Вернутся к фанфику

Терзания. Гию R

18 февраля 2025, 06:44
      Гию выбирается из офуро, когда вода становится совсем холодной. Позабыв про полотенце и тем более про одежду, он словно в трансе шлепает до комнаты, оставляя за собой лужицы. Мрачное одиночество спальни не спасает его от мыслей, даже наоборот, здесь они терзают разум сильнее во сто крат.       Остаток вечера и практически всю ночь Гию мечется по постели, не находя желанного покоя. Последний раз нечто подобное с ним случалось, когда он очнулся в госпитале и получил известия про финальный отбор.       Конечно, сейчас никто не умер, ситуации, казалось бы, несравнимые. И, тем не менее, Гию признает: ощущения похожие.       Чувства. Их так много, что они грозятся разорвать его изнутри. Они заполоняют все его существо, душат. Гию не умеет, не знает, как с ними справляться.       Его размеренный уклад жизни нарушается прямо в тот день, когда ему не посчастливилось встретить тебя.       Твои комплименты смущают невозмутимого Гию и, что греха таить, приятны до сладкой дрожи. Дерзкие фразы, которые ты не гнушаешься время от времени использовать, выбивают из колеи. И если из уст Кочо, что тоже частенько любит с ним острить, они звучат грубовато и достаточно обидно, то твои скорее смахивают на флирт. Гию не представляет, как на это реагировать. На ум не приходит ни единого подходящего ответа.       А прикосновения? Гию невольно стонет, закрывая лицо одеялом. То, как ты дотрагиваешься до него, будоражит не только сознание, но и тело. Наверняка ты не догадываешься, как действуешь на него. А если догадываешься? А, может, о боги, абсолютно уверена, каким будет результат твоих шалостей? Гию стонет еще громче.       Память безжалостно подкидывает ему один такой момент за другим.       Ваша первая встреча. Ты держишь его за руку на фестивале. Из страха потеряться или потому что тебе нравится чувствовать его теплую ладонь в своей? Призрачный поцелуй в щеку и подарок… Благодарность? Желание смутить его? Или симпатия? Гию ни в чем не уверен.       А потом? О чем ты только думала, захотев его в мужья? Это чистой воды безумие. И все же в вашу первую брачную ночь Гию едва не нарушает границу, которой сам же и отделил себя от тебя.       Фантазия, как, собственно, и Томиока, сейчас не дремлет. Образы твоего тела, восхитительно податливого в его руках, нежной, будто драгоценный шелк, кожи, которая покрывалась мурашками под его пальцами, мягких губ, что манили поцеловать, преследуют Гию до сих пор.       С громким вздохом он переворачивается на живот, шипит от того, что возбужденный член больно трется о простыни. Ложится обратно на спину.       Ох, если б после его резких слов в ту ночь ты угомонилась. Но ты чересчур настойчивая. С тобой он живет, как на вулкане. «Зайчик…» Конечно, он слышит, как ты назвала его, но ему слишком стыдно, чтобы сказать что-то в ответ.       Гию не придумывает ничего лучше, чем трусливо избегать тебя — неизвестно, когда ты в очередной раз что-нибудь выкинешь. Ему кажется, что он сходит с ума: вздрагивает, едва раздается твой голос, каменеет, стоит тебе шелохнуться.       Кочо одаривает «Томиоку-сана» ехидной улыбочкой и едким комментарием, когда выдает ему требуемые успокоительные. От заботы Хашира Насекомого, а особенно от любопытства, Гию хочется удавиться.       Он стабильно принимает полученную горькую бурду накануне ваших встреч, хотя теперь ты ведешь себя, как паинька. У Гию голова идет кругом от столь резкого контраста.       Пролетает время, жизнь потихоньку устаканивается, и он чувствует себя рядом с тобой более свободно, посчитав, что ты выбрала нейтральные отношения приятелей. Очень и очень наивно с его стороны, позже убеждается в этом Гию.       Несколькими часами ранее, пока он отмокает в офуро, ты бесцеремонно заявляешься к нему. Мысленно он ругает себя за то, что так переполошился. Нелепо машет руками и барахтается, отчего на тебя попадает несколько капель воды.       — Тише-тише, — примирительным тоном произносишь ты. — Я видела, что ты устал, и решила немножко поухаживать за тобой. Ты не против.       