Вернутся к фанфику

Глава 47

10 октября 2026, 20:08
92 год от З.Э. Астапор Пожары, вспыхнувшие в разных концах Астапора во время штурма, потушили лишь на второй день после падения города. Безупречные под командованием сира Дункана методично прочесывали квартал за кварталом, вытаскивая из подвалов и потайных ходов последних работорговцев, пытавшихся отсидеться в надежде, что резня их не коснется. Освобожденные рабы толпились на улицах, не зная, куда себя деть, - слишком долго ими распоряжались чужие люди, чтобы теперь, обретя свободу, они сами могли решить, что делать дальше. Корлис распорядился конфисковать все ценное имущество в особняках, дворцах и пирамидах Добрых Господ - золото, драгоценности, дорогие ткани, редкие специи и все прочее, что можно было выручить или использовать. Одну пятую часть добычи он приказал раздать бывшим рабам, а вместе с этим предложил им отправиться с Веларионами на Дрифтмарк - после того как Ступени будут захвачены, освобожденные жители Астапора должны были стать первыми поселенцами на этих островах. Сир Дункан, взявший на себя общее руководство над наведением порядка в городе, ежедневно докладывал о положении дел. Часть освобожденных рабов, особенно те, кто провел в неволе большую часть жизни, все еще опасались покидать свои прежние жилища, даже зная, что надсмотрщиков больше не существует. Другие же, напротив, толпились у ворот захваченных пирамид, требуя своей доли в разделе имущества бывших хозяев, и порой между ними вспыхивали ссоры, которые приходилось разнимать Безупречным. Корлис и Дейрон сидели в одном из захваченных особняков, обсуждая дальнейшие действия. На столе перед ними лежала карта залива Работорговцев, испещренная пометками. - Единственная проблема с освоением Ступеней для нашей семьи всегда заключалась в том, что у нас недоставало рабочей силы и населения, чтобы заселить архипелаг после захвата, - произнес Корлис, разглядывая карту. - Земли без людей ничего не стоят. Теперь же у нас появилось потенциальное население, причем немалое. Дейрон откинулся на спинку кресла, обдумывая слова брата. - А что случится, если бывшие рабы захотят остаться в Астапоре или уйти в другие города Эссоса? - спросил он. - Не все же захотят плыть в незнакомый им Вестерос. - По сути, у этих людей нет другого разумного выбора, - ответил Корлис. - Если они останутся здесь, этот город рано или поздно захватят, узнав о падении Астапора и о том, что защищать его больше некому. И тогда их, скорее всего, перебьют в назидание всем остальным городам залива, чтобы другие рабы даже не помышляли о восстании. А так, если они доверятся дому Веларион, у них будет собственный дом и надежная защита - никто и никогда больше не обратит их обратно в рабство. Кроме того, часть освобожденных из Миэрина и Юнкая мы сможем отправить в нашу колонию в Соториосе, где тоже не хватает рабочих рук. - Если люди согласятся на это добровольно, - заметил Дейрон, - то подобное решение станет для них настоящим благом, а не просто очередной сменой хозяина. - Они не дураки, - произнес Корлис твердо. - Они прекрасно понимают, что раз мы не собираемся удерживать весь залив Работорговцев под своей рукой постоянно, то сами они не смогут себя защитить и не найдут безопасного дома нигде в Эссосе. Здесь слишком дикие нравы по отношению к рабам. Дейрон побарабанил пальцами по столу, обдумывая все услышанное. - А что мы будем делать дальше с самими Безупречными, которые решат остаться на военной службе? - спросил он. - Тридцать тысяч воинов - это огромная сила, брат, но их еще нужно где-то разместить, кормить, платить им жалованье. Одни только Ступени не смогут прокормить подобную армию, особенно первое время, пока острова не начнут приносить доход. - Часть останется гарнизонами на самих Ступенях, охраняя новые поселения, - ответил Корлис, - часть мы разместим в Высоком Приливе, усилив нашу собственную оборону. - Ты уже все продумал наперед, - заметил Дейрон с легкой усмешкой. - Я обдумывал это не один год, - ответил Корлис серьезно. - С того самого раза, когда впервые побывал в этом городе и понял, что рано или поздно вернусь