Where are your wings?

      Польша очнулся в небольшой комнатушке, в которой царил полный мрак. Ничего не было видно кроме стен, пола, потолка и стула, к которому поляк и привязан... Он попытался хоть чуть-чуть пошевелиться, но тут же прекратил попытки, невнятно промычав какое-то ругательство на польском, так как его рот был заклеен скотчем. Тело ещё болело и дрожало после вчерашнего. Хотя удивительно, что он ещё не мертв. Или, может, он в загробном мире?       Тут перед ним открывается дверь. Теперь все сомнения отброшены назад; он в реальности, так как в дверях появляется знакомый Польше силуэт: силуэт того, из-за кого сейчас все это происходит.       Рейхоугольник. - Guten Tag, mein klein Polen, - снова эта страшная гримаса с маски, которая вызывает дискомфорт, по сравнению с лицом немца; вот оно на самом деле прекрасно...       Полен же ничего не сказал, так как он и не мог, его рот заклеен.       Чудовище медленными размеренными шагами приближается, сняв с рук перчатки и отбросив их в сторону: - Как спалось?~       Резким движением руки Рейхоугольник срывает кусок скотча со рта жертвы, заставив ту хрипло закричать от боли. - П-почему я ещё н-не мертв?.. - голос Польши дрожал и хрипел, поскольку вчера поляк вдоволь накричался. - Потому что я так решил, - тон монстра не был грозным, но и в нем не читалось ничего доброго. Просто нейтральность, безразличие. - Т-ты ведь с-собирался съесть м-меня... - А где твои крылья, хм?~ - улыбка снова расплылась на чужом лице, будучи ещё более устрашающей.       По спине Польши прошел холод. В самом деле: где его крылья?.. Он их не чувствует... - Подожди... Что ты с ними сделал?! - отчаянно завопил поляк, ерзая на стуле от страха и непонимания. - Их я и пустил на шницель, - усмехается Рейхоугольник, - просто объеденье, скажу я тебе, чуть сырыми их не съел, ха-ха!       Полен замер на месте. Зачем?.. Зачем он это сделал?.. - Чего ты этим добиваешься?! - голос Польши уже сел от повышенного тона. - Лишь своего удовольствия, Полен, - тот прищурился, все ещё улыбаясь чуть ли не до ушей. - Чем это приносит удовольствие?.. - от ощущения безысходности заложник захныкал. - Тебе не понять, - вздыхает немец, маниакально засмеявшись.       Смех эхом разносился по комнате, заставляя поляка сжаться сильнее. Рейхоугольник резко прервался, после чего снова сделался серьезным в лице. - Люди!!! Помогите!!! - из последних сил воскликнул Польша. - Тебя никто не услышит, здесь слишком хорошая звукоизоляция, - монстр снова слегка улыбнулся, - можешь пытаться, конечно, но это не увенчается успехом.       Теперь единственное, на что у страдальца нашлись силы - это заплакать. Горькие слезы скатывались ручьями по щекам Польши, с громким стуком падая на пол. Опустив голову, тот безутешно рыдал, заставляя этим насильника улыбаться все шире.       С каждым всхлипом голова поляка вздрагивала, и стул скрипел, оттого, что шатался. - Ну? Сейчас ты можешь сказать, что любишь меня? - суровым тоном произнес монстр, своим пробирающим до костей взглядом уставившись на Полен.       На этот вопрос Польша также не ответил, продолжая всхлипывать от горя.       Рейхоугольник снова издает вздох, направляясь обратно к двери, дабы оставить свою жертву наедине с мыслями. - Я тебя ненавижу... - шепчет Польша, - ненавижу, но люблю...       Немец останавливается, бросив осуждающий взгляд на заложника и наконец покинув помещение.       Полен продолжал плакать, не зная, как ему быть, в то время как Рейхоугольник казался раздраженным: "Как можно любить такого, как я?!"...