ЭКСТРА | День рождения Матиаса Шоу

Лежа в комнате, на старом шпионе, Флинн предвкушающе улыбался. Он мягко поглаживал волосяную грудь начальника ШРУ, что уже местами покрыта сединой и нежился лицом с его шеей. Это приносило ему немалое удовольствие, особенно, когда руки взрослого мужчины тепло обнимали и поглаживали его тело под одеялом. Приятно было знать то, что Шоу умеет быть комфортным с ним. А то.. в последнее время, он как всегда погружен в работу и его внимание труднее уже схватывать. Поиски Андуина, слежка за Ордой, нашествие драктиров.. эти задачи наносят шрамы в виде глубоких морщин, седины и огромной усталости после рабочего дня. А эта недавняя суматоха с Братством Справедливости и каким-то сумасшедшим аристократом? Извела все нервы! До невыносимости было ждать его в штаб-квартире, пока он вернётся, ведь он же приказал никуда не соваться и не идти за ним! Хорошо, что Рензик составил компанию. В прочем, он мало чем отличается от Шоу. Если только, кхм, цветом кожи, ростом и большим рвением делать ставки. В общем, для Матиаса давно пора взять ещё один отпуск. И лучше бы, конечно, навсегда. Года его.. уже явно не щадят. – Хочу сделать тебе сюрприз завтра, – весело проговорил моряк, игриво поднимая грудные волоски Шоу указательным пальчиком. – Ты и так мне делаешь сюрпризы. Практически каждый день, – ворчливо отозвался шпион, поправляя на Фэйрвинде одеяло в районе плеч. – Это да, но завтра - совсем другое! – опуская подробности о прошлых сюрпризах разного характера, экс-пират широко оскалился и заютился. Возможно, Шоу действительно слишком заработался, ведь он не очень помнит, какая завтра дата, чтобы получить особый сюрприз от Флинна. Но он не стал его спрашивать, а просто выгнул бровь в сторону настенного календаря и тут же пораженно зажмурил глаза, испуская тяжёлый и отчаянный выдох. – Ох, ну Матиас, – приподнявшись на руках, Фэйрвинд сочувствующе изогнул брови. Он понимал, что для шпиона старение - крах его полевым вылазкам. Это ещё один шаг к Джораху, который больше всего предпочитает отдавать команды, нежели выходить на задания. Хоть тело Шоу достойно похвал, но видеть, как он вкалывает в свою ногу обезболивающие, видеть, сколько таблеток и витаминов по утрам он принимает, чтобы поддерживать тонус... замечать, как от него исходит лёгкий запах растирающих мазей и просыпаться от того, что он пошёл на двадцати минутную прогулку - все это ставит Флинна в сомнения. Неужели, когда ему будет ближе к 50 годам, то он тоже начнёт так за собой ухаживать? Жуть, просто жуть. – Давай только без шума, – низким голосом прося о тишине на завтрашний день, Матиас ловит на свою пигментную щеку тёплые поцелуи. – Как скажешь, старик, – задорно и мило согласился молодой парень. – Мх-х, вот уж действительно... старик, – тяжко подчёркивает Шоу, который всем видом показывает, как он не рад этой новостью. – Эй! – отстраняясь от лица шпиона, моряк возразил, приводя пример, – Для 48-летнего ты ещё очень далек до Седогрива! И сделав паузу, Фэйрвинд внезапно осознал свои слова. – Якорь мне... 48, Матиас. Это же столько у меня с тобой разница в возрасте? – 17 лет, – машинально сообщил ему Шоу, следя за его нарастающим смущением. Такой быстрый ответ любого обескуражит, а некоторых подтолкнет на подозрительные мысли. – Ах, так вот почему люди Штормграда иногда могут принять меня, как за твоего сына, – чуть посмеявшись, Флинн взял в руки лицо старого убийцы и очаровательно признался: – А впрочем, это даже сексуально. – Ты про.. то, что нас принимают как за.. – ОХ, ПРИЛИВЫ, НЕТ! – прерывая заторможенного мужчину, Флинн всячески бегал глазами по комнате Шоу, чувствуя, как щеки предательски алели, – Я про нашу разницу... Он ещё неловко посмеивался и пытался скрыться от взора Матиаса, но старый шпион пронзительно смотрел на молодого моряка и шаловливо горел глазками. – Я... – неуверенно начал Флинн, – Я совсем не задумывался, что я настолько молод для тебя. После некоторой паузы, Шоу задумчиво спросил: – Тревожит? – Не знаю. Но когда я остаюсь один со своими мыслями, то мне кажется, что я тебе докучаю. Надоедаю своей назойливостью, хотя я пытаюсь её сбавить максимально по отношению к тебе. Матиас молчал, внимательно слушая Флинна. – Мы разные корабли, приятель. Ты полон историй, которые намного раз правдивее моих!... То есть, – моряк на секунду замялся, поправляя себя, – это не значит, что мои истории всегда полны ложью, хах... Я просто немного приукрашиваю их. В его голосе слышна притворность. – В общем, я хочу, чтобы они были так же интересы, как твои. – Да прям уж? – выгнув