Знай своих союзников. Знай своих врагов.

Первая ночь с Серенадой прошла не так ужасно, как предполагал Томми. Он ожидал смертельной драки или, по крайней мере, ссоры. Вместо этого Серенада оставался в своей комнате всю ночь. Томми в основном оставался в своей комнате. Он проговорил с Отцом-Вороной до заката, попрощавшись со своим компаньоном, когда солнечный свет начал меркнуть. Он распаковал свою сумку, убрав всю одежду в шкаф. Он немного посидел в своей комнате, прежде чем перейти в гостиную. Серенада все еще не выходил из своей комнаты, поэтому Томми включил новости по телевизору на малую громкость, положив стопку стикеров и ручку на колени. Новости не дали ему много информации, поскольку всю ночь повторялись одни и те же истории, но он уловил несколько фрагментов, которые могут оказаться полезными позже. Только когда рассвет окрасил небо в кроваво-оранжевый цвет, Серенада вышел из своей спальни. Томми наблюдал за ним с дивана, когда Серенада постучал в дверь Томми. Серенада нетерпеливо постукивал ногой, так что Томми кашлянул с мимолетной улыбкой на лице. Внимание Серенады переключилось на него. Он поколебался, прежде чем пройти по коридору в гостиную. Томми тихо рассмеялся. Серенада и Томми долго смотрели друг на друга, прежде чем злодей забрал пульт. Он переключил канал с новостей на какое-то анимационное шоу для взрослых. Томми это не понравилось, и он просто занялся упорядочиванием своих заметок. Они долго сидели в тишине. Серенада не отрывал глаз от телешоу, и от нечего делать Томми смотрел вместе с ним. Когда прозвенел вечерний звонок, Серенада и Томми спустились в вестибюль. Перед зданием, в которое Серенада загнал Томми, стояла черная, ничем не примечательная машина. Прежде чем Серенада сел на водительское сиденье, он завязал глаза Томми, чтобы убедиться, что он не знает, где состоится эта встреча. Они уже некоторое время были в поездке. Томми скучно, и хотя он понимает назначение повязки на глазах, это его раздражает. Ему не нравится, что он ничего не видит. Ему приходится полагаться на другие свои чувства. Конечно, он натренировал их все на высочайшем уровне, но это не значит, что ему нравится, когда ему без необходимости навязывают слабость. В ситуации, когда скука и раздражение смешиваются воедино, он решает сделать это проблемой Серенады. Судить злодея особо не за что, поэтому Томми решает начать разбираться в его музыке. — Что, черт возьми, ты слушаешь? Я думал, ты говорил, что у тебя прекрасный вкус в музыке. Это чушь собачья. Я знаю, что ты злодей, но лжешь о чем-то подобном? Ты мог бы сказать мне, что у тебя дерьмовый вкус в музыке. Я бы захватил наушники. Или затычки для ушей с шумоподавлением. Все было бы лучше, чем то, что, блядь, играет прямо сейчас. Как, кстати, называется эта песня? "Вкус мусора" группы "the Twats"? "Как убить чьи-то барабанные перепонки" группы "the Assholes"? Я близок к этому, не так ли? Или это какое-то старое дерьмовое название вроде "flower power" или что-то в этом роде... Эй! Серенада, очевидно, делает радио громче. Томми морщится от увеличения громкости. То, что у него завязаны глаза, лишение слуха никак не способствует возникновению беспокойства в груди. Если бы Серенада не был за рулем, Томми бы уже начал наезжать. Он протягивает руку вперед, вслепую ища регулятор громкости. Он чувствует острую боль в руке и предполагает, что Серенада ущепнул его. Томми хмурится под своей металлической маской. Он дергает носом, надеясь, что сможет снять очки и тем самым сорвать повязку с глаз. Он не в состоянии сделать ни того, ни другого. Он просто откидывается на пассажирское сиденье. Машина останавливается не сразу. Серенада выключает радио до полной тишины. Томми слышит щелчок ремня безопасности Серенады, а затем щелчок его ремня безопасности, за которым следует удар ремня безопасности по его руке. Томми разжимает руки. Он находит дверь. Сначала он тянет на себя. Когда это оказывается неэффективным, он тянет от себя. Дверь открывается, и Томми опускает обе ноги на землю. Он тянется к верхней части двери, используя её для направления своих движений. Он тянется, чтобы развязать повязку на глазах. Прежде чем он успевает ослабить узел, пара рук хватает его за