11.

Паша с удовольствием погрузился в ванну. Вода приятно поглотила тело опера, опуская его на дно. Боже... Как давно он уже нормально не мылся... На озере, из предметов и обычаев гигиены, у него была холодная вода и кусок мыла, а тут... Выше среднего температура ласкала его кожу, уводя разум в далекие дебри. - Я бы не советовал тебе принимать горячие процедуры. - Голос ворвался в тишину помещения, рефлекторно выводя майора с состояние готовности. - Боюсь потерять собеседника раньше времени. - Алексей зашел внутрь, держа две рюмки. Кажется, он принес старую добрую водку, ногой пододвигая табурет в сторону чугунного "корыта". - Я не настолько идиот. - Семёнов вновь откинулся на спинку, уходя под воду по нос. Прикрываться не имело смысла, все же оба носители Y хромосомы, да и... чего брюнет там не видел? - Думаю, мне следует узнать, когда ты начал её видеть? - Поинтересовался Фома, притащив в ванну помимо табурета еще и стул, на котором он мог удобно устроиться, не опасаясь за свои кости в седалище, да и рюмки нужно было куда-то поставить. - Не помню точно когда. - Ответил Семёнов, перехватывая бутылку из рук бандита. Все же в Леше уже плескалось больше полулитра, если не больше. - Я больше думал, с хрена ли меня преследует какое-то животное. - Думал, что с головой не все в порядке? - Попробовал угадать мужчина, ожидая, когда "друг" нальет порцию. - Да. Она появлялась мельком, на периферии зрения, а когда я поворачивал голову... - Ее там уже не было. - Окончили за него. - Да. - Согласился Семёнов, опрокидывая рюмку в рот. Разговор тёк равномерно, будто встретились два далеких знакомых, каждый со своими проблемами. Хотя... Так оно и было. Паша не лез в дела Леши и наоборот. Казалось они оба хотели максимально сохранить общение, подходя с разных сторон. Все же, их пути лежали диаметрально противоположно, но они сохраняли контакт. Напиток достаточно быстро закончился, как казалось обоим. - И что мы теперь будем делать? - Спросил Алексей. Он успел в молчаливом обдумывании достать закуску в виде зеленого лука, что приятно хрустел во рту, не давая быстро схлопнуться. - Мы в любом случае связанны, но... - Семёнов вытянул ноги, потягивая их под толщей воды и отмечая, что жидкость стала уже довольно прохладной. - На первом же медосмотре меня отстранят от службы. - В смысле? - Удивился брюнет. Павел же живет своей работой и попросту не сможет бросит полицию, срываясь вдогонку за любым преступником. Даже если он снова предложит Семёнову старое место главы охраны, то того просто будет трясти от нарушения законов. Это будет мешать работе Фомы и постоянно сталкивать их лбами, в попытке доказать друг другу неправильность действий. - Я как-то поинтересовался у врача, который бесил меня вопросами, есть ли у меня связь, нашел ли я родственную душу, каким образом медики узнают врёт ли им пациент или нет. - И каким же? - По сердцебиению. - Вздохнул майор, выбираясь из ванны. - Мол, кардиограмма не может нормально считать толчки, потому что помимо собственного, тело отбивает ритм второго человека, что напрочь сбивает возможность проследить, в каком состоянии здоровье исследуемого. - И это единственная причина? - Плюс... Я все же опер. Моя служба сопряжена с опасностью, ранениями... - Влипанием во всякое рода дерьмо... - А теперь представь свое состояние, если меня убьют. - Паша следил, как глаза брюнета опускаются в пол, скрываясь под взъерошенными волосами, а его ладони сжались в крепкий кулак. - А мне, по закону, требуется сообщить, кто пара. Семёнов покинул ванну, заворачиваясь в полотенце. Благо, летняя погода позволяла щеголять почти нагишом, не заботясь об переохлаждении и простуде. - Погоди, Паш. - Голова Фомина выглянула из-за двери. - А почему не отстранили раньше? - Потому что я убедил себя в том, что это не так, и свято был в этом уверен. - За окном майор видел проблески звезд, а так же уже ушедшее солнце. Долго же он отмокал. - И это никак нельзя обойти? - Я имею право не разглашать личность пары, но все равно буду отстранен. - Ответил Семёнов, проводя рукой по лицу. До этого разговора, ему в голову не приходили мысли о том, как он будет дальше жить. На его карьере можно ставить сразу крест. Ни один врач не вынесет заключение, что он допущен к такой службе, ведь если его убьют - Фома погрузит город в хаос. И от этого никто не сможет спастись. После смерти пары, ничто больше не будет удерживать криминального авторитета. У них нет детей, как бы смешно это не звучало, благодаря которым Леша мог бы выбраться из навалившего отчаяния. Старик-егерь рассказывал, что должна быть очень веская причина, чтобы не уйти следом, просто религия романтизировала связь, чтобы у всех было нужное мнение... Они оба мужчины без семьи, без близких, кроме них самих, людей. И если Паша рассматривал вариант, что при потере Фомы, просто застрелится из своего табельного оружия; то с Лешей он не мог предсказать, что произойдет, если тот обнаружит бездыханное тело с дыркой в голове. Стоило лишь вспомнить, что случилось, пока Семёнов тихо мирно рыбачил, пропав с радаров. - А если сообщишь кто? - То я бы очень хотел посмотреть на лица начальства. - Усмехнулся мужчина, в итоге так и не найдя себя в отражении стекла. - Да... Я бы тоже не отказался. - Согласился Леша, улыбнувшись, представляя как выпадет группа высокопоставленных военнослужащих. - А если серьезно... Убьют меня, ты рехнёшься, если тебя - я. И как бы мы не пытались обойти эту систему, генералам будет выгоднее не трогать тебя. - Тело майора упало на кровать, ему совершенно не хотелось идти куда-то дальше. Алкоголь неплохо так разморил мужчину. - А меня попросить со службы, чтобы в случае моей смерти, все шишки с твоей стороны не коснулись полиции.