сюда - но уже не как гость, а как тот, кто положит конец всему этому. Дейрон посмотрел на брата с легким удивлением - обычно тот не любил делиться подобными признаниями даже с самыми близкими людьми. - Ты никогда прежде не рассказывал мне об этом так прямо, ты всегда темнишь и строишь планы, - заметил он. - Не было повода, - пожал плечами Корлис. - А теперь повод появился сам собой. На следующий день в одной из захваченных пирамид города Корлис, Дейрон и несколько избранных представителей освобожденных жителей собрались для важного разговора. Корлис обвел взглядом собравшихся - усталых, но уже не столь напуганных людей, как в первый день после освобождения, - и заговорил первым. - Через несколько дней я выдвигаюсь в Миэрин, - произнес он, - и должен знать, что решили жители Астапора. Ваша судьба теперь в ваших собственных руках, и я хочу услышать ваш выбор из ваших же уст, а не решать за вас. Мужчина средних лет, стоявший чуть впереди остальных представителей и явно пользовавшийся среди них немалым уважением, выступил вперед и поклонился. - Милорд, - произнес он, - жители Астапора обсудили это между собой на протяжении всей минувшей ночи, и большинство из нас решили последовать за вами. Мы благодарны вам за возможность обрести настоящий дом, где нам больше никогда не придется бояться, что мы снова станем чьей-то собственностью. - Рад это слышать, - ответил Корлис с искренним удовлетворением в голосе. - Скоро к Астапору подойдет флот моего брата Вейлора, и вас всех перевезут на Ступени, как только острова окажутся в наших руках. А до тех пор я оставлю в городе две тысячи Безупречных и своих доверенных людей для вашей защиты. Сам же я направляюсь дальше, в Миэрин. Женщина, стоявшая чуть в стороне от остальных представителей, - в прошлом, судя по всему, занимавшая какое-то положение среди рабов, раз ей позволили присутствовать на подобном собрании, - неуверенно подала голос. - Милорд, - произнесла она, слегка склонив голову, - а что будет с теми из нас, кто слишком стар или слишком слаб для тяжелой работы на новых землях? Мы ведь тоже хотим отправиться с вами, но боимся оказаться там обузой. Корлис посмотрел на нее без всякого раздражения, лишь с легким сочувствием во взгляде. - Никто не останется без крова и еды только из-за возраста или слабого здоровья, - ответил он твердо. - На Ступенях найдется дело для каждого - для кого-то это будет работа в поле, для кого-то - ремесло, а для тех, кто уже не способен трудиться, найдется место у очага, и никто не посмеет упрекнуть их куском хлеба. Мы не для того освобождали вас от рабства, чтобы обречь на голод в новой жизни. Женщина, явно успокоившись после услышанных слов, поклонилась в знак искренней благодарности и отступила обратно в толпу остальных представителей. Мужчина и стоявшие рядом с ним представители еще раз поблагодарили Корлиса за оказанную милость и вышли из зала, оставляя братьев одних. Как только за ними закрылась дверь, Корлис повернулся к Дейрону. - Распорядись, чтобы наши люди начали готовиться к завтрашнему отплытию, - сказал он. - И пусть также опросят все население - точное количество людей, их возраст, какими ремеслами они владеют. Эта информация нам очень пригодится, когда придет время распределять поселенцев по разным островам Ступеней. - Все сделаю, - коротко кивнул Дейрон. - И еще одно, - добавил Корлис, разворачивая на столе новую карту, на этот раз с изображением всего залива Работорговцев. - Мы разделим Безупречных между собой. Я возьму с собой тринадцать тысяч и направлюсь на Миэрин. Ты же возглавишь часть нашего войска и пятнадцать тысяч Безупречных и пойдешь на Юнкай. Он провел пальцем по карте, указывая точку на побережье в некотором отдалении от города. - Высадишься здесь, примерно в пяти километрах от города, и нападешь на Юнкай поздней ночью, когда они меньше всего этого ожидают. Дейрон внимательно изучал карту, обдумывая предложенный братом план. - С высадкой и подходом к городу проблем возникнуть не должно, - произнес он после недолгого молчания. - Но как нам с наскока взять сами городские стены? У Юнкая наверняка достаточно сильный