Часть 1

- Незачем так себя истязать. Келебримбор вздрогнул и открыл глаза. В полумраке искрится пламя. Шипят раскаленные угли, и жаром опаляет лицо. «Откуда здесь огонь?», - с тревогой думает Келебримбор. Он заозирался, наткнулся взглядом на чью-то фигуру, узнал Аннатара. Узнал свою кузню. Огромное жерло печи – источник страшного огня. Тут сон окончательно оставил его.  - Я заснул, что ли? – хриплым голосом спросил он.  - Похоже на то, - кивнул Аннатар. – Что неудивительно. Что за нелепица – он даже не помнит, как заснул. Только что, казалось, попрощался с остальными кузнецами и остался собирать инструменты. Неловким движением задел ящик с гвоздями – гвозди с бодрящим железным звуком запрыгали по каменному полу. Ругаясь, присел на корточки, схватился за ящик. Неужели тогда и отключился? Келебримбор поднял голову на Аннатара, и заговорил, стараясь скрыть смущение:  - А ты чего ещё не ушёл?  - Я ушёл, - ответил тот. – И ждал тебя на площади, мы же собирались сегодня вечером вместе ужинать, забыл? Но так как ты все не приходил…  - Понятно, - пробормотал Келебримбор, выпрямляясь, - прости меня.   Его повело. Аннатар тут же оказался рядом, цепко схватил эльфа за плечи, не давая упасть.  - Стоять, - он улыбался, но глаза посерьезнели. – Думаю, ужин отменяется, тебе нужно поспать.  - Ерунда, - отмахнулся Келебримбор.  Пальцы Аннатара крепче сомкнулись на плечах.  - Ты уже на ногах не стоишь, опомнись, - резко сказал Аннатар. – Когда ты в последний раз спал?  Он прямо-таки требовал немедленного отчета. Эльф мимолетно удивился: когда это Аннатар обрёл право на подобного рода допросы? Даже в благословенные времена сам родной отец нечасто добивался от него ответов.  - Не знаю, - нехотя ответил Келебримбор. Аннатар хватку не ослабил, так что пришлось признать: - Ну недели три назад, не больше. Вот ты, например, вообще не спишь.  Аннатар рассмеялся и отпустил Келебримбора, не переставая, впрочем, внимательно следить за ним, чтобы быть готовым в любую секунду снова подхватить друга.  - С чего ты это взял? Разумеется, я сплю!  – весело сказал он. – Просто делаю это незаметно для тебя.   Келебримбор вымученно улыбнулся. Голова кружилась. Наткнувшись на сочувственный взгляд, эльф нахмурился. Никто не должен видеть его таким, даже самые близкие друзья.  - Пойдём, доведу тебя до дома, - Аннатар вздохнул, а потом лукаво прищурился, - Ты ведь не хочешь, чтобы тебя видели таким?  Вопреки опасениям, непосредственная помощь Аннатара не потребовалась. Келебримбор досадовал на недоверие друга, который внимательно следил за каждым его шагом. Недомогание проходило, постепенно даже просыпался аппетит. Недолгий путь от кузен до дворца друзья прошли в молчании, но на пороге собственного дома Келебримбор воспротивился:  - Ты же не вздумал заставить меня ложиться спать? Мне уже лучше, и я планирую ещё немного поработать.  Аннатар с удивлением посмотрел на эльфа.  - Келебримбор, тебе необходимо отдохнуть, - сказал он.  - Я в состоянии сам рассчитать свои силы.  Аннатар пожал плечами:  - Как пожелаешь. Позволь хотя бы помочь тебе в тех неотложных делах, которыми ты собираешься заниматься.  Это предложение обрадовало Келебримбора даже сильнее, чем он ожидал. Аннатар был действительно мудрым советником, его помощь правитель Эрегиона ценил высоко. К тому же присутствие друга действовало успокаивающе, особенно в долгие бессонные ночи.  - Вообще-то я хотел поработать над планами строительства северной башни, - с облегчением проговорил Келебримбор. – Все руки не доходят, а давно уже пора заняться этим. - Пошли, посмотрим на твои планы, - сразу же согласился Аннатар.   В кабинете хозяина царил беспорядок. Брови Аннатара взлетели вверх. Келебримбор лишь махнул рукой в сторону балкона.  - Подышим свежим воздухом, - предложил он.   Аннатар кивнул. Келебримбор вытащил из ящика рабочего стола пару свитков, остро наточенные перья и склянку с чернилами и жестом призвал гостя следовать за ним.  - Тебя что-то тревожит, - заметил Аннатар, когда они уселись за столиком на просторной террасе. Отсюда открывался завораживающий вид на центральную площадь города. Дремал в полутьме горделивый Ост-ин-Эдиль, столица славного Эрегиона, и сумерки придавали ему особую, таинственную красоту. Лилась нежная песнь соловьев, и свежий ветер трепал волосы градоправителя и его советника. - От тебя ничего не скроешь, - усмехнулся Келебримбор после недолгого молчания.  - А ты что, это скрываешь? – удивился Аннатар.  Наткнувшись на полный непонимания взгляд, он пояснил:  - Ты умудряешься совмещать и образцово исполнять обязанности короля и главнокомандующего. При этом ты пропадаешь в кузне часы напролёт, загружаешь себя работой так, что буквально валишься с ног от усталости. То есть, твоя тревога довольно сильно бросается в глаза всем, кто мало-мальски о тебе заботится. – Мимолетная улыбка коснулась глаз Аннатара. - Не могу сказать, что ты не был таким… – он задумался на секунду, – добросовестным все то время, что я тебя знаю. Но это же не значит, что такой образ жизни разумен.  - Ты прав, - вздохнул Келебримбор, - как правитель, я не могу позволить себе так безответственно проявлять слабость на глазах подданных…  - Дело совсем не в твоём правлении, - мягко перебил его Аннатар. – И уж, тем более, не в суждении твоих вассалов. Дело лишь в тебе, Келебримбор, и в расстройстве твоего духа.  - Спасибо за заботу, мой дух в полном порядке, - сказал Келебримбор, разворачивая свитки. - Это не так, - возразил Аннатар. Он крутил в длинных пальцах перо и незаинтересованно поглядывал на схемы укрепления города. Келебримбор тоже смотрел на чертежи. Морщинка пролегла между его бровей. Аккуратно, чтобы не расплескать чернила, он придавил краешек свитка склянкой и провел пальцем вдоль линии внешней городской стены. - Дорогая цена была уплачена за мир, - продолжал Аннатар, следя за пальцем Келебримбора. – Казалось бы, живи да радуйся. Но нет – твои мысли не принадлежат миру, а витают вокруг войны. Хотелось бы знать, с кем ты собрался воевать. Рука Келебримбора замерла на миг над кружочком сторожевой башни. - А знаешь, ты, пожалуй, прав. Насчет моего духа, - Келебримбор макнул перо в чернильницу и осторожно повел линию вдоль стены – защитный ров. - Что ты имеешь в виду? – спросил Аннатар. Келебримбор оторвал взгляд от бумаги, чуть помедлил и сказал: - А вот в другом ты не прав. Ни с кем я не собрался воевать. Но сердце мое не на месте. И сны зловещи. И замолчал, подперев рукой щеку и сосредоточившись на чертежах. Аннатар тоже молчал. Текли мгновения. Поскрипывало перо, теснились убористые буквы, заметки к оборонным укреплениям. Черная капля сорвалась с кончика пера, но до бумаги не долетела. Сверкнули в полумраке глаза Аннатара, и крохотный шарик чернил, чуть подрагивая, завис в воздухе. Келебримбор рассеянно посмотрел на него, протянул руку, коснулся. Чернила расплылись по ладони, заполнили линию жизни. Аннатар вздохнул, а Келебримбор сжал руку в кулак и тихо произнес: - Мирная жизнь, она дорогой ценой нам досталась. «Живи, да радуйся», говоришь ты – а я не знаю, как ее жить. «И вовсе не хочу ее жить». Случайный отрывок мысли, пойманный за хвост слишком проницательным советником. Аннатар вскинул на Келебримбора глаза, но тот лишь досадливо покачал головой: не надо, мол, придираться к заблудшей мысли. Аннатар склонил голову. Помолчали еще немного. – В любом случае, - спокойно добавил Келебримбор, - За долгие годы в Эндоре я привык, что какой-то части меня как будто не хватает.   - Тебе не кажется, что это неправильно? – Аннатар внимательно смотрел на собеседника.  - Моё мнение тут все равно ничего не меняет. Мы ведь прокляты самим Намо. Так что у нас нет особых причин наслаждаться жизнью.  - Многие так считают. - Но не ты? – Келебримбор искоса поглядел на Аннатара, кусая кончик пера. - Я-то тут причём, я вообще не из народа нолдор или даже эльдар, - пожал плечами Аннатар. – Скорее, не ты, Келебримбор. Не ты должен так считать.  Келебримбор отложил планы в сторону и утомленно откинулся на спинку стула, как бы формально признавая неизбежность разговора.  - Я запутался. Я сам не знаю, во что мне верить. - Поэтому ты так мало общаешься с сородичами? – быстро спросил Аннатар.   Келебримбор обдумывал ответ, всматриваясь в далекий горизонт. За отрогами Мглистых гор, мерцавших на фоне агатового неба, показался краешек луны. Ночь неумолимо вступала в свои права.  - Никто из оставшихся правителей Нолдор не верит в прощение Валар, - градоправитель устало потёр висок.   - Иначе говоря, они не верят мне, - заключил Аннатар. – Нет, подожди, - воскликнул он, заметив, что Келебримбор хотел возражать, - я не хочу сейчас это обсуждать. Не хочу убеждать тебя, что иногда излишняя осторожность шла вашему народу только на пользу. И даже если в моем случае недоверие твоих сородичей действительно необоснованно, - Аннатар снова пресёк попытку друга возразить, примирительно подняв руки. – Я всего лишь хотел сказать, что это неправильно – ссориться со своей семьей из-за меня.  - Да мы не ссорились, - Келебримбор махнул рукой, - Ссорятся в моей семье совсем по-другому – знаешь, быть может. А это так... Просто мы мало общаемся, но так было всегда.  Аннатар вскинул брови.  - Ну ладно, не всегда, - согласился Келебримбор. – Понимаешь, я думал, что со временем это пройдёт. Но на самом деле, чем больше времени уходит, тем сложнее мне смотреть им в глаза.  Остановившимся взглядом Келебримбор уставился в ненужные теперь планы. Стало очень тихо, даже ночные птицы вдруг смолкли. Аннатар нарушил затянувшееся молчание:  - Но это твоя единственная семья. - Пойми, Аннатар, сломанного не склеишь, - сказал Келебримбор. – И время это только подтвердило. Видишь ли, народ Финголфина перестал считать Первый Дом родичами уже очень давно. - Ты же это не серьёзно, - поразился Аннатар.  - Отчего же нет? Некоторые ведь так и не простили нам сожжение кораблей. - Этого быть не может, - с жаром воскликнул Аннатар. – Это просто немыслимо, ведь уж твоей вины в том нет точно! Что лично ты мог сделать против безумия Феанора?  - Не знаю. Ничего, наверное, не мог. Но ведь это не оправдание. Не может же целый народ привести в свою защиту беспомощность перед лицом одного правителя – пусть очень властного и деспотичного, но всего лишь одного-единственного! – Келебримбор резко выдохнул и покачал головой, – это не имеет никакого смысла, Аннатар. Факт остаётся фактом: я был там, смотрел и ничего не сделал.  - Хорошо, твоё самобичевание мне понятно. Но ты же не хочешь сказать, что сожжение кораблей тебе в вину ставит Гил-Галад? Или Элронд? – с иронией спросил Аннатар.  - Нет, - покачал головой Келебримбор. – Но Галадриэль…  Глаза Аннатара расширились.  - Ты наверняка ошибаешься, - твёрдо сказал он.  - Ты просто не знаешь Галадриэль, - возразил Келебримбор.   - О леди Лориэна все отзываются с восхищением, – лицо Аннатара приняло отрешенное выражение. – Всегда мечтал с ней познакомиться.  - Одно могу сказать с уверенностью: Галадриэль никогда не прощает предательства. Возможно, это правильно, - голос отдавал горечью. - Тебе её не хватает, - Аннатар рассеянно глядел вдаль. – Даже после всех этих лет. В Валиноре вы дружили, верно?  - Да, - коротко ответил Келебримбор.  Аннатар перевёл свой пристальный взгляд на эльфа.  - Но предложение ты ей никогда не делал.  - Я боялся, что она меня отвергнет. Во взоре эльфа плескались воспоминания, и ярко, как никогда прежде, сиял свет Древ.  - Только поэтому? – Аннатар, как зачарованный, смотрел в глаза Келебримбора.  - Твоему сердцу открыты многие тайные помыслы, - Келебримбор встряхнулся, разрушая магию момента. Аннатар отвёл взгляд. – Конечно, не только поэтому. Я слишком хорошо представлял себе, что скажет на это отец, дед. А Галадриэль этого не стерпела. В какой-то момент она стала смотреть на меня совсем по-другому, - Келебримбор сглотнул, - как на труса. После Лосгара все стало ещё хуже. Затем она вышла замуж. А после случившегося в Нарготронде…  - А что там случилось?   - Когда погиб Финрод… Это ведь во многом была вина моего отца, - сумрачно произнес Келебримбор. – Кстати, к вопросу о семье – от своей-то я как раз тогда и отрёкся.  - Ну и зачем ты это сделал? – вздохнул Аннатар, проводя ладонью по спутавшимся на ветру волосам. – Теперь об этом жалеешь, не так ли?  - Я думал, так мне будет легче смотреть в глаза Галадриэль. Но после того, что произошло с Финродом… - его голос прервался.  - Я слышал эту историю, - задумчиво проговорил Аннатар. – Хотя, признаюсь, иногда сложно понять, что в ней правда, а что вымысел.  - Я стараюсь вообще об этом не думать, - признался Келебримбор. – Так легче, только правильнее ли?  - В любом случае, не думаю, что Галадриэль ставит гибель брата тебе в вину.  - Она слишком благородна, ты хочешь сказать. Может, это и правда так, – тихо произнёс Келебримбор. – Только что мне делать с собственной совестью?  Аннатар весь подался вперёд.  - Какая бы судьба не настигла Финрода, не ты был тому причиной. Заметив, что Келебримбор отводит взгляд, он накрыл ладонью руки друга. Тот едва заметно вздрогнул, но рук не отнял. – Мне не довелось знать Финрода, но я просто уверен, что он был смелейшим и благороднейшим из народа Нолдор.  - Это так, - прошептал Келебримбор.  - И умер он вовсе не из-за Берена, или твоего отца, и уж тем более не из-за тебя. Финрод погиб за свою мечту, за то, кем он хотел быть и кем, в конце концов, стал, пусть даже пред лицом смерти! Так разве мы вправе сомневаться в его выборе, когда им стоило бы лишь восхищаться? – Аннатар говорил страстно, ведомый удивительным вдохновением. – Финрод не склонился перед самой тьмой, до конца защищая тех, кто был ему дорог. Он выстоял в страшном испытании, и феа его, освободившаяся из скованного тела, отлетела во свет. Это ли не цель, преследуемая каждым из рода Эльдар? – Голос Аннатара звенел, глаза его сверкали, как угли в полумраке кузни. – Это ли не повод радоваться за Финрода, сделавшего правильный выбор и принявшего смерть героя, благую смерть во искупление?  Воздух на балконе как будто сгустился и дрожал. Келебримбор сидел, низко опустив голову. Тишина заполонила собой все пространство, как шерсть пушистого кота.  — Это те слова, которые мы говорим себе, когда тяжесть памяти становится невыносимой, - наконец выговорил Келебримбор.  Аннатар кивнул, притушил свой огненный взгляд.  - Но и они не помогают, верно? – мягко заключил он. – Это ничего, Тьелпе. Я с тобой. – И в противовес неожиданно нежному тембру голоса он вдруг очень крепко сжал пальцы Келебримбора. Тот судорожно ответил на рукопожатие. Чернила запятнали спутавшиеся пальцы. Оба молчали, переводя дух. Наконец Аннатар осторожно высвободил руки и откинулся на спинку стула. Келебримбор провёл тыльной стороной руки по лбу, как бы отгоняя морок. Потом поднял на советника дружелюбный взгляд. Глаза его смотрели теперь по-обычному внимательно и твердо, давешнюю скорбь можно было заметить разве что в самых темных их уголках.  - Кажется, я ещё никому не говорил и пятой доли того, что нагородил сейчас тебе, - сказал Келебримбор, улыбаясь. – С тобой удивительно легко откровенничать, Аннатар.  - Почту это за комплимент, - Аннатар светло улыбнулся в ответ. – Однако, позволю себе, как лицу приближённому, также выразить надежду, что мой король не путает понятия «легко» и «нужно». В наше тревожное время…  - Ты же сам сейчас изволил намекать, что я излишне мнителен, - усмехнулся Келебримбор. – Кому же мне и доверять, как не моему советнику?   Аннатар склонил голову, не отводя от Келебримбора блестящих глаз.  - У тебя мудрое и доброе сердце, мой друг, - негромко сказал он. – Оно укажет тебе путь во тьме.