запястья. Он напрягается, пока не слышит, как Серенада просит его расслабиться. Томми не расслабляется полностью, но выполняет команду настолько, насколько это возможно в данной ситуации. Серенада ведет Томми вперед. Томми не доверяет маршрут передвижения Серенады, но пока он не допустил ни одной ошибки. Томми слышит скрип двери и заходит в помещение, где заметно теплее, чем там, где он только что был. Серенада отпускает запястья Томми, оставляя его без каких-либо визуальных подсказок. Томми остается неподвижным, ожидая дальнейших инструкций. Он чувствует, как кто-то начинает возиться с узлом на его повязке. Томми закрывает глаза, прежде чем с глаз спадает повязка. Томми прищуривается, медленно знакомясь с уровнем освещенности в новой комнате. Он не ожидал, что убежище суперзлодеев будет выглядеть так, но он уверен, что это явочная квартира, а не их настоящая база. Это большая комната с единственной ступенькой, ведущей на возвышение. Пол сделан из бетона, но стены сделаны из досок для окон. Вокруг комнаты несколько деревянных колонн. Комната украшена фотографиями в деревянных рамках, бильярдным столом и чем-то вроде полностью функционирующего бара в углу, заполненного алкогольными напитками. Серенада - это не тот, кто снял повязку с глаз Томми. Томми нигде в комнате не видит Серенаду. Вместо этого он встречает маску Эндерволка. Линчеватель держит повязку на глазах у Томми. Томми собирается поприветствовать его, когда Эндерволк указывает на что-то позади Томми. Когда блондин оборачивается, у него едва хватает времени, чтобы заметить, как что-то бежит в него. Когда этот неизвестный припал к Томми обнимая его. Томми отшатывается с кашлем, обнимая человека. Когда Томми восстанавливает равновесие, человек смотрит на него с дерзким выражением в остекленевших глазах. — Вендетта! — Джолт! — Томми отвечает тем же, такой же взволнованный. Через несколько недель после того, как Томми и Эндерволк расстались на той крыше, Эндерволк телепортировался, чтобы представить Томми своему новому партнеру по линчеванию, некоево Джолта. В тот период своей жизни Томми никому не доверял и не очень любил людей. Джолт был человеком, который все перевернул. Джолт был игривым, ласковым и не гнушался угрожать людям за то, от чего он их защищал. Когда Джолт решил, что они лучшие друзья просто потому, что у Эндерволка и Томми были отношения, граничащие с травматической привязанностью, попытки Томми разубедить Джолта в том, что он ему не нравится, оказались неэффективными. Неважно, что делал Томми, Джолт никогда не колебался в своих убеждениях. Именно его упрямство в сочетании с одиночеством Томми позволили Джолту стать лучшим другом Томми. Томми и Эндерволку не потребовалось много времени, чтобы между ними действительно возникла настоящая дружба, вместо того чтобы чувствовать, что они что-то должны друг другу. — Должен признать, Большой человек, я никогда не ожидал, что ты будешь работать на Синдикат, — объясняет Джолт. Он вырывается из объятий Томми, но далеко не уходит. Томми не уверен, когда они виделись в последний раз. Должно быть, прошло какое-то время, если Джолт вел себя так навязчиво. С другой стороны, Джолт всегда был навязчивым. — Сбавь обороты, Большой Ти. Я не работаю на Синдикат. Я работаю с Синдикатом. Временно, — Томми подчеркивает соответствующие слова. Он не хочет, чтобы у людей сложилось неправильное впечатление. Он не прощает Синдикат за то, что он сделал с ним. Он не совсем одобряет то, что они делают с другими людьми. Единственное, на что они годятся, это держать преступный мир в узде, и даже тогда Томми знает, что они прекрасно справились бы с этим без своего лидера. — Я не уверен, что это оправдает в будущем возможное судебное разбирательство. Но если тебе все-таки придется обратиться в суд, держу пари, что Закон Больших людей позаботится о том, чтобы вы выиграли. Я уничтожу все улики, — уверяет Джолт Томми. Блондин поднимает бровь. Джолт утверждает, что он линчеватель, но его методология граничит со злодейством. Он был таким еще до того, как согласился оказать несколько услуг Синдикату вместе с Эндерволком. — Несмотря ни на что, ты должен признать, что это довольно удивительно. — Ничего об этом. Красная