гарнизон, а внезапность нападения не заменит собой пролом в укреплениях. В этот момент раздался стук в дверь, и в зал вошел сир Адам. - Милорд, - произнес он, обращаясь к Корлису, - вас хочет видеть Агилар. - Впусти его, - ответил Корлис и, повернувшись к брату, добавил с легкой усмешкой: - Агилар как раз и поможет тебе решить эту проблему. Глава гильдии ассасинов дома Веларион вошел в зал уверенным, бесшумным шагом и поклонился обоим братьям. - Милорды, - произнес он, выпрямляясь. - И как же именно Агилар сможет мне помочь? - спросил Дейрон, переводя взгляд с ассасина на брата. - Наши люди уже давно находятся в Юнкае, - пояснил Корлис. - В ночь штурма они помогут открыть главные ворота, предварительно усыпив стражу. Надеюсь, - добавил он, обращаясь уже к брату, - после того как ворота окажутся открыты, с самим взятием города у тебя не возникнет никаких затруднений. - Я не подведу тебя, брат, - твердо ответил Дейрон. - Но было бы куда лучше иметь больше сведений о защите города, прежде чем мы поведем людей на штурм. - С этим не будет никаких проблем, - вмешался Агилар и, подойдя к столу, развернул поверх карты еще один свиток - подробную схему города с указанием патрульных маршрутов городской стражи и расположения дворцов Добрых Господ. - Мои люди составляли эту схему на протяжении нескольких месяцев, милорд, и она достаточно точна. Дейрон склонился над схемой, внимательно изучая каждую отмеченную деталь. - Это значительно увеличивает наши шансы провести захват города с наименьшими потерями, - произнес он, не отрывая взгляда от свитка. - Агилар будет сопровождать тебя лично, - произнес Корлис, - чтобы вовремя отправить весть нашим людям в городе, когда придет время начинать штурм. Обсудив последние детали плана, Корлис отпустил обоих готовиться к предстоящему походу. На следующий день войско начало погрузку на корабли, готовясь к отплытию в Миэрин и Юнкай. Корлис, как и обещал, оставил в Астапоре две тысячи Безупречных, а вместе с ними - несколько своих людей, обладавших немалым опытом в вопросах логистики и снабжения городов. Для патрулирования прибрежных вод города осталось еще двадцать военных кораблей, на случай если кто-то из соседних городов все же решится попытать счастья, пока основные силы Веларионов находятся в отдалении. Перед самым расставанием братья в последний раз сверили планы на палубе флагманского корабля. - Помни, - произнес Корлис, положив руку брату на плечо, - если что-то пойдет не так и ты поймешь, что взять город с наскока не выйдет, не упорствуй понапрасну. Отступи, перегруппируйся и попробуй снова, но не клади людей ради одной только гордости. Мы всегда можем вернуться позже с большими силами. - Я помню это не хуже тебя, - ответил Дейрон с легкой улыбкой. - Ты за эти годы достаточно вдолбил мне в голову, что бессмысленные потери - удел плохих командиров. - Просто береги себя, - добавил Корлис уже мягче. - Матушка не простит мне, если я не приведу домой тебя. - С тобой все будет в порядке, - усмехнулся Дейрон. - А обо мне не беспокойся - Агилар и его люди свое дело знают. К тому же у меня самого достаточно причин вернуться домой целым и невредимым - не забывай, что меня там ждут жена и дети, которых я не видел уже больше месяца. - Тем более повод не рисковать понапрасну, - согласился Корлис. - Теа тебе спасибо не скажет, если ты явишься домой с новым шрамом, который можно было бы избежать. Дейрон рассмеялся и хлопнул брата по плечу. - Тогда до встречи, брат, - произнес он. - Постарайся не задерживаться в Миэрине дольше необходимого - Визерра наверняка тоже места себе не находит, дожидаясь вестей от тебя. - Не задержусь, - пообещал Корлис брату. Братья коротко обнялись, и Дейрон, кивнув на прощание, спустился на свой корабль, готовясь к предстоящему разделению флотов. Корлис еще какое-то время стоял на палубе, наблюдая, как корабли брата отдаляются в сторону побережья, прежде чем отдать приказ своему капитану взять курс на север. Корабли отплыли и почти сразу же разделились на два отдельных флота. Войско Корлиса взяло курс севернее, огибая остров Ярос, а Дейрон со своей частью сил