9. Я не хотела ударить тебя так сильно… ой, подожди

У Лисы не было ни малейшего шанса избежать неожиданной атаки Чонгука. Только, что она была в самом страстном поцелуе в своей жизни, а в следующую секунду к её лицу подлетел кулак и врезался в челюсть, заставив её упасть на землю. – ЛИСА! – Потрясенно закричала Дженни. Блондинка сплюнула приличное количество крови, прежде чем сквозь завесу волос увидела очень сердитую фигуру спортсмена. Она должна была догадаться, что это он. Это обещало быть забавным. Задира дразняще улыбнулась, несмотря на то, что её щека болезненно пульсировала. –Я так понимаю, ты прочитал мою записку? – Она спросила. Чонгук нахмурился и резко бросил записку вместе с несколькими тампонами на её место на земле. Затем Чонгук сильно ударил её ногой в живот, отчего Лиса вскрикнула от боли. Толпа, собравшаяся вокруг них, ахнула. – Держись, блядь, подальше от МОЕЙ девушки. – Усмехнулся он.  Лалиса Манобан была не из тех, кто просто жалко лежал и терпел побои, независимо от того, как сильно ей было больно. Стиснув зубы, она двигалась с удивительной ловкостью, ударив Чонгука в живот таким приёмом, которому позавидовал бы любой полузащитник футбольной команды. Быстро оседлав его, она отплатила ему тем же и нанесла быстрый хук правой в челюсть... затем ещё один - левой. – Она не твоя девушка. – прорычала тайка, прежде чем снова плюнуть ему в лицо.  К этому времени толпа уже скандировала, как это делает большинство старшеклассников, когда происходит драка. Дженни хотела остановить происходящее, но от изумления потеряла дар речи. Чонгук использовал свою силу и попытался перевернуть Лису, но блондинка была более опытной в уличных драках и использовала этот момент, чтобы снова навалиться на него сверху. Возможно, он был сильнее и крупнее, но Лиса была более умелой и быстрой, они были примерно равны. – ПРЕКРАТИТЕ, РЕБЯТА! – закричала Дженни, кипя от злости. Однако на неё не обратили внимания, поскольку они продолжали бороться на земле. Они оба получили несколько ударов, перекатываясь по земле, пытаясь одержать верх. – Святая Дженни! – Голос Розэ прорвался сквозь тяжёлый взгляд кореянки. Брюнетка даже не заметила, что она была здесь.  Чонгук и Лиса уже были на ногах, Чонгук наносил блондинке сильные, неуклюжие удары, в то время как она полагалась на расстановку и точность. – Сделай что-нибудь! – В отчаянии воскликнула красноволосая девушка. Дженни посмотрела на неё, прежде чем соблазнительно шагнуть вперёд, готовая надрать им задницы.  Затем спортсмен широко замахнулся, от чего Лиса быстро увернулась. К сожалению, его кулак теперь летел прямо в лицо главной чирлидерши. Закрыв глаза, маленькая брюнетка ожидала боли от удара 18-летнего квотербека по её хрупкой фигуре, затаив дыхание. Но… этого так и не произошло.  Розэ вовремя одёрнула её, и Дженни тоже, как и все остальные… смотрела, как краска отхлынула от лица Чонгука. – Джен, мне так жа... – У него не было возможности закончить извинение, потому что задира ударила его прямо в живот. – Не смей, чёрт возьми, прикасаться к ней! – Пригрозила она, прежде чем заехать коленом ему в промежность и локтём в нос. Он отшатнулся, пытаясь отодвинуться от блондинки, чтобы немного прийти в себя, прежде чем врезаться в неё. Но когда он сделал выпад, что-то удержало его на месте. И воздух пронзил свист, заставивший всех заткнуть уши. – Ану-ка, разойдитесь, придурки! –закричала тренер Хеён, хватая Лису за плечи. – Бамбуковые ножки, клянусь, если ты продолжишь дёргаться, я буду вынуждена ввести тебе 100 мл анестетика, который у меня всегда с собой. – Любой, кто окажется здесь в ближайшие две секунды, проведёт следующие два месяца за ручной стиркой спортивных штанов! – сказал тренер Минхо, с лёгкостью удерживая Чонгука. Толпа мгновенно рассеялась. Дженни оглянулась на удаляющиеся фигуры Лисы и Чонгука.  