Глава 1.

***

      Приближалась зима. Деревья уже утратили свою былую пышность, оголив свой стан. Поля покрыл тонкий слой изморози. Днепр — река на востоке, ещё не был заточен в плен льда, но вода уже зеленила от мороза.       Холодное время года вступало в свои права на этой земле очень рано, не заботясь о людских нуждах. Ей не было дела до того, успел ли радивый хозяин запастись сеном для своего скота, успел ли он собрать зерно, чтобы прокормить свою и без того бедную семью до прихода весны.       Жестока бывает природа. Жестоки бывают и люди по отношению к ней. Вековая война между двумя мирами, длящаяся не одно тысячилетие без надежды на победу. Всему есть предел.       Вот и человек склонил свою голову перед великой силой Холода. Силой, от которой спасёт только жаркое пламя домашнего очага. Сильные мира сего никогда, наверное, не задумывались тад тем, как велико значение огня для простого человека. Их огонь пылал в огромных мраморных каминах, разведенный кем нибудь из слуг. Он согревал весь дом своим светом. Согревал, но не грел… Не грел душ знатных господ, оставляя их под ледяной коркой тщеславия и разврата.        Но даже огромный костёр богатства и славы становился ничем перед тихим костерком в маленькой лачужке на окраине деревни, вокруг которого собралась семья с маленькими детишками, укутанными в оленьи шкурки. У них не было денег, громкого имени и других привелегий высшей касты, но у них было то, что не купить ни за какие деньги мира. У них была любовь. Любовь отцовская. Любовь материнская.

***

      Собравшись вокруг маленького очага, глава семьи сел в свое кресло из мамонтовой кости — свадебный подарок жены, и направил взгляд на танцующие языки пламени. Альтаир любил смотреть на огонь, он напоминал ему о днях прошедшей молодости. Огонь сопровождал его, когда его отец, покойный Ахат — великий воин и вождь племени, посвящал его в мужчины, когда он впервые увидел свою будущую жену Айбиге, прыгающую через костёр в день Солнцестояния, и так заворажившую своим легким станом Альтаира, что молодой мужчина три ночи в своих снах видел только её одну в своих горячих объятиях. Большой костёр развели шаманы в день свадьбы под звёздным небом Масагеттов; в лучах красного пламени подарила ему свою невинность Айбиге, лёжа на шкурах таежных песцов, и тени плясали в её волосах. Это были последние моменты наслаждений и беззаботной жизни.       Не знал ещё Альтаир, что придет день, который сожжет его счастье, оставив только пепел и руины после себя. Красные знамёна Сакков придут в его земли пожаром, сжигая все на своём пути, властвуя и творя беззакония над его народом. Не сможет сдержать натиск врага отважный Ахат, склонится перед врагом, отдав свою голову им на потеху. Перейдёт власть в руки царя чужеродного и будет он вершить закон на земле завоеванной. Лишит он всего Альтаира, сына Ахата, отнимет у него Имя его славного рода, и канет имя Масагеттов в Летту и не вернётся никогда.

***

      Так думал Альтаир, продолжая глядеть на слабый огонёк очага.       Потеряв Имя свое, потеряв людей своих, он не потерял главного — свою семью, так горячо любимую им. Лишившись всего, кроме любимой женщины и пятерых своих детей, он ценил их как самое великое сокровище и оберегал от лютых напастей как мог. Их старенький домик, так много повидавший на своём веку, стал его островком любви и уюта.       Уже двадцать один год разжигал он камин в этом доме, садился в свое кресло и брал на руки свою маленькую дочку Лею. Жена и четыре сына рассаживались на шкуры вокруг него. Айбиге клала свою морщинистую ручку у нему на колени, не отводя взгляда от очага. Комната наполнялась светом и теплом глубоко любящей семьи, готовой делиться своим счастьем со всеми, кто их увидит.

***

      Так, держась за руки, семья Масагеттов встретила тысяча сто пятнадцатый год.