Вернутся к фанфику
Часть 90
7 июля 2025, 22:43Прошло несколько месяцев.
- Слушай, Бек, – Хайди теперь всегда так называла подругу, – когда ты там начинаешь тренировки с командой? Ребята хотят выбраться в Хогсмид, снег уже начал сходить, а если такая погода будет стабильной, то глядишь, и через неделю уже ничего не останется от зимы.
Староста Когтеврана нашла Бекки стоящей около окна в гостиной и смотрящей вдаль. Слышала ли она Хайди?
- Бекки? – Подруга еще раз окликнула другую, пытаясь вывести из раздумий. – Бекки?
Сложенные на груди руки, тяжелый взгляд из-под бровей. Бекки протяжно вздохнула, повернувшись к Хайди.
- Я пока не планировала тренировки. – Зажатая полуулыбка лишь на мгновение посетила губы.
- Ты все думаешь о песках времени, ведь так? – Староста подошла ближе, кладя ладонь на плечо Бекки.
Та лишь закивала в ответ.
- А ты, хм… – Последовала затяжная пауза, Хайди подбирала слова. – Ты думала, что тебе стоит остаться здесь? То есть прекратить уже эти бессмысленные попытки найти их?
В течение прошедших месяцев Бекки предпринимала несколько вылазок из замка. Печать министра магии не была аннулирована после уничтожения даров смерти, хоть и когтевранка сообщила Гермионе, что дело сделано. Возможно, со стороны женщины это был хитрый ход, дать Бекки свободу в передвижении, чтобы искать пески времени. С одной стороны, официального разрешения у девушки не было, министр не подкрепляла это никакими договорами, контрактами, словами, но с другой, словно пытаясь обойти закон, Гермиона не взяла свою печать обратно. Только Хайди знала об этих путешествиях подруги, и Бекки попросила ее молчать и ни при каких обстоятельствах не выдавать этот секрет.
Девушка уже побывала в доме Армстронгов, но там было пусто. Успела обшарить особняк Поттеров, ведь спокойно могла обойти все защитные барьеры, но тщетно. Гермиона сообщила ей, что в бывшем кабинете Гарри тоже ничего нет. Бекки пыталась выстроить теорию, где пески времени могли бы оказаться в местах связанных, к примеру, с ее настоящей фамилией, или то предположение про министерство, что они могут быть в месте, откуда было совершено перемещение. Но нет, ничего из этого не работало, и все догадки девушки были провальны.
- Они наверняка давно развеялись на ветру. – Хайди продолжила. – Может быть, тебе пора привыкать жить в этом мире? По крайней мере, Фрин с тобой, у вас все прекрасно. Чжоу приняла тебя, как любимую девушку своей дочери, а это многого стоит. Никто больше не угрожает нам, мы в безопасности. Всех людей ордена переловили. У тебя хорошие перспективы в будущем, ты можешь стать мракоборцем, твои успехи в учебе это позволяют. Или выбрать карьеру игрока в квиддич, с твоим талантом в следующем году не будет отбоя от клубов, которые захотят заполучить тебя после выпуска из Хогвартса. Я понимаю, что это не просто, Бек, но подумай над этим, что песков времени уже больше нет.
Хайди слегка похлопала подругу по плечу, улыбаясь мягко, чтобы хоть как-то подбодрить девушку. Бекки лишь кивнула, отворачиваясь заново, что означало, она хочет побыть одна. А что если Хайди права? И этих могущественных сил, что перевернули реальность, уже просто не существует? Пусть и это невероятная мощь, но все же это песок, который, как и обычный мог разлететься по округе.
А жизнь между тем текла непрерывно. Студенты заново стали похожи учеников школы, они оправлялись от случившегося, и по коридорам слышался смех, разговоры ни о чем, подтрунивания друг друга, что и было присуще обычным подросткам. Раны затягивались, оставляя рубцы на душе, но в любом случае заживали.
Буквально недавно отменили пересчет учеников после отбоя, хотя мракоборцы так и дежурили ночами по коридорам Хогвартса, но в связи с поимкой больше девяноста процентов скрывавшихся последователей Пхра Ин, министерство дало послабление на строгие меры. Хенг Асаварит уже месяц назад был осужден на пожизненное заключение в Азкабан, а глава ордена отправилась на казнь, через поцелуй дементора, что являлось самым жутким и страшным наказанием при лишении свободы. Эти существа высасывали душу. Вылечить такого человека было нельзя, он становился словно механизмом, который выполняет только естественные потребности организма, в еде, сне и справлении нужды. Такие люди не могли даже говорить, потому что их тело было пусто, они умирали в Азкабане своей смертью лишенные даже разума. Хотя кому еще меньше повезло? Быть в неволе всю жизнь, медленно сходя с ума в клетке, или просто жить там бездумно, ожидая окончания своих дней.
