Гордыня

Уён не спускал с Сана глаз. Они нашли укромный уголок среди нескольких валунов, чтобы укрыться от ветра, разносящего их запах по равнинам. Сан оказался достаточно умен, чтобы не разжигать костер, и даже предложил Уёну свои крекеры, когда заметил, что у него мало еды. – Нет пайков? – спросил он, чтобы начать разговор. За часы нахождения вместе, он не обновил свои бинты, которые теперь выглядывали из-под его правой ноги в том месте, где брюки задрались над ботинками. Хотя Уён и опасался его, он не хотел совать нос в чужие дела. Они разойдутся, как только наступит утро. – Они все у моего партнера. – все, что сказал Уён. От него несло грязной кровью, но он не хотел раздеваться перед Саном, чтобы помыться. Такой запах лишил бы фоулов интереса. – Ты в команде? Равнодушный взгляд сосредоточился на плитке шоколада, которую он с хрустом откусывал. Уёну было любопытно посмотреть на его лицо, но волосы упрямо оставались на месте перед правым глазом. Он натянул повязку на губы ровно настолько, насколько это было необходимо, защищая остальную часть тела от колючего песка. – Только я и он. Он мой парень. – пробормотал Уён, отвлеченный своим беспокойством о Юнхо. Возможно, сейчас он выбрался наружу и ждал возвращения Уёна. Он бы не был настолько глуп, чтобы уйти и потерять друг друга. Если только он не подумал, что Уён бросил его? По спине Уёна пробежал холодок и он отбросил эту мысль. Нет, он вернется. Юнхо нуждается в нем, и они должны быть вместе. – Где он? – спросил Сан, он был настолько точен в своих выводах, что они не должны были разлучаться. Хотя Уён нахмурился, глядя на него, он признался. Не то что бы Сан смог бы что-то сделать с этой информацией, но он мог дать какие-нибудь ценные советы. – Здание, в котором мы остановились, разрушилось и его засосало в песок. Я выбрался, но он… - он замолчал, не чувствуя необходимости вдаваться в подробности. Сан внимательно посмотрел на Уёна в полумраке. От его взгляда Уён почувствовал себя еще меньше, он не привык к одиночеству. Вместе они с Юнхо представляли собой устрашающую пару. – И ты веришь, что он еще жив? – Я знаю это. – огрызнулся Уён. Его глаза сверкали, не обращая внимания на накачанные мышцы Сана, которые с такой легкостью давили фоулов. Он ненавидел жалость и насмешку, наполнявшие взгляд Сана. – Он всегда остается в живых; Я точно знаю, через что он способен пройти. Как только я найду немного ресурсов, я вернусь к нему и залечу его травмы. Сан выглядел так, будто хотел отругать Уёна за рискованность, но сдался. Он не в том положении, чтобы вмешиваться в их дела. – Понял. То есть, тебе нужно убежище, ресурсы, что-то, чем его нужно откопать, и что-то, чтобы принести его в новое убежище. Все это, пока фоулы дышат тебе в затылок? Уёну не нравилось, когда его спрашивают о таком. Он выживающий; он знал, как о себе позаботиться. Только потому, что Сану было легче оставаться одному, он не был лучшим из них двоих. Но Уён стиснул зубы и проглотил свою гордость. Они договорились провести вечер вместе, и они справились с теми фоулами. Не нужно терять самообладание. – Я сделаю это несмотря ни на что. Как только мой партнер вернется, он поможет мне придумать план. Я не оставлю его. Сан доел свой крекер и оперся о камень позади. Его руки были скрещены за головой, что придавало его лицу непроницаемое выражение. Поход с ним был бы приятной сменой обстановки, если бы Уён не продолжал беспокоиться о Юнхо. Возможно, он все еще был похоронен, застряв в песке на несколько дней, и молился, чтобы Уён спас его. – Ты, должно быть, очень привязан к нему. Твой спаситель? – Бесчисленное количество раз. Наше поселение подверглось нападению, и мы выбрались оттуда вместе. Мы путешествовали столько лет, что я сбился со счета. Мы прошли через все трудности. Уён подчеркнул это, еще раз пояснив, что они