Часть 2

      Выйдя из портала, Ник ощутил, как скрытое капюшоном лицо каменеет, превращаясь в маску.       Бледная как полотно, Милли лежала на кровати и, казалось, не дышала. Бен, сгорбившись, сидел рядом и стискивал её ладонь в своих пальцах, что-то бессвязно шепча.       Ник несколькими широкими шагами пересёк спальню, склонился к уху ничего не замечающего Бена и прошептал с нескрываемой насмешкой в голосе: — Спасти её хочешь, Бени?       Бен вздрогнул и обернулся. — Ты?! — возмущённо и неверяще воскликнул он. — Я. — Ник скинул капюшон и изобразил короткий шутовской поклон. — Других магов нужной специализации поблизости не водится, знаешь ли. В сторону!       Бен вскочил, словно ужаленный, и отбежал к дальней стене, встав рядом с Кэс.       «Трус», — хмыкнул про себя Ник, опустившись на стул рядом с кроватью.       Ощущая, как немилосердно дрожат пальцы, маг коснулся тонкой жилки на шее Милдред. — Гоббс! — истерично воскликнула Кэс, наблюдая за его действиями. — Я должен был проверить, — глухо отозвался тот и облегчённо выдохнул, ощутив едва заметную пульсацию под кончиками пальцев. Ник нахмурился и на мгновение стиснул запястье девушки. Подушечки пальцев на миг обожгло холодом, словно он дотронулся до железа, но не успел маг опомниться, как кожу опалило жаром. Не до конца понимая, что это может значить, Ник перешёл на магическое зрение и почувствовал, как всё внутри сжимается от боли.       Руки Милли на энергетическом уровне были закованы в золотые кандальные браслеты, которые начинались от безымянного пальца левой руки, от обручального кольца.       Мысленно вспомнив все самые цветистые и замысловатые ругательства, которые когда-либо знал, маг обернулся и вперил в Бена тяжелый, прожигающий взгляд. — Какую цену ты готов заплатить за то, чтобы Милдред жила? — холодно осведомился он. — Любую! — выпалил Бен. — Всё, что попросишь. Всё, что потребуешь. — Освободи её от обручального кольца и клятвы. Отпусти от себя, — глухо попросил Ник. — Что? — Бен ошарашенно моргнул. — Ты слышал. — Но, если я её отпущу… — Ты больше никогда её не увидишь, — кивнул Ник, подтверждая мысли Бена. — Но она будет счастлива, а главное — жива. Повисло тягостное молчание. Бен осмыслял услышанное, а Ник стискивал пальцы любимой в своей ладони, проклиная каждый миг промедления.       «Дьявол! Как бы я хотел просто подхватить тебя на руки и унести отсюда, звёздочка! — раздражённо думал он, гладя любимую по бледной щеке кончиками пальцев свободной руки. — Но нельзя. Сначала надо разбить брачные узы, связывающие тебя с этим придурком». — Я согласен! — на выдохе, едва слышно сказал Бен. — Можно подумать, я тебя замуж зову, — буркнул темный с кривой усмешкой и, не оборачиваясь, протянул сопернику раскрытую ладонь.       По сбивчивому сопению Ник понял, что Бен сомневается, но торопить его не собирался. До некоторых решений люди должны дойти сами, своим мозгом и сердцем, а не действовать по чужой указке.       «Докатился! — мелькнуло в сознании Ника. — Сижу тут с протянутой рукой, как нищий на паперти, и жду «подаяния» от этого идиота!».       По ладони начала разливаться свинцовая тяжесть, пальцы занемели, но Ник терпеливо ждал. — Бен! — не выдержала наблюдавшая за этим Кэс. — Я не могу… — Бен рвано вздохнул. — Я люблю её! — Она тоже любит, но не тебя! — припечатала Кэс.       Ник не смог сдержать кривую усмешку, глядя на то, как Бен суетливо стягивает с пальца тонкий золотой «ободок». Дождавшись, когда кольцо ляжет на его ладонь, Ник скривился, как от зубной боли. Энергетика Бена была до того светлой, что по языку разлился приторно-сладкий привкус.       «Словно литр патоки за раз в себя опрокинул, не запивая водой, — морщась, подумал Ник. — Ни горчинки, ни перчинки, ни черта, кроме сплошного «сахара». — Можно подумать, мне приятно взаимодействовать с тобой, — фыркнул Бен, по-своему поняв гримасу на лице соперника. Тот в ответ лишь закатил глаза и кивком указал на руки Милли. — Ты должен снять кольцо и сказать, что отпускаешь её. Вариативно. Можешь пожелать счастья-любви-удачи и… что там ещё желают при расставании? — язвительно уточнил он. — Гоббс! — одёрнула бывшего однокурсника Кэс.       Тот в ответ пожал плечами, как бы говоря: «А что я-то? Я ничего!»       Бен, не обращая внимания на этот междусобойчик, подошёл к Милли, взял её за руку и начал медленно стягивать с её пальца золотой кругляш. — Прощаю. Отпускаю. Будь счастлива, Милдред. Это всё, о чём я тебя прошу, — прошептал парень. — И ещё… Он осёкся и посмотрел на Ника, будто спрашивая: «А можно ли сказать?»       Ник прикрыл глаза, нервно усмехнувшись. Меньше всего ему сейчас хотелось слышать сопливо-розовые признания своего незадачливого соперника. Магу ничего не стоило наплести этому недотёпе небылиц про то, что любое неосторожное слово может помешать разрушить чары.       Но в то же время маг понимал: у Бена есть лишь несколько минут на то, чтобы поведать Милли всё, что прежде недосказано. А у него самого на это будет целая жизнь. Дни и ночи безмерного счастья рядом с любимой рыжей звёздочкой. Так справедливо ли отнимать у Бена в эти минуты право на искренность?       Жестом велев Бену продолжать, Ник сцепил руки на коленях и принялся смотреть по сторонам, всем своим видом демонстрируя: «меня тут нет, а если и есть, то я лишь часть интерьера». Заодно хотелось осмотреть помещение и понять, как жила его милая звёздочка.       Комната, в которой он находился, была просторной и светлой, но словно нежилой.       «Не так выглядит спальня любящей ведьмы-бытовички, верящей в романтичные сказки. Ой, не та-а-ак», — ехидно усмехнулся про себя Ник, скользнув взглядом по пустому подоконнику. — Ни травинки, ни былинки, ни росточка, ни цветочка. Да и шторы самые простые. Даже не шторы, а так, тюлевая паутинка. Не-е-ет, если бытовая ведьма так запускает свое жильё, значит, или с ней беда, или жильё не по душе». –… плохо? — донесся до слуха звенящий от слёз голос Кэс.       Ник непонимающе глянул на неё. — Все очень плохо? — с нажимом повторила девушка.       Ник понял, что сама она даже не пыталась применить магическое зрение и оценить степень серьёзности ситуации.       «А, впрочем, это и правильно. Ни к чему ей пугаться, а то начнутся слёзы, всхлипы, причитания. В общем, всё то, что так любят девушки и терпеть не могут парни», — хмыкнул маг про себя, а вслух усмехнулся, глядя однокурснице в глаза: — Очень плохо, Кроуфизер, это когда три дня кряду вино хлещешь, как не в себя, а на четвёртый просыпаешься с такой головной болью, что подвиг — просто открыть глаза и вспомнить своё имя. Остальное можно пережить. — Да ну тебя, — отмахнулась Кэс. — Можно подумать, был опыт. — У меня — не было. — Вот-вот! Ты единственный, кто не пил больше одного бокала вина на студенческих вечеринках. — На губах Кэс заиграло подобие улыбки. — Просто я знаю, что даже самый хороший напиток может дать в голову не хуже дешевого пойла, – печально улыбнулся Ник. — Вопрос лишь в количестве.       