Вернутся к фанфику

Часть 92

23 июля 2025, 19:03
В кабинет вломились сразу двое. Две искры полетели в слизеринку. Отпуская механизм, миллисекунды отделяли ее от перемещения. Но искра попадает девушке в грудь. Оглушая. Нет, сейчас было по-другому. Бекки не крутила механизм. Зная, куда ударит заклинание одного из мракоборцев, уворачивается от него. - Стойте! Стойте! – Девушка кричит, поднимая руки вверх. Она больше не желает драться. - Остановитесь!!! – Громогласный возглас разносится по коридору, забредая в кабинет. Гарри. Папа. - Это моя дочь, убрать палочки! – Мужчина забегает внутрь. Бекки стоит с поднятыми руками, сжимая в одной маховик времени. По ее щеке скатывается слеза, а губы сомкнуты в тончайшую линию, собирая все нервы в плотно стиснутых челюстях. Она вернулась. Получилось. В тот же самый момент. Никто отсюда не знает другой реальности. Для них прошли всего лишь секунды. В этой временной линии была только одна Битва за Хогвартс. А значит, здесь все ее друзья живы, и ее отец тоже. Вот он, стоит напротив. Даже не приходится сжимать в руке воскрешающий камень. Гарри цел и невредим. И она снова Поттер. Мракоборцы опускают палочки, подчиняясь приказу главы Аврората. А Бекки просто перебросила маховик времени в руки Гарри. - Ты уже стер ее воспоминания? – Это был единственный вопрос, который волновал девушку с самого начала ее путешествия, не озвученный, но глубоко засевший в душе. Покрасневшими глазами Бекки посмотрела на отца. Там было все. Надежда и отчаяние, вера и безысходность. - Да… – Только лишь шепнул мужчина. Бекки не ответила. Поднимая свой взор к потолку и пытаясь глубоко дышать, чтобы не потерять остатки сил. Глаза хотели выплакать все. Но нельзя. Нужно держаться. Она все равно ее найдет. В любых реальностях. - Дочка... – Стоило Гарри только открыть рот. - Ты мне не отец! – Гневный взгляд мокрых глаз, где копились слезинки, не проливаясь. – Ты наверняка уже видел воспоминания, которые я тебе передала. Гарри быстро начал выгонять из кабинета других людей, чтобы они перестали греть свои уши ненужной им информацией. - Вот его я считаю отцом. Настоящим, заботливым, понимающим. Он бы никогда не лишил меня любви. Потому что она исцелила меня. А ты с такой легкостью все перечеркнул. Но знай, – Бекки резко вскинула указательный палец в лицо мужчине, – я найду Фрин, потому что ты можешь стереть только память, но стереть чувства у тебя никогда не получится. - Ты все равно забудешь этот разговор через час. – Старший Поттер болезненно глядел на дочь. - Зато ты не забудешь никогда. Гарри. – Бекки специально сделала упор на его имени, чтобы выделить обращение к нему как к обычному человеку, не используя семейных слов. *Несколькими часами ранее.* Чжоу никогда особо не церемонилась, вот и сейчас открывая дверь чуть ли не с ноги, она умела даже ходить гневно, учитывая ее тренерскую карьеру. Хоть и она еще не полностью восстановилась от полученных травм, но в пылу злости словно не замечала этого. - Ты спятил! – Зычный голос отскочил от стен. – Ты хочешь стереть память нашей дочери!? - Всем, дорогая, всем, кто хоть как-то причастен к этому. Останется только узкий круг людей, кто будет помнить эти события. – Мужчина расхаживал по кабинету, уже многие часы ни на секунду не присаживаясь. Для Гарри не было сюрпризом, что его жена ворвется сюда словно ураган. - Почему я только от Гермионы это узнаю? Ты хотел скрыть от меня, что будешь копаться в воспоминаниях нашей Бекки!? – Казалось, что Чжоу уже готова огреть тростью по спине своего мужа. - Нет, я не собирался, но слишком много происходит вокруг. – Гарри словно был отстранен от разговора с женой, прохаживая кабинет. - Ты не лишишь ее воспоминаний о Фрин. – Женщина ударила тростью об пол. – Хоть с чем они там связаны, с орденом, с пророчеством, с темными временами, наша дочь любит ее всем сердцем. - Она подросток. – Гарри скосил скептический взгляд на жену. - Ей семнадцать на минуточку. – Чжоу повела одной рукой в сторону, потому что другой опиралась на трость. – А вспомни нас. Ты влюбился в меня, когда был на четвертом курсе, тебе было тогда лишь четырнадцать. Конечно, потом что у тебя, что у меня были неудавшиеся отношения, но в итоге мы оба пришли к нынешнему знаменателю после Битвы за Хогвартс. Ты был немногим старше, чем она сейчас. - Хочешь, чтобы она жила с переломанными воспоминаниями, которые