Вернутся к фанфику

После. Обанай NSFW

6 ноября 2024, 07:36
      Осмыслить произошедшее Обанаю удается не сразу — долг зовет уничтожать демонов. Лишь когда Хашира Змеи возвращается в свое Поместье и устраивается в офуро, у него появляется время все обдумать.              По понятным причинам женщины всегда вызывали у него безотчетную брезгливость, единственное исключение он делал для Канроджи Мицури, прекрасной во всех отношениях девушки. То была любовь с первого взгляда, трепетная и горячая, слепая и мучительная, вероятно, даже нездоровая. Обанай жаждал молиться на Мицури, преклонив колени, оградить ее от любого мужчины, который посмеет хоть одним глазком посмотреть на нее, чтобы только он сам любовался ее неземной красотой, чтобы только ему принадлежала ее доброта и отзывчивость. Навязчивое желание быть с Канроджи разбивалось об его убеждение в собственной недостойности. Не имеет права его грязная мерзкая душонка запятнать ее, чистую и невинную.       Однако эта установка не сработала, когда Обанай увидел милую, совсем не его Мицури в компании с другим мужчиной. Она улыбалась ему, она звонко смеялась, она касалась его руки. Рациональная часть мозга Обаная понимала, что Мицури могла встречаться с кем хочет, он для нее просто друг, но сердце от этого болело не меньше.       Охваченный горечью, Обанай помчался на задание. Убийство демонов сейчас было как нельзя кстати — отлично снимало стресс, позволяло выплеснуть наружу скопившуюся ревность и обиду. Вот только его напарник, к его досаде оказавшийся женщиной, с которой ему как-то приходилось работать, опоздал и большая часть досталась ей.       На этот раз Обанаю сложно было сосредоточиться на демоне — в памяти раз за разом представала Мицури и тот мужчина. Поэтому он замешкался, когда ты согласно плану увела чудище подальше от его логова. Он успел освободить твою ногу из его хватки, еще парочка охотников-статистов отправилась вместе со спасенными заложницами в деревню. Кажется, теперь все было в порядке, но негативные чувства по-прежнему разрывали изнутри, и Обанай сорвался на тебе. Он знал, ты была не виновата, пускай ему и не нравилась, к тому же, явно умудрилась напиться накануне. Знал и все равно оскорбил тебя, однако его ждал сюрприз — ты повела себя не как вежливая Мицури, которая в подобной ситуации погасила бы конфликт. Ты огрызнулась, и Обанай подспудно обрадовался такой реакции, давая выход и своей печали, и извечной ревности. Он не рассчитывал, что дело дойдет до драки, но соврал бы, если б сказал, что это ему не нравилось.       В какой-то момент он оказался лежащим на тебе. Твои глаза горели злобой, ты яростно пыталась сбросить его с себя. Конечно, безуспешно. Он Хашира, во сто крат сильнее тебя, хоть и не мог похвастаться ни высоким ростом, ни мощным телосложением. Твои ерзанья, гневное выражение лица отчего-то возбудили Обаная. Сперва вы оба неловко замерли, но вскоре ты начала его дразнить, потираясь о его твердый член, и Обанай решил — пошло оно все, под ним женщина, которая хочет его. В то мгновение он не думал о Канроджи, все его внимание было сосредоточено на тебе. Твое тело звало Обаная насладиться им, и он им воспользовался. Он торопливо приспустил свои брюки и фундоси, задрал твою юбку и сдвинул в сторону белье. Дотронулся до твоих складок. Влажные. Какие же они были влажные и горячие. От осознания того, что он способен вызывать столь страстное желание, всякая выдержка покинула Обаная. Не подарив тебе никаких прелюдий, он уверенно вошел в тебя.              