Дипломатические отношения с Восточным Союзом Магии, которому и служил Пхра Ин, были сильно подорваны. Хотя они и отрицали свое причастие к этому, посылая переговорные делегации в Министерство Магии, чтобы уверить Визенгамот и министра, что их рука никоим образом не была приложена к действиям ордена. Все это открыто освещалось в газетах. Имена, фотографии, предпринятые действия, приговоры, все выходило на поверхность, чтобы простые волшебники могли спать спокойно. Оттуда-то ребята и узнали, что сделали с Хенгом. В тот день в большом зале было много громких перешептываний, гриффиндорца знали все. Ведь он был ярок, амбициозен, харизматичен, и к тому же играл за сборную по квиддичу своего факультета.
Макгонагалл все же вернулась в директорское кресло. Это произошло не сразу. Но теперь женщина выглядела намного старее своей предыдущей версии. Только Гермиона смогла убедить ее продолжить нести это высокое звание, но внутренне она была сломлена своим провалом, что и отразилось сильным стрессом на внешности. О том, что Макгонагалл находилась под заклятьем империус от ордена, знал лишь узкий круг людей. С ребятами однажды встретился Джордж, и хоть и не под непреложным обетом, но настоял сокровенно сохранить эту тайну. В ближайшие годы нужно было найти преемника Макгонагалл, подготовить к большому шагу. И профессор Долгопупс рассматривался основным кандидатом на эту должность. Он был молод, но в то же время умен и искусен, предан школе и ее ученикам, а опыт со временем приложится.
Бекки и Фрин всегда были рядом. Период был тяжел, не между ними, а вокруг них. Близости не хотелось, ни одной, ни другой. Не то чтобы они не сидели в обнимку, не так, чтобы они не целовали друг друга нежно, а именно горячих, бурлящих океанов в постели, этого девушкам пока что было не нужно. Только успокаивающие поцелуи, убаюкивающие объятия, мягкие прикосновения, словно зализывания душевных ран. Как только поименный пересчет учеников после отбоя отменили, Фрин пару раз попыталась выбраться из гостиной на ночевку с Бекки в выручай-комнате, но ее постоянно ловили, то в одной, то в другой части замка. Слизнорт грустно вздыхал, когда на порог его комнаты приводили девушку. Декан не штрафовал слизеринку, не назначал наказания, а только спокойно отводил младшую Поттер обратно до спален в факультетской гостиной, убеждаясь, что дверь за девушкой закрылась. И может быть ему бы и хотелось ее отпустить из-за чувства человечности, но как профессор школы, он не мог давать такую сильную поблажку даже своей любимой ученице.
А когтевранка все размышляла, как же ей жить в этом новом мире. Оставляя надежду вернуть свою собственную жизнь, семью, друзей и любовь. Принять настоящее, как оно есть. Которое происходит здесь и сейчас. Армстронги ведь хорошие люди. Хотя мама и папа, если можно их так называть, но видимо девушке придется привыкать к этому, уже постоянно связывались с дочерью. Как же тяжелы были их слезы, когда Ричи так и не нашелся. Как же легки были их яркие улыбки, когда нашлась Бекки. Это составляло сильный контраст, их скорбь по без вести пропавшему сыну, и их ликование по вновь найденной дочери. Но когтевранке нужно теперь с этим жить. И да, Когтевран. Шесть лет Бекки считала себя слизеринкой, а сейчас нужно будет целовать сапфировую эмблему после победы в кубке по квиддичу. А вот с амбициями у девушки всегда было хорошо.
Сэйнт и Лукнам похоже что сошлись. Пока еще они не объявляли об этом, но их взгляды, касания друг друга говорили о многом. Это была только радостная новость. Хайди иногда грустила, что всего через пару месяцев ее любовь, Сулакс, выпустится из Хогвартса, и кто знает, куда дорога унесет их жизни после этого. Но пуффендуйка не была ветренной особой, и многие факторы указывали на то, что среди свободной жизни вне стен школы, девушка все так же останется верна Хайди. Про Бекки и Фрин подшучивали, что свадьбы ждать еще долго, им ведь еще на седьмой курс. Хотя если задуматься, предложение можно сделать раньше. Помолвку никто не отменял. Снег таял, так же как и сердца друзей, растапливая лед уже в парах.