будут тяготить ее сердце? – Гарри встал напротив, скрещивая руки на груди. - Пха, – Чжоу усмехнулась прямо ему в лицо, – тяготить? Да это самые счастливые ее воспоминания. Я разговаривала с Бекки, и как самый яркий пример тебе, она смогла создать патронуса только благодаря воспоминаниям о Фрин. Прости меня, Гарри, может быть сейчас я задену твои чувства, но если у тебя самым ярким моментом была воображаемая память о своих родителях, то представляешь, у нашей дочери это не так. Она любит Фрин. – Женщина проникновенно взглянула в глаза своего мужа. Гарри проиграл желваками на скулах. Эти слова действительно кольнули его. Он смотрел со своей стороны слишком узко. Не давал простора своему видению. И ведь правда. Его дочь другая. Это не он когда-то. Что хорошо было для Гарри, не значит что это хорошо для Бекки. - Я понимаю, что ты очень любишь нашу малышку, – Чжоу продолжила уже более мягким и теплым тоном, – но когда-то ее нужно будет отправить в свободный полет. У тебя не было родителей, и ты никогда не познал этого ощущения со стороны ребенка и можешь упустить этот момент. Что Бекки уже взрослая, у нее есть свои сформированные взгляды на жизнь, на этот мир. А ты лишаешь ее человека, с которым она хочет построить семью. - Это Бекки тебе сказала? – Гарри внимательно посмотрел на Чжоу. - Да. – Твердый ответ без излишних объяснений и приукрашиваний. – Неужели ты как отец хочешь смотреть в пустые погасшие глаза своей дочери, у которой ты сам отнимешь любовь? Разговор на этом был закончен. Гарри обнял Чжоу, целуя в макушку головы. Но женщина так и не поняла, что у него на уме. Какое решение он примет? Поступится всеми принципами морали лишая дочь самого яркого чувства или поступит по букве необходимости, принимая путь искоренения связующих звеньев произошедших событий, тем самым давая угаснуть сердцу? *Настоящее время.* - Гарри. – Гермиона прошла в кабинет к другу. – Визенгамот продолжает настаивать на допросе Бекки. Мне уже трудно их сдерживать. - Сходи на кухню. Самостоятельно. Попроси эльфов добавить вот это во все напитки, только каплю на десятилитровый чан. – Мужчина протянул министру колбу. – Естественно не пей ничего приготовленного на министерской кухне после этого. Позже создам заклинание, не ходи сегодня в душ и не попадай под дождь. Полумна и Рольф уже перевозят сюда птицу-гром. - Что насчет детей? Попросишь их принять ванную? – Гермиона разглядывала яд пикирующего злыдня в пузырьке, который уже был заколдован определенным образом, чтобы забрать только необходимые воспоминания. - Нет. Я сам займусь. Потом отбуду в Хогвартс, там надо тоже подкорректировать. Профессор Макгонагалл уже в курсе. Ожидает меня. – Мужчина закивал. - Идешь в обход министра магии. – Гермиона вздохнула, но лишь ухмыльнулась. - Так нужно. Это же моя дочь. – Глава Аврората дернул бровью. - Осторожнее с этим, Гарри. Она ведь еще и моя крестница. – Подруга быстро напутствовала мужчину и вышла, пряча колбу в карман пиджака. *** Гарри вошел в помещение. Это все еще был госпиталь. Но теперь комната напоминала больше операционную, нежели простую больничную палату. Бекки спокойно смотрела в магическое окно. Оно было не настоящим, все министерство ведь находилось под землей. Но чтобы у волшебников не было ощущения затворничества, когда-то давно им придумали такую систему, просто копируя виды из окон магловского здания наверху. А может и эта жизнь у Бекки не настоящая? Этими думами были опутаны мысли слизеринки. Она вернулась. Ребекка Поттер, староста факультета Слизерин, будущий капитан сборной по квиддичу, перенимая это звание у Сулакс, любимица Слизнорта и многих журналюг, которые обожают стеречь каждый ее шаг наряду с ее персональным фан-клубом. Другая реальность казалось девушке более настоящей, чем эта сейчас. Что если она ошиблась и приняла неверное решение? Вернулась сюда, но пути в ту линию времени больше не существует. Она сама затянула узел на этой петле, который стал точкой на продолжающейся прямой. Гарри наблюдал за неподвижной дочерью, что лицезрела слякотные дожди Лондона на чужом окне. - Ты должна лечь на кушетку. – Старший Поттер обратился к дочери. - Конечно, Гарри. – Безликий голос Бекки ударял по отцовскому сердцу. Вдруг там было бы лучше? Бекки уже улеглась, но раздумья роились в голове. Конечно, там было бы лучше относительно именно ее. Но она обещала вернуть