8. РЕНЕ

Воздух вокруг Рене был сухим и горячим, и она притаилась за ящиком, отчаянно пытаясь сообразить, что произошло. Она стояла с Элисон, Эриком, Ники, Теей и Эндрю, когда мир вдруг взорвался. И вот она трясется, спрятавшись за ящиком, и пытается оценить происходящее. Град из пуль, обрушившийся на них, намекал на серьезный численный перевес противника. Они были в невыгодном положении, полностью на виду, потому что их освещала все еще горевшая шхуна. Услышав выстрелы рядом с собой, Рене обернулась и увидела Эрика, открывшего ответный огонь. Недалеко от него на земле кто-то лежал — это оказался Ники, съежившийся и пытающийся прикрыть руками голову. Эрик заметил его в тот же момент, что и она. Он выругался, выбрался из своего укрытия, схватил Ники за ворот и потащил к Рене, стараясь не угодить под пулю. — Еще слишком рано, чтобы все было настолько плохо, — заметил Эрик, приседая рядом с ней. — Могло быть и хуже, — ответила Рене. — Как?! — истерично возопил Ники. Эрик ухмыльнулся. — Мы могли быть на корабле, когда он взорвался. Справа от Рене внезапно материализовался Эндрю, за ним появились Тея и Элисон. — Бегите на восток к следующему доку и поднимайтесь на борт на причале двадцать два, — скомандовал Эндрю. — А что на том причале? — поинтересовался Эрик. — Настоящий «Пальметто», — ответил Эндрю. — Этот был приманкой. — Как удачно, — сухо прокомментировала Элисон. — Я принял меры предосторожности, — сказал на это Эндрю. — Эрик, убедись, что Ники взойдет на корабль целым и невредимым. Рене и Элисон, прикройте их. Тея, ты со мной. Не забывай, что если я умру, твое помилование исчезнет, как дым. Он сорвался с места, Тея двинулась следом. Эрик немного поворчал о том, что не нанимался в няньки, а после спросил у Ники, умеет ли тот стрелять. — Я стрелял по тарелочкам, — слабо кивнул тот. Эрик поднял глаза к небу, глубоко вздохнул. Затем достал ружье и сунул его в руки Ники. Сам он предпочитал револьверы, тем более для ближнего боя. — Ладно, — сказал он. — Мы с Ники доберемся до следующих ящиков, а вы прикроете нас ответным огнем. Рене, тебе нужен пистолет? Рене молча покачала головой — она никогда не любила огнестрел. — Готов? — спросил Эрик у Ники. Тот тупо помотал головой, уставившись пустыми глазами, огромными, как блюдца, куда-то вдаль. — Забудь... Просто держись позади меня и попытайся не умереть. Он несколько раз низко выстрелил, Элисон подхватила, и Эрик, вытащив Ники из укрытия, помчался к нужному доку. Вдруг из ниоткуда вышел мужчина, прицелился, и Рене инстинктивно потянулась к нему своей силой, но тут же отшатнулась, когда поняла, что хотела убить его. Элисон заметила ее колебания и, не мешкая выстрелила в противника. Когда Эрик и Ники добрались до следующего укрытия, они все выдохнули и притаились, чтобы перевести дух. — Все хорошо, — успокоила ее Элисон. — Тебе не нужно никого убивать. Рене просто посмотрела на нее. — Только что я чуть не убила человека, даже не раздумывая. — Просто вырубай их. — Для этого нужно хорошо сконцентрироваться, — ответила Рене. — И занимает больше времени. — Я знаю, что ты больше не хочешь уносить чужие жизни. И ты не должна этого делать, хорошо? Уложи стольких, скольких сможешь, а от остальных я тебя защищу. Я прикрою твою спину. Рене ненадолго закрыла глаза и кивнула, чувствуя одновременно злость за свою беспомощность и благодарность к Элисон за ее поддержку. За всю свою жизнь Рене приняла участие во множестве схваток, забрала огромное количество жизней, и вот такой ступор посреди боя был просто недопустим. Но она хотела доказать себе, что была кем-то большим, а не тем, кого из нее вылепила мать. Никаких больше нитей жизни в ее руках. Она не безумная машина для убийств. Рене была преступницей с самого рождения — ее мать была лидером бандитской группировки в Шухане. Рене владела оружием столько, сколько себя помнила и участвовала в набегах с раннего детства — была приманкой: плачущий на дороге ребенок легко мог заманить ничего не подозревающих путников в ловушку. Когда у нее открылись способности гриша, мать была вне себя от радости. Бандиты готовы были платить огромные деньги, чтобы заполучить гриша в свою команду. Рене научили тому, как быстро лишить человека жизни, и так она стала убийцей. Сначала она ненавидела задания, где нужно было убивать. Она видела, как гас свет в глазах ее жертв, когда она останавливала сердца. Рене всегда спокойно относилась к избиениям и грабежам невинных путешественников, но бесконечные убийства давили на нее. Сны превратились в кошмары, где ее окружали те, кого она лишила жизни. Рене так и не поняла, почему ее смогли поймать — она была неосторожна, слишком устала или и правда подсознательно хотела этого? Ее схватили военные. Один из них опередил ее, поймал руки и прижал друг к другу, чтобы она не смогла воспользоваться своей силой. Рене была в ужасе — мать учила держаться подальше от людей, служащих королевской семье. У нее вообще был длинный список тех, кому Рене не должна была доверять: например, равкианцам, фьерданцам и всем шуханцам, которые не были ее матерью. Сначала военные пытались просто допросить ее, но потом предложили свободу. В обмен на информацию о банде, в которой состояла, она могла жить в безопасности в Эверморе. Мать рассказывала, что там с гришами обращаются немногим