направился вдоль побережья к Юнкаю, расположенному примерно на полпути между Астапором и Миэрином. Дейрон добрался до Юнкая за три дня плавания и начал высадку войск в условленном месте, недалеко от города, точно так же, как они с братом и обсуждали заранее. До наступления темноты им предстояло дойти маршем до самых стен. Агилар, едва высадившись на берег, отправил зашифрованное письмо через почтового ястреба своим людям в городе, на случай если само послание окажется перехвачено по дороге, и уведомил их, что пора готовиться к штурму. Пока войско выстраивалось для марша, один из капитанов Безупречных, приставленных к Дейрону лично Корлисом, подошел к нему с вопросом. - Милорд, - произнес он на ломаном, но вполне понятном общем языке, - что делать с теми защитниками, которые сдадутся сами, не дожидаясь боя? Убивать их всех без разбора или брать в плен? Дейрон ненадолго задумался, прежде чем ответить. - Тех, кто сложит оружие добровольно и не станет сопротивляться, - в плен, - произнес он. - Мы не звери, и нет никакой нужды убивать человека, который уже признал свое поражение. А вот тех, кто продолжит сражаться, - устранить без всякой пощады. Передай это остальным командирам, чтобы после не возникло недопонимания в разгар боя. Капитан коротко кивнул и отправился передавать приказ дальше по цепочке командования. Войско добралось до Юнкая глубокой ночью, оставаясь незамеченным благодаря темноте и заранее разведанным патрульным маршрутам городской стражи. Было решено дать людям два часа отдыха перед началом штурма, и Агилар за это время успел отправить еще одно письмо, на этот раз с точным указанием времени начала операции. Ассасины, получив весть, немедленно начали действовать. Они отправили к городским стражникам одного из своих людей, который за годы службы сумел дослужиться до места в карауле у главных ворот. Стражники удивились его неожиданному появлению в нерабочий для него час, но тот легко нашелся с объяснением - пожаловался на неверную возлюбленную и сказал, что решил проветрить голову и немного выпить, доставая при этом довольно дорогое на вид вино. В напиток заранее было подмешано зелье, способное усыпить взрослого мужчину. Сам ассасин заблаговременно принял противоядие, но все же несколько раз приложился к бутылке вместе со стражниками, чтобы те ничего не заподозрили. Спустя час все стражники у ворот спали, и ассасины беспрепятственно распахнули ворота, подавая условленный знак ожидавшему неподалеку войску Веларионов. Дейрон, наблюдавший за воротами издалека вместе с Агиларом, заметил условленный сигнал первым. - Пора, - коротко произнес он, поднимая руку. - Ворота открыты, милорд, - подтвердил Агилар, стоявший рядом с подзорной трубой в руках. - Внутри город даже не подозревает о том, что происходит у его собственных стен. Дейрон кивнул и, обнажив меч, повел войско вперед быстрым, но бесшумным шагом, стараясь сохранить внезапность нападения как можно дольше. Знай в Юнкае заранее о падении Астапора, город наверняка был бы настороже и готов к обороне. Но Корлис распорядился задерживать в порту все выходящие суда, а также усилить патрулирование дорог, чтобы весть о случившемся не разлетелась по округе раньше времени. После отплытия основных сил из Астапора уже никто не смог бы добраться до Юнкая или Миэрина быстрее самих Веларионов, чтобы предупредить об опасности. Войско ворвалось в город, который совершенно не ожидал нападения. Безупречных, защищавших городские стены, старались брать в плен, а не убивать, тогда как прочих защитников не щадили - впрочем, ни женщин, ни детей в Юнкае, как и прежде в Астапоре, никто не трогал. Чего у Безупречных не отнять, в отличие от многих воинов Вестероса, - они никогда не занимаются грабежом или насилием над женщинами, и эта дисциплина особенно ярко проявилась во время зачистки кварталов и особняков Добрых Господ. Воины дома Веларион тоже не занимались разбоем и вовсе не смотрели в сторону женщин во время штурма. Они хорошо усвоили, что насилие над женщиной не прощается на землях Веларионов, и война не являлась для этого правила исключением. Этот урок в свое время