Армия - гребаная проблема, которую я намерен решить. После этого… Я оправдываю свое имя, — говорит Томми, Джолт и Эндерволк обмениваются непонятными взглядами. Томми хочет потребовать ответов. Джолт хватает его за руку с морщинками от улыбки вокруг глаз. Томми не знает, чему он улыбается, но начинает тащить Томми к двери на другой стороне комнаты. Эндерволк следует за ними, быстро догоняя из-за своих длинных ног. За дверью длинный, едва освещенный коридор. Джолт провожает Томми ко второй двери слева. Он кладет руку на дверную ручку. — Ты прав, Большой человек. Давай решим эту проблему. — Джолт открывает дверь. Кабинет ярко освещен теплыми оранжево-желтыми лампами. Пол покрыт тонким светло-коричневым ковром. С потолка свисает проектор, направленный на белую доску на одной из стен комнаты. Под проектором длинный овальный стол, окруженный стульями. Почти все стулья заняты членами Синдиката. Томми тяжело сглатывает, глядя в лицо врагам, которые были у него большую часть его жизни. Очевидно, Серенада там. У него хватает наглости помахать Томми. Опустошитель сидит прямо рядом с Серенадой. На лице у него маска из черепа кабана, дополняющая золотую корону, венчающую его пастельно-розовые волосы. Поверх черной рубашки с длинными рукавами на нем облегающая обсидиановая кираса. На нем красный плащ, подбитый белым мехом, который едва скрывает многочисленное оружие, украшающее его тело. Из всех членов Синдиката Опустошитель, вероятно, самый опасный. Он преуспевает почти во всех видах боя, и никто не знает, каковы его силы. Томми знает, но только после тщательного изучения. Если бы он не был одержим Синдикатом, он бы никогда этого не понял. Дискардия сидит рядом с Опустошителем. Она носит темно-серый нагрудник поверх черной рубашки с ярко-розовыми рукавами. На нагруднике изображена бабочка в окружении оливковых ветвей. Она носит на теле шапочку, удерживаемую на плечах кожаной нитью. Ее лицо закрыто темно-серой маской, которая соответствует ее нагруднику. Ее волосы более светлого оттенка розового, чем ее рукава, но они немного темнее, чем у Опустошителя, и намного короче, заканчиваются на лопатках. Дискардия когда-то была линчевателем, но позже она стала наемным убийцей Синдиката. Если они хотели незаметно устранить цель, они посылали Дискардию. Это было главным образом потому, что она обладала способностью манипулировать внутренними органами людей с помощью специальных движений рук. Термокулус был партнером Дискардии, когда она была линчевателем, и он продолжает быть ее партнером сейчас. Он носит военную зеленую тактическую экипировку, такую как пуленепробиваемый жилет и шорты-карго под сине-черной полосатой боксерской робой. Чтобы соответствовать этой теме, его руки замотаны синими и красными бинтами. Его основная форма боя - стиль бокса, но его способности скрыты за очками. Левая сторона окрашена в красный, а правая - в синий цвета, и они служат для блокирования его способностей. Все, на что он смотрит невооруженным взглядом, внезапно охвачено пламенем, и если он смотрит человеку в глаза, они испытывают ощущение, достаточно болезненное, чтобы свести с ума профессиональных героев. Страж, очевидно, здесь, и он последний в составе полноправных членов Синдиката, которые садятся за стол. Анк сидит за столом напротив Опустошителя. Он не является частью Синдиката. Он Бубновый Туз, член специализированного подразделения Крупье. Анк дерется не часто, но любой, кто переходит ему дорогу, не доживает до того, чтобы рассказать об этом. Об этом свидетельствует повязанная на поясе ткань в египетском стиле и плоская маска с изумрудными глазами поверх акульего капюшона. В основном он работает архитектором в Лас-Невадасе, поэтому Томми не совсем понимает, зачем он здесь. Томми тоже не понимает, зачем здесь Красный Дракон. Он герой B-ранга. Он не часто получает награды. Если бы он это делал, он легко был бы S-класса. Едва ли найдется кто-то, кто сможет выиграть бой у человека, который может превращаться в дракона, частично или полностью, в зависимости от того, что, по его мнению, необходимо в данной ситуации. На нем черное пальто поверх белой рубашки. Он скрывает свою внешность с помощью очков в красной оправе. Он не носит