брови вверх, Шоу прекрасно знал, какие истории экс-пират охотно слушает, а какие - нет. Но моряк на это не обратил внимание, продолжая говорить. – А ещё мне становится крайне неловко, когда я чего-то не знаю, а ты про это ВСЁ ЗНАЕШЬ! От этого заявления, Матиас саркастично хмыкнул. – Есть множество вещей, которых я не знаю, Флинн. И есть множество вещей, которых я ещё в жизни не видел. – Ой, да не поверю! – трагически выдал Фэйрвинд, закатывая глаза и цокая языком. — Чтобы ты?.. Ну, давай, скажи мне, что ты раньше не видел, но потом узнал, что оно есть? Шоу сделал слышимую паузу, чтобы вспомнить, что его удивило. И после краткого отведения взгляда, он озарился воспоминанием и выдал: – Тролля паладина. Флинн тут же резко начал смеяться и выть, как лис. Такую забавную реакцию на признание было удивительно принимать. – Что? – риторически спросил Шоу, объясняя свой ответ, – Я ведь не соседствую с Зандаларом. – Приливы, приятель, – мягко успокаиваясь в смехе, моряк ещё сделал вытяжной выдох. – Для меня это не новость, но я никогда бы не придал этому значения. – Вероятно, я несколько стереотипен в этих вещах, – признался глава ШРУ, закрывая глаза на мгновение. – О, да, старик. И этим ты иногда делаешь мне больно... Фэйрвинд настойчиво натирал указательным пальцем грудь Шоу и надувал губы. – Особенно, когда говоришь плохое о пиратах. – Ты уже не пират, Флинн. – Верно, но я был пиратом, – моряк сделал на этом акцент, словно это было действительно важной пометкой, – И спешу заверить, там люди делятся на два лагеря. То есть, на три.. Те, кто желает убивать. Те, кто желает золота. И те, кто просто хочет свободы. От любых обязательств, которые навязывает государство. – Даже если ты и был из третьего лагеря, то это никак не меняет моё мнение о первых двух. Голос Матиаса приобрёл свою командную нотку с мерзкой долей упрямства. Флинну казалось, что его сейчас не понимают. – Ладно, тогда представь вот что... Деловито проговорил Фэйрвинд, настраиваясь на воображаемую волну. – Тебя обвиняют в измене, в покушении на короля, всех твоих агентов настраивают против тебя... От услышанного Шоу немедленно открывает глаза и серьёзно смотрит на Флинна. – И что ты предпримешь в этот кошмарный, для твоей жизни, момент? – риторически спрашивая, моряк отказался как-либо соединять зрительный контакт со своим партнёром. – Предположим, твоя первая мысль будет - броситься в бега. У тебя не будет в распоряжении казны Штормграда, не будет даже времени собрать чемоданы. Утайкой, ты будешь бродить сквозь стражу, всячески скрывая свое лицо. За твою голову могут повесить большую награду, а это только прибавит преследования. Флинн перечислял все подводные камни, загибая пальцы одной руки. – Ты должен будешь скрывать свой голос, меняя его, чтобы никто не смог узнать тебя... Брови Шоу нахмурились сильнее. Про голос Флинн упомянул не просто так. В этом моряке тоже есть место подмены, которая часто выражается, когда он при службе. Было ли это влиянием для того, чтобы команда признавала в нем капитана?.. Или это защитная реакция перед теми, кого он плохо знает? – В конечном итоге, ты будешь вынужден сотрудничать с теми, кто нелегально будет предоставлять тебе товары или перевозки. Конечно, часто оплата будет не деньгами, которых у тебя нет, а руками. Тебя будут использовать, как наёмника или куда хуже, в зависимости от их интересов и вкусов. Флинн расходится не на шутку, вспоминая все истории и рассказы от пиратов Вольной гавани. И немного дополняя мрачноты из своей прошлой жизни. – Тебя вечно будет преследовать страх и неверие. Но если ты не сделаешь шаг, если ты не рискнешь, то через несколько мгновений тебя остановят и ткнут острием сабли в спину со словами: "Пройдёмте". Твоя жизнь будет такой, что ты даже не будешь задумываться о хороших и о плохих делах, которые ты совершал ради спасения своей жизни. Неважно, приведёт ли тебя дорога к пиратству, смысл в том, что каждый отчужденный убегает в место таких же изгоев, как он. Даже если ты никогда ещё не был в этом месте, ты все равно уже являешься его частью. Флинн молча показывает, что заканчивает свой монолог и теперь смотрит на Шоу глазами, которые не скрывают своей печали. – Ты говоришь, что у тебя презрение к пиратам... значит ли это, что ты презираешь самого себя? – Я не наёмник, Флинн. – Нет, конечно, нет. Но ты убийца, действующий в интересах Альянса. И чем же это отличается от простого наёмника? Шоу хотел было сказать, но внезапно осознал, что не может ничего опровергнуть. Флинн демонстрирует свое превосходство в этом диалоге, заключая