хорошо запомнили на Дрифтмарке: за подобное преступление наказание было суровым - виновного кастрировали, после чего прижигали рану, чтобы тот не умер от потери крови раньше срока, а затем сажали в клетку под палящим солнцем, где насильник медленно умирал то от болевого шока, то от обезвоживания и голода. Если же, не дай боги, мужчина осмеливался сотворить подобное злодеяние с ребенком, после кастрации его сажали на кол. Поначалу многие ужасались подобной жестокости наказания, но со временем, когда число подобных преступлений сократилось до минимума из чистого страха перед расправой, все увидели очевидную пользу столь сурового подхода. Так и в эту ночь воины продвигались по городу, не обращая внимания на возможную наживу, и к рассвету Юнкай окончательно пал перед Веларионами. Захватчики ликовали, а с рабов снимали ненавистные им оковы, объясняя каждому, что отныне они свободны и никогда больше не подвергнутся подобному угнетению. Дейрон, обходя захваченный город вместе с Агиларом уже после того, как последние очаги сопротивления были подавлены, остановился у главной площади, где собирались первые толпы освобожденных. - Быстрее, чем я ожидал, - заметил он, окидывая взглядом происходящее. - Твои люди отлично справились с воротами. - Мы готовились к этому не один месяц, милорд, - ответил Агилар. - Хотя, признаться, я не ожидал, что штурм самого города пройдет настолько гладко. Ваши гвардейцы и Безупречные действовали слаженно, будто сражались бок о бок далеко не первый год. - Общая цель сближает людей быстрее, чем годы совместной службы, - ответил Дейрон, глядя на то, как воины двух совершенно разных армий вместе помогают освобожденным рабам подняться с колен. - Теперь нужно отправить весть Корлису и начать готовить город к прибытию флота посланного Вейлором, как и было условлено. Корлису, в силу куда большего расстояния, пришлось провести в море около шести дней. Долгое плавание располагало к разговорам, и однажды вечером, когда большая часть команды уже отдыхала, сир Адам застал своего лорда стоящим на носу корабля и глядящим на темную воду. Его план во многом повторял тот, что использовал Дейрон при взятии Юнкая, но с одним существенным отличием. Миэрин оказался значительно крупнее - в нем проживало почти столько же людей, сколько в Астапоре и Юнкае, вместе взятых, да и сам размер города производил куда более внушительное впечатление. Поэтому Корлису требовалось создать внутри города настоящую панику и хаос одновременно со штурмом снаружи, чтобы защитники не сумели организовать сколько-нибудь достойное сопротивление. В Миэрине у Веларионов было значительно больше ассасинов и шпионов, за долгие месяцы успевших проникнуть в самые разные сферы городской жизни. Миэринцы питали особую страсть к бойцовым ямам, где рабов заставляли сражаться друг с другом насмерть на потеху толпе. В ночь штурма Корлис отдал ассасинам указание освободить рабов, содержащихся в этих ямах, и устроить внутри города масштабную диверсию одновременно со штурмом стен, тогда как остальные его люди должны были заняться воротами, как это уже было проделано в Юнкае. Сир Адам, узнав об этом плане еще на корабле, за ужином в капитанской каюте выразил некоторое сомнение. - Милорд, - произнес он тогда, - а не будет ли рискованно полагаться на бойцов из ям? Они привыкли сражаться друг с другом, а не единым отрядом, да и оружия у них, скорее всего, не окажется под рукой в нужный момент. - Как раз оружие мои люди им и предоставят, - ответил Корлис. - А что до слаженности действий - нам не нужно от них военной дисциплины Безупречных. Достаточно, чтобы они устроили в городе как можно больше хаоса и заставили Добрых Господ распылить свои силы вместо того, чтобы стянуть весь гарнизон к воротам. Ярость людей, которых годами заставляли убивать друг друга на потеху толпе, - грозное оружие само по себе, если направить ее в нужную сторону. Корлис к тому моменту уже получил донесение от Дейрона о падении города - у братьев имелось три зачарованные книги с совершенно чистыми страницами, в которых написанное одним тут же появлялось у остальных, вне зависимости от