25. ЭНДРЮ

На палубе «Пальметто» было тихо — все говорили приглушенными голосами, будто боясь, что шумная речь приведет к ним на борт саму смерть. Эндрю с удивлением обнаружил, что надеется, что Рене будет в порядке. Не то чтобы он обычно желал своим компаньонам смерти, но зачастую на их жизни ему было плевать. Рене же показала себя как сильный и полезный союзник, и он хотел, чтобы с ней все было хорошо. Эндрю нашел свою трость при первой же возможности. Теперь, с ней в руках, он чувствовал себя куда увереннее. Наверное, это была его любимая вещь. Он уже давно знал, что она — дело рук фабрикатора: догадался, когда узнал, что Нил гриш. Он осознавал, насколько ценна эта вещь — все, что производили гриши можно было продать за баснословные деньги, но он никогда бы так не поступил: во-первых, из-за того, насколько трость полезна, а во-вторых из-за того, насколько сентиментально ею дорожил (хоть никогда и не признал бы этого вслух). Было приятно снять часть напряжения с больной ноги, после того, как он всю ночь кряду бегал и скакал вверх и вниз по лестницам. После всех приключений, дни, которые они проведут на борту «Пальметто» по дороге в Керчию, обещали быть просто чудесными. Нил подходил к каждому на борту, убирая и вплетая татуировки, возвращая настоящую внешность. Он тихо поговорил с Рене, одолжил ей свой набор для перекройки, чтобы она смогла вернуть белые с радужным волосы, а потом девушка вместе с Элисон спустилась вниз, к каютам. Эндрю заметил, что не он один, словно одержимый, следит за каждым движением Нила. Кевин тоже наблюдал за парнем с каким-то странным выражением лица. Эндрю пошел в ту сторону, где Нил предлагал перекроить татуировку Теи, старательно игнорируя присутствие Кевина. Происходило что-то очень, очень странное. — Погоди, — внезапно вымолвил Кевин, прерывая разговор Нила и Теи. — Я так и знал, что ты выглядишь знакомо! Ты же Натаниэль, племянник Стюарта, да? Нил вздрогнул. Эндрю замер и уставился на него. Он знал, что за время жизни в бегах Нил сменил больше двадцати имен, но он ни разу не называл свое настоящее. Эндрю спросил об этом лишь однажды, и то, насколько вопрос заставил Нила нервничать, отбило все желание заводить тему вновь. Может, Кевин знал его настоящее имя? Почему Нил не рассказывал, что раньше они встречались? (Ответ был очевиден: Эндрю не догадался спросить напрямую, видел ли Нил когда-то в своей жизни Кевина Дэя). Нил глубоко вздохнул и сказал с полной покорностью в голосе: — Привет, Кевин. Сейчас меня зовут Нил. — Ты же фабрикатор, — мигом завелся тот. — Почему ты перекраиваешь этих людей? Твоим способностям можно найти куда лучшее применение. Нам нужно немедленно заняться твоим обучением. Ты не можешь вот так зарывать себя и свой талант в землю. — Нет, все хорошо, — ответил Нил. — Мне очень комфортно зарывать себя в землю. — Надеюсь, Торговый совет Керчии поможет мне добраться до Равки, — тараторил Кевин, полностью игнорируя слова Нила. — Я не хотел рисковать развязать войну между Равкой и Шуханом и поэтому не попросил Равку меня вытащить, но именно туда я и планирую поехать. Когда я туда отправлюсь, ты должен будешь поехать со мной. В лабораториях Малого дворца мы сможем быстро тебя обучить. — Он сказал нет, Кевин, — резко бросил Эндрю, напугав парня, который даже не заметил его присутствия. — Он не может продолжать растрачивать такой талант в вашем захолустье, — надменно заявил тот. — В будущем он может стать одним из лидеров Второй армии. — Ты очень поддерживаешь Равку, учитывая то, что всю жизнь прожил в Шухане, — заметил Эндрю. — Как вы вообще