всех своих друзей. Обещала самой себе. А может, стоило бы не обещать, а простить себе их потерю? И жить дальше счастливо с Фрин? Теперь здесь есть ее Фрин. Но вот только где? Гарри сказал, что уже успел поработать с ее воспоминаниями. Теперь ее любимая не помнит Бекки. А слизеринка не сопротивлялась. Весь Аврорат против нее. Еле-еле удалось то добежать до кабинета Гарри тогда, а что говорить о каких-то поисках Фрин, она может быть в любой палате. Их могли даже намеренно раскидать по случайным номерам, чтобы не дать возможности быстро найти кого-то определенного. Пустые грустные глаза резали взором потолок. Гарри понял, что дочь даже не смотрит на него. А зачем смотреть на того, кто забирает ее самые счастливые воспоминания? Словно дементор высосет навсегда. Интересно как он будет смотреть на дочь после всего, что сделает с ее сердцем? Вынимать воспоминания по крупицам тяжело, но вполне выполнимо, так пусть посмотрит на ту девушку еще раз, которая отдавала всю свою жизнь ради Бекки. Ей нужна ее Фрин. И пусть памяти о ней больше не будет. Но сердце будет помнить всегда. Любимая Фрин… Любимая Фрин… В голове девушки заново звучали два ее голоса, говорящие одну фразу. И тогда, и сейчас, и впредь эти голоса будут говорить одинаково. Магический сон окутывал слизеринку. Бекки понимала, что ее глаза слипаются из-за чар. Еще несколько мгновений и она уже проснется без Фрин. Что будет ощущать девушка через несколько часов? Каково это будет? Она ведь даже не будет знать, что происходит. Ведь так? Останется ли на ее душе тяготение вычеркнутыми воспоминаниями или же Бекки окончательно забудет Фрин, чтобы встретиться заново вновь когда-то? Чтобы случайное стечение обстоятельств свело двух девушек снова в одном месте и в одно время. Сердце ведь обязательно подскажет ей путь к возлюбленной? Даже если она сама не будет помнить о ней. Или может, будет какое-то странное щемление в груди, что будет заставлять перебирать оставшиеся частички паззла, и в конечном итоге увидеть недостающие кусочки? Бекки полностью погрузилась в сон. Гарри смотрел на свою дочь задумчивым и тяжелым взглядом. Как для отца такое решение далось ему тяжело. Это выматывало, отнимало силы. Слова девушки о том, что он больше ей не отец застряли меж ребер, словно невидимые колья не дающие вздохнуть полной грудью. Но нужно было действовать, как бы трудно мужчине не было. Его руки поднимались с тяжестью, как будто кандалы мешали выполнять все действия. С Фрин было тяжело, но с собственной дочерью было намного сложнее. Это его плоть и кровь, его родная душа, его малышка, которую он убаюкивал в колыбели, когда она была совсем малюткой. А сейчас Гарри отнимает у собственного ребенка самые радостные и теплые воспоминания ее жизни. Он обещал дать Бекки беззаботное будущее. Без трудностей, без проблем, без препятствий, которые ему самому когда-то довелось пройти. Он делал все, чтобы Бекки росла окруженная любовью обоих родителей, в достатке и ни в чем не нуждалась. Он всегда оберегал и защищал свою дочь. И сейчас это и было его защитой. Гарри и рад был бы сказать, что так повернулась судьба, но нет, это только его выбор. Долг не даже как мракоборца, служившего министерству, а как человека, понимающего всю важность спокойной и мирной жизни. Он не причинял боли, а избавлял от нее. И скоро от нее излечатся многие сотни волшебников. Долгие часы глава Аврората собирал по крупицам воспоминания своей дочери, склонившись над ее лицом и орудуя волшебной палочкой у висков. Нужно было провести все аккуратно, филигранно, чтобы не было даже малейших помарок. И когда мужчина закончил, его самого еле держали ноги, глаза устали и болели. Он самолично транспортировал Бекки в больничную палату, чтобы ее сон дальше продолжался на мягкой кровати, а не на жесткой кушетке в операционном кабинете. Нужно было отбывать в Хогвартс в скором времени. Там тоже необходимо подчистить концы произошедших событий. Но все равно, даже до сих пор будущее сулило неопределенность. Время, которое мы не можем предсказать. Именно оно дает нам силу веры в будущее. И каждый и нас хочет, чтобы оно было светлым. Каким оно будет для Ребекки Поттер? Даже пророки могут ошибаться. Сказать, заглядывая за завесу, можно лишь возможное предположение. Так почему каждый из нас не может быть провидцем?

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!