с Юнхо не могли расстаться и всегда оставались живы. Они даже сделали это, когда однажды оказались запертыми в подвале, окруженные фоулами и зловонием смерти, когда те пытались вгрызться в их плоть, чтобы содрать ее с костей. Сан просто кивнул, оставляя Уёна с его надеждами. Это не его дело. Как только Уён расстанется с ним утром, он пойдет за Юнхо. Они продолжат свой путь и больше никогда не встретят Сана. – Ты хороший партнер. Он может называть себя счастливчиком. – пробормотал Сан, вместо того, чтобы поддразнить Уёна, как тот ожидал. Раздражение Уёна улеглось, плечи опустились. Он прочистил горло, отводя взгляд от лица Сана, которое стало сосредоточенным. Черты его лица под бинтами, которые он натянул на место, были молодыми, еще не изношенными многолетней борьбой. Уёну показалось странным, что он слишком долго смотрит на него. – Что насчет тебя? Ты одиночка? – Так безопаснее, - ответил Сан, и Уён кивнул. Кто бы это ни был, кроме Юнхо, он без колебаний пошел бы один. Даже ведя с Саном вежливую беседу, Уён держал свою сумку при себе и был готов защищаться от летящего ножа. – Тогда что ты делаешь здесь? Осталось немного зданий, которые могли бы послужить приличным убежищем. Понимая общую проблему, Сан кивнул в сторону скал, окаймляющих котлован. – Я проходил мимо по пути туда. Говорят, что в этих пещерах хранятся какие-то забытые сокровища, но даже если нет, их них выйдет отличная база. Но пустыня не для меня. Возможно, я скоро уеду. Когда я узнал о твоих проблемах, я подумал, что тоже мог бы так сделать. Ты первый человек, которого я увидел за несколько недель. – Не считая собирателей воды, – промычал Уён. Он выглянул из-за скалы, прикрывавшей его. Серый шар воды, плавающий в этом месте, был огромным даже на расстоянии. Шаткие лестницы раскачивались на ветру, когда мужчины в плащах и с ведрами в руках пытались набрать воду с невероятной высоты. Несмотря на то, что она была продана за хорошие деньги, многие погибли, когда лестницы рухнули или они потеряли равновесие. Они утверждали, что риск того стоил, поскольку все остальные просто умерли по-другому, а бизнес был прибыльным, но Уён избегал этой авантюры. – Ага, но я не подхожу к ним близко. Не моя компания. Возможно, у них было гораздо больше общего, чем думал Уён. Если бы у них была другая жизнь, он бы предложил Сану присоединиться к ним, даже если временно. Но чем больше людей, тем более легкой мишенью они становятся. Какое-то время они оба сидят в тишине. Уён пошуршал по песку, чтобы использовать свою сумку в качестве подушки. Сан предложил свою куртку как одеяло, но Уён отказался. Ночь была приятной. Сан сел, опираясь на камни, и снова обратился к Уёну, после того как некоторое время мрачно разглядывал его ботинки. – Я знаю торговца в этом районе, который продает все, что тебе нужно. Возможно, у него найдутся патроны и бинты. Хотя я бы сказал, что ты больше нуждаешься в еде. – Сказал бы. – процедил Уён, но кивнул. – Это может понадобиться. Ты можешь отвести меня туда утром? На губах Сана появилось подобие улыбки, он был рад, что Уён не был таким тупоголовым в отношении такого рода помощи. – Конечно. Они устроились поудобнее, и Сан заступил на первую вахту. Хоть у Уёна это заняло время, он скоро уснул, чтобы немного отдохнуть, даже если его страх за Юнхо охотился за ним в кошмарах, по кругу проигрывая момент, когда он упал вместе с зданием; страх в его глазах. Уён почти обрадовался, когда Сан разбудил его для вахты. От страха у него закружилась голова, но когда он посмотрел на Сана, любопытство отвлекло его. Даже во сне волосы закрывали его лицо, а повязки – кожу. Уен изучал мускулистые плечи и руки, очертания которых проступали сквозь грязные белые тряпки. Затем его взгляд устремился в пустыню, чтобы придумать хороший способ найти Юнхо и оказаться в безопасности.

