Маленький мышонок

      Вся дорога к площадке была, как в тумане. Голова раскалывалась от боли после разговора с отцом, принося ему ужасный дискомфорт, но Вайз продолжал свой путь — ведь его ждали.       Он уже и не помнил, когда в последний раз нормально отдыхал. После встречи с Харумасой вампир начал задерживаться на своих ночных вылазках до самого рассвета. После возвращения домой была возможность несколько часов поспать перед занятиями, а ночью он снова приходил к другу. И так несколько дней подряд. — Харумаса? — Вайз осмотрел площадку и все места, где тот мог спрятаться, но его нигде не было. — Хару, ты здесь?       Дампир всегда первым приходил на площадку, но сегодня никто его не ждал, одиноко сидя на лавочке.       Надеюсь, ничего не случилось…       Парень присел на землю, оперевшись спиной о ствол дерева. Он не знал, где живёт его друг и где его искать, поэтому Вайз решил остаться здесь и ждать его прихода.       Из-за высоких крон деревьев приветливо выглядывала полная, немного розоватая луна. Она ярко освещала городок своим призрачным светом. Всё вокруг казалось таинственным и незнакомым. Усыпанное звёздами небо завораживало и притягивало. Невозможно было отвести глаз.       Как всё-таки прекрасен, одинок и безлюден город после захода солнца. Земля, прогревшаяся под жарким солнцем, не спеша отдавала ещё оставшееся тепло.       Птицы замолчали, уступив место ночным обитателям. Сверчки приятно стрекотали, где-то спрятавшись в траве. Эта тихая и монотонная мелодия сладко убаюкивала молодого вампира. Казалось, будто бы вся усталость этого мира свалилась на его тяжёлые веки. И стоило ему на секунду прикрыть глаза, как возле уха раздалось тихое: — Бу. — А-А-А!!! — громкий крик разрезал ночную тишину.       Раньше на подобную шутку Вайз реагировал бы более сдержанно и даже мог напугать в ответ, но сейчас, из-за недостатка сна и рассеянности, реакция была слишком резкой.       Перед лицом Харумасы появилось белое облачко с характерным звуком «пуф», а через секунду он увидел маленького серого летучего мышонка. — Хару, как ты мог? Зачем так пугать? Я чуть сердца не лишился! — недовольно запищал тот, но его возмущения уже никто не слышал. — Вааа! — восторженно прокричал дампир. — Я слышал, что вампиры могут обращаться в мышей, но впервые вижу это воочию. Вайз, это невероятно! Ты такой милый!       Харумаса не мог усидеть на месте — он крутился вокруг друга, внимательно изучая его новое тело, и ни одну деталь не оставлял без комментария. А после протянул к нему раскрытые ладошки, и Вайз удобно на них приземлился, устав махать крыльями. Всё своё возмущение, которое он собирался высказать этому шутнику, забылось, стоило увидеть щенячий восторг дампира. — Обычно вампиры не обращаются так легко, но сейчас ты просто застал меня врасплох, — оправдывался он. — Думаю, из-за моего состояния. — Состояния? Ты плохо себя чувствуешь? — вся радость в мгновение исчезла, а на смену ей пришло беспокойство.       Он смотрел, как мышонок прилёг в его ладошках. — Когда ты вернёшься обратно? — Мм, мне нужно немного времени, — задумчиво произнёс вампир, чувствуя, как кружится голова. — Просто я… — Вайз? Эй, Вайз! Открой глаза!       Обеспокоенный голос друга был последним, что он услышал перед тем, как потерял сознание. Теперь вампир остался один на один с этой бескрайней тьмой. — Что же делать? Что делать!? — затараторил Хару, осматриваясь по сторонам.       Он совершенно не знал, к кому ему обратиться за помощью.       Люди убьют его сразу, как только узнают, что он вампир. А если он сам пойдёт к вампирам, то убьют, скорее всего, его. Но делать было нечего — безопасность Вайза была для дампира на первом месте. А о последствиях можно подумать потом.       Дампир перебежал через небольшой лес и оказался на территории вампиров. Он никогда раньше здесь не был и не знал, куда идти.       Первой ему попалась небольшая деревня, во всех домах которой горел свет. Осторожно прижимая к груди маленькое тело друга, мальчик начал стучаться в первую попавшуюся дверь. Открыла ему девочка лет шести, но, увидев глаза ночного гостя, испугалась и побежала звать родителей. — Извините, не могли бы вы помочь?.. — заговорил Хару, как только увидел приближающуюся фигуру мужчины.       Но тот ничего не сказал и сильно ударил его по лицу, от чего дампир отлетел на несколько метров. Голова закружилась, а к горлу подступила тошнота. Харумаса опустил взгляд и, увидев, что Вайз остался невредимым, облегчённо вздохнул. — П-прошу, помогите моему другу, он…       Как только дампир заговорил снова, прилетел ещё один тяжёлый удар ногой в живот. Откашлявшись кровью, он скрутился на земле, чтобы последующие удары не коснулись мышонка — он такое точно не переживёт. — Как тебе только смелости хватило прийти на территорию вампиров, человеческий отпрыск? — послышалось откуда-то сверху.       Перед глазами мальчика всё плыло; из-под едва открытых век он видел мутную фигуру мужчины. — Рон, прекрати сейчас же! Ты его так убьёшь! — из дома выскочила женщина и встала между ними, расставив руки по сторонам. — Он всего лишь ребёнок, оставь его! Идём в дом.       Она начала толкать своего мужа обратно, а после обратилась к мальчику: — Лучше уходи. В этом месте тебя ждёт только смерть.       