Шторм и буря

      Учитель Оливер сегодня придирался больше обычного и отчитывал меня буквально за каждую ошибку. Вот ведь, нашёл на ком сорваться после выговора отца, — размышлял Вайз, пока шёл по коридору. До занятия по танцам ещё есть время, надо бы зайти посмотреть, как дела у Белль.       Через мгновение по длинному коридору эхом раздался звонкий звук шлепка. Перед его глазами развернулась довольно ужасная картина, заставив его растерянно замереть на месте. Перед Белль стояла разъярённая женщина и что-то безостановочно кричала, пока та, схватившись за щёку, едва сдерживала слёзы. Эту вампиршу Вайз никогда раньше не видел в этом поместье, а значит, она прибыла недавно. — Молодой аристократке надо быть сдержаннее, госпожа Белль. Вы же не хотите опозорить своего брата на предстоящем балу, правда? — Что здесь... чёрт возьми, происходит? — чётко проговаривая каждое слово, спросил Вайз, привлекая к себе внимание.       Женщина тут же замолчала и заметно занервничала, её глаза забегали, будто она кого-то искала. — Брат… — Ох, это же молодой господин. Что вы здесь делаете в такой час? Разве у вас не должен был быть урок с Оливером? — спросила она, прикрывая своим телом девочку, но вампир не спускал своих алых глаз с сестры. — Не заставляй меня задавать этот вопрос дважды, — он медленно перевёл взгляд на женщину.       Атмосфера в коридоре помрачнела. Если бы кто-то попытался приглядеться, то смог бы увидеть тёмный туман, окутавший их в свои холодные объятия.       Женщина попыталась открыть рот и что-то сказать, но попытка провалилась, а слова застряли в горле. — Ты язык проглотила? Если нет, тогда я не вижу другой причины, почему ты молчишь, когда минуту назад так яростно повышала голос на мою сестру.       Не выдержав тяжёлой ауры, исходящей от Вайза, вампирша свалилась на колени. Казалось, сама гравитация давила на неё, заставляя склонить голову перед молодым вампиром. Чувствуя стыд за то, что не устояла на ногах, и неистовый страх за собственную жизнь, она вдруг заплакала. — Вайз, — подала голос Белль, подходя к брату, — она не виновата. Учитель Адель приехала сюда, чтобы обучать меня, и… — Обучать тебя? О чём ты говоришь, Белль? — Г-герцог Вильгельм сам пригласил меня сюда для обучения молодой госпожи. Он приказал мне научить её всему, что должна знать будущая аристократка, — наконец-то смогла выговорить Адель.       Он не верил своим ушам. Точнее, не хотел верить. И то, что Вайз не чувствовал исходящего от неё запаха лжи, только больше его взбесило. — Как ты смеешь нести такой бред своим грязным ртом!? Ты хоть понимаешь, на кого подняла свою руку? Где, чёрт возьми, ходят стражники?!       Ему, наверное, никогда в жизни ещё не хотелось впиться кому-нибудь в глотку и разорвать её. Единственное, что останавливало его от каких-либо действий, — стоящая рядом младшая сестра. — Аристократ не должен так выражаться, — к ним подошёл пожилой мужчина в смокинге и заговорил с парнем, не обращая внимания на окружающую атмосферу. — Госпожа Адель не соврала вам, она прибыла в поместье по приказу герцога и выполняла свою работу. Вы же и сами это поняли, да? — Альфред, скажи, по-твоему, это её работа? — он указал на покрасневшую щёку Белль. — Герцог Вильгельм предоставил госпоже Адель полную волю действий, чтобы она смогла в кратчайшие сроки сделать из госпожи Белль достойную леди, — тем же спокойным голосом проговорил он.       От гнева его начало трясти, а губы сжались в тонкую нить. Казалось, теперь эмоции окончательно отодвинули здравый разум на задний план и взяли в свои руки контроль над его телом.       Столько лет Вайз терпел все возможные тяжёлые тренировки от разных учителей, после которых он не чувствовал ни рук, ни ног. Терпел выговоры от отца после очередной малейшей ошибки и его разочарованные взгляды. Терпел общество других аристократов, которые ни во что не ставили его и откровенно глумились, их лживые улыбки и мерзкие слова.       Все девять лет он терпел и не жаловался.       Но после того, как обидели самого дорогого ему человека, молчать вампир больше не мог.       