внедорожника. Мо Жань ехал на средней скорости, которая была допустима на этом участе дороги, но все равно видел, как пальцы учителя сжимают кожаную обивку сидения. Он был весь, как натянутая струна -вот-вот порвется. Мо Жань никак не мог понять причину этого. Если бы перед этим он не не спал почти целые сутки, выезжая на места происшествий в разных участках города, может, он бы и заметил, что причина напряжения омеги заключена в кое-чем другом. Но, увы, — Мо Жань просто сильно устал. И обращать сейчас внимания на собственную привлекательность у него не было сил. Примерно через те самые пятнадцать минут Мо Жань задал вопрос: — Учитель Чу, где вас высадить? «Где угодно, лишь бы поскорее!!!» — На остановке. Здесь недалеко, я доберусь сам. — Хорошо. Мужчина повернул на автобусную полосу и подъехал прямо к бордюру. — Еще раз извините за случившееся, — произнес он, вцепившись в руль, — Больше такого не повторится. — Не стоит — мы чудесно провели время, — ответил Ваньнин, — Если вдруг возникнет такая проблема еще раз — можете обратиться прямо ко мне. И спасибо за то, что повезли. — Это вам спасибо, — улыбнулся Мо Жань и, потянувшись через омегу, распахнул перед ним дверь и отстегнул ремень безопасности, — Всего хорошего. — Всего хорошего, — как эхо, повторил Чу Ваньнин, выбираясь из машины. Его только что обдало волной несдерживаемых феромонов. О боги… Бежать! Бежать отсюда! Придя в себя только на пороге собственной квартиры, Ваньнин осознал все случившееся в полной мере, и, схватившись за голову, почти закричал: — Что я только что сделал????