На носу маячило возобновление сезона по квиддичу после холодов. Нужно было потихоньку начинать тренировки. Растрясывать жиры, накопившиеся в боках игроков за время простоя. Учеба, которая в данный момент, хоть и была не очень стабильной, не все ученики вернулись к занятиям, после того, как родители забрали их, но все же для оставшихся в Хогвартсе студентов нужно было наращивать темпы, чтобы поспеть к концу учебного года изучить материал, который они пропустили из-за сложившихся событий. В газетах печатали объявления, присылали письма семьям лично, что ситуация стабилизировалась, с просьбами вернуть детей обратно к учебе, иначе они уже не успеют нагнать материал и придется оставаться на повторный год обучения.
Бекки запланировала пару тренировок. Фрин тоже принялась за работу. Помимо звания капитана сборной Слизерина по квиддичу, она была еще и старостой, так что обязанностей у нее было побольше, нежели у когтевранки. Бекки, конечно, предлагали эту школьную должность, только на добровольной основе, но она отказалась, не желая, чтобы ее сравнивали с братом. Ричи. До сих пор горьковатое послевкусие оставалось во рту, после произношения его имени. Кто знает, как повернулась бы судьба, встань он на их сторону тогда в запретном лесу, когда он принял решение сбежать. Может быть, хотя бы удалось уберечь Бэйба, если бы у них был еще один волшебник в строю. Друзья смогли бы быстрее оттеснить Билли и Хенга к лесу и обезвредить их, и не случилось бы того, что случилось. Но что гадать, если это уже произошло. Возможно, если бы не брат, то Фрин бы сейчас не было рядом, а дарами смерти владел Пхра Ин, разверзаясь властью. Только посредством предательства Ричи Бекки узнала, что люди ордена прямо под ее носом.
Насчет убийства Билли все вопросы были решены в первые дни после разговора Бекки с Гермионой. Министр сама оправдала ее, все оставшиеся вопросы беря на себя. Когтевранке для этого пришлось показать все воспоминания, связанные со второй Битвой за Хогвартс. Но в этом не было никакой проблемы. Бекки была чиста душой, скрывать ей было нечего. Министерство не вызывало ее на суды, Визенгамот все решил без присутствия девушки.
И вот так постоянно, окунаясь в учебу, забываясь, мысли кружили, заводя опять в темные уголки сознания, где скрывались тягостные кадры и отложенные рассуждения, к которым на самом деле не хотелось возвращаться, это происходило само собой. Для всех. Это случилось, но надо как-то жить дальше. И каждый из них пытался, иногда действительно улыбаясь по настоящему, а иногда натянуто выдавливая подобие улыбки, чтобы не возвращать других заново в мрачные думы.
В один из дней Фрин все таки удалось добраться до выручай-комнаты, но сделать это до отбоя. Слизеринка вцепилась в Бекки, как в последнюю надежду, обнимая, стоило двери едва закрыться. Блоки на потайные ходы разрушились, как только Бекки применила заклинание снятия всех чар, возможно, это было следствием, что империус больше не действовал на Макгонагалл, это ведь она закрыла им проходы, блокируя возможность уйти из Хогвартса незамеченными. Островок спокойствия внутри огромного замка был цел, и хоть об этом помещении теперь знали их друзья, но именно это созданное место не найдет никто во всем мире, кроме двух девушек.
Обыденность помогала, делая домашнее занятие бок о бок в наступающей ночи, иногда спрашивая непонятные моменты, иногда подглядывая в соседний пергамент, Фрин и Бекки смеялись, дурашливо прикрывая написанное. Когтевранка укоряла любимую, что как же так, староста факультета не может быть злостным списывателем, а другая девушка в ответ начинала щекотать, что смех становился еще сильнее. Обе в промежутках разбавляли мозговой штурм желейными сахаристыми червячками, которых принесла Фрин. Это был прекрасный вечер двух обычных студенток Хогвартса.
Как же сильно обе скучали по объятиям во сне. Просто засыпать вот так, прикасаясь к бархатистой коже, слушая ровное дыхание, что убаюкивает еще больше. Шрам на бедре у Фрин так и не сошел, но ничего, Бекки не будет любить ее меньше. Сколько бы рубцов ни было, ничего не сможет оттолкнуть когтевранку от этой девушки. Но чтобы они вновь появились на коже слизеринки, сначала нужно будет переступить через самую главную преграду. Через Бекки. Пусть только попробуют и пальцем тронуть ее возлюбленную, когтевранка зубами перегрызет глотки всем, кто посмеет посягнуть на жизнь Фрин.
Теперь больше никогда. Никогда они друг друга не отпустят. В обволакивающей тишине слышалось два тихих дыхания, и тепло от их прикосновений согревало кожу обеих. Укрытые одеялом поверх, Бекки и Фрин мирно спали. Вместе у них всегда были радужные сны.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!