Матиаса в ловушку. Но он не усмехается, не показывает злорадства. Он показывает печаль, что проходит сквозь эти бледно-голубые глаза, чьи уголки нижнего века опущены вниз. Без улыбки на лице, Флинн кажется Матиасу убитым горем. Без этих многочисленных масок, его лик обретает естество души. И Матиасу больно. Не только от лицезрения своего любимого человека, но и от того, что он понял, как лицемерно стоял на своей точке зрения. Живущий службой, работа переросла в преданность, в долг, в защиту. Убийство, слежка, выполненное задание - приносит золото. ШРУ - является его прикрытием, как команда для капитана. Единственное отличие состоит в том, что... – У меня никогда не было свободы, – опустошенно сказал Шоу, чувствуя, как в горле начал расти неприятный комок, который он давно уже не ощущал. От его тяжёлого и хриплого голоса, Флинну стало не по себе. Он лихорадочно закивал этому признанию и с чувством бросился к нему в объятия.

***

На следующий день, Фэйрвинд ставит на письменный стол Шоу бархатную коробочку с заколдованной браслет-цепью. По-началу, глава шпионов не понял смысл этого подарка. Нательные украшения - не для его работы. Но как только он примерил браслет на себя, то сразу же преобразился в другого мужчину. – Ты даришь мне вечный облик того, кого не существует? – осматривая свою смуглую руку с браслетом, Шоу сразу же подметил, тёмные волосы и деловитый официальный костюм. – О, приливы, да, – лихо согласился Флинн, – У тебя нет имени, у тебя нет родственников. Тебя нет в налоговых списках, ты никто и ты прекрасен. Делая шаги навстречу к Шоу, моряк обошёл стол и нагнулся к его лицу, чтобы рассмотреть поближе. – Единственное, о чем меня предупредили, так это то, что такую иллюзию могут заметить только животные. Но тебе об этом не стоит переживать... – Хм, – Матиас резко хмыкнул и взглянул на браслет с магнитным замком, – учту. Улыбаясь, Флинн выпрямился и вынул из внутреннего кармана пальто ручное зеркальце, которое до сих пор хорошо ему служит. Он предложил взять этот косметический предмет Шоу, чтобы тот осмотрел свой облик. И когда взрослый мужчина бросил взгляд на свое зеркальное отражение, то сразу же нахмурил брови. – Что-то не так? – замечая резкую смену эмоций, Флинн уже было начал думать о том, что зеркало показывает неправильно. – На мне.. очки? – заторможенно спросил Шоу. Просто поразительно, как он их не заметил изначально. – Да, – подтвердил Фэйрвинд, не считая это какой-то проблемой. – Которые, между прочим, делают твой образ ещё... красивее. Матиас выгнул бровь на последнее слово Флинна. Интонация молодого парня была игриво-прыгучей, из-за чего создаётся впечатление, что он имел в виду совсем другое слово. – Вижу, тебя это забавляет, – смягчился глава шпионов. Он передал зеркальце обратно Фэйрвинду. – Конечно! Ты только представь, Матиас. С этим браслетом ты не будешь привлекать к себе никакого внимания. Люди будут думать, что перед ними стоит обычный человек, а не сам глава ШРУ. Флинн оживленно перечислял плюсы, пока Шоу неспешно ощупывал пальцами цепь-браслет. – Твоя репутация в порядке, твои поступки не будут иметь ничего общего с... кхм, с тобой. И даже если ты сделаешь что-то, что ты раньше не делал никогда - то на тебя не подумают, приятель. Ты, словно говоря, освобождается от своего бренного тела. – Но не от своего разума, – Матиас горечно вставил слово и перевёл свой взгляд на Флинна. Да, Шоу из тех, кто просто так не встанет и не сделает какую-то глупость или дикость. В силу своего характера, он просто не позволит себе сделать шаг, пока не убедиться в его правильности. И это очень тормозит его. – Хорошо, считай, что это просто твоё второе прикрытие, – слегка раздражительно сказал Фэйрвинд. – Вот, как пример: ты на публике можешь целовать меня и обнимать сколько тебе вздумается. Он на секунду осекся и продолжил: – Правда, тогда меня уже заподозрят в многолюбии, но неважно. – Как вариант, – на удивление, одобрил Шоу, задорно смотря куда-то вдаль. Значит, на такие "дикости" он согласен?.. Выжидающе смотря на мастера убийц, Флинн проследил, как он заправляет очки на лоб и встаёт со своего кресла. – Что, уже хочешь попробовать? – нетерпеливо спросил моряк, весело сверкая глазами. – Для начала.. я хочу пригласить тебя на праздничный ужин, – мягко подбирая в свою руку ладонь молодого парня, Шоу скромно приблизился к его лицу. – Ох, – смущенная улыбка появилась под коричневыми усами, – Можно ли мне рассчитывать это как за свидание с незнакомцем? – Можно, – проворковал Шоу, давая знать своим ответом, что подарок от Флинна удался.