Однако, среди всей этой суматохи. Никто не заметил, как горячая ученица-ботаничка подняла, казалось бы, ничего не значащий листок бумаги. *** – О чём, чёрт возьми, вы двое думали? –потребовал ответа Минхо.  Их обоих оттащили в сторону, чтобы перевязать раны и убедиться, что им не нужна госпитализация… ну, во всяком случае, немедленно. После этого их отвели в кабинет директора, где их ждала команда школьного дисциплинарного комитета по борьбе с насилием среди подростков. …состоящий из тренера группы поддержки Ким Хеён, Чхве Минхо, славного парня Ли Тэмина и школьного психолога Тиффани Хван. – Ничего особенного, тренер, мы просто немного поспорили. – Лиса пожала плечами.  – Заткнись, тощая палка! Или, ещё лучше, скажи это своей посиневшей щеке и сильно ушибленным рёбрам, а также ЕГО сломанному носу и, возможно, бесплодным репродуктивным органам. – Возможно? Будем надеяться… что миру больше не нужно, чтобы Чон Чонгуки бегали повсюду, изображая из себя придурков. – Ухмыльнулась блондинка. – Ты думаешь, это смешно, Блондиночка? МОЯ главная чирлидерша чуть не получила серьёзную травму! Ты представляешь, что бы это сделало с моей командой? – Возмущённо спросила Хеён.  – Хе, дело не в твоей группе поддержке. Речь идёт о двух учениках, которые причинили много вреда друг другу и самим себе. – возразил Тэмин.  – Вы правы, их наказанием должно быть исключение. Действовать немедленно. – ЧТО? – Протестующе воскликнули два подростка. – Я не думаю, что это правильное решение, Хе, – вступила в разговор Тиффани, – Мы должны помочь им, их изгнание не решит их очевидных проблем. – А что ты знаешь о решении проблем, Монах? Ты не можешь решить даже свои собственные проблемы!  – Эй, ребята, хватит! Прекратите спорить! –крикнул Тэмин. – ПОРЯДОК, ПОРЯДОК! – потребовал директор Хичоль, заставив всех замолчать. – Прежде чем мы что-либо решим, нам следует вернуться к исходной точке. Чонгук и Лиса растерянно посмотрели друг на друга.  – Вы слышали его! Из-за чего произошла драка? Манобан, сначала ты.  – Ну, я просто занималась своими делами и целовалась со СВОЕЙ девушкой. – подчеркнула она, свирепо глядя на Чонгука. – Когда он просто появился из ниоткуда… небрежно оттолкнул ВАШУ  чирлидершу в сторону и ударил меня в случайном порядке. Я просто пыталась защититься. – объяснила Лиса. – Что ж... это правда, мистер Чон? – спросил Минхо, сурово глядя на него.  – Ну... да, но... – Ты нанёс первый удар или нет, кокосовый мальчик? – Хеён только подлила масла в огонь. – Я так и сделал, но это… – Никаких "но", ты начал драку. Тебя следует исключить. – НО ОНА РАЗГРОМИЛА МОЙ ШКАФЧИК И УКРАЛ МОЮ БЛЯ… МОЮ ДЕВУШКУ! – Следите за языком, мистер Чон. – Ты думаешь, мне есть дело до твоей школьной драмы? Я не. Так что смирись с этим и ответь за последствия. – ХЕЁН! Лиса даже не пыталась сдержать улыбку, появившуюся на её самодовольном, но испорченном лице.  – Чему ты улыбаешься, Бамбуковые ножки? Ты думаешь, что тебе ничего не грозит? У меня по всей школе установлены камеры наблюдения, я знаю, что ты разгромила шкафчик Кокосового мальчика. И это не значит, что ты просто стояла там, как испуганная маленькая девочка. Ты также нанесла физический ущерб; честно говоря, вы двое должны быть в одной лодке с преступниками. – Хеён, пожалуйста, это не лучший вариант для нас! – возразила Тиффани.  – Ой, успокойся, у тебя дергающиеся глаза. – Тренер Ким… позвольте мисс Хван высказаться. – посоветовал директор Хичоль. – Ну что ж… Я просто предлагаю, чтобы эти двое приходили ко мне два раза в неделю на индивидуальные консультации. – Я думала, ты хочешь им помочь? – Тихо! – Минхо замолчал. – Я также считаю, что Чонгука следует отстранить от футбольной команды, я уверен, тренер Минхо это поймёт. – Что? Но тренер! Я нужен команде! – Нет, что нужно команде, так это хорошо скомпонованный лидер. – И, наконец, - медленно произнесла девушка с улыбкой в глазах, – …я думаю, им обоим стоит присоединиться к "Glee Club". В комнате немедленно раздалось множество вопросов "ЧТО ЗА…?" и протестов как со стороны Лисы, так и со стороны Чонгука. – Ох, нет, Ни за что! – вскрикнула Лиза – Я не уверен, что это хорошая идея, мисс Хван... – Тэмин замолчал. – Почему нет? По моему опыту, в "Glee" отлично развивают характер и перевоспитывают людей. К тому же, на эти выходные вам нужно больше участников! – Симпатичный тренер "Glee" всё ещё выглядел неуверенным, в то время как тренер Хеён, Лиса и Чонгук выглядели крайне недовольными. Однако тренер Минхо с ней согласен. – Послушайте, конечно, "Glee" действительно помогает, но я не думаю, что ребята из "Glee" будут рады, если самые подлые ребята школы вступят в их ряды. И даже если бы я взял их с собой, они бы ни за что не смогли выучить всю хореографию танцевального номера за один день. – попытался возразить Тэмин, прекрасно понимая, что это не очень хорошая идея. Конечно, Лисе не нужно было этому учиться, потому что она была единственной, кто поставил большую часть хореографии, и она была потрясающей танцовщицей. Но она не собиралась, чёрт возьми, транслировать это. – Смотри, я знаю, что это рискованно, но, по крайней мере, ПОПРОБУЙ. Разве "Glee" не о том, чтобы принимать себя и принимать других? – спросила Тиффани. Тэмин обвёл взглядом ожидающие взгляды, прежде чем, наконец, остановить свой взгляд на умоляющих глазах улыбающейся женщины, и тяжело вздохнул. – Хорошо, мы попробуем это сделать. *** Дженни нетерпеливо ждала у кабинета директора, ожидая окончания собрания. Розэ настаивала на том, чтобы пойти на урок, но ей нужно было убедиться, что с блондинкой всё в порядке. ...просто потому, что она была заботливой подругой, конечно. И потому, что она чувствовала себя немного виноватой из-за ссоры. Не то чтобы она на самом деле "нуждалась" в ней… Наконец, дверь открылась и... вышел Чон Чонгук. Он тут же бросился к ней, прихрамывая.  – Джен, мне так жаль. Я не хоте… – Оставь это, Чонгук. И послушай внимательно. – Нахмурилась брюнетка, готовая отвесить ему затрещину. В то время как Лиса предпочитала кулаки, она предпочитала злобные слова и власть, чтобы заставить людей съёжиться, так безжалостная Дженни Ким была ГОТОВА к игре. – О Чём… Чёрт Возьми… Ты Только… ДУМАЛ? Нет, не отвечай на этот вопрос. Я и так знаю ответ… ты НЕ думал, потому что если бы думал, то понял бы, что избиение девушки... или попытка избиения в твоём случае... это не круто и не сексуально, и уж точно не заставит твою бывшую девушку приползти обратно. Это жалко. Ты выглядишь как абсолютное дерьмо, и тебе лучше надеяться, что Лиса выглядит не так плохо, как ты, иначе я превращу твою жизнь в сущий ад. Ты лучше всех знаешь, с кем я связана, так что лучше будь осторожен. Кивни, если понимаешь. Он молча кивнул, и она продолжила: – Если я услышу, что ты приставал к Лисе, тебе придётся здорово поплатиться, и я клянусь послать к тебе тысячи дьяволам, чтобы они пришли и поубивали тебя. Если я когда-нибудь увижу, что ты проявляешь хоть малейший интерес к её существованию, или замечу, что ты как-то странно смотришь