Кому, как не ему, было знать об этом? Он не раз видел, как набирался дядюшка, да и сам изрядно опустошал винные запасы таверны «Последний приют». Правда, после второго раза пришло осознание: вино не заглушает душевную боль, зато наутро после кутежа изрядно добавляет боль физическую.       Ник поморщился и помассировал виски, вспомнив, как немилосердно трещала голова после возлияний.       Краем глаза маг заметил, что Бен держит Милдред за руку и словно сомневается, стоит ли снимать кольцо. — Свою обручалку ты уже снял, Бени, — меланхолично напомнил Ник. — Терять тебе уже нечего и отступать некуда. Бен вздохнул, признавая правоту соперника, и начал стаскивать кольцо с пальца любимой, но оно сидело как влитое. — Не снимается, — растерянно сказал парень после нескольких попыток.       Ник закатил глаза, а Кэс тихо прыснула со смеху. — У тебя сейчас такое лицо, — пояснила она. — Сразу понятно, куда всем пойти, к кому податься и кому отдаться. — Слушай, знаток глаголов и физиономий, ты б лучше помогла, — беззлобно огрызнулся чародей.       Неловко было признавать, но бытовые заклинания он знал лишь на уровне необходимого минимума. Белье подсушить, посуду вымыть, стереть пыль с поверхностей — это всегда пожалуйста. А вот с заклинаниями для починки заклинившей «молнии», снятия колец и прочей мелкой чепухи Ник предпочитал не возиться. «Можно подумать, у меня каждый день «молнии» ломаются и кольца на пальцах застревают», — закатывал он глаза, перелистывая данный раздел в гримуарах. — Когда ты поймешь, что тебе жизненно необходимо именно это заклятье, будет уже поздно, — мягко улыбался Маджере-старший. — Мне?! Боевому темному магу?! — смеялся Ник, сверкая глазами. И вот сейчас он сидел рядом с Милли и беспомощно скрипел зубами, повторяя про себя: «Как же ты был прав, отец! Как ты был прав!» — Риндис орис оринис, — непринуждённо бросила Кэс, и с её указательного пальца тотчас сорвалась золотая искорка, устремившаяся к кольцу лучшей подруги. — Снялось, — радостно воскликнул Бен, исподлобья глянул на Ника и нехотя вложил второе кольцо в протянутую ладонь. — Почему она не приходит в себя? — с тревогой спросила Кэс. — Ведь обручального кольца на ней уже нет.       Ник не ответил. Положил кольца рядом с любимой, вытянул одну руку вверх, а мизинец и средний палец второй руки с трудом согнул к ладони.       «Надо было сразу сходить за посохом. Но нет же, стою тут в позе идиота, призываю вещь, как учил отец», — мелькнуло в мозгу. А спустя мгновение посох рухнул откуда-то сверху прямо в руку магу. Цветисто выругавшись, Ник поудобнее перехватил артефакт и направил его кристалл на кольца.       Выскользнувшая из кристалла тёмно-синяя искра, больше похожая на разряд молнии, рванула к указанной цели и, окутав её полупрозрачным коконом чистой энергии, начала впитываться в металл.       Бен и Ник наблюдали за тем, как символ брака мистера и миссис Стемпсон превращается в горстку пепла. Но если на лице Бена застыло недоумение, сожаление и суеверный ужас, то в зелёных глазах Ника плескалось откровенное торжество и нетерпение.       Через пару минут, когда от колец осталась лишь горстка пепла, Кэс вдруг воскликнула: — Почему ничего не происходит?! Почему она не приходит в себя?! Ник посмотрел на лежащую без движения Милли и тихо выдохнул сквозь стиснутые зубы: — Да твою ж! Неужели и этого мало?! — В смысле?! — насторожилась Кэс. — В прямом! Сама она из-за грани уже не вернется, – рявкнул Ник, нервно поправив чёлку двумя пальцами. — Придётся вытаскивать! Но не здесь.       Под ошалелыми взглядами Бена и Кэс Маджере-младший встал, легко подхватил Милли на руки и исчез вместе с ней, растаяв в воздухе чёрной дымкой.