***

– Давай, расслабься, приятель. Флинн нетерпеливо начал стучать трубочкой в своём ванильном коктейле. – Представь, что ты - это не ты, – с улыбкой сказал он, упуская за вечер всю абсурдность своих слов. Ведь, если не уточнять такие тонкости, то точно запутаешься. – Я в курсе, как работает прикрытие, – ворчливо отозвался Шоу. Он с самого начала похода в ресторан неуютно себя чувствовал. Словно, это лицо и эта одежда - могла напомнить обществу о нем самом лично. И этот браслет, который, хоть и скреплен магией, но вызывал у него огромные подозрения. Что если он расцепиться? Что если облик временный, а не вечный? Магов шарлатанов достаточно, чтобы попасться на одного из них. Выдохнув, Матиас решил обезобразить себя, чтобы этот строгий вид новой внешности - психически не давил на него. Правой рукой он приспустил галстук, а левую закинул за спину Флинна. – Оуууууу-у-у, – кокетно протягивая звук, Фэйрвинд завертел головой, чтобы получше осмотреть этот жест. Но не успев насладиться одним, как уже его взгляд переключается на другое. Пуговицы белой рубашки расстегиваются до середины груди, открывая вид седой шевелюры, которая контрастно сочеталась с оттенком кожи мужчины. Не будь они на людях, то Флинн точно захотел бы их потрогать. Но, увы, придётся лишь притесниться поближе и мило улыбаться. – Мне прям в новинку видеть тебя таким, Мэтт. Смотря за восторженным молодым парнем, Шоу ещё добавляет к образу откинутую ногу, которая придаёт вид широкого сидения. Хоть это комфорта не меняет, но так будет лучше войти в образ. – Даже если я и выгляжу по другому, меня все равно не отпускает это странное чувство... – Чувство паранойи? – дальновидно предположил Флинн, когда посасывал коктейль из трубочки и заглядывал в лицо напряжённого мужчины. – Да... Досадный звук вышел из моряка, быстро опуская его плечи и портя осанку. Он не знает, сколько ещё раз придётся напомнить ему о том, что не стоит волноваться. – Вероятно, тебе просто нужно выпить со мной. – Вероятно, нет, – резко ответил Шоу, но рука Флинна была быстрее его. Щелкнув пальцем на интересное маленькое устройство, которое оповещает официанта подойти к столику, Фэйрвинд ехидно улыбался и ожидал, когда к ним подойдут. – Ты в курсе, что ты невыносим в такие моменты? – ворчливости Шоу не было предела. Но Флинн сейчас поддатый, и его это забавляло. – Что плохо в том, чтобы выпить немного на свой день рождения? Это праздничный ужин, Ш-ш- Резко отпрянув и слегка побив себя по губам четырьмя пальцами, он продолжил с некоторым смущением: – Я тут сидел, думал, что после основных наших блюд ты сделаешь заказ на свое питье. Думал, если что-то возьмёшь из лёгкого, то я с тобой чокнусь разок. Отдам почтение. Уважение. Любовь. А в итоге, я сижу с параноиком, который где-то в уголке своего сознания держит мысль, что сейчас произойдёт АТАКА НА РЕСТОРАН. Или что там у тебя вообще?.. Но Шоу лишь драматично молчал, словно ни на что не реагируя. – Скажи мне честно, Мэтт, – требовательно попросил Фэйрвинд, – Ты не умеешь пить? – Дело не.. – Ты не умеешь следить за своим поведением? Замечая тесные и скованные движения от Шоу, Флинн слегка приподнял голову и раскрыл губы в улыбке. – В тебе просыпается ловелас, буян или меланхолик? – Зависит от ситуации... – Самое ценное, что у тебя есть в отношениях с алкоголем - так это отсутствие привязанности. Помни об этом, – закончил Флинн на доброй интонации, когда заметил официантку, что подходила уже к их столику. Стоит ли говорить, что у Шоу остался неприятный