Он развернулся и направился к кабинету герцога. — Куда вы, молодой господин? — спросил дворецкий. — К отцу, — кратко бросил он.       Вампир чувствовал, что оставаться здесь было опасно, нужно было как можно быстрее уйти. Он стал бомбой замедленного действия — одно неверное движение или слово, и парень бы сорвался. Слишком долго он держал под контролем все свои эмоции и чувства, но, кажется, сегодня была последняя капля. — Герцог сейчас занят на совещании, — мужчина попытался перегородить ему проход, но, словив на себе свирепый взгляд вампира, отшатнулся в сторону. — Прошу вас, господин Вайз, вы же знаете, что я всегда был на вашей стороне. Вы сейчас немного не в себе, и боюсь, что в таком состоянии не сможете следить за своими словами. Вы должны сами понимать, какие потом могут быть последствия.       Мужчина прищурил свои глаза и, приложив руку к сердцу, поклонился перед молодым вампиром.       Альфред уже очень долгое время работал дворецким в этом поместье, чем заслужил уважение и доверие герцога. Он был верен только одному господину, но всё изменилось, когда сюда прибыла герцогиня Мэриан.       Эта молодая жизнерадостная девушка, привлекавшая к себе взгляды, понравилась многим слугам. С её появлением эта усадьба расцвела очень тёплыми и яркими красками.       Мужчина решил присягнуть ей на верность и остаться подле девушки, а в тяжёлые времена старался всячески помогать.       Поэтому, с рождением Вайза и Белль, дворецкий пообещал герцогине ценой своей жизни оберегать их и с тех пор никогда не нарушал своего слова. Оставаясь верным другом и помощником для детей. — Прости, Альфред, когда дело касается моей сестры, я пойду на всё, чтобы защитить её, — сказал вампир, а после обратился к служанке, что всё это время стояла в стороне: — Бет, проведи к выходу эту женщину и оставайся рядом с Белль, пока я не приду.       Всю дорогу к кабинету он чувствовал, как быстро билось его сердце. Но не знал, что сильнее сейчас бушевало в его душе — гнев или страх.       Находиться рядом с отцом наедине было для него пыткой. Аура, что всегда исходила от герцога Вильгельма, независимо от того, кто стоял рядом, заставляла чувствовать себя жалким ничтожеством. Для мужчины все вампиры были не больше, чем грязью на его дорогих ботинках, недостойной его драгоценного внимания.       И даже собственные дети не были исключением.       Подойдя к огромной и тяжёлой двери в зал совещаний, парень остановился и сделал глубокий вдох.       Злость, что всё это время заставляла его сжимать зубы до боли в дёснах, вдруг затихла, а на смену ей пришёл страх.       Он обвивал своими мерзкими и холодными щупальцами ноги вампира, заставляя его колебаться.       Словно дьявол, сидящий на левом плече, нашёптывал ему: уноси скорее ноги, ты слабак, ты ничего не сможешь сделать.       Ударив себя по щекам, чтобы отогнать ненужные мысли, вампир несколько раз постучал по двери.       За ней послышалось приглушённое: — Заходите.       Двое стражников открыли перед Вайзом проход, приглашая его пройти внутрь.       За большим круглым столом сидели четверо знатных вампиров, которых он очень хорошо знал. Они обратили свой взор на новоприбывшего. — Прошу прощения, что потревожил ваше совещание, герцог, но мне нужно с вами кое-что обсудить, и, боюсь, это не может подождать, — Вайз почтительно поклонился, прежде чем заговорить.       На самом деле ему просто было тяжело поддерживать зрительный контакт с холодными глазами отца, из-за чего он часто предпочитал смотреть в пол при разговоре с ним.       Мужчина несколько секунд молчал, а потом махнул рукой: — На сегодня закончим. Благодарю за ваше присутствие.       После его слов все сидящие до сих пор вампиры незамедлительно встали и вышли из зала, не смея сказать что-то против, оставляя отца с сыном наедине. — Ты впервые сам приходишь ко мне. — Герцог слегка склонил голову набок. — Даже не побоялся сорвать совещание, так что ты очень заинтересовал меня.       