Твои слова и тон не терпят возражений, да Гию бы и не рискнул. Он четко осознает, что ты изящно загнала его в угол, не оставив ему путей для отступления. Сбегать от тебя в чем мать родила — для подобного Гию слишком хорошо воспитан, а грубо выгнать тебя не получится — от твоей напористости, если не сказать наглости, у него язык к нёбу прилип. Чувствуя себя беспомощным котенком, Гию поворачивается к тебе спиной.       Твои похвалы, адресованные его волосам, нарушают гнетущую тишину. Слышать это непривычно и, пожалуй, неловко, однако то, как ты пропускаешь меж пальцев его жесткие пряди, непроизвольно доставляет Гию удовольствие. Пока ты возишься с его шевелюрой, он закрывает глаза, забывая обо всем на свете, сосредоточиваясь исключительно на движении твоих рук и на том, как чудесно ощущать их на себе.       От Гию ускользает момент, когда ты переключаешься на его шею. Ласки плавно перетекают в более интимные, он осознает, что возбуждается. Хочется еще. Пребывая во власти похоти, Гию не сразу понимает, что все прекратилось.       — Хорошего вечера, мой драгоценный муж, — твой жаркий шепот имеет эффект ледяного душа.       Ты бессовестно прикусываешь чувствительную точку, где бешено бьется его пульс, и исчезаешь.       Гию соображает медленно, безотчетно тянется к месту укуса, краснеет от твоей смелости и дерзости. Он погружается в ставшую прохладной воду, дабы остудить свой пыл.       И сейчас, лежа в своей одинокой постели, обреченно принимает неизбежный факт — это совершенно не помогло.       Что бы произошло, если бы ты тогда продолжила? Гию признает: он бы не сдержался, затащил тебя в офуро и, наспех раздев, занялся бы с тобой любовью прямо там, не утруждая переместиться в спальню, на широкий удобный футон. Тебе бы понравилась его решительность? Дрожало бы твое хрупкое тело от наслаждения в его сильных руках?       Перед глазами появляется образ тебя, обнаженной, всхлипывающей под ним. Гию безотчетно кладет руку на твердый член, сжимает, проводит вверх-вниз, представляя, что это ласкаешь его своими тонкими пальцами, ртом, что так любит дразнить его. А как бы ощущалось твое лоно? Каково было бы излить в него сперму?       Развратные фантазии уводят Гию все дальше. Картины ваших тел, предающихся страсти, сменяют друг друга, быстро даря столь желанный оргазм. Гию кончает в свою ладонь, закусывает одеяло в попытке приглушить стоны.       Наконец-то наступает долгожданное расслабление, веки тяжелеют, и Гию погружается в сон, практически на рассвете.       И даже тогда его преследуют размытые картины вашей близости.              Пробуждается Гию от ощущения, что кто-то пристально смотрит на него. Измученный после тяжелой ночи, он нехотя открывает глаза. Ты сидишь в жалком миллиметре от его футона. Где-то на задворках сознания Гию корит себя за потерю бдительности, однако эта мысль мигом исчезает, когда он замечает твой блуждающий взгляд. Только тогда до Гию доходит: одеяло прикрывает лишь нижнюю половину тела, давая превосходный обзор на его торс.       Мутная голова соображает плохо, и Гию позволяет тебе пялиться, чем ты бессовестно пользуешься. Он безмолвно наблюдает, как твоя рука медленно направляется к его животу, туда, где отчетливо виден пресс. Легкое прикосновение твоих нежных пальцев прошивает его, словно молния. Гию вздрагивает, но не предпринимает попыток остановить тебя.       Осмелев, ты движешься выше, проводишь ладонью по твердой груди. Инстинктивно Гию выгибается навстречу. До сих пор чувствующий отголоски эротических снов, Гию хватает твое запястье, притягивает к себе так, что ты падаешь на него. Жар твоего тела, ощущаемый даже сквозь твою юката, возбуждает его.       Вы оба, затаив дыхание, словно страшась одним неверным действием разрушить магию между вами, приближаетесь друг к другу.       Ваши губы практически соприкасаются, когда раздается пронзительный крик:       — Хашира Воды! Срочное задание!       «Демон раздери эту проклятую птицу!» — одна мысль на двоих.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!