Вторая глава: "Впервые вместе"

Всю неделю Тайлер был как на иголках. Он тем же утром забрал телефон, стараясь даже не смотреть в глаза бариста, которая его ему выдала — может, и она тоже знает. Тайлеру было жутко стыдно — нет, не за свои слова, Тайлер вообще редко задумывался о своих принципах, — а за то, что он не такой, как все “нормальные люди”. Он был готов проклинать свою бисексуальность! — Да что с тобой, Тайлер? — недоуменно спросил Билл, когда Тайлер в который раз, чертыхаясь, понял, что перепутал папки пациентов на компьютере. Тайлер угрюмо на него уставился — он отчаянно подыскивал подходящее оправдание, кроме как “меня шантажируют из-за любви к фотографированию секса с мужиками”. — Ну-у-у, — неуверенно начал он, — я проиграл крупную сумму, — нашелся Тайлер, — вот и расстроен. Очень расстроен, — добавил он для убедительности, тяжело вздыхая. Билл вопросительно поднял бровь, ведь, как известно, Тайлер не имел привычки играть в азартные игры. Но Билл, кажется, понял намек, что это не то, что его друг хочет обсуждать. Он хотел что-то еще сказать, но тут его позвали и он вышел из кабинета Тайлера. Тот остался в одиночестве, прерываемом лишь едва слышным жужжанием компьютера. Тайлер тяжело вздохнул — сегодня пятница, а значит, через два дня он должен... встретиться с Мэтью и отобедать с ним в итальянском ресторане в паре кварталов от центра. Сама перспектива ужинать в дорогом ресторане с другим мужчиной его не радовала. Особенно то, что он все еще не придумал оправдания, что сказать друзьям, почему он не пойдет с ними в бар. Тайлер облокотился на кресло и опять тяжело вздохнул. Ну и когда он свернул не туда? *** Поздним утром в воскресенье Тайлер стоял перед большим зеркалом в ванной и, неуверенно бросая взгляды на отражение, отводил глаза. Нет, он не начал сомневаться в своей весьма заурядной внешности, ему… было скорее сложно выдержать собственный прямой взгляд. Он не боялся обеда — в конце концов он был не против хорошо поесть в, как он слышал, неплохом итальянском ресторане, но он боялся самого Мэтью. Боялся всей этой ситуации, где он был совсем не в выигрышном свете, и Мэтью, имея весомые аргументы, обладал властью над ним и из чувства мести мог вытворить все что угодно. А Тайлер ненавидел ситуации, в которых он утрачивал контроль над происходящим. — Так, Тайлер, — стараясь звучать уверенно, сказал сам себе Тайлер. Он не считал странным разговаривать с отражением, если это ему поможет хоть как-то совладать со страхом, — это всего один обед в неделю в течение трех месяцев. Ты справишься, — и Тайлер тут же отвел взгляд, скуля и бормоча что-то вроде “да кого я обманываю…” Но время не ждало, тем более Мэтью ненавидел опоздания и Тайлер не хотел еще сильнее злить бариста. Он уже успел надеть лучший костюм-тройку насыщенного графитового цвета, лакированные ботинки и тщательно зачесал короткие черные волосы назад. Такси уже его поджидало, так что, выйдя из квартиры, Тайлер спустился по лестнице и сел в машину, бурча что-то водителю про то, что обязательно пристегнется. Оставшись один на один со своими мыслями, Тайлер погрузился в смартфон. Он раз за разом с остервенением проверял, насколько надежно спрятаны все его неприличные фотографии, и успел в который раз поменять пароль на еще более мудреный. И только когда удостоверился, что все точно надежно спрятано, Тайлер смог свободно вздохнуть, успокая себя, что больше никогда-никогда не допустит подобной ситуации. Увлеченный своим телефоном, Тайлер и не заметил, как машина остановилась — Эй, мистер, мы приехали, — бросил ему водитель, и Тайлер, нервничая, пулей выскочил из такси. Он замер, озираясь, около небольшого двухэтажного желтого здания, где стояли аккуратные деревянные столики с раскладными стульями перед, как догадался Тайлер, рестораном. Во всяком случае, большая вывеска Casa Leone говорила сама за себя. Недолго думая, Тайлер подошел ко входу. Он немного помялся. В конце концов, он все еще может отказаться. Но ведь тогда… Тайлеру даже не хотелось об этом думать! Глубоко вздыхая, он дернул на себя массивную дверь, и та на удивление мягко открылась. Масса запахов тут же ударила в нос Тайлера. Пахло свежим хлебом, чесноком и чем-то еще, что Тайлер, неискушенный частыми походами в рестораны, идентифицировать не смог. В помещении было прохладно, в отличие от палящего августовского солнца за стенами. Тайлер тут же заметил, что в ресторане уютно. Вокруг стояли приятного древесного оттенка прямоугольные столы с перечницами и салфетницами, а рядом с ними располагались небольшие обитые серым кресла, а иногда попадались и обитые ярко-бордовым. Внутри помещения было много зеленых раскидистых растений в кадках, что придавало обстановке ресторана более домашний вид. Пол был сложен из насыщенного паркета, а с потолка свисали длинные тонкие лампочки с черными абажурами, слегка подсвечивающие желтоватым светом. Но большая часть света все-таки проникала через огромные полукруглые окна, арками начинающиеся от пола и доходящие почти до потолка. Тайлер глубоко вздохнул и начал глазами искать крупную фигуру бариста. Он пришел вовремя, но по-прежнему