лучше, чем с подопытными животными, но, пусть Рене и не доверяла солдатам, в отчаянии согласилась на сделку. Она рассказала им все, что знала о преступной деятельности матери. Военные организовали рейд, чтобы поймать банду, и это привело к смерти матери. Затем Рене отправили в Эвермор. К счастью, к ней приставили только двух охранников, считавших ее маленькой беспомощной девчонкой, единственным преимуществом которой были способности гриша. Даже со связанными руками она смогла убить их и сбежать до того, как они доехали до Эвермора. Она отправилась в Безъю, чтобы как-то уехать из страны. Там Рене по счастливой случайности встретила Жана, друга детства, который смог завязать с преступностью и пойти в армию. Он, чувствуя облегчение от встречи со старым другом, рассказал ей об ужасах своей жизни и о жестокости и насилии со стороны наследного принца. Рене пообещала защищать его до тех пор, пока он не окажется в безопасности, а Жан в ответ на это должен был вытащить их обоих из этой страны. Ее решение присоединиться к банде, как только она оказалась в Кеттердаме объяснялось отсутствием выбора, но были варианты куда хуже, чем Лисы. Эбби быстро заняла то место в сердце Рене, которое никогда не смогла бы занять ее мать. По контракту Рене нужно проработать на Лисов еще несколько лет, и этого времени хватит, чтобы Эбби помогла ей понять, как стать хорошим человеком, и тогда она сможет жить свободно и так, как сама того захочет. Сейчас, по крайней мере, она чувствовала себя комфортно — в конце концов, жизни вне банды она никогда и не знала, а Лисы ни разу не просили ее кого-то убить. «Хотя эти преступники, наверное, заслужили смерть», — мелькнула яростная мысль, когда мимо просвистела пуля, пробив ящик слишком близко к ней. Она протянула к противнику свою силу, сконцентрировалась и, замедлив сердцебиение, заставила его потерять сознание. Даже если бы она была готова убить кого-то, у нее бы не вышло — череда грузовых контейнеров была настоящим лабиринтом закоулков и углов, и Рене чувствовала себя как в ловушке — для того, чтобы использовать силу, ей нужно было видеть свою цель. Из-за огромного транспортного контейнера в них полетел шквал выстрелов, и Эрик с Ники мигом бросились на землю. Рене не видела стрелков, и Элисон, открыв ответный огонь, палила вслепую. Внезапно стрельба прекратилась. Девушки недоуменно переглянулись. — Наверное, Нил постарался, — предположила Элисон. — Пойдем. Они двинулись вперед, пока Эрик прикрывал их спину. После парни продолжили перебежку в сторону восточных доков, а Рене и Элисон отвлекали на себя противников. Время от времени кто-то из нападавших внезапно прекращал пальбу — это Нил невидимо помогал им справиться с врагами. Наконец, они смогли добраться до двадцать второго причала и выяснили, что враги тоже нашли «Пальметто». Их было не меньше десяти. Кто-то из Лисов уже был на корабле — с мачты доносились выстрелы, но большинство из них затаились, стараясь укрыться от огня противника. Эрик рядом с Рене внезапно выругался и резко согнулся. — Черт, — выдавил он, — меня успели подстрелить. Рене попыталась приблизиться, чтобы попробовать исцелить его, но Эрик покачал головой. — Ничего страшного, просто царапина. Разберемся с ней на борту. Элисон подала голос: — А что, у тебя есть какие-то блестящие идеи о том, как это сделать? Знаю, звучало как сарказм, но я серьезно. Как нам разобраться с такой кучей людей? — Погодите, — внезапно осенило Ники, и он принялся рыться с своей сумке. — Закройте глаза, — приказал он. — Я понимаю, что ты новичок, — с упреком произнес Эрик. — Но этого лучше не делать в перестрелке. — Просто сделайте то, что я сказал, — нетерпеливо отбрил Ники. Элисон выругалась, но подчинилась. Рене тоже закрыла глаза и внезапно услышала пронзительный визг, а затем под веками вспыхнул яркий свет. Когда он померк, Рене открыла глаза и увидела, что их противники мечутся и спотыкаются, ослепленные фотобомбой. — Миленько, — хмыкнула Элисон и начала пальбу. Вместе они быстро расправились с ослепленными врагами, и путь к «Пальметто» наконец был свободен. Эрик одобрительно кивнул Ники: — Думаю, ты умнее, чем выглядишь, маленький купец. — Это не так уж и сложно, — фыркнула Элисон. Они поспешили к шхуне, где нашли Дэн и членов ее команды, яростно моргающих. — Дэн, — позвал Эрик, — это мы. Извини, что ослепили. — Вы, уебки, — выругалась та. — Все что я вижу, это пятна. — Ну, с другой стороны мы добили тех, кто на нас напал, — заметил Эрик. — Оказывается, у Ники припасено еще что-то, помимо его симпатичного личика. — А с еще одной стороны, выходит, кто-то знал о том, что мы собираемся уезжать, — добавила Элисон. — К тому же, меня подстрелили, а Нил, Эндрю и Тея до сих пор не пришли, — Эрик замолк на пару мгновений. — Да, пока что-то все идет не очень хорошо. — Кто-нибудь кроме Эрика ранен? — спросила Рене. — Я, конечно, не Эбби, но немного подлатать могу. — Только синяки да ссадины, — отмахнулась Дэн. — Идите в каюту на нижней палубе, там можно устроить лазарет. Мы отправляемся, как только придут остальные, — и начала отдавать приказы своей команде. — Помолимся, чтоб они и правда вернулись, — сказала Рене и повела Эрика вниз, к каютам. Она обратилась к Святым с короткой молитвой, прося упокоения для погибших и легкой дороги к кораблю для своих друзей.