Его холодный голос был лишён любопытства. — Говори скорее, какое у тебя дело? Вайз сжал кулаки так сильно, что казалось, будто ногти впились ему в кожу.       Детскую голову заполнили всевозможные мысли, и никак не получалось собрать их в одно единственное предложение.       Он уже начал думать о том, чтобы просто сорваться с места и убежать, но вспомнил, как вампирша подняла руку на его сестру, когда та плакала.       И ярость новой бушующей волной накрыла его с головой.        — Отец, это правда, что вы наняли баронессу Адель обучать манерам Белль? — наконец-то смог произнести парень.       Разочарованный вздох герцога раздался в ответ. — Так вот зачем ты пришёл. А я уже думал, что случилось что-то действительно важное. — Он немного помолчал перед тем, как продолжить: — Можешь возвращаться, Вайз. Твои занятия на сегодня не закончены. — Отец, прошу, послушайте меня.       Тошнота подступила к горлу, а голос предательски задрожал.       Вайз наконец-то поднял глаза и встретился с равнодушным взглядом мужчины. — Я делал всё, о чём вы мне говорили. — Его пальцы непроизвольно дрогнули. — Я был достойным наследником и никогда не подводил вас. — Сердце ныло от слишком быстрого ритма. — Я беспрекословно слушался вас и исполнял каждое поручение. — Воздух стал тяжёлым. — Столько лет я пытался стать для вас идеальным сыном ради того, чтобы вы оставили в покое мою сестру.       Вайз почти выдохся. — Тогда почему вы поставили ей учителя? — У нас разве был такой уговор? — герцог поднял одну бровь и вопросительно посмотрел на сына.       Этим вопросом мужчина выбил твёрдую почву из-под ног Вайза.       Его лицо побледнело, а дыхание участилось.       Он прав. Такой договорённости никогда не было между ними.       Осознание пришло слишком поздно.       Когда-то давно вампир сам себе придумал это и продолжал следовать этому уговору, о котором его отец даже не знал.       Возможно, ему просто нужен был какой-то стимул, который бы помог ему не сломаться под всесторонним давлением. — Не было, — едва слышно произнёс он. — Тогда я не вижу смысла продолжать этот разговор. — Герцог равнодушно поднялся из-за стола. — Почему вы так поступаете, отец!? — не выдержав этой тяжёлой атмосферы, Вайз сорвался на крик. — Я знаю, что вам глубоко плевать на всех. Даже ваши собственные дети ничего не значат для вас, но должен же быть предел жестокости… — Вайз… — сократив между ними расстояние, герцог протянул руку к сыну, но тот не отстранился. — Вы забрали у моей мамы всё, заставив её страдать. Неужели вы хотите, чтобы Белль страдала точно так же!? Как вы можете спокойно наблюдать, как бьют вашу дочь!?       На его глазах появились слёзы, и он уже не видел чёткой фигуры отца.       Тяжёлая рука так и застыла в воздухе, не коснувшись его головы.       Герцог Вильгельм осматривал лицо своего сына — так внимательно, будто видел его впервые.       Взгляд отца казался парню таким грустным и уставшим, что где-то глубоко внутри что-то неприятно кольнуло. — Она когда-то смотрела на меня такими же глазами… Ты без сомнения её сын… — после недолгой тишины произнёс он, а затем, достав платок из кармана, аккуратно вытер выступившие слёзы парня. — Я подумаю о твоих словах. Так что можешь возвращаться обратно в комнату. До конца дня ты свободен от занятий, я передам это твоим учителям. Хорошенько отдохни, ты выглядишь бледным.              Вайз ещё некоторое время стоял на месте после того, как его выставили за дверь.       Мало того, что он сейчас накричал на отца, так ещё и не получил за это наказание.       Перед ним правда стоял его отец? Может, кто-то похожий?       Шокированный происходящим, парень, как только завернул за угол, сполз по стене и уставился в окно напротив.       Солнце было в самом зените, ярко освещая земной шар, а птицы счастливо щебетали на ветках деревьев.       На подоконник выскочил уличный чёрный кот и приветливо мяукнул Вайзу.       Он не спит. Точно не спит. Значит, это реальность.       Бушующая ярость обратилась в душе вампира тихой гладью.       Почему-то стало так легко. — Вот бы увидеть сейчас Хару…