Часть 4. Обычный вечер

Рабочий день не задался с самого начала. Даже поощрение от владельца ресторана в виде премии не подняло Эмилии настроение — она возвращалась домой абсолютно вымотанной, с одной лишь надеждой, что ей удастся понежиться часик другой в горячей пенной ванне. Она ввалилась в дом, скинула с себя оковы каблуков и небрежно бросила часть денег из своего кармана в глубокую деревянную тарелку, стоявшую на тумбе возле входа. Посудина служила своего рода общей копилкой, в которую каждый из живущих в доме должен был отчислять часть заработанных денег на общие нужды. Нужно ли говорить, что без вложений единственного работающего человека общак частенько пустовал? — Золотце, ты как это заработала? — Хирако встречает ее с недвусмысленной улыбкой, указывая пальцем на разбросанные бумажки. — Только легальными методами, Синдзи, — отвечает она ему в той же вызывающей манере. — Ну да, ведь когда красивый женщине какой-то богатый мужчина абсолютно безвозмездно дает кучу денег — это же вполне легально, да? — сказала появившаяся из-за угла Хиери, самодовольно скрестив руки на груди. — Тебе то откуда знать, как оно бывает, а, Хиери-сан? — Эмилия сгибается почти пополам, чтобы с совершенно невинной улыбкой взглянуть в лицо Хиери. — Тебе и 100 йен милостыни никто не подкинет. Чувствуя, что девушки вот-вот вцепятся друг другу в горло, Синдзи вставляет свои пять копеек в разговор: — Как жаль, что у меня совсем нет денег — я бы отдал все до последней монеты тебе, Мия-чан. Как ты говоришь, Хиери-сан, абсолютно безвозмездно. — И на том спасибо, — хмыкает Мия и легонько треплет Хирако за щеку. Она снимает пальто и плюхается на диван, где закинув ногу на ногу, сидит Лиза и читает очередной бульварный роман в безвкусной обложке. Кивком головы она дает понять, что заметила присутствие подруги. Мия кивает в ответ и вяло улыбается краешком рта. — Не кусай руку, которая тебя кормит, Хиери-сан, — не унимается Синдзи, продолжая действовать на нервы блондинки. — А ты прекрати подкатывать свои яйца к каждой симпатичной женщине вокруг! — кричит она и бьет его со всей силы по спине. — Меня от твоего подхалимства тошнит уже! Между ними в очередной раз завязывается драка. Глядя на то, как они катаются по полу, раздавая друг другу тумаки, Мия глубоко вздыхает. — И почему они постоянно так? — Это способ Хиери-сан вразумить людей, на которых ей не все равно, — отвечает Лиза, не отрывая глаз от книги. — Не припомню, чтобы она била кого-то из нас... — Мы с тобой не нуждаемся в корректировке, Эмилия. Я — идеальна, а ты просто прелесть. — И не поспоришь, — усмехнулась девушка в ответ. — Да и Синдзи мог бы с легкостью увернуться от ее ударов... — Оставим их. Пусть их садомазохистские наклонности находят выход в такого рода взаимодействиях... — О чем вы обе там шушукаетесь?! — крикнула Хиери, прежде чем нанести сокрушающий удар прямо по голове зазевавшемуся синигами. Он неуклюже распластался на животе, кровь хлынула у него из носа. — О том, насколько очаровательная твоя...агрессивная заботливость, Хиери-сан. — Эмилия достала из кармана брюк носовой платок и подошла с ним к Синдзи, чтобы вытереть кровь, струйкой бежавшей из его носа. — Так можно и убить кого-нибудь ненароком. — Спа...спасибо, — смущенно пробормотал Синдзи, неловко поднимаясь на ноги. Платок, который он держал у разбитого носа, пах привычными сладкими духами девушки. Их аромат он давно окрестил как самый приятный из всех запахов, которые ему довелось учуять. — Оставь себе, — девушка махнула рукой на его попытки сказать, что он вернет ей платок после. — Думаю, что это далеко не последний раз, когда ты дразнишь Хиери-сан. Синдзи хотел было что-то возразить, но слова потерялись где-то на пол пути в его горле, когда девушка стала поправлять покосившийся воротник его рубашки. Ее доброта сбивала его с толку. Он привык иметь дело с грубостью, граничившей с жестокостью, с подколами или равнодушием; забота и внимание, которым девушка переодически одаривала окружающих, были тем, с чем ему не удавалось совладать. Хирако замер, тайно любуясь из-под челки ее красивым лицом и стройными длинными пальцами, орудовавшими над узлом распустившегося галстука. Она быстро закончила с прихорашиваниями и ушла, одарив бывшего капитана слабой улыбкой напоследок. Синдзи дождался, когда захлопнется дверь в конце коридора, а затем развернулся к Хиери, мышцы на его лице подрагивали от плохо сдерживаемой ярости. — Стерва... — прошипел он. — Ты выставляешь меня идиотом в глазах моей первой любви! — Я тут не причем, — крикнула Саругаки. —Ты просто выглядишь как идиот, говоришь как идиот и ведешь себя как идиот! Девушка вроде Эмилии и за большие деньги не стала бы иметь с тобой никаких дел! — Ах, ты!...

***

План понежиться в ванне с треском провалился, когда в дверь дважды за последние полчаса постучали. «Сложно долго занимать такое стратегически важное место, когда живешь не одна», думала Эмилия, распластавшись на кровати в своей комнате. Сил не оставалось ни на что, кроме как лежать и глазеть в потолок. В последний раз она так уставала, когда училась в Академии Синигами и умудрялась совмещать учебу с дополнительными тренировками и занятиями по фортепиано у Роуз. Усталый вздох вырвался у нее из груди. — Не жалеешь о своем решении уйти, Мия-чан? — Йоруити в своей наилучшей форме протиснулась в приоткрытую оконную щель, а затем свернулась клубочком на одной из подушек, предварительно потоптав ее для удобства лапками. — Нет, — хмыкнулата в ответ и легонько провела рукой по шелковистой кошачьей шерстке, — не могу я оставить Киске. Пропадет он без меня. Хотя, — с плохо скрываемой улыбкой добавила девушка, — учитывая, как хорошо ты за ним приглядываешь, я чувствую, что моя помощь не очень-то здесь и нужна...АЙ, больно ведь! Чёрная кошка цапнула девушку за оголенную часть бедра, выступающую из-под халата, и выбежала из комнаты, громко топая лапками. «Разве я виновата, что здесь стены такие тонкие?!» — обиженно подумала про себя девушка, потирая проступившие на коже красные полосы.