познакомились? — Он приезжал в Равку, когда мы с мамой жили у моего дяди, — пояснил Нил. — И хватит обсуждать меня так, будто меня здесь нет. Кевин, в ближайшее время я не планирую ехать в Равку. — Но… — Если ты прямо сейчас отстанешь, то можешь заняться моим обучением, пока мы плывем обратно в Керчию, — сдался Нил. Кевин упрямо вздернул подбородок, и Эндрю сразу узнал этот жест и взгляд. Значит, он и правда сын Ваймака. Это, как он предположил, было не так уж и важно — Ваймака это, похоже, не очень-то волновало. Эндрю подумал, что у того и так есть кучка сломанных приемных детишек, так какая разница, что в одном конкретном течет его собственная кровь? — Может, — сказал он, — ты захочешь остаться в Кеттердаме. В конце концов, мы работаем на твоего отца. — На Дэвида Ваймака? — заинтересовался Кевин. — Буду рад с ним познакомиться. Мой дядя, Тецудзи, который меня вырастил, всегда очень хорошо о нем отзывался. Но нет, я перееду в Равку, как только смогу. Это единственное место, где я смогу продолжить исследования. — Надеюсь, — строго сказала Тея, — что на этот раз мы больше подумаем о возможных последствиях. Нил воспользовался тем, что Кевин отвлекся и сбежал на дальний конец палубы. Эндрю направился за ним, бросив уничтожающий взгляд на Кевина, который, было, увязался за ними хвостом. Нил присел и открыл набор для перекройки. Он достал чернила с пером и принялся вырисовывать на левом предплечье четыре лисьих лапы. — Ты решил сделать татуировку Лисов? — не поверил Эндрю. Нил всегда шел против любой мелочи, которая сделала бы его более заметным, и Эндрю, зная Нила и учитывая, как сильно тот менял свою внешность, давно смирился с тем, что проиграл битву за татуировку. Нил промычал, соглашаясь, и вплел чернила в кожу. — Можно сказать, я прозрел, когда был уверен, что умру в мусоросжигательной шахте, — рассеянно вымолвил он. — Я Лис. — Мы талдычили тебе об этом несколько лет. — Я медленно соображаю, помнишь? Мне нужно было время, чтобы в это поверить, — он улыбнулся, а затем, когда Эндрю сел рядом, протянул руку к его волосам. Его лицо нахмурилось от усилий — он вытягивал темный цвет из волос Эндрю. Закончив, снова улыбнулся. — Так лучше. Теперь ты снова похож на себя. Сделать и тебе татуировку Лисов? Эндрю покачал головой. Он давно решил, что больше никогда не отметит себя клеймом. Он понимал, что разница между татуировкой, относящей его к собственности, и татуировкой члена банды просто огромна, но одна только мысль о чернилах под кожей вызывала приступ тошноты. Нил кивнул, будто ожидая такого ответа, достал зеркало и осмотрел свое лицо, явно стараясь не встречаться с отражением взглядом. — Что ты делаешь? — Хочу перекроить внешность и сделать себя младше. Я слишком заметен вот так. И я выгляжу в точности, как мой отец. — Не надо, — поддавшись неясному импульсу попросил Эндрю. Нил перевел на него взгляд. — Кевин узнал меня за две секунды. Я не могу так рисковать. — Я говорил, что защищу тебя, — напомнил Эндрю. — Перестань прятаться, перестань притворяться кем-то, кем ты не являешься. Будь собой настоящим. Нил фыркнул. — Ты кучу раз говорил мне: «ты не можешь быть настоящим». Я не думаю, что знаю, как это вообще — быть настоящим. — Ты уже такой. Нил долго смотрел на него, а затем вздохнул и принялся собирать вещи, укладывая набор. — Кевин раскрыл мое настоящее имя, поэтому теперь моя очередь спрашивать, — сказал он. Теперь они редко вот так играли в правду; Нил обычно просто отвечал на все его вопросы, а Эндрю уже продал ему почти всю свою биографию. Ему стало любопытно, что же такое хотел узнать