VII. Наша любовь

А М А Л А

      Я все еще чувствовала себя виноватой из-за того, что на той неделе буквально взорвалась на Киллиана из-за его попытки помочь мне, ведь он снова заметил мое странное поведение. И после того раза я боялась оставаться одна. Мне постоянно нужно было с кем-то находиться, чтобы не зависать в своих мыслях, потому что, казалось, что именно в такие моменты Темная мать захватывала разум, если уже и не тело.       Киллиан как-то по странному озирался на меня все эти дни, да и Киран тоже, будто они что-то задумали, но… возможно, это было из-за слов моего брата о том, что я могла быть беременной. Честно говоря, не чувствовала никаких изменений, кроме голода и изменения запахов, что касались еды. Обычно я очень мало ела, но теперь каждый прием пищи хотелось съесть слона.       — Все в порядке? — спросила Сана, когда мы сидели за столом и обедали в перерыве между работой в ресторане. Я удивленно вскинула брови, посмотрев на нее, потому что не видела причину, по которой она задала вопрос. — Ты уже минут пять ковыряешься в тарелке, — пожала плечами она.       — Ох, нет, я в норме, просто задумалась, — успокоила я Сану, и она кивнула, хотя тоже как-то странно вглядывалась в меня. — Я чего-то не знаю?       — О чем ты, Амала? — отложив вилку, спросила она.       — Так смотришь на меня, будто знаешь то, о чем я не подозреваю, — изложила я и засунула в рот кусочек от котлеты, но она показалась мне противной на вкус, затем в горле встал неприятный ком, и я, резко поднявшись со стула, побежала в сторону туалета.       Я еще на той неделе заметила, как живот то и дело крутило, а некоторая еда на вкус стала неприятной, да и запах мяса был протухшим, хотя, что дома Киллиан каждый раз заверял, что оно свежее, что в ресторане повара говорили о том же самом. И сейчас, пока меня выворачивало чуть ли не наизнанку, я думала — это от очередного мяса или это…       Наконец, поднявшись с пола, на который практически упала возле туалета, нажала на кнопку смыва и вышла из кабинки, встречаясь с Саной. Она снова загадочно смотрела на меня.       — Выкладывай, — лишь сказала я ей и подошла к раковине, чтобы умыться и прополоскать рот.       — Тебе стоит купить тест на беременность, — произнесла она, и я замерла с водой во рту, теперь глядя то на себя, то на Сану через зеркало. Конечно, я знала, что она могла видеть и чувствовать то, что другим не под силу, но не думала, что и это ей подвластно… — Только не говори, что ты не ожидала этого, — усмехнулась она, опираясь спиной о стену позади себя.       — Мы с Киллианом пытаемся, — кивнула я и выключила воду. — Я настроена на ребенка, но не могла подумать, что получится так скоро.       — Ты должна радоваться, Амала, — Сана подошла ко мне и положила руку на плечо, как бы оказывая поддержку.       Я не рассказывала ей о том, что Темная мать буквально сталкивала меня с ног, снова переворачивала жизнь верх дном, но мне казалось, что Сана подозревала или чувствовала, потому что еще в Калькутте она знала, что со мной что-то не так до того, как я ей все выложила.       Позже мои подозрения только подтвердились. Я смотрела на заветные две полоски на трех тестах и, честно, не знала, радоваться мне или плакать. Я разрывалась от того, что Темная мать опять вмешивалась в мою жизнь, и именно из-за нее что-то могло пойти не так.       Первой мыслью было позвонить Киллиану и обрадовать его, но сейчас был самый разгар рабочего дня, и я понимала, что это выбьет его из колеи. Я подавила в себе это желание и решила вернуться к работе, пока мое состояние позволяло.       Сана все еще с опаской поглядывала на меня, но я заверила ее, что со мной все в порядке. В конце концов, я должна быть счастлива, пусть и не верила до конца, что это правда.       У нас действительно получилось.       После работы я, как обычно, поехала домой, где меня на пороге встретил Киллиан. Я постаралась взять себя в руки и не подавать вида, что что-то поменялось. Из кухни доносился приятный запах. Сегодня за ужин был главным муж, и я этому только рада, потому что мне не пришлось снова готовить.       Будто предчувствовав что-то, Киллиан приготовил мою любимую пасту. На вкус она была даже лучше, чем обычно, возможно, он все-таки спросил у итальянцев рецепт. Муж, как обычно, поставил на стол бутылку белого вина, и пусть я не до конца была уверена в том, что беременна, решила сделать выбор в пользу апельсинового сока. Лайтвуд бросил на меня подозрительный взгляд, но никак не прокомментировал это, за что я была ему очень благодарна. Я налила напиток в свой стакан, и Киллиан с Кираном подозрительно переглянулись; можно подумать я всегда пила вино за ужином.       