1.

Стив стряхивает воду с плеч и толкает тяжелую дверь бара. После прохлады улицы внутри оказывается слишком жарко и душно. Запахи и голоса тут же ударяют в голову, чуть пьяня, чуть дразня ‒ мешая сконцентрироваться на чем-то одном, притупляя чувства. Стив слегка качает головой, отгораживаясь от какофонии, вычленяя аромат сирени и свежей травы. Пару мгновений Роджерс представляет, как могла бы выглядеть его носительница. Почему-то мужчине видится хрупкая блондинка с пухлыми губами и сталью во взгляде. Стив усмехается. Такие женщины будоражат и пугают его, глубоко внутри альфа хочет, если и не покорить, то хотя бы доказать, что он равен. Мужчина отмахивается от этих мыслей и, быстро осмотрев помещение, направляется к барной стойке. Он заказывает пиво: темное, оставляющее горчинку на языке. Но абсолютно неспособное опьянить. Нужно бы найти столик в плохо освещенном углу зала, сесть спиной к стене и тихо выпить свои две бутылки, но… Но эта миссия постоянно поднимает тревогу внутри и треплет нервы. Он уже не то, что куратору ‒ сам себе не до конца верит. Ему нужно расслабиться. Иногда Стив действительно заходит в бары, чтобы побыть среди людей, но не привлекать ненужного внимания. Иногда он даже делает несколько набросков. Больше наблюдает, конечно. Наташа, узнав об этом, выгибает бровь и так пронзительно смотрит в глаза, что Роджерс не выдерживает ‒ уводит взгляд вбок. После этого она прекращает подыскивать ему пару. И разрешает звонить в любое время. И он даже начинает изредка пользоваться этой привилегией. Но напрягать Нат слишком сильно не хочется, а этот новый мир все так же огромен. Он сводит с ума своим шумом, красками, правилами и их отсутствием. Поэтому Стив продолжает ходить в бары, чтобы окунуться в это море и представить, что он один из них ‒ такой же человек, как они. Что он не потерян. Работает с переменным успехом. Чаще ‒ помогает. Но сегодня Роджерсу нужно нечто большее ‒ что-то реальное. В новом веке это оказалось еще проще. Стив расплачивается и выбирает столик недалеко от центра, снимает куртку и садится так, чтобы видеть зал. Он откидывается на спинку стула и быстро просматривает сообщения на телефоне. Ничего нового, значит эта ночь его. Официантка приносит полный стакан пива и орешки в качестве бонуса. Она мило улыбается ему, делает свою работу и исчезает. Но Стив уверен ‒ на обратной стороне салфетки ее номер. Одно из преимуществ нового тела ‒ ему почти не нужно ничего делать. Барнс бы над ним посмеялся, сказав что так он совсем разучится флиртовать и приглашать на свидания. Но Стиву все равно. В этом веке ему никто не понравился в достаточной мере, чтобы хотеть сделать первый шаг, разве что… Ну, думать о Старке в баре, где он ищет партнера на ночь ‒ плохая идея. Так он начнет сравнивать и тосковать. Хуже может быть только думать о Баки. Стив таки переворачивает салфетку и хмурится. Это должно льстить. Но худой мальчишка в нем, задыхающийся от каждого лишнего движения, ехидничает ‒ как знакомо, не правда ли? Стив Роджерс так никого и не интересует. Но теперь всех интересуют хотя бы его член. Слабое утешение. Краем глаза Роджерс замечает движение и поднимает голову. У его столика топчется молодой парень. У него смешливые искорки в карих глазах, ужасно длинные ресницы и легкая улыбка на губах. Парень хочет казаться уверенным, но немного нервничает, что самого скорее веселит, чем смущает. Мужчина неосознанно улыбается в ответ. ‒ Привет! Здесь не занято? ‒ голос слегка высоковат, наверно, от волнения. Пальцы барабанят по столу. Стив качает головой и мягко вдыхает аромат, хотя уже знает, кто перед ним. Омега. Теплая карамель с легкой горчинкой. Не слишком приторная, но будто обнимающая, дарящая чувство безопасности, спокойствия и тепла. То, что так нужно Стиву. Но омега, да еще и такой молодой. Роджерс на самом деле не моралист, и все же такого омегу надо оберегать и приглашать на свидания в кафе, а не снимать в баре на ночь. ‒ Не угостишь меня? ‒ парень кивает на стакан. Удивительно самоуверен. Или непосредственен ‒ как посмотреть. Он не выглядит как завсегдатай бара или охотник за сердцами. Слишком расслаблен, слишком просто одет. А его кеды способны посоревноваться с курткой самого Стива. ‒ С удовольствием. Как только посмотрю твои документы, ‒ Стив старается улыбаться мягко и открыто. Парень пожимает плечами и лезет в карман. Он протягивает права и их пальцы соприкасаются, посылая по руке приятное тепло. Мальчишке 29 лет. Роджерс вскидывает брови и рассматривает карточку внимательнее. Не подделка. ‒ Так что, я прошел? ‒ Стив поднимает глаза и чувствует, как начинают гореть уши. Поняв, что не прогонят, парень садится за столик. У него глаза-магниты, смотрят завораживая, прямо в душу. На губах хитрая улыбка. Теперь, успокоившись, он уже не так похож на ребенка или наивного простака, ищущего с кем поболтать в баре. Омега знает себе цену, и знает зачем пришел. И он красив. Правильные черты лица, прямая спина, плавность движений. Даже эта слишком большая рубашка поверх футболки не портит его, а придает очарования. У Стива чешутся руки от желания нарисовать его. И тяжелеет внизу живота желания обладать им. ‒ Извини за это. Ты выглядишь очень молодо, ‒ мужчина отдает права и машет рукой официантке, подзывая к столику. ‒ Меня зовут Стив. Приятно познакомиться с тобой, Питер Паркер.