Предаваясь воспоминаниям, Обанай ловит себя на том, что ласкает себя, откинув голову на бортик офуро и тяжело дыша. Он испуганно отдергивает руку от члена, не верит, что твой образ возбуждает его даже сейчас. Это плохо. Очень плохо. Нужно успокоиться, вылезти из остывающей воды, выпить горячего пряного чаю и наконец лечь в постель. Сон должен избавить его от терзающих память развратных сцен.       Обанай закрывает глаза, чтобы попытаться расслабиться с помощью Дыхания, но разум тут же подкидывает следующую картину.       Ты раздвинула ноги пошире, приглашая его проникнуть еще глубже. Он был не в силах сопротивляться.       Обанай вновь обхватил ладонью свой член.       Ты так громко стонала, совсем не стеснялась демонстрировать ему, какое удовольствие он тебе доставлял. Он и никто другой.       Обанай сдавливает его, двигает рукой вверх и вниз. Вода служит неплохой смазкой, но не сравнится с твоей. Ох.       В награду он потянулся к твоей скрытой одеждой груди, нащупал соски. Они были такими твердыми, еще одно свидетельство того, что тебе было хорошо под ним. Он принялся перекатывать их меж пальцами. Он и не представлял, что они окажутся такими чувствительными, что такие элементарные действия доведут тебя до оргазма. Ты кричала, сжимая его член внутри. Он никогда в жизни не видел столь восхитительного зрелища. Ему до боли хотелось отпустить себя и кончить, но твой взгляд, умоляющий его продолжать, потряс его до глубины души.       Обанай тихо стонет, поглаживая пальцем головку члена.       Он исполнил твою невысказанную просьбу. Закинув одну твою ногу себе на плечо и схватив тебя за ягодицы, он проник в тебя еще глубже. Твое влажное, горячее, невероятно узкое лоно сводило его с ума. Твое тело, выгибающееся навстречу каждому его движению, твои всхлипы, твои оргазмы — разве мог он продержаться дольше? И он отпустил себя.       Обанай ускоряется, чувствуя, как увеличивается в руке член. Всего одной минуты достаточно, чтобы он кончил.       Ты смотрела на него. В момент его собственного оргазма ты смотрела на него. Не отводила ни на секунду взгляд, пока он изливал в тебя сперму.       Обанай глухо выдыхает, наслаждаясь тем, как блаженство омывает его тело, расслабляет напряженные прежде мышцы. Он смежает веки, но тут же их распахивает снова.       Твои глаза. Перед тем, как он устало рухнул на твое тело, они отражали толику печали. Обанай испытывает укол вины. Быть может, ему надо было как-то утешить тебя, обнять, сказать что-нибудь ободряющее. Обанай отбрасывает эти идеи. Он не собирался давать тебе ложных надежд. Позже он повел себя чересчур грубо, он даже оправдывать себя не будет. Поразмыслив об этом сейчас, Обанай решает, что оставит все как есть. Ему будет стыдно перед Мицури, но, он надеется, со временем это пройдет.       Он забудет о том, что случилось в ночном лесу. Забудет то, как чудесно было держать тебя в своих руках. Забудет, как ты беззастенчиво отдавалась ему. Все это он забудет, если вы больше не пересечетесь.       Он не станет искать с тобой встреч. Это лишнее. Звание Хашира имеет свои преимущества: он намекнет Господину, чтобы тебя перевели работать на территорию, подведомственную другому Хашира.       А ты… ты тоже забудешь обо всем. Наверное, уже забыла, убеждает он себя. Вас ничто не связывало раньше, ты ничего не потеряла. Он не какой-то выдающийся любовник, как тот же Узуй. Каждый пойдет своей дорогой. Каждый должен пойти своей дорогой.       Договорившись с собственной совестью и кивнув сам себе, Обанай вылезает из офуро и, вытеревшись, накидывает на себя юката. К демонам чай, он не настолько уверен в устойчивости своей психики, чтобы рисковать предаться воспоминаниям еще раз. Сон. Ему жизненно необходим сон.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!