того, насколько велико было разделяющее их расстояние. Брат не подвел его, и теперь настал черед самого Корлиса завершить их поход и вернуться домой с победой. Войско высадилось недалеко от Миэрина, и под покровом лунного света люди пробрались к городу ночью, стараясь двигаться как можно тише. Корлис отправил письмо ассасинам через почтового сокола и начал выстраивать войско к предстоящему штурму. Спустя час городские ворота распахнулись, и Веларионы ворвались внутрь. Корлис лично вел своих людей в атаку. Сир Адам и сир Дункан ни на шаг не отставали от своего лорда, то и дело выкрикивая гвардейцам приказы прикрывать Корлиса со всех сторон. Вместе с ним в бой рвался и Арес - пантера набрасывалась на каждого, кто пытался приблизиться к хозяину слишком близко. По сути, втроем - Арес, Дункан и Адам - они не оставляли Корлису ни единого противника, с которым тому пришлось бы разбираться самостоятельно. В центре города тем временем вспыхнули пожары - как только освобожденные гладиаторы убедились, что посланные Корлисом ассасины действительно помогают им обрести свободу, они с неистовой яростью набросились на собственных мучителей, едва только добрались до городской оружейной. Один из ассасинов, руководивших этой частью плана, позже рассказывал Корлису, что никогда прежде не видел подобной ярости - бойцы, которых годами заставляли убивать друг друга ради развлечения толпы, теперь обратили всю накопленную ненависть на тех, кто устраивал эти зрелища, и не щадили никого из надсмотрщиков бойцовых ям, встречавшихся им на пути. Это был настоящий хаос, продолжавшийся даже после наступления рассвета. Город оказался огромен - целых двадцать пирамид возвышались над его кварталами, а крупнейшая из них, расположенная в самом центре, оборонялась значительно лучше остальных. Личная гвардия ее владельца, состоявшая из наемников, успела забаррикадироваться внутри и продержалась дольше прочих защитников города, отбивая одну атаку за другой с верхних ярусов пирамиды. - Они не сдадутся - им просто нечего терять, - заметил сир Адам, наблюдая за очередной неудачной попыткой штурма нижних ворот пирамиды. - Мы сами загнали этих наёмников в угол, лишив их пути к отступлению. Когда бежать некуда, даже самые прагматичные наемники будут драться с отчаянием обречённых - до последнего вздоха. - Тогда придется лишить их нанимателя жизни, - невозмутимо ответил Корлис и, коротко свистнув, направил Ареса в сторону узкого прохода на восточной стороне здания, который, если верить донесениям ассасинов, охранялся значительно слабее главного входа. Сир Дункан, услышав план своего лорда, тут же выступил вперед. - Позвольте мне пойти первым, милорд, - произнес он. - Узкий проход - самое подходящее место для человека моих габаритов, чтобы расчистить путь, прежде чем вы сами войдете внутрь. - Хорошо, - согласился Корлис после недолгого раздумья. - Но не лезь на рожон без нужды. Дункан кивнул и первым скользнул в темный проход, стены которого едва вмещали его массивные плечи. Спустя несколько минут изнутри донеслись звуки короткой ожесточенной схватки, а затем наступила тишина, и голос Дункана позвал остальных внутрь - путь был расчищен. Корлис, сир Адам, гвардейцы и Арес вошли следом, поднимаясь по узкой лестнице на верхние ярусы пирамиды, где укрылись последние защитники вместе с самим хозяином здания. Наемнки, застигнутые врасплох внезапным появлением противника с той стороны, откуда его не ждали, не успели организовать достойного сопротивления. Схватка на верхней террасе оказалась короткой, но кровопролитной - несколько гвардейцев Корлиса получили ранения, хотя, к счастью, ни одно из них не оказалось смертельным. Самого хозяина пирамиды, мужчину в дорогих одеждах, нашли прячущимся за массивным троном в главном зале верхнего яруса. Он пытался откупиться точно так же, как и пленник, приведенный ранее сиром Дунканом, но Корлис, вспомнив о бойцовых ямах и о том, скольких людей этот человек отправил на смерть ради собственного развлечения, не стал долго разговаривать с ним и лично положил конец его правлению. На полную зачистку всех пирамид ушло немало времени