Уже после того, как мы легли спать, я по привычке положила голову на грудь мужа, и он погладил меня по спине успокаивающим жестом. Я решила, что сейчас самое время рассказать ему, потому что чем больше я оттягивала, тем больше чувствовала, что поступала неправильно. Будто отрицала очевидное и обманывала себя, а потом и нас обоих.       — Киллиан, — позвала я мужа, и его пальцы остановились на моей коже, будто он что-то заподозрил, — мне надо кое-что тебе рассказать.       Мой голос предательски задрожал от волнения, хотя это была хорошая новость. Каждое слово давалось с огромным трудом, как будто я тащила непосильную ношу. Я должна была светиться от счастья, но по какой-то причине мне было чертовски тяжело собраться с мыслями.       — Я беременна. — на выдохе произнесла я.       На мгновение мне показалось, что я перестала дышать, но в следующую секунду почувствовала теплые губы Киллиана на своем лице и испытала огромное облегчение. Он покрывал поцелуями каждый дюйм моей кожи, пока, наконец, не добрался до губ. Киллиан притянул меня ближе к себе и углубил поцелуй. И как я могла нервничать, когда мой муж так заботился и любил меня?       — Это правда? — оторвавшись, спросил он, будто не верил, что у нас действительно получилось, а его глаза забегали по моему лицу, пытаясь найти малейший намек на ложь. Но это была чистейшая правда.       — Да, — на мои глаза навернулись слезы, наверное, из-за гормонов, потому что раньше я очень редко плакала. — Все три теста положительные. Ты станешь папой, Киллиан.       В ответ Лайтвуд снова завладел моими губами, но уже более мягко и осторожно, будто пытаясь показать как он счастлив от того, что нам предстоит.       — Какой срок? — спросил муж, попутно вытирая слезы с моих щек.       — Я не знаю, видимо, очень маленький. Но я хочу записаться к врачу, чтобы узнать. Вместе.       — С ума сойти! — признался Киллиан, все еще пытаясь поверить в реальность происходящего.       Глядя в его любящие глаза я в сотый раз поняла, как же мне повезло. За последний год с нами случилось столько плохого, что появление ребенка станет для нас новым этапом в отношениях. Больше, чем партнеры. Больше, чем супруги. Теперь мы будем настоящей семьей.

|・・・[∞]・・・|

Спустя несколько недель       Сегодня я проснулась за час до будильника, хотя всю ночь крутилась, не знала, как лечь, но не потому, что было неудобно, а потому, что предвкушала этот день — день первого УЗИ. Конечно, крошечный человечек во мне был еще совсем маленьким, и вряд ли мы сможем разглядеть хоть что-то, кроме маленького комочка, но даже этот факт мог сделать мой день гораздо лучше и красочнее. Но я и так в последнее время ходила с улыбкой на лице, особенно, если видела счастливого Киллиана. Он смотрел на меня совершенно по-другому, будто влюбился заново. Я могла сказать, что он очень ждал нашего ребенка, и, честно говоря, если бы я знала, насколько это осчастливило бы мужа, возможно, решилась бы на ребенка гораздо раньше. Однако всему свое время, так ведь?       Мы никому ничего еще не говорили. Даже Киран не знал. Это было моим решением, и Киллиан принял его, соглашаясь со мной, что нужно сделать сначала хотя бы первое УЗИ. И после него я предложила ему пригласить всех в мой ресторан, чтобы рассказать радостную новость, а теперь, конечно же, позвать и маму Киллиана, иначе она съест его и меня, потому что на нашей свадьбе ее не было, если нашу роспись вообще можно назвать свадьбой. Но я ни в коем случае не жалуюсь! В Италии у нас была прекрасная церемония с клятвами, и это все, что мне было необходимо, да и Киллиану — тоже.       Честно говоря, мы с мужем долго выбирали больницу, в которую бы хотели пойти на УЗИ, но а когда все варианты были отброшены, кроме одного, оставалось дело за малым — выбрать врача. Я пролистала несколько сайтов с отзывами и остановилась окончательно на мужчине, хотя Киллиан со странным собственническим взглядом в тот момент посмотрел на меня, когда я ему показала на телефоне анкету врача. Конечно, муж предпочел бы женщину, но я слышала, что мужчины более бережно относились к женщинам. Возможно, это лишь слух или глупый стереотип, но я в это верила, поэтому будь что будет.       За завтраком мой желудок снова решил, что ему не нужна еда, и после очередного кусочка от яичницы я побежала в ванную комнату и опустилась рядом с туалетом. Это было чем-то обыденным, особенно утром, но Киллиана это пугало, и ему казалось, что я только худела, что ни есть хорошо, ведь, как он выразился, для того, чтобы выносить ребенка мое тело должно быть сильным, а еще он не прочь, чтобы я набрала немного лишнего. Однако ничего не выходило. Видимо, наш ребенок или мой организм против наставлений мужа.       — Все нормально? — Киллиан всегда приходил проверить меня после того, как слышал льющуюся воду из крана, когда я уже стояла у раковины и умывалась.       — Ты же знаешь, это уже как утренняя рутина, — пожала я плечами и выключила воду, затем взяла полотенце и стала вытирать им лицо.       — Это происходит не только утром, Амала, — кто-то вообще сомневался в том, что Лайтвуд не будет таким душным? Но мне нравилась его забота. Да, иногда излишняя, но он ведь старался за нас всех.       — Думаю, для беременных это нормально, особенно вначале. Не переживай, я почти не хочу есть, — я подошла к Киллиану ближе и оставила легкий поцелуй на его щеке. — Я могу идти собираться?       — Да, я пока помою посуду, — ответил муж, а я прошептала «спасибо».       Никогда не перестану сама себе завидовать, потому что Лайтвуд лучший мужчина в мире, если вообще не во всей Вселенной.       Надевая на себя синие обтягивающие джинсы, я уже раздумывала в какой момент или на какой неделе не буду в них влезать, и тогда придется покупать либо лосины, либо специальные штаны для беременных. Конечно, лосины мне нравились больше.       Как и во все разы, когда я стояла возле зеркала, я повернулась к нему боком, оценивая себя и фигуру. Живота не было, он все еще был плоским, но каждый раз рука тянулась к нему и легонько поглаживала. Интересно, когда я начну разговаривать с ним или с ней?       Я много гадала, много загадывала, а в мыслях уже подбирала различные имена. Когда я стану одержимой и ненормальной мамочкой? Надеюсь, Киллиан остановит меня от сумасшествия.       Кстати, о нем или, скорее, о ней, о Темной матери. С того дня, как я рассказала мужу о том, что беременна, она больше не посещала меня. Я не слышала шепота или крика, не видела ее в зеркале. В общем-то, от слова совсем, — не было ни-че-го. И, честно говоря, не знала нужно ли радоваться или, наоборот, бояться? Возможно ли, что мой ребенок стал отправной точкой? Мне страшно думать о ребенке и о Темной матери в одном предложении.       — Амала, ты готова? Такси уже приехало, — заглянул Киллиан в комнату, застав меня перед зеркалом. — Ты прекрасна, — сказал он и подошел ко мне, обнимая со спины и сплетая пальцы на руках с моими, которые все еще лежали на животе.       — Меня что-то тревожит, но я не понимаю, откуда это ощущение, — призналась я и прикусила нижнюю губу.       — Думаю, это из-за нового опыта, — спокойно ответил муж и поцеловал меня в макушку. — Мы со всем справимся, Амала, вместе, как и всегда, — и я улыбнулась в зеркало, смотря на Киллиан — мою главную опору и поддержку.       Вскоре мы уже ехали в такси в больницу. Лондон, на удивление, светился яркими красками, потому что солнце соизволило выйти из-за туч, освещая все вокруг. Я наблюдала за солнечными зайчиками, которые то и дело бегали по потолку, отражаясь от часов Киллиана. По радио играли незнакомые мне песни, поэтому я не особо вслушивалась в слова, да и сейчас сердце стучало настолько громко и быстро, что я слышала практически только его. Конечно, я волновалась и видела, что Киллиан — тоже, судя по тому, как он заламывал пальцы на руках, иногда хрустя суставами. Муж проявлял эмоции сдержано, и на самом деле мне нравилась эта его черта, ведь на нас двоих могло хватить только лишь моих нервов и чувств, а теперь из-за вспышки гормонов все будет гораздо хуже.       В больнице нас встретила приятная девушка, которая провела регистрацию, записав все мои данные в специальную карточку пациента, затем провела к нужному кабинету, у которого попросила присесть пока что на стулья, потому что нужно было дождаться очереди — в кабинете, на приеме, была другая пациентка.       Через несколько минут из кабинета вышла молодая девушка, и я заметила у нее небольшой животик, — она уже была на более большом сроке, нежели я. После нее в дверях появился мужчина, видимо, тот самый врач, которого я выбрала, и он пригласил нас с Киллианом войти.       — Вы можете присесть рядом, — указал мужчина моему мужу на стул возле кушетки, на которую я присела, чтобы потом принять лежачее положение; кажется, это практически все, что я знала о беременности или о том, как проводили УЗИ.       Как только я легла, то стала расстегивать пуговицу джинсов, поймав на себе косой взгляд Киллиана, отчего я не смогла сдержать улыбки. Но а как мне нужно было поступить, если джинсы на высокой посадке, а врачу нужен доступ к низу живота?       — Миссис Лайтвуд, у вас первая беременность? — спросил врач, как только небольшое количество специального геля оказалось на моем животе.       — Да, первая, — ответила я и теперь стала вглядываться в экран, на котором вскоре появится крошечный комочек счастья.       Когда врач приложил ультразвуковой аппарат к моему животу, на экране сначала было все черное и непонятное, иногда всплывали яркие вспышки или крапинки, а потом… сердце вдруг замерло, когда посередине появился тот самый комочек, еще не похожий на человечка, но не трудно было догадаться, что это наш с Киллианом ребенок.       — Ну вот, смотрите, ваш малыш, — тихо произнес мужчина, а я приложила ладонь ко рту; в глазах скопились слезы, и я стала искать второй рукой поддержки мужа, и он тут же нашел мою ладонь своей и сжал ее.       Я повернула голову в сторону Киллиана и увидела на его лице замешательство, смешанное с радостью, а может даже счастьем. От этого я окончательно растрогалась, и слезы полились сами по себе из глаз.       — Простите, простите, я просто… — начала оправдываться я, но врач лишь коротко улыбнулся, продолжая водить по моему животу.       — Почти у всех такая реакция, так что не переживайте, миссис Лайтвуд, — успокаивал мужчина. — Тем более ваши гормоны уже начинают вести себя по иному, — в этом я нисколько не сомневалась.       Я и не думала, что смогу вот так расплакаться. В моей голове я должна была это сделать через несколько недель, когда ребенок будет более выраженный, когда будет видно ножки и ручки.       — У вас все в порядке. Плод развивается согласно сроку. Никаких наличий патологий, осложнений, воспалений я не вижу, — прокомментировал врач спустя некоторое время, затем убрал ультразвуковой аппарат и дал несколько салфеток, чтобы я вытерла живот. — Есть вопросы? — мужчина обратился и ко мне, и к Киллиану.       Муж вдруг откашлялся, отпустил мою руку, чтобы мне было удобнее стереть с себя склизкий гель, затем задал вопрос:       — Это нормально, если моя жена мало ест, а если и ест, то вся еда из нее выходит? — хм, почему я думала, что на самом деле ела, как слон? Видимо, для нас с Киллианом эти понятия имели разные величины.       — В первые недели беременности токсикоз может и правда быть сильным, — начал врач, а я, наконец, села на ягодицы, спуская ноги с кушетки. — Конечно, некоторых обходит это стороной, но тут беспокоиться не о чем, по крайне мере, пока, — это насторожило меня. — Если все будет совсем плохо, вы не сможете вообще есть, то стоит обратиться ко мне, хорошо, миссис Лайтвуд? — я кивнула. — Не стоит ночевать у туалета, — по-доброму усмехнулся врач, и я легонько улыбнулась, надеясь, что такого со мной не случится.       Врач отдал мне ультразвуковой снимок, где была видна маленькая кроха, отчего где-то в груди кольнуло, но совершенно не больно, а приятно, поэтому губы расплылись в улыбке. Я хотела было уже выйти за дверь, но остановилась, потому что хотела кое-что узнать. — Позволишь мне кое-что спросить у врача? — тихо спросила я Киллиана, когда он уже вышел из кабинета. Он выгнул вопросительно бровь, явно не понимая, почему я не хочу спрашивать при нем. — Я все расскажу, обещаю, — муж лишь кивнул, и я снова вошла всем телом в кабинет, пятясь назад.       — Вспомнили вопрос, миссис Лайтвуд? — вежливо спросил мужчина, глядя на меня.       — Эм, да, я хотела спросить у вас про… — замялась я и неловко переступила с одной ноги на другую. — Про секс, — выпалила я и, кажется, покраснела, как помидор. — В интернете многое пишут, но решила, что узнать напрямую у врача — лучшее решение, — наконец закончила я и мысленно выдохнула.       — Не вижу никаких противопоказаний в вашем случае, — спокойно ответил врач, и я кивнула.       Черт, как же это неловко! Но мне нужно было убедиться, что секс никуда не уйдет из нашей жизни с Киллианом, пока во мне растет ребенок, по крайне мере, до того момента, пока мой живот не будет размером с тыкву.       — Спасибо, мистер Ларсен, — поблагодарила я и вышла из кабинета.       Киллиан сидел среди молодых и не очень женщин, и это выглядело по истине смешным. Не скрою того факта, что некоторые из них откровенно пялились на него, но он сначала смотрел только в телефон, а потом, как только я вышла, обратил все внимание на меня, и мое тело загорелось. Я подумала: завидуйте, сучки!       — И какие секреты вы обсуждали с врачом за моей спиной? — спросил муж, когда мы вышли на улицу, чтобы дождаться такси на свежем воздухе — в больнице для меня был слишком резкий запах спирта, от которого сводило живот.       — Секреты секса, Киллиан, — по-хитрому улыбнулась я и заправила прядь волос за ухо.       — Что? Ты говорила с ним о сексе?! — я издала тихий смешок от реакции Лайтвуда.       — Он же врач. Я лишь спросила можно ли заниматься сексом, — пожала я плечами. — Только не говори, что ты ревнуешь меня.       — Надо было идти к женщине, — устало произнес он и еле заметно закатил глаза, а я теперь рассмеялась только сильнее.       Вернувшись домой, я почувствовала усталость и решила, что лучшим решением будет пролежать некоторое время на диване перед телевизором, хотя изначально планировала поработать. Киллиан снова пытался накормить меня, но я наотрез отказалась, сказав, что меня тошнило от одного вида и запаха еды. Конечно, сначала он решил поспорить со мной, но потом сдался и уселся на диван рядом со мной, а я положила голову ему на колени. Пальцы мужа мягко поглаживали кожу головы и проходились между прядями волос, отчего приятные мурашки расходились по всему телу, и я практически проваливалась в сон.       — Ты веришь? — вдруг спросила я и чуть повернула голову, чтобы посмотреть на Киллиана. — В то, что у нас скоро будет ребенок?       — Конечно, — мягко произнес он с улыбкой на лице. — Как не верить, если вот доказательство этому? — муж взял с маленького столика сбоку от себя ультразвуковую фотографию, вновь показывая мне; я положила ее туда, чтобы потом, через некоторое время, снова прокручивать между пальцев. — Что тебя беспокоит, Амала? — я закусила щеки изнутри, размышляя, а стоило ли Киллиану знать обо всех моих опасениях, которые в основном были связаны с Индией.       — Просто… размышляю рассказывать ли нам всем о беременности? — честно, мне очень хотелось поделиться этим, аж до дрожи в коленках. — Я подумывала, что мы могли бы устроить в моем ресторане семейный ужин, кстати, как раз на нашу годовщину свадьбы! — внезапно вспомнила я, потому что до этого дата нашей с Киллианом свадьбы почему-то выпала из головы.       Судя по выражению лица мужа, он тоже забылся. Наверное, мы оба слишком забегались после новости о моей беременности.       — Я идиот, — усмехнулся Лайтвуд. — Совсем забыл, — он взмахнул рукой, затем потер ею лоб. — Да, это было бы хорошей идеей. Думаю, моя мама попытается задушить тебя в своих объятиях, когда узнает о том, что наконец-то у нее появится внук или внучка.       — Киллиан, я тоже забыла, — призналась я, и мы оба улыбнулись друг другу. — Так что не вини себя, — моя рука нашла руку мужа и сжала ее; как и всегда тепло, исходившее от Киллиана, согревало лучше любого пледа или батареи. — Ну а твоя мама точно будет готова меня задушить, — издала смешок я. — Кого ты хочешь? — уже вот несколько дней я думала о том, кого бы мне хотелось сильнее: мальчика или девочку.       — Мне все равно, Амала. Главное, чтобы ты и ребенок были здоровы. О большем я и не прошу, — Киллиан поднял наши руки, что были сцеплены в замок, и оставил мягкий поцелуй на тыльной стороне моей ладони.

|・・・[∞]・・・|

      Через несколько дней наступила наша первая годовщина в качестве семьи. С ума сойти как быстро пролетело время! И сейчас, когда я была беременна нашим с Киллианом ребенком, это ощущалось по-особенному.       Утром я проснулась в полном одиночестве и сначала не поняла, что происходит, когда на второй половине кровати увидела огромный букет белых роз. Устало вздохнув, я вспомнила, что Киллиан ушел на работу. Дела в министерстве шли в гору, и присутствие Лайтвуда, как всегда, было необходимо.       Я невольно усмехнулась от накативших воспоминаний. Год назад Киллиан практически сбежал с работы на нашу свадьбу. К счастью, все обошлось, и он отделался обычным выговором.       Я взяла букет и медленно поплелась на кухню, где заметила еще один подарок: на аккуратном подносе стоял завтрак. Удивительно, но он почти не остыл. Иногда я удивлялась, как в Киллиане уживалось столько сторон: от жестокого наемника до заботливого мужа.       Я налила воду в вазу и поставила туда цветы, когда в комнату вошел Киран. Сегодня была суббота, и он мог вдоволь выспаться.       — Вижу Лайтвуд не изменяет себе, — сказал он, кивнув на мой завтрак.       — Завидуешь? Садись, я приготовлю тебе такой же, — с легкой улыбкой сказала я, и брат опустился на стул с довольным выражением лица. — Сегодня у нас ужин с мамой и сестрами Киллиана, ты помнишь? — спросила я, когда мы оба теперь сидели за завтраком.       — Конечно. Вивиан сегодня напомнила мне, чтобы я внезапно не убежал на баскетбол, — хмыкнул Киран.       — Вы неплохо ладите, — отметила я.       — Да, мы друзья. Она сказала, что не хочет страдать в одиночку и теперь контролирует, чтобы я точно пошел.       — Не знала, что она может быть такой дотошной.       — Все девушки хранят в себе загадки, — отметил Киран.       Мне показалось, или он на что-то намекнул? В любом случае, секрет перестанет быть таковым после сегодняшнего ужина. Осталось немного.