доспехов, потому что его драконья чешуя прочнее всего, что он мог бы надеть. У него есть лук и стрелы, перекинутые за спину на крайний случай, хотя он и может дышать фиолетовым огнем. Аргонавт стоит во главе стола перед белой доской. На ней красный плащ поверх кирасы из белого металла и черные брюки с наколенниками из белого металла. У нее на бедре прикреплен кортик, а на верхней части лица красно-золотая маска. Ее пышные белые кудри ниспадают из-за ярко-красной треуголки на голове. Раньше она была злодейкой, сотрудничавшей с печально известным Минотавром. Они отдалились друг от друга. Прежде чем они смогли помириться, Томми был ответственен за заключение Минотавра в тюрьму. Насколько ему известно, Аргонавт не испытывает неприязни к нему за то, что он так поступил с ее бывшим партнером. Она нашла свой путь в Синдикат, так что это была не совсем плохая сделка. Аргонавт обладала способностью исцелять людей, но у нее также была способность исцелять саму себя. Она была почти непобедима благодаря тому, насколько мощным был ее исцеляющий фактор, и она вернула многих участников с грани смерти. Она определенно собиралась помешать плану Томми, но он знал, что сможет позаботиться об этом, когда придет время. — Джолт, Эндерволк… и Вендетта, пожалуйста, присоединяйтесь к нам, — говорит Аргонавт, указывая на оставшиеся места. Один рядом с Серенадой, один во главе стола и два сбоку с Анком, Стражем и Красным Драконом напротив пустого места и Серенады. Джолт и Эндерволк устраиваются на своих местах рядом с Анком. Томми остается либо сесть во главе стола, либо сесть рядом с Серенадой. Он не чувствует себя комфортно ни с одним из своих вариантов, поэтому он отодвигает стул от головы стола в сторону с помощью Эндерволка и Джолта. Эндерволк подбегает, когда замечает, что делает Томми. — Где Азраил и Инчлинг? — Томми шепчет Эндерволку, оглядывая комнату. Он предположил бы, что на такой важной встрече будут присутствовать лидер и его правая рука. Инчлинг мог быть там, вне поля зрения из-за своего маленького роста, но Томми сильно сомневается, что Азраил смог бы спрятаться со своими большими крыльями черного дерева, которые изображают его Ангелом Смерти, под которым его все знают. — Зачем тебе понадобилось, чтобы они были здесь? — Шепчет Джолт, приводя отличный довод. Томми знает, что не смог бы остановиться, если бы Азраил и Инчлинг были в пределах его видимости. Его переполняет такой гнев при мысли о них - их присутствие разожгло бы его, как искру в бензине. — Мы не знаем, где они. Вероятно, они здесь не для твоей пользы, — пожимает плечами Эндерволк. Томми замирает, откидываясь назад. И снова его удивляет, насколько сговорчивы злодеи. Он не будет притворяться, что они добры, но они явно что-то делают для Томми. — Когда все в сборе, мы начинаем собрание, — объявляет Аргонавт. Внимание в комнате переключается на нее, но она, кажется, ничуть не удивлена тем, что ей приходится выступать перед толпой. — Красная Армия появилась в городе два месяца назад. Они начали с похищения видных членов банд в Империи. Они перебрались в другие районы всего три недели назад. Несколько дней назад мы обнаружили существование Культа Эритр, основных членов Красной Армии. Мы не знаем цели культа или армии, но мы идентифицировали четырех членов культа. Их лидера называют Красным Королем. Он появился одновременно с Красной Армией, поэтому мы предполагаем, что это их первый дебют. Красному Королю помогают два человека: Ретро и Техник. Насколько нам известно, Красный Король может зачаровывать предметы с мистическими свойствами, Ретро может перематывать время на несколько секунд назад, а Техник может манипулировать технологиями силой мысли. Наряду с этими тремя участниками у нас есть доказательства, позволяющие полагать, что бывший Охотник Жнец присоединился к Культу Эритр. — Если бы Жнец присоединился, Адамантайн тоже присоединился бы, — вставляет Томми, поднимая руку, чтобы привлечь внимание Аргонавт. Она смотрит на него долгую секунду, прежде чем перевести взгляд на Стража. Бывший Охотник кивает. Жнец был одним из первых членов "Охотников" вместе со Стражем. Они были друзьями до того, как Страж дезертировал. Однако до этого Жнец привлек линчевателя