осадочек от этого разговора? От его нарушенного обещания ни к кому больше не привязываться? Да, речь шла о спиртных напитках, но мозг Матиаса любил поднять фрагменты прошлого и промыть ему кости. Даже будь это письменной формальностью, даже если это было лишь прикрытием, Шоу уже понял, что после пяти лет их отношений, привязанность к Флинну скрепилась не на шутку. И это сильно его пугает. – Да-да, милая, один стаканчик скотча для моего приятеля! Выйти из своих мыслей помогло прикосновение руки, которое легло на его открытую грудь. Теплота загоревших пальцев достаточно оживило Шоу. – Хорошо, – кивнув и бросив последний взгляд на мужчину в смокинге, она удалилась за выполнением нового заказа. Как бы закрыто Матиас не находился в своих гнусных воспоминаниях, это не осталось без внимания, и он снова осмотрел зал недоверчивым взглядом. – Хэй, ну ты чего? – мягко и коротко почесав его за волосяную грудь, моряк притесняется поближе. – Мне кажется, что она подозревает.. – Приливы, Шоу, – шёпотом начал Флинн, приближая лицо к его ближайшему уху, – успокойся. Никто не видит в тебе начальника ШРУ. – Эта официантка - мой агент на подработке. Нужно вживую видеть, как резко меняется лицо Фэйрвинда, после внезапного заявления Шоу. – Ты шутишь? Я её ни разу не видел, – теперь настала очередь ему быть в напряжении. – Она специалист по скрытности. Неудивительно, что ты её не знаешь. Но самое главное это то, что она тебя очень хорошо знает. – Приливы, – паникующе схватив коктейль, моряк начал волнующе высасывать из него оставшееся содержимое. – А потом отчёты: "Матиасу Шоу, срочное, тема: измена Фэйрвинда с каким-то секси мужиком". – Мы никогда не осуждаем личные дела, – протестно высказался глава ШРУ. – Но вы их подмечаете. – Естественно, для досье - конечно, – не считая это какой-то проблемой, Шоу встретился с подозревающим взглядом. – Погоди. Ты собираешь на меня досье?... – Нет, – честно ответил Матиас, зная, что это дело не очень хорошо скажется в будущем, – Единственное, где ты у меня записан, так это в рабочих списках, на ключевых точках, где проходит твоя работа. – А-а, – понимающе вытягивая звук, Флинн теперь почувствовал себя удовлетворенным. – Тогда ладно. Тогда хорошо. Высосав коктейль до мерзкого и неприятного звука, который громко отдаёт по ушам, моряк резко прекратил пить, чтобы вскоре повернуться лицом к Шоу и спросить: – Ты же не против, если я немного... буду?.. – Можешь забирать весь, – без возражений сказал Матиас, накалывая на вилку оставшуюся еду. – Ах, какой щедрый, – проликовал Фэйрвинд, бросаясь к нему на плечо и грудь, – Но давай не будем забывать, для кого именно этот скотч предназначен. И целуя его в щеку, закрыв глаза, чтобы на мгновение представить естественную внешность Шоу, он и не заметил, как к их столику ловко подошла официантка и поставила тумблер со спиртным напитком. – Пожалуйста, – бегло смерив взглядом двоих мужчин, один из которых встрепенулся в замешательстве, а другой стойко держал себя за вилку, она не стала ничего комментировать и, в итоге, отошла из их зоны отдыха. – Приливы, Матиас. Почему ты мне не сказал? – горячо зашептал Флинн, беря в руку стакан со скотчем. – Хочу, чтобы завтра на моем столе был отчёт о твоих постыдных действиях, – самодовольно ухмыляясь, Шоу вызвал у Флинна приступ возмущения. – И после его прочтения.. у меня бы появилось дикое желание хорошенько наказать тебя и поучить манерам. В итоге, Матиас закончил свое слово одним приёмом пищи, а Флинн только сильнее начал пить.