и сил. Некоторым правителям города даже удалось погрузиться на корабли и отплыть из гавани, едва они убедились, что Миэрин потерян для них безвозвратно, - но флот Веларионов перехватил все беглые суда в открытом море, и никому из них не удалось скрыться. Один из захваченных кораблей доставили обратно в порт уже ближе к вечеру, и сир Дункан лично привел к Корлису, все еще стоявшему у подножия центральной пирамиды, пленного вельможу - толстого мужчину средних лет в некогда роскошном, а теперь изрядно помятом токаре. - Милорд, - произнес Дункан, подталкивая пленника вперед, - этот пытался откупиться от наших людей золотом прямо на борту. Предлагал вдвое больше того, что вы заплатили за Безупречных в Астапоре, лишь бы его отпустили. Пленник, дрожа, попытался было заговорить, но Корлис лишь холодно посмотрел на него. - Меня не интересует твое золото, - произнес он на гискарском. - Оно и так теперь принадлежит мне, вместе со всем остальным, что было в этом городе. - Пощадите, - взмолился вельможа, падая на колени прямо посреди истоптанной кровью площади. - Я никогда лично не марал руки, я лишь владел ямами, а сражались там сами рабы… - Именно ты и заставлял их сражаться насмерть ради развлечения твоих гостей, - оборвал его Корлис. - Этого достаточно. Он коротко кивнул сиру Дункану, и тот увел пленника прочь, к остальным захваченным Добрым Господам, дожидавшимся своей участи под охраной Безупречных. Дейрон, все еще находившийся в Юнкае, в тот же вечер получил от старшего брата весть через зачарованную книгу и тут же ответил. Корлис, раскрыв свою половину книги при свете факела, прочитал появившиеся на чистой прежде странице строки: брат сообщал, что город полностью под контролем, потери среди их людей оказались на удивление невелики, а первые обозы с освобожденными рабами уже готовятся к отправке на побережье, где их будут ждать корабли Вейлора и захваченные судна. Корлис на несколько мгновений задержал взгляд на исписанной странице, прежде чем взять перо и начать выводить собственный ответ. Он коротко описал брату положение дел в Миэрине - взятие города, пленение большей части Добрых Господ, а также предстоящую зачистку последних очагов сопротивления в центральной пирамиде. В конце он добавил, что рассчитывает управиться с оставшимися делами за два, самое большее три дня, после чего направится на соединение с войском брата. Уже отложив перо, Корлис еще какое-то время сидел, глядя на огонь факела и обдумывая все, что произошло за последние недели. Три города, тридцать тысяч Безупречных, десятки тысяч освобожденных рабов - и все это меньше чем за месяц. Он думал о том, что Ступени, ради которых изначально затевался весь этот поход, теперь оказались лишь первым шагом в куда более масштабном деле, и предстоящих хлопот с магистрами Эссоса, которых впереди было еще немало. К вечеру город окончательно пал перед захватчиками. Корлис поднялся на террасу центральной пирамиды, возвышавшейся над главной площадью, сразу после того как лично прикончил последнего из хозяев этого строения. Он стоял, глядя на завоеванный им город, над которым поднимался дым от уже потушенных пожаров, а затем повернулся к капитану отряда Безупречных, который после обретения свободы выбрал себе имя, данное ему при рождении, - Клеон. - Проследи, чтобы всех рабов в городе освободили и как следует все им разъяснили, - произнес Корлис, обращаясь к нему. - А также займись оставшимися очагами пожаров - нам ни к чему, чтобы огонь уничтожил то, что мы только что завоевали. Клеон коротко поклонился своему новому лорду и удалился исполнять полученные распоряжения. К Корлису тем временем подошли сир Адам и сир Дункан. - Что нам делать дальше, милорд? - спросил сир Адам, вытирая кровь с клинка. Корлис снова повернулся к городу, машинально поглаживая шерсть Ареса, морда которого была полностью испачкана чужой кровью. - Сначала мы полностью подчиним себе город, - ответил он после недолгого раздумья. - А затем объединимся с войском моего брата и наконец вернемся домой. На следующее утро к Корлису привели Клеона вместе с несколькими другими бывшими гладиаторами, теперь