на неё... подожди, знаешь что? Вообще даже не смотри. Ты официально внесён в мой чёрный список, Чон. Пожалуйста, чёрт возьми, а теперь убирайся с моих глаз долой. Бедный парень ошарашенно посмотрел на неё, прежде чем открыл рот, чтобы что-то сказать. Вероятно, ещё одно невнятное извинение, но, встретившись с ней взглядом, он быстро закрыл его. Вздохнув, он ушёл… опустив голову и плечи, признавая поражение. Дженни продолжала сверлить его взглядом. – Ух ты, как странно это меня заводит. –Раздался знакомый дерзкий голос у неё за спиной. Она обернулась, на кончике языка у неё вертелся остроумный ответ, но тут она увидела Лису и ахнула. Задира выглядела намного хуже. Её правая челюсть распухла до неприятного цвета, а всё лицо было залеплено пластырями. Без куртки было видно, что вся её талия забинтована, как и левое колено. По всему её телу начали образовываться небольшие синяки. – О Боже. – выдохнула Дженни. Повинуясь внезапному порыву, она подошла к Лисе и осторожно обняла её. Лиса поморщилась: – Мне так жаль, Лили. – Она отстранилась. Блондинка попыталась улыбнуться. – Ничего страшного… на самом деле, это было немного забавно. – Я просто... Я думаю... спасибо тебе. Что… ты знаешь? Защищала меня… да, это так. И мне жаль. Это была моя вина… ты пострадала. – ЖАЛКАЯ. Это было самое дерьмовое проявление благодарности в МОЕЙ жизни. – Я же сказал тебе, что всё в порядке, Нини-а. Кроме того, твой план сработал. Чонгук очень ревновал. Кореянка покраснела при мысли об их поцелуе. На самом деле, это было самое горячее, что с ней когда-либо случалось.  – Да... но мне надоело играть с ним, он придурок. Лиса улыбнулась.  – Хорошо, ты заслуживаешь лучшего. –Мгновение они смотрели друг на друга, размышляя о событиях, произошедших за день. Главная чирлидерша выглядела такой виноватой, и Лиса просто хотела заверить её, что с ней всё в порядке и что она видела дни и похуже, но, конечно же… она отвлеклась и потерялась в этих блестящих карих глазах. Тайская девушка также не могла не задаться вопросом, что подумала брюнетка об их поцелуе... и что бы произошло, если бы Чонгук не прервал её. Это был, несомненно, самый сексуальный поцелуй в её жизни, а она перецеловала МНОЖЕСТВО людей. Не может быть, чтобы такой горячий поцелуй был просто показухой, чтобы заставить Чона ревновать. – Наверное, мне следует отвезти тебя домой. – сказала Дженни. Лиса посмотрела на неё с потрясённым выражением лица. – Я имею в виду… не так! Хм... потому, что тебе нужен отдых и, да… Неловко. И, о, теперь Лиса думала о том, что другая девушка "отвезёт её" домой… ей действительно нужно было отвлечься. – Тебе не обязательно это делать, ты и так пропустила достаточно занятий. – Ну, я привезла тебя сюда. И я чувствую ответственность за драку, поэтому ты поедешь со мной. Кроме того, я уверена, что мисс Чхве поймёт. – Что ж… если ты настаиваешь. *** Поездка в машине прошла в тишине, напряжение было таким сильным, что его нельзя было разрезать, даже мясницким ножом. Кореянка всё ещё чувствовала себя плохо, что, честно говоря, было для неё в новинку. Обычно ей было наплевать на эмоции и чувства других людей (исключение - Пак Чеён), но она всё равно чувствовала вину за то, что Лиса пострадала. Она уже извинилась, и у неё не было возможности подавить это снова, как бы плохо она себя ни чувствовала.  – Я могу... осмотреть твои раны, если хочешь. Мисс Чонха - никудышняя медсестра. Задира рассмеялась над правдой этого заявления, она была настоящей сумасшедшей сучкой.  – А ты, значит, лучше? – Ну, мой папа врач, так что у меня есть сертификат по оказанию первой помощи... и по искусственному дыханию тоже. – Ты просто ищешь предлог, чтобы снова поцеловать меня? – Как только эти слова слетели с её губ, Лиса отвела взгляд, оставив Дженни краснеть. Блондинка мысленно выругала себя за то, что заговорила об этом. Ни одна из них не хотела говорить об этом. Дженни подъехала к своему дому и помогла Лисе выйти из машины. Они обе сделали вид, что ничего не произошло, и Лиса снова стала такой же беззаботной, как и прежде. – Боже, можно подумать, я сломала себе ноги из-за того, как ты со мной обращаешься. – поддразнила она, когда главная чирлидерша помогла ей выйти из машины, а затем резко отпустила, заставив Лису вскрикнуть от боли, когда ей пришлось удерживать равновесие. – Ладно, хорошо, тебе, очевидно, не нужна моя помощь. – фыркнула Дженни, направляясь к своей входной двери.  – Нини, пожалуйста! – Девушка с глазами лани захныкала: – Я просто пошутила! Дженни закатила глаза и снова приподняла её, на этот раз немного грубее. – Только потому, что ты сказала "пожалуйста". После долгих усилий с обеих сторон… Лиса была не такой уж и лёгкой, несмотря на худобу… они, наконец, добрались до дивана. – Оставайся здесь. – пропыхтела Дженни, исчезая в коридоре.  Лиса кивнула. Как только другая девушка ушла, она слегка приподняла свою футболку и развязала повязку на талии. Любопытно было посмотреть, как это выглядит.  Она захныкала, когда начала снимать её, потому что это было чертовски больно. – Ох, блядьь! – прошипела она, когда повязка уже была снята.  Выглядело это так же плохо, как и ощущалось. Отвратительный сине-фиолетовый синяк размером с ладонь, окаймлённый красным, украшал её потрясающе подтянутый пресс. Задира ахнула, когда она на пробу дотронулась до него, и застонала от боли. – Что, чёрт возьми, ты делаешь? –Раздражённо спросила Дженни. Появившись с красной сумкой в руках.  – Просто смотрю на свои боевые шрамы. – поморщилась Лиса. – Ты с ума сошла! Может, ПЕРЕСТАНЕШЬ в это тыкать? Но тайская девушка только усмехнулась. – Ну, почему бы тебе не подойти сюда и не поухаживать за мной, медсестра? –Соблазнительно спросила Лиса. Её слова пронзили кореянку насквозь и остановились у неё между ног. Ладно, хватит. Прекрати, Дженни. Она не может тебе нравиться. – Заткнись, Манобан. – сказала она, садясь рядом с ней на диван, доставая ватный тампон и немного спирта для разжижения. Лиса наблюдала, как она притянула её так, чтобы они оказались лицом друг к другу, затем придвинулась ближе, так что их колени соприкоснулись. Блондинка захныкала, когда Дженни сняла пластырь с её лба. – Боже, эта Чонха думает, что, заклеив рану пластырем, можно всё исправить. Посмотрите на этот порез, он даже не промыт! – Девушка пониже нахмурилась. Ей действительно следовало пожаловаться директору Хичолю на медсестру. И подумать только, что "она" справилась бы с этой работой гораздо лучше… к тому же, она определенно выглядела бы очень сексуально в костюме медсестры. Намазав ватный диск спиртом, она прижала его ко лбу блондинки. – Оххблядьь! – Та, что повыше, зашипела от боли.  – Ты можешь принять удар от Чонгука, но не можешь справиться с этим? – Это другое... – пробормотала Лиса, что заставило Дженни фыркнуть.  – Я не могу поверить, что ты... – Она покачала головой. – Почему ты просто не ушла? – Я должна была защитить свою гордость и свою девушку, Ким. – Сердце Дженни сжалось и удвоилось от её слов.  В хорошем смысле. – Я не твоя девушка, Лиса... – заявила девушка с кошачьими глазами. Лиса не могла отделаться от мысли, что её голос звучал немного… разочарованно? – Теперь подними подбородок, чтобы я могла осмотреть другие твои порезы.  