тешил себя надеждой, что все это будет неудачной шуткой и закончится, даже не начавшись. Но он ошибался — Мэтью сидел в дальнем конце ресторана и, кажется, с увлечением читал книгу. Тайлер сглотнул. У него все еще был шанс сбежать, не прийти, послать всех к черту, но… он уже уверенно двигался в сторону бариста. Тайлер заметил, что Мэтью надел серый кардиган вместе с небольшой брошкой в виде рыбки. Тайлер горделиво задрал нос — он-то был в своем лучшем костюме! — Здравствуйте, — и хотя Тайлер хотел, чтобы голос звучал высокомерно и холодно, однако тот выдал его — Тайлер почти пропищал последние слоги. Но, кажется, Мэтью этого не заметил. Или просто сделал вид, что не заметил. Во всяком случае, он успел одарить Тайлера дежурной улыбкой и сказать: — Присаживайтесь, мистер Хьюга, — и Тайлер так и сделал, аккуратно присев. А потом нервно замолчал, не зная, какие слова подобрать. Извиниться? Но тогда он напомнит Мэтью, как его оскорбил, и все станет гораздо хуже. О чем-то его спросить или просто поговорить? Но о чем? Та книга, которую читал Мэтью, была насыщенного зеленого цвета, а название почти стерлось, так что Тайлер даже при всем желании не мог узнать, что читает этот бариста Однако Тайлер почему-то чувствовал, что Мэтью не настроен враждебно. Ведь как минимум он не выглядел недовольным или раздраженным, но и заинтересованным в беседе его нельзя было назвать. Мэтью продолжал читать обшарпанную книжку, словно Тайлера тут и не было. Тишина повисла в воздухе, звеня и покалывая, и Тайлер просто не выдержал: — Вы… Вы будете что-то заказывать? — он отвел глаза, стараясь не пересекаться взглядами с Мэтью. Тот тут же захлопнул книжку и сунул ее в лежащий рядом портфель. — Да, конечно, — сказал он, словно опомнившись, и подозвал официантку. Девушка тут же подошла и, тепло улыбнувшись, спросила обоих гостей, чего они желают. Мэтью бросил взгляд на Тайлера, и тот сразу понял, что это значит. Заказывать будет первым он. — Мне.. э-э-э… — и Тайлер вспомнил, что еще не успел посмотреть меню. Он тут же начал копаться в буклете, и девушка переместила фокус внимания на Мэтью, ожидая того, что Тайлер сам разберется, что ему там надо. — Мне, пожалуйста, — улыбаясь, начал Мэтью, время от времени беспорядочно листая меню, — пиццу “Четыре сыра” с грушей и яблочный тарт. Ах, и ещё чай, — и он опять улыбнулся официантке, успевшей быстренько записать его заказ. — Вы уже выбрали? — все так же доброжелательно спросила Тайлера официантка, на что тот буркнул, что желает лишь американо. Девушка тут же начиркала это в блокноте и, в последний раз улыбнувшись, сказала ожидать, ведь их заказ скоро принесут. А после быстро ушла, цокая каблучками. — Слушайте, Мэтью, — осмелев, начал Тайлер, — почему вы пригласили меня сюда? — он решил идти напролом. — Потому что вы жалкий инцел и встречи с таким, как я, сильно разнообразят вашу жизнь. Только не знаю, приятно или нет. Все ведь зависит только от вас, — и Мэтью с довольной улыбкой оперся на спинку кресла. Тайлер изумленно застыл, а Мэтью продолжал, все более и более довольным тоном: — Инцелы — это такие ребята, которые считают, что женщины априори должны им секс, а если они его не дают, то это лишь потому, что его успел забронировать более властный альфа-самец. — И Тайлер уставился на Мэтью, который с еще большим удовольствием продолжал: — Я услышал пару диалогов из вашего разговора с коллегами и предположил, что все именно так. Хотя… с вами все гораздо интереснее. Вы же ведь бисексуал, верно? Чувствуете ли вы, что и мужчины должны под вас стелиться? — улыбнулся Мэтью совсем не приятной улыбкой, резво закинув ногу на ногу. Тайлер застыл как изваяние. У него даже на секунду возникло желание хорошенько вмазать Мэтью, так что он с силой сжал салфетку, лежащую на столе. Однако он быстро остыл — во-первых, они в общественном месте, а во-вторых, Мэтью намного крупнее его, хоть и ниже на пару сантиметров. А еще у Мэтью было сильное преимущество. Ведь именно у него компромат против Тайлера, а не наоборот. “Тайлер, просто дыши. Вдох, выдох…”, — призвал себя к спокойствию Тайлер. Он не должен срываться, иначе подвергнется на работе остракизму и в конце концов потеряет ее! А перспектива опять ходить по собеседованиям его совсем не прельщала. Тайлер и так едва смог найти в своем районе подходящее место, да еще и такое хорошее. Терять все из-за язвительного баристы было просто глупо. Наступила неловкая тишина, так как Мэтью, видимо, исчерпал весь запас яда и обиды. Он больше не выглядел таким напыщенным, вернувшись к обычному жизнерадостному виду. — Эм, а еще вы довольно хорошо говорите для человека, имеющего слуховой аппарат. Как давно вы им пользуетесь? — заинтересованно спросил Мэтью, желая переменить тему. И, кажется, весьма неудачно. Потому что Тайлер, сильно побледнев, быстро встал и коротко бросил: “Мне пора”. Он уже собирался уходить, как его окликнул Мэтью: — В следующее воскресенье встречаемся в ресторане “Тадж-Махал”, и не опаздывайте, пожалуйста, — и в тот момент Тайлер, не сказав ничего в ответ, быстро вышел из-за стола, пересек зал, и дверь в ресторан за ним поспешно закрылась.