|・・・[∞]・・・|

      После работы Киллиан заехал за нами на такси, и мы направились в мой ресторан, где встретились с семьей мужа и зашли внутрь. Я специально забронировала нам стол вдали от остальных, чтобы не сидеть в окружении толпы людей и гула голосов, как это обычно бывало в выходные.       Это было похоже на обычный семейный праздник. Мы разговаривали на отстраненные темы, потому что большая часть важных вещей обсуждалась лично.       Миссис Лайтвуд была вне себя от радости, когда мы позвали ее и девочек на ужин. Она до сих пор припоминала нам нашу свадьбу, на которой была только Кэролайн. По правде говоря, все тогда произошло слишком спонтанно. Киллиан был по горло в работе, а я не хотела устраивать большого праздника, но оттягивать дальше казалось бессмысленным: мы жили вместе, каждый день просыпались и засыпали в объятиях друг друга, разделили обязанности по дому, прямо как настоящая семья.       Из воспоминаний меня вывело легкое поглаживание по бедру. Я встретилась взглядом с Киллианом и поняла, что сейчас самое время. Он сжал мою руку, будто говоря: «я рядом, всегда здесь, чтобы тебя поддержать». Я осторожно кивнула и встала из-за стола, привлекая к себе внимание остальных. Муж поднялся следом за мной, и я почувствовала, как стало легче от одного его присутствия рядом.       — Я хочу кое-что рассказать вам, — откашлявшись, начала я. — Год назад этот прекрасный, во всех смыслах, человек стал моей семьей, — взгляд метнулся с Киллиану, который смотрел на меня с нескрываемым восхищением и гордостью. — С каждым днем он делает меня счастливее. И совсем недавно я подарила ему самый главный подарок, которым мы хотим поделиться с вами, — я глубоко вдохнула и на выдохе произнесла: — У нас будет ребенок, я беременна.       На секунду воцарилась тишина. Мне показалось, что даже музыка в ресторане смолкла, и все внимание было обращено к нашему столу. Киллиан переплел наши руки и поцеловал костяшки моих пальцев. Я успела лишь улыбнуться, когда оказалась в теплых объятиях свекрови; даже не заметила, как она подошла.       Отстранившись, я заметила на ее глазах слезы. Никогда бы не подумала, что такая сильная женщина, как она, способна на нечто похожее.       — Я так рада за вас, Амала! — сказала свекровь и еще раз обняла меня. — Какой у тебя срок? Вы уже знаете, кто это? — она начала закидывать меня вопросами, но я не ожидала от нее ничего другого. Мама Киллиана была действительно рада за нас и выражала это по-своему.       — Да, мы уже сходили на УЗИ, но срок еще слишком маленький для того, чтобы узнать пол.       — Как только это произойдет, я хочу знать, какую одежду мне покупать в подарок.       — Мы расскажем вам первой, не волнуйтесь, — рассмеялась я.       Пока мама Киллиана направилась поздравлять сына, а ко мне подошел Киран и коротко обнял.       — А знаешь, я подозревал что-то такое, еще когда ты отказалась от вина месяц назад за ужином и вела себя очень странно. Вы оба, — он кивнул в сторону Киллиана.       — То есть ты знал? — я скрестила руки на груди, ожидая ответа.       — Предполагал, но решил не лезть с вопросами, — пожал плечами Киран.       Я благодарно улыбнулась, затем ко мне подошли Кэролайн с Вивиан, которые по очереди меня поздравили.       — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась Кэри. — Я слышала беременность не всегда протекает гладко.       — Да, первые недели было особенно трудно. Сейчас уже лучше, но до нормального состояния еще далеко.       — Он выглядит таким счастливым, — сказала Ви, глядя на своего брата.       — Абсолютно. Мы хотели этого, — согласилась я с улыбкой на губах.       — Я рада за вас, вам очень идут дети! — сказала Вивиан.       По правде говоря, я не ожидала от нее чего-то подобного, но она действительно любила свою семью по-своему.       Поздравления начали потихоньку умолкать, и все стали возвращаться за стол, чтобы закончить ужин. Я села рядом с мужем и прижалась к его боку. Вот оно: та самая любящая семья, о которой я так давно мечтала.       Позже, когда все разъехались по домам, мы лежали с Киллианом в кровати, и он поглаживал мою спину.       — Годовщина удалась? — спросил муж, и я подняла голову, встретившись с ним взглядом.       — Определенно, — согласилась я и медленно отстранилась, вспомнив, что забыла одну очень важную вещь. — Подожди меня минуту, я скоро вернусь.       Не дожидаясь ответа, я вылезла из кровати и направилась к своему рабочему столу. Во внутреннем ящике лежал заботливо перевязанный лентой сверток. Киллиану должно понравиться.       Я вернулась в кровать и протянула мужу его подарок. В ответ он вопросительно выгнул бровь.       — Я думал мой подарок это булочка в твоей духовке, — признался он, рассматривая сверток.       — Вы слишком плохого обо мне мнения, мистер Лайтвуд. Ну же, открой! — настаивала я.       Он ухмыльнулся и потянулся к ленте, а затем аккуратно разорвал упаковку. В его руках оказался небольшой фотоальбом. Киллиан, не теряя ни секунды, потянулся к моим губам, захватывая в настойчивый поцелуй.       — Спасибо, любимая, — с благодарностью сказал он, когда мы отстранились.       — Посмотри, что внутри.       В ответ он потянулся к альбому и остановился на первой странице: это была наша первая фотография из Индии, тогда мы еще даже не встречались, просто Лима подловила кадр, где мы сидели вместе и смотрели на карту.       На следующей странице мы в моей индийской квартире в тот вечер, когда Киллиан приготовил нам ужин, и я в первый раз узнала, как вкусно он умел готовить.       Пока муж листал фотографии, я устроилась рядом, положив голову ему на грудь. Он опустил альбом так, чтобы мне было хорошо видно, и иногда комментировал некоторые снимки.       После фотографий из Индии были фотографии из Лондона, когда Киллиан в первый раз приехал к нам с Кираном домой, потом фотографии со свадьбы, которые сделала Кэри, и, наконец, фотографии из нашей новой квартиры.       Когда снимки закончились, Киллиан обратил внимание на пустые страницы в конце альбома.       — А это для новых воспоминаний, которые станут не только нашими, — сказала я, положив руку на живот.       — Я так счастлив, спасибо тебе, любимая! — ответил муж и коротко поцеловал меня в макушку, а потом потянулся к моим губам, на что я с готовностью ответила и притянула его к себе ближе.       — Я люблю тебя, — отстранившись, прошептала я прямо в губы Киллиану.       — И я тебя, безумно, — сказал он и потянулся за еще одним поцелуем.       Что бы нас не ожидало в будущем, сейчас, рядом с Лайтвудом, я была абсолютно счастлива. Пока мы вместе, мы сможем справиться с чем угодно. Всегда.

|・・・[∞]・・・|

      После того, как несколько дней мы с Киллианом устроили семейный ужин и рассказали всем о том, что ждем ребенка, его мама названивала мне чуть ли не каждый день, если не каждый час, потому что это именно так и ощущалось. Не могла сказать, что я была категорически против этого, но иногда долгие разговоры немного сбивали с некоторых мыслей или даже с работы, если ее звонок приходился на рабочее время.       Конечно, я понимала, что для свекрови эта новость стала, кажется, самой радостной за последнее время, наверное, не считая того, что она воссоединилась с сыном. И сейчас, пока я устроилась на кресле-качалке в нашей гостиной, мама Киллиана снова позвонила мне, а я как раз-таки лазила по интернету и читала статьи о беременности.       — Нужно что-то уже покупать, Амала? Мне так хочется ходить с тобой по детским магазинам и выбирать своему внуку или внучке одежду! — лепетала она, а я и слова не могла вставить — боялась перебить, поэтому просто сидела и иногда издавала короткие смешки от ее реакции и слов. — Дорогая, ты уверена, что у вас будет один ребенок? — внезапно задала вопрос миссис Лайтвуд, и я окончательно громко рассмеялась.       — О, что вы! — смогла произнести я сквозь слезы от смеха. — Конечно, один, миссис Лайтвуд, врач подтвердил этот факт.       — Врачи, бывает, ошибаются, — непринужденно ответила она. — Но правда, Амала, вы пока ничего не покупали?       — Думаю, пока еще рано. Тем более мы не знаем пол, — моя рука уже инстинктивно нашла живот и стала его поглаживать. — Не переживайте, я обязательно возьму вас в магазин, чтобы мы вместе смогли выбрать игрушки и одежду, — успокоила я свекровь.       Она, конечно же, тут же обрадовалась и стала лепетать что-то про своего сына: о том, чтобы я его, если что, заставляла помогать мне, но, честно, этого не нужно было делать, потому что Киллиан всегда сам изъявлял желание в помощи будь-то домашние дела, будь-то мои личные просьбы.       — Спокойной ночи, миссис Лайтвуд, и да, я передам привет вашему сыну и Кирану, спасибо, — попрощалась я с ней и отключила вызов, теперь откидываясь на спинку кресла, отчего оно качнулось назад. Я бы могла задремать в нем прямо сейчас после долгого рабочего дня, но желудок неожиданно попросил еды, поэтому я встала и поплелась на кухню.       Я прошла мимо нашей с Киллианом спальни, но его там не оказалось, хотя каких-то несколько минут назад он был там — лежал на кровати с ноутбуком. Решив, что я найду его позже, наверное, был в комнате Кирана, все-таки зашла на кухню и направилась прямиком к холодильнику. Открыв его, взгляд зацепился за банку с вареньем, которое приготовила миссис Лайтвуд. Кажется, оно было клубничным. Я не была сладкоежкой, но, глядя на банку, поняла, что не прочь намазать варенье на белый хлеб и съесть.       В квартире было тихо, поэтому я услышала голоса Киллиана и Кирана. Может, муж помогал моему брату с уроками? Хотя такое явление можно было встретить довольно редко, потому что Киран обычно закрывался в своей комнате, делая вид занятого, а на самом деле просиживал диван, играя в плейстейшен.       Когда хлеб был намазан вареньем, я откусила маленький кусочек — хотела сначала убедиться, что из меня не выйдет это все обратно. Проглотив все, я постояла несколько минут, дыша глубоко, таким образом могла понять ощущения, но пока никакой тошноты не было, и я, расценив это за хороший знак, откусила еще кусочек, но уже побольше — варенье и правда было вкусным. Затем решила, что можно пройти в комнату Кирана, чтобы сказать Киллиану о том, что я закончила болтовню с его мамой. Подходя ближе к комнате, я услышала приглушенные голоса мужа и брата, а потом они и вовсе перешли на шепот. О чем они там секретничали?       Я откусила еще хлеб с вареньем и медленно подошла к приоткрытой двери, сквозь которую можно было увидеть Киллиана, что склонился над письменным столом, и Кирана, что сидел в кресле за тем же столом.       — Но у нее сейчас ничего нет, — прошептал Лайтвуд и поджал губы.       — Прочти вот эти строчки еще раз, — показал брат Киллиану пальцем, тыкнув в лист бумаги, который напоминал письмо. — Джая спросила у…       — Тихо! — перебил Кирана муж и приложил палец к своим губам. — Амала перестала разговаривать. Давай продолжим размышлять об этом завтра, — предложил Киллиан и выпрямился.       Я тут же поняла, что меня могли заметить, поэтому прошмыгнула быстрым, но тихим шагом в спальню и уселась на кровать, все еще держа в одной руке хлеб с вареньем или, скорее, то, что от него осталось. Примерно через минуту в комнату зашел Киллиан как ни в чем не бывало. А я старалась сделать вид, что только недавно закончила разговор с его мамой.       — Ну что, моя мама снова заболтала тебя? — усмехнулся муж и присел рядом со мной. — У тебя варенье по всему рту, — он потянулся рукой к моим губам и большим пальцем стал стирать варенье. — Но я рад, что ты ешь хоть что-то, — улыбнулся Киллиан.       — Да, твоя мама, как всегда, на эмоциях, — подтвердила я и взмахнула свободной рукой. — Она даже решилась заявить, что во мне не один ребенок! — громко пролепетала я, а муж рассмеялся.       — Знаешь, это был бы на самом деле неплохой вариант, — вдруг сказал Киллиан, а я вопросительно посмотрела на него, жуя последний кусок хлеба. — Родить сразу двоих, чтобы потом не мучаться снова.       — Тебе-то легко говорить, не ты же рожать будешь! — упрекнула я мужа и легонько стукнула кулаком в плечо.       Мы еще немного посмеялись, а потом я решила принять душ, чтобы окончательно лечь в кровать, да и было уже пора спать. И как только я оказалась одна, в голове тут же всплыл диалог Киллиана и Кирана. О ком они говорили? Обо мне? Причем там Джая? Было ощущение, что они за моей спиной решили рассказать о моих странностях Джае, но почему именно так? Я же говорила Киллиану о том, чтобы он не действовал в одиночку, за моей спиной. С другой стороны, я понимала, что муж не отличался терпением, когда речь шла обо мне и моем здоровье, а теперь, когда во мне рос наш ребенок — тем более.