Блондинка наблюдала, как Дженни с такой тщательностью изучала её лицо. В её красивых карих глазах было что-то почти... заботливое.… она едва заметила, как запылали её щёки, когда она изучала девушку. Её оленьи глаза опустились к розовым губам, нижняя из которых была зажата между зубами, когда она сосредоточилась. Лиса не могла не вспомнить ощущение этих губ на своих губах и то, что ощущало её тело, когда оно было слишком близко к губам Дженни.  – Не могла бы ты перестать так на меня смотреть…? – Немного застенчиво потребовала Дженни. Лисе показалось милым, что она всегда старалась казаться устрашающей. – Да? Например, как? – Я не знаю. Например, "так". Их глаза ещё не встретились, поскольку брюнетка, казалось, пыталась избежать этого.  Поэтому Лиса решила рискнуть. Она медленно наклонилась и нежно поцеловала девушку в губы. Без языка. Никакой ревности.  Никакого Чонгука.  Это было мило и нежно и длилось всего около трёх секунд, прежде чем Лиса отстранилась, её оленьи глаза заблестели. Дженни посмотрела на неё, сбитая с толку и пытающаяся не выглядеть такой взволнованной.  – Зачем… зачем ты это СДЕЛАЛА? – спросила она, недоверчиво касаясь своих губ. Этот поцелуй был таким потрясающим и полным лю… л… чего? Она даже не могла произнести это чёртово слово. – Да ладно тебе, Нини-а... ты же знаешь, тебе это нравится. Только не говори мне, что ты ничего не почувствовала, когда мы впервые поцеловались. Она хотела. Она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хотела. Но была слишком напугана, чтобы признаться в этом… вслух или даже просто в своей голове. – Я... не хотела этого. – ответила она. Затем Лиса отстранилась и изучила выражение её лица. – Я не хотела этого. – повторила она более уверенно. – Чушь собачья. – Я просто пыталась заставить Чонгука ревновать, о чём, чёрт возьми, ты говоришь? – Опять чушь собачья, давай, Дженни… скажи мне, что ты этого не хочешь. –  прошептала Лиса, кладя руки на талию кореянки, забыв о своих травмах. – От одной мысли о том, какой ты была в коридоре, мне становится чертовски жарко. Не может быть, чтобы ты тоже этого не почувствовала... – Она нежно поцеловала её в шею. Лиса подумала, что её солоноватая кожа на вкус просто восхитительна. – Я знаю, ты тоже этого хочешь... – Лиса ущипнула её за пульс, заставив Дженни непроизвольно застонать. И это единственное действие, казалось, привело её в чувство. "Она не может тебе нравиться..." – мысленно повторила она, – "Не впускай никого".  – Прекрати, чёрт возьми, Лиса! – закричала она. Блондинка отпрянула, шокированная внезапным побагровением кореянки. – Неужели это всё, о чём ты можешь думать? Заниматься сексом и трахать людей? – Дженни взорвалась: – Не все хотят спать с тобой, Манобан. На самом деле, некоторые люди даже не хотят находиться рядом с тобой, и точка! Задира посмотрела на неё с выражением боли на лице, и Дженни снова почувствовала себя виноватой. О, чёрт возьми, ей нужно было избавиться от этого. "Серьёзно, это всё, о чём мог думать твой крошечный мозг. Секс, секс, секс, это чертовски раздражает!" Лиса сузила глаза, услышав слова девушки. Она не понимала, откуда берётся всё это дерьмо, но она не собиралась сдаваться и просто терпеть. – Ну, всё, о чём ТЫ можешь думать, так это только о своей грёбаной популярности, статусе и репутации! Срочные новости, ваше высочество; ничто из этого не будет иметь значения, как только мы закончим среднюю школу! Ты думаешь, людям будет не всё равно, встречалась ли ты с квотербеком в реальном мире или нет? Потому, что это не так! Жизнь не такая, Ким! Дженни знала, что она права… в глубине души. Но на первый взгляд она