10.

Первое, что увидел Паша, ступив на брусчатку загородного дома, это раскрытую дверь и Ежова, что усиленно делал вид, что не при делах, отводя свой взгляд то в потолок, то в сторону. Пока майор ехал, то смог сломать ребят, заставив их таки рассказать, как они видят своего начальника. Пьет не просыхая больше месяца, огрызается на окружающих, распускает руки на тех, кто криво высказывал свое мнение. А так же в приказном порядке поставил цель - Найти и привезти, пообещав, что в случае невыполнения, погрузит город в такую срань, что в 90-х не видели. Ну, вашу ж за ногу... Он был в отпуске. Ну, уехал на рыбалку к черту на куличики. Ну, связи с ним не было. Ну... Ну, что "ну"? Семёнов стоял у машины, пока в проёме не появилась знакомая фигура в белой шелковой рубашке и черных брюках, которая хваталась за все возможные выступы, для обеспечения равновесия. Их раздело всего метров пять. "Друг" же, поджимая губы, стрелял во все стороны взглядом, отмечая, как ровно в шеренгу, с носа машины, выстроился его ЧОП. - Ты мне ничего не хочешь рассказать? - Пашу поразила синхронность бойцов, смотря на них с непередаваемым выражением лица. По стойке ровно, четверо мужчин, казалось, что они даже дышать перестали. Леша же привалился к колонне, сначала не очень удачно, пришлось сделать еще один шаг, чтобы не пропахать головой камень, затем поймал кое-как равновесия. За этой "веселой" картиной, до Семёнова начало доходить, что конкретно произошло. Связь... Фома его потерял. Это же твердили бойцы, пока везли его "на поклон". Авторитет сам разыскивал майора, а после ушел в такую апатию, что первые две недели отсутствия своего "сдерживающего фактора", в городе ощущалась гнетущая атмосфера. Паша представлял, как могла надавить на пару связь, разворачивая фантазию и показывая самые худшие исходы. Он никогда не пропадал таким образом. Если с подвалом, он был уверен, хотели встретится раньше, то после обрыва сети, Алексей словил депрессию, выходом из которой стал алкоголь. В книгах о таком писали... После же, человек впадает в ярость, затем смирение, но... - И сколько ты выпил? Леша в ответ лишь поднял руку, показывая количество оставшегося в бутылке - он ее прихватил с собой, когда понял, что залпом выпить столько не сможет. Опер же более внимательно осмотрел брюнета, отмечая, что тот схуднул, немного осунулся, под глазами залегли тени. Он вообще питался за последний месяц? - Извини, что я не предупредил тебя. Хотел побыть вдали от технологий. - В ответ увидел виноватый взгляд под ноги. Наверное, Фомин в принципе не втыкал, почему так себя ведёт, от чего и поведение мужчины напоминало нашкодившего ребенка, которого поймали с поличным родители, и которому предстоит выслушать, как его будут ругать. Но самое странное, что Леша молчал. Просто молчал и поглядывал на майора, который в голове укладывал по полкам мысли и думал, что говорить. - Мя~яяяяя - Кошка легкой походкой пробежала мимо ног Семёнова, явно в веселом настроении, подняв свой хвост и игриво виляя пятой точкой, в направлении крыльца. И если Семёнов уже привык к выходкам этого животного, то реакция Леши была просто бесценной: - С возвращением. - Фома поднял бутылку, приветствуя гостью и провожая ее в свой дом взглядом, чуть не навернувшись в сторону, и лишь через пару секунд до него дошло, что он сделал. Что ж... умирать так с музыкой... Подумал криминальный авторитет, и присосался к алкоголю. Анатолий же, в отличии от своего начальника, видел всю смесь эмоций на лице майора, пока тот, не развернулся лицом к машине. Послышался громкий стук лба опера с металлом. Фома же снова вздохнул, чувствуя всплески чего-то веселого внутри, что поднималось все выше и выше, растягивая его лицо в улыбке. - Ты знал? - Подал голос Семёнов, слегка отвернув голову в сторону. - Ага. - Насмешливо подтвердил брюнет, поднимая взгляд на пару. Оказывается, желание посмеяться пересиливало страх неизвестности открытой правды. Второй стук был гораздо громче первого... Боже... Последние дни пронеслись перед глазами Паши в безумной калейдоскопе. Он ведь ломал себя и собирал заново, медитируя на пламя огня и воду, чтобы собраться воедино. Заставлял себя признать связь в полной мере. Уговаривал свою душу, что в случае незнания Фомы, опер заткнёт свой рот и будет жить, как жил до этого. Как же трудно ему давались дни обдумывая. Он перебрал столько вариантов, чтобы не потерять эту дружбу. - Как давно? - Металл автомобиля прекрасно охлаждал кожу, внушая некую видимость контроля. - Еще в школе. - Леша снова глотает виски, сдерживаясь, чтобы не разразиться смехом. - С седьмого класса. В ответ же, майор возвел глаза к небу, понимая, что его попросту надули. Теперь стали ясны поступки "друга". Все до единого случая, когда Фома приходил на помощь, когда вовремя приводил Пашу в чувство, как коротал с ним вечера за распитием водки. А главное... Выпускной... Этим они закрепили связь, сделав ее максимально развившейся. - Ты хоть понимаешь, что я пережил? - Чувствую закипающую злость, с нажимом произнес майор, развернувшись и впившись ледяными глазами в авторитета. - Я бы на твоем месте рот бы прикрыл. - Поджал губы бизнесмен. Он не стал припоминать тот обидный случай с чистым враньем. - В отличии от нас, они... - Он обвел бутылкой охрану. - Не знают, в чем дело. И правда... Семёнов все же обратил внимание на тот факт, что они не одни. Это мгновенно отрезвило мужчину, что готов был взорваться от негодования. Так ладно... Ему надо успокоиться, чтобы вести конструктивный диалог, пока не заметил, сколько алкоголя осталось в бутылке. Леша ее почти допил. - Дай сюда. - Паша легким движением выхватывает виски, мгновенно проглатывая остатки в несколько глотков, а затем зажмуриваясь от жжения в горле. - Думаю... Нам стоит поговорить. - Предложил Фомин, мысленно прощаясь с запасом элитной выпивки, потому что травить Пашу тем, что пил сам в последнее время, не хотел. Получив утвердительный кивок, он повернул голову в сторону ЧОП-овцев. - Вы свободны. - Затем подумав, добавил. - Завтра выходной.