по имени Адамантайн. Томми не был близок ни с одним из них, но нужно быть дураком, чтобы не понимать, насколько они были близки друг к другу. — Мы учтем это в дальнейшем, — подтверждает Аргонавт. Слайд-шоу переключается с нечетких фотографий членов культа на отчеты гильдии. Томми скептически смотрит на Красного Дракона, не без удивления, что Синдикат имеет доступ к таким частным материалам. — Культ Эритра совершил следующие преступления: похищение, кража, взлом с проникновением и незаконный захват Портала Преисподней. Томми фыркает, достаточно громко, чтобы все посмотрели на него. Он даже не пытается скрыть тот факт, что рассмеялся. Трудно думать о незаконном захвате Культом Портала Преисподней, не думая о незаконном захвате Синдикатом Портала Эндеркрай. Другие, кажется, не ценят его чувство юмора, но он никогда ни о ком из них не заботился. Что ж, это ложь, ему небезразличны Эндерволк и Джолт. Он считает Стража кем-то вроде своего друга, и у него мимолетное знакомство с каждым из членов Тузов. Но это не значит, что он собирается быть милым с ними больше, чем с Синдикатом. В конце концов, у него нет друзей, только союзники и ответственность. — Синдикат будет работать с линчевателями Джолтом и Эндерволком, Тузами крупье и героями - Красным драконом и Вендеттой, чтобы уничтожить культ и армию, — заканчивает Аргонавт, не обращая внимания на вспышку гнева Томми. — Хорошо, но каков на самом деле гребаный план? — Спрашивает Томми, озвучивая то, что, как он надеется, думают все. Информация определенно лучше, чем та, с которой он работал раньше, но он не слышал, чтобы кто-то упоминал план действий во всей презентации. — Пока у нас не будет всей информации, мы воздержимся от составления плана, — просто объясняет Аргонавт. Она выключает проектор, даже не взглянув на него. — Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно бояться результата сотни сражений. Если ты знаешь себя, но не врага, за каждую одержанную победу ты также будешь терпеть поражение. Если ты не знаешь ни врага, ни себя, ты проиграешь в каждой битве."из Сунь-цзы”, — цитирует Опустошитель "Искусство войны", его красные глаза пригвождают Томми к месту. На лице блондина нет и следа страха, когда он смотрит в ответ на Опустошителя. — Союзы - это хорошо, но гребаная сила дружбы ни хрена нам не поможет, — отвечает Томми, игнорируя цитату. — Ты прав. Мы не решим это, просто объединившись, но Опустошитель не совсем неправ. Мы не можем ввязываться в это без информации. Нам нужно знать всех членов культа. Нам нужно знать, чего они хотят и на что они готовы пойти, чтобы получить это, — говорит ему Аргонавт, наконец снова обращая на него внимание. Томми знает, что другие члены Синдиката и приглашенные гости пялятся на него. Внимание выбивает его из колеи, поэтому он встает со своего места. — Тогда я проведу собственное расследование. Я поделюсь с классом, если что-нибудь найду. Томми выходит из комнаты, игнорируя голоса, которые начинают разговаривать в его отсутствие. Он даже не уверен, обращаются ли они к нему. Он просто знает, что не может оставаться в этой комнате. Когда он закрывает за собой дверь, он случайно сталкивается с кем-то. Он собирается обругать этого человека, когда замечает, что на нем нет маски. Это пожилой мужчина со светлыми волосами и пронзительными голубыми глазами, одетый в темно-серо-зеленую мантию и сандалии. Он обычный мужчина. И, вероятно, что еще более удивительно, он человек. Он совершенно зауряден и разгуливает по базе Синдиката. Томми удивленно моргает, глядя на него, и мужчина пользуется случаем, чтобы улыбнуться Томми и протянуть руку. — Привет, приятель! Меня зовут Филза. — Кто ты, черт возьми, такой? Какого хрена ты здесь делаешь? — Требует ответа Томми, игнорируя руку мужчины в пользу поиска ответов. — Я всего лишь обычный гражданин, нанятый Синдикатом, — говорит Филза. Он опускает руку, совершенно не обеспокоенный тем фактом, что Томми не следовал социальным нормам. Томми никогда не следовал таким тривиальным правилам вежливости, но людей это обычно расстраивает больше. Он догадывается, что работа на суперзлодеев может снизить стандарты человека. Если не… — Я герой гильдии, Вендетта с рейтингом "А". Если тебе