***

Прошла ночь, но Сан не украл вещи Уёна. Утром оба были бодрыми и разделили еще один прием пищи. Уёну было неприятно признавать это, но он, кажется, отдохнул больше, чем в те ночи, когда беспокоился о безопасности Юнхо наряду со своей собственной. Съев несколько крекеров, Уён протер руки под рубашкой. Он промыл свои раны, очистив их от остатков грязи, прежде чем нанести на них еще немного антисептика. С ними все было в порядке. Как только они собрали свои вещи, Сан взял на себя инициативу и повел их к торговцу. По-видимому, он бродил по пустыне и снабжал заблудшие души товарами, необходимыми им для быстрой жизни. Какие бы убытки он ни понес, они возвращались ему. Он звучал как алчный преступник с моралью, от которой мурашки пробегали по спине даже у того, кого называли "Смерть", но Уён принял это. Если и найти где-то материал для раскопок, то здесь. Избавленные от дневных опасностей, они вдвоем пробирались по песку. Уён погрузился в свои мысли о Юнхо, скучая по его поцелуям. Ему не нравилось то, как легко он сошелся с Саном, и как много привлекательности было в ловкости его движений и в том, как он оглядывал горизонт. Хотя он был желанным развлечением для любопытного ума Уёна, а сердце сжималось от беспокойства, Уён не доверял ему. Здесь Фата-Моргана была одним из способов обмануть врага. Уён разыгрывал эту карту бесчисленное количество раз. Что бы сделал Юнхо, если бы они поменялись местами? Остался бы он копать до крови или нашел бы другой способ? Уён знал, что он будет плакать и вопить весь день, если его закопают в песок, и в процессе его съедят фоулы. Возможно, это было к лучшему, хотя Уён не мог отделаться от мысли, что он был бы более неорганизованным кандидатом для отправки туда. Нервные пальцы не отрывались от кобуры с пистолетом. Они с Саном издали наблюдали за собирателями воды и за стайкой ящериц, пробиравшихся по песку, но больше ничто не мешало их походу. Лишь немногие животные пережили ядерную катастрофу и последовавшую за ней нехватку продовольствия. Некоторые виды исчезли совсем, в то время как другие вымерли из-за многолетнего голода. Животные, способные зарываться в песок, должны быть в основном одинаковыми. Сан упоминал, что этих ящериц можно поджарить на огне и съесть. Это было лучше, чем ничего. – Как его зовут? – спросил Сан после двух часов праздной прогулки, в течение которых Уён сводил себя с ума разными мыслями. Он представлял себе тысячи сценариев того, как он выкапывает кровавое месиво, оставшееся от Юнхо, размолотого о камни. Голос Сана вытащил его из кошмаров, и когда Уён поднял затравленный взгляд, он увидел, что рейдер смотрит на него. На мгновение подавив внезапное беспокойство, которое, как он сам не заметил, охватило его, Уён пошевелил пересохшими губами, чтобы произнести. – Кого? – Твоего парня. Сан замедлил шаг, чтобы они могли идти рядом. Несмотря на то, что за его широкими плечами было легко уследить, общаться с ним на равных было не так уж удушающе. Уён откинул волосы назад, надевая маску уверенности. – Его зовут Юнхо. – ответил Уён. Эти двое не встретятся, так что эта информация не была полезной. Сан задумался над именем, но ничего не придумал. Когда его лукавый взгляд вернулся к Уёну, он набрался смелости сказать. – Ты по-прежнему говоришь это с таким обожанием. Надежда – это хорошо, но что, если он умер? Ты не будешь слишком сильно подавлен? Уён набрал воздуха для лекции о своей жизни. – Слушай, ты не знаешь ни его, ни меня. Пока у меня нет никаких подтверждений, я не оставлю его. Ты не должен меня спрашивать. Даже если он умер, я прекрасно справляюсь сам. И это не твое дело, как я буду стонать его имя, уткнувшись в его тело, когда мы снова будем вместе. – пыхтя, Уён скрестил руки. Он сказал последнюю часть только для собственного торжества, только потому, что увидел, как взгляд Сана задержался на нем дольше, чем следовало. Хотя его сердце бешено колотилось, ему не понравилась ухмылка Сана. – Я был бы рад услышать больше, – поддразнил он в ответ, намекая на неуверенность Уёна. Прежде чем Уён успел его отругать, он продолжил. – Но это подождет. Мы почти у цели, и, хотя я умираю от желания узнать, как хорошо он тебя трахает, это не для лишних ушей. Уён залился краской, когда Сан без особых усилий определил позицию Уёна в их отношениях. Он потопал за Саном, решив откопать Юнхо, просто чтобы показать своему обидчику, что тот был прав.