Нил. — Почему ты так на меня злился после того, как Рико пырнул меня? — Я не злился, — честно сказал Эндрю. — Ты меня игнорировал, — возразил Нил. Ну конечно, конечно, Нил спросил именно об этом. Он никогда не понимал, что Эндрю отталкивает его, чтобы сбежать от собственных чувств. Он решил, что пора расставить все точки над «и». — Я не мог позволить себе отвлекаться на личные проблемы, когда на носу была такая важная работа. — Не думал, что стал твоей личной проблемой, — сказал Нил, смутившись. — Ты меня ненавидишь, не забыл? — До смерти ненавижу, — согласился Эндрю. И так оно и было. Он ненавидел то, что Нил заставлял его чувствовать, он ненавидел то, насколько, казалось, Нил всегда понимал, знал его, он ненавидел то, как легко из-за Нила он мог потерять контроль. Как Нил иногда мог смотреть на него вот так, как мог только он один, как он заставлял Эндрю хотеть, но при этом будто бы сам не видел, как на него влияет. Он вдруг так устал от того, что Нил не замечает абсолютно ничего, как он не видит того, что, кажется, мог понять абсолютно любой человек. И он решил сказать правду. — Но это не значит, что я не хочу тебе отсосать. Эндрю наблюдал, как на Нила рушатся все те убеждения об их отношениях, в которых парень давно уверился. Его глаза расширились от потрясения, а рот открылся, пытаясь выдать ответ. Это было бы так смешно, если бы не было так разочаровывающе. Эндрю отчаянно надеялся, что Нил теперь его не возненавидит. — Не беспокойся об этом, — сказал наконец Эндрю, освобождая парня от ответа. — Ты никогда не говорил, — едва слышно произнес тот. — Ну, все остальные, кажется, в курсе. Да и это не важно. — Не важно, — эхом повторил Нил. — Все равно ничего не получится, — продолжил Эндрю. — Ничего не получится. — Я же не идиот. Нил продолжал тупо пялиться на него, и Эндрю не выдержал. — Я же говорю — не беспокойся об этом. Я не собираюсь к чему-то тебя принуждать. Это вывело Нила из оцепенения. — Иди-ка ты на хуй, — выплюнул он. — Я бы никогда такого о тебе не подумал. И ты должен сам об этом знать. — Тогда в чем проблема? Это давно не новость и все равно ничего не изменит. — Почему нет? — Потому что ты «не интересуешься». И ты все равно уйдешь. — Но я… — Я не собираюсь рушить наши рабочие отношения только потому, что считаю тебя привлекательным. — Но, Эндрю… — И я знаю, что лучше не надеяться и даже не думать о такой несбыточной мечте, как ты. — …ох, — тихо выдохнул он, с чем-то таким в голосе, что Эндрю никак не смог разобрать. Нил начал жевать губу. — Наша сделка все еще в силе. Ты до сих пор мой шпион, а я до сих пор тебя защищаю. Ничего не изменится… кроме того, что мы можем выделить тебе отдельную комнату в Лисьей Норе. — Ты больше не хочешь жить со мной в нашей комнате? Я что-то сделал не так? — спросил Нил с легкой паникой. — Я подумал, что тебе, может быть, теперь будет некомфортно жить со мной вместе. И находиться так близко к Нилу, когда он не мог забрать его себе, было просто мучительно. — Почему мне должно быть некомфортно? — недоуменно покачал головой Нил, а затем тихонько попросил. — Не прогоняй меня. Эндрю несколько мгновений недоверчиво смотрел на него. — Нил, — сказал он строго и дождался, пока парень встретится с ним взглядом. — Тебя никто не прогоняет. Прекрати сходить с ума. — Эндрю, я… — начал Нил, но замолчал и покачал головой. Эндрю глубоко вздохнул. — Я хочу перестать мусолить эту тему прямо сейчас. Нил немного помолчал. — Хорошо, — сказал он, все еще неуверенно, но с дрожащей улыбкой. — Как насчет другой темы: наш план отдать Кевина Лютеру Хэммику и стать миллионерами?