понадобится помощь - например, если тебя, блядь, похитили или что-то в этом роде - ты можешь сказать мне. Я помогу тебе, — обещает Томми. Несмотря на то, что он проводит большую часть своего времени, сосредоточенный на своей цели, он не чурается помощи мирным жителям. Он не лезет из кожи вон, чтобы сделать это, поскольку он достаточно самосознателен, чтобы понимать, что большинство людей поначалу находят его раздражающим. Большинство людей в конце концов приходят в себя, но у него не так уж много времени, чтобы общаться с мирными жителями. Филза от души смеется, как будто Томми только что рассказал ему лучшую шутку, которую он слышал в своей жизни. Когда Филза успокаивается, он вытирает глаза. Он продолжает улыбаться, глядя на Томми. —Уверяю тебя, Вендетта, я здесь по собственной воле. А как насчет тебя? Ты здесь по собственной воле? — Фу. Я, блядь, хотел бы, чтобы меня здесь не было, — признается Томми гражданскому, оплакивая ситуацию, в которой он оказался. Он чувствует себя почти виноватым, находясь здесь. Что бы подумала его семья, если бы узнала, что он объединился с людьми, которые их убили? Эрет был бы не против, но мнение Эрета не имело значения. Эрет без колебаний выбрал бы необходимое зло. Они делали это раньше. Фанди был слишком молод на момент смерти, чтобы иметь полностью сформированное мнение о ситуации. Таббо назвал бы его идиотом. Ники печально вздохнул бы. Джек пытался бы убедить Томми немедленно драться, поднимая кулаки и пылая гневом. Уилбур… На самом деле Томми не уверен, как отреагировал бы кто-либо из его семьи. Последний разговор, который у него был с ними, просачивается в его голову. Он просто больше ни в чем не может быть уверен. — Почему ты не хочешь быть здесь? — Спрашивает Филза, его голос вырывает Томми из воспоминаний. — Довольно очевидно, не так ли? Я чертовски презираю Синдикат, — объясняет Томми, не подозревая, что в городе есть люди, которые не знают этого простого факта. Брови Филзы в замешательстве приподнимаются, и Томми решает развеять его замешательство. — Лидер Синдиката Азраил и его первый партнер Инчлинг убили мою семью. Я хочу отомстить, отсюда и мое героическое имя. К сожалению, гильдия, блядь, вынуждает меня уничтожить Красную Армию. Самый простой способ - расправиться с моими врагами. — Ахх… И ты сможешь изучить своих врагов вблизи, — соглашается Филза с понимающим кивком. — Наконец-то, блядь! Кто-то понял, почему я, блядь, занимаюсь этим дерьмом! — Томми взволнованно кричит, решив, что Филза ему нравится, несмотря на то, что он работает на Синдикат. Если Томми игнорирует этот факт, как он делает с Эндерволком и Джолтом, Филза - лучший гражданский человек, которого Томми когда-либо встречал. Он встречался не со многими, так что возглавить рейтинг не так уж сложно, но Томми в него не попадет. — Убить Азраила и Инчлинга будет практически невозможно, — напоминает Филза Томми. — Я знаю. Но нет ничего такого, чего человек, любящий свою семью, не сделал бы для нее, — спокойно объясняет Томми. Он готов встретиться лицом к лицу с самыми могущественными злодеями во всем городе, и все это ради своей погибшей семьи. Он должен верить, что это то, чего хочет его семья. Он должен верить, что они гордятся им прямо сейчас, где бы они ни были. — Я должен согласиться. Я очень люблю свою семью. Видите ли, у меня двое сыновей, и... ну, есть один мальчик, которого я тоже считаю своим сыном, — объясняет Филза, и в его глазах читается понимание, когда он смотрит на Томми. Герой предполагает, что понимающий взгляд Филзы вызван тем, что она соглашается с ним, но что-то в нем заставляет Томми думать, что Филза имеет в виду нечто большее. Прежде чем Томми успевает спросить, дверь распахивается. Серенада выходит в коридор. Он останавливается, когда поднимает глаза. Его вуаль колышется из стороны в сторону, когда он переводит взгляд с Томми на Филзу. Он издает звук, прежде чем пожать плечами. Он завязывает Томми повязку на глазах, даже не спрашивая Томми, согласен ли он с этим. Томми раздражается, когда на него снова опускается темнота. Томми слышит смех Филзы, когда Серенада уводит Томми прочь. Томми хмурится под своей маской. Серенада мучает Томми музыкой всю дорогу до квартиры.