была такой же упрямой, как и Лиса. Она не хотела так жестоко обращаться с блондинкой, но знала, что должна это сделать. Безжалостная Дженни Ким была готова взять верх во второй раз за сегодняшний день. Её защитный механизм уже был готов сработать, и она не могла остановиться. – По крайней мере, я закончу среднюю школу! А чем ты собираешься заниматься? Курить сигары под трибунами всю оставшуюся жизнь? Приставать к девушкам и трахать всех, кто захочет? В любом случае, это всё, что для тебя важно. Признай это, Манобан. Ты навсегда останешься грёбаной неудачницей. – Она сплюнула. Лиса побледнела, в отчаянии сжав кулаки. Тут она подумала, что Дженни вовсе не такая стерва, какой она её считала изначально, и что, возможно, в ней есть что-то большее, но, конечно, инстинкты всегда её подводили. Дженни была холодной, бессердечной и жестокой, и... и она отчаянно хотела доказать, что та ошибалась на её счёт. – Знаешь, что для меня важно? Ты, блядь, хочешь знать? Я хочу сохранить свою семью в целости и сохранности! Это важно для меня! Убедиться, что у них есть еда, которую они могут есть, потому что моя мама работает на трёх работах, чтобы содержать наш дом, и она возвращается домой только в полночь! Хочу убедиться, что моему брату есть где жить, потому что его отец - грёбаный алкоголик, который в любой момент может причинить ему боль, как он сделал это со мной! Вот что для меня чертовски важно! Так что нет, трахаться с людьми и ПОЛУЧАТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ - это не единственное, о чём я думаю, но, полагаю, для тебя это не имеет значения, не так ли? Потому что, что бы я ни сделала или ни сказала, твоё мнение обо мне никогда не изменится. В твоих глазах я всегда буду тупой грёбаной шлюхой, которой суждено быть неудачницей! – Лиса кричала, она выглядела такой злой и обиженной. Такой расстроенной.… её глаза блестели от непролитых слёз разочарования. Дженни была шокирована, она ничего такого не знала о блондинке. Неужели в её семейной жизни было всё так плохо? Она знала, что что-то не так, но… она понятия не имела. Лиса выглядела сейчас такой разбитой. Дженни почувствовала себя ещё более виноватой, и всё, чего ей сейчас хотелось, - это вернуть всё назад. – Лиса, я... – начала она, но была прервана. – Просто заткнись уже, Ким. Я больше не хочу иметь с тобой дела, просто забудь всё, что мы здесь делали. – Лиса тяжело вздохнула и встала с дивана: – Поздравляю, мы наконец-то можем расстаться. Прости, если это произошло на пару дней раньше. Дженни поклялась, что видела, как по щекам блондинки скатилась слеза, прежде чем она вышла из дома. *** На последнем уроке Розэ сидела одна на уроке драматического искусства, считая секунды до конца урока, чтобы успеть проведать Лису. Дженни прислала ей сообщение о том, что она привела девушку с глазами лани домой, и Розэ ужасно нервничала. Драка была безумной, она не могла поверить, что кто-то из них мог продолжать сражаться после всех этих сильных ударов. А потом, когда учителя увели их… Внезапно она кое-что вспомнила…  Она наклонилась и начала рыться в своей сумке в поисках записки, которая была небрежно брошена на землю ранее. Наконец, она нашла её и взяла в руки упомянутую записку.  Это было то, что вывело Чонгука из себя и заставило его захотеть немедленно выбить всё дерьмо из Лисы. Охваченная любопытством, она открыла ее: "Сожалею, что тебе пришлось пережить понижение в должности в женском отделе. Спасибо, что подтолкнул Дженни ко мне, она сделала меня счастливее, чем я когда-либо думала. Я понимаю, почему ты так сильно по ней скучаешь, это чертовски отстойно." – Манобан.