возглавлявшими наспех собранные отряды из освобожденных рабов, взявших на себя охрану порядка в разных концах города. Артур, высокий широкоплечий мужчина с многочисленными шрамами на руках - следами долгих лет, проведенных в бойцовых ямах, - остановился перед Корлисом и склонил голову. - Милорд, - произнес он на вестеросском, с характерным для уроженцев Дорна певучим акцентом, - пожары потушены, а на улицах больше не осталось вооруженного сопротивления. Мы нашли еще нескольких Добрых Господ, прятавшихся в подвалах собственных пирамид, и взяли их под стражу, как вы и приказывали. Корлис удивленно вскинул бровь, услышав знакомую речь там, где меньше всего ожидал ее услышать. - Ты из Вестероса? - спросил он, невольно переходя на общий язык. - Да, милорд, - ответил Артур, слегка склонив голову. - Не из Дорна ли, часом? - продолжил Корлис, приглядываясь к нему внимательнее. - Неужели акцент меня выдал? - усмехнулся Артур, впервые за весь разговор позволив себе некое подобие улыбки. - Дорнийский акцент я узнаю где угодно, - ответил Корлис. - Из какой части Дорна ты родом? - Меня зовут Артур Сэнд, - произнес он после короткой паузы. - Я бастард лорда Дейна. Корлис на мгновение замер, не скрывая удивления: - Как сын лорда Дейна оказался здесь, в Миэрине, да еще и рабом в бойцовых ямах? - спросил он. Артур помрачнел, и на его лице отчетливо проступила тень старой, давно не заживающей боли. - Быть может, однажды я расскажу вам эту историю, милорд, - произнес он тихо. - Но не сейчас. Пока я не готов вспоминать об этом. - Хорошая работа, - ответил Корлис, решив не настаивать, и окинул взглядом бывшего гладиатора. - Сколько человек сейчас под твоим началом? - Около трех сотен, милорд, - ответил Артур. - В основном бывшие бойцы ям, как и я сам, но есть и несколько десятков простых горожан, которые сами вызвались помогать поддерживать порядок, пока город приходит в себя после случившегося. - Продолжай в том же духе, - произнес Корлис одобрительно. - Как ты себя чувствуешь теперь, когда все закончилось? Артур на мгновение задумался, будто самому себе не мог до конца объяснить охватившие его чувства. - Странно, милорд, - признался он честно. - Все последние годы после того, как я стал рабом, я дрался за право дожить до следующего дня. А теперь мне впервые не нужно ни с кем сражаться, чтобы просто остаться в живых, и от этого на душе непривычно пусто, будто чего-то не хватает. - Это пройдет, - произнес Корлис с пониманием в голосе. - Дай себе время. Свобода первое время многим кажется чем-то чужим и непонятным, особенно тем, кто годами не знал ничего, кроме принуждения. Но со временем ты вспомнишь, что такое жить для себя, а не для чужой потехи. - Надеюсь, вы правы, милорд, - ответил Артур и, коротко поклонившись, вернулся к своим обязанностям вместе с остальными бывшими гладиаторами. Ближе к полудню сир Адам принес Корлису список пленных Добрых Господ, захваченных в разных концах города, - всего набралось около трех сотен человек, включая тех, кого перехватили в порту при попытке бегства. - Что прикажете с ними делать, милорд? - спросил он. - В Астапоре и Юнкае большинство работорговцев перебили прямо на улицах во время штурма, но здесь, в Миэрине, значительная часть все же оказалась в наших руках живыми. Корлис задумался, просматривая список имен и должностей пленников. - Пленников пусть судят сами жители Миэрина - те, кто больше всех пострадал от их правления. Я не стану вершить самосуд единолично там, где могу позволить людям самим решить судьбу своих бывших хозяев. Это будет справедливее любого приговора, который вынесу я сам. Сир Адам кивнул и удалился, чтобы распорядиться о размещении пленников под надежной охраной до того момента, как люди сами смогут заняться их судьбой. Корлис же, оставшись один, еще раз пробежал глазами по списку имен, прежде чем отложить его в сторону и заняться следующими по важности делами, которых после падения такого крупного города набралось немало.

***

P.S. На Boosty главы выходят быстрее. Уже доступны шесть дополнительных глав.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!