Хару едва смог привстать, превозмогая боль во всём теле, и раскрыл свои ладони, показывая ей летучую мышь. — Мой друг… Он вампир… Помогите ему, прошу…       Рот как будто лезвием разрезали, а в ушах загудело, стоило заговорить.       Но он всё равно смотрел прямо на вампиров, стоящих перед ним, не отводя своих жёлтых глаз.       В них горела непоколебимая уверенность.       Женщина перевела взгляд с мальчика на маленькое тело в его руках. Было видно, как она колебалась, пытаясь найти правильное решение проблемы. Вампирша перекинулась парой слов со своим мужем, и он, недовольно фыркнув, согласился с ней. Подняв дампира на руки, мужчина занёс его в дом, а уже там усадил на диван. Она начала осматривать его раны, но Хару отрицательно помахал головой, протягивая к ней мышонка. — У твоего друга истощение, никаких серьёзных повреждений я не увидела. Как только он немного отдохнёт, сможет прийти в себя, — сказала женщина после тщательного осмотра. — Ты уверен, что тебе не нужна помощь? В этой деревне я доктор, так что ты можешь мне довериться. — Не нужно, со мной всё хорошо, — хрипло сказал Хару.       На языке всё ещё чувствовался неприятный привкус его крови. Но после того, как он узнал, что с Вайзом всё хорошо, смог наконец облегчённо выдохнуть. Он низко поклонился перед хозяевами дома. — Большое спасибо за вашу доброту и сострадание. Как я могу вас отблагодарить? У меня есть деньги… — Нам ничего не нужно от грязного дампира, — заговорил мужчина, но, словив на себе недовольный взгляд жены, молча отвернулся. — Ты ведь знал, что идти сюда опасно?       Получив подтверждающий кивок от мальчика, она продолжила: — Тогда почему? — Потому что, если бы с ним что-то случилось, я никогда бы себя не простил.       Хару перевёл взгляд на мирно спящего на подушке мышонка и улыбнулся. — Даже если это значило, что я умру.       Женщина замерла на секунду, не веря своим ушам, а после погладила его по голове и вышла из комнаты, сказав ему, что он может находиться здесь столько, сколько потребуется.       Оставшись с Вайзом наедине, дампир смог расслабиться. Подняв кофту, он увидел ужасные синяки по всему животу — лицо, наверное, выглядело не лучше.       Но это ничего.       Хару давно уже привык к боли.       Почувствовав на себе чей-то взгляд, он посмотрел на дверь, из которой выглядывала маленькая девочка. Она не решалась подходить, но было видно, как она заинтересована в полуночных гостях. Дампир не решился заговорить первым, но улыбнулся ей, чтобы показать, что он не злой.       И это помогло.       Она улыбнулась ему в ответ и осторожно подошла ближе, но на безопасное расстояние. — Ты дампир? — спросила она. — Да. — Я никогда раньше не видела дампиров, так это правда, что вы существуете. Ты не сильно отличаешься от нас, и клыки есть, только цвет глаз другой, — удивилась она. — Аха-хах, это не удивительно, что ты нас никогда не видела.       Хару усмехнулся. — Дампиры не ходят на территорию вампиров — для нас это опасно.       Он был совсем не против утолить любопытство маленькой девочки. — Мы…       Он остановился, услышав движение на подушке. Вайз наконец-то открыл глаза и начал растерянно осматривать помещение, в котором находился, а потом посмотрел на друга. — Хару? — парень резко обратился, чем испугал всех присутствующих, и, схватив в обе руки лицо дампира, начал осматривать его. — Что с твоим лицом? Оно всё в крови. — А, я… Это долгая история…       Он растерялся, не зная, как правильно объяснить ситуацию, чтобы тот не разозлился.       Времени подумать у него, к сожалению, не было.       Вайз перевёл взгляд на мужчину с женщиной, которые, услышав шум, пришли проверить обстановку. Но, увидев свирепый взгляд молодого вампира, так и замерли в проёме двери. Они сразу почувствовали, что парень относился к высшим аристократам. Аура, исходящая от него, давила на них с такой силой, что они с трудом могли стоять на ногах.       Упав на колени, мужчина склонил голову и сказал: — Моя жена с дочкой не виноваты. Если хотите наказать кого-то, то только меня. — Вайз… — обратил на себя внимание дампир, понимая, к чему идёт ситуация. — Я пришёл к ним посреди ночи, прося помощи, потому что тебе было плохо.       Он смотрел прямо в глаза другу, надеясь, что тот поймёт. — И они помогли. Прошу, давай просто уйдём отсюда.       Вампир схватил его за руку и направился к выходу из дома, но голос женщины их остановил. — Скажите, почему чистокровный вампир из знатного рода водит дружбу с дампиром?       Она не поднимала голову из-за страха, но этот вопрос её действительно волновал.       Вайз остановился возле двери и, после недолгого размышления, ответил: — Добрее и искреннее, чем Харумаса, вам никого не найти среди вампиров.       Он бросил последний взгляд на хозяев дома. — И вы всё ещё живы только благодаря ему.       Ответив, он скрылся в ночной темноте.

***

— Ты хоть понимаешь, каким глупым был твой поступок? Ты мог погибнуть! Я тебе говорил, что вампиры жестокие существа. То, что они решили тебе помочь, — это огромное везение, — начал отчитывать его Вайз, как только они покинули территорию вампиров. — Я не знал, что мне делать… Ты вдруг потерял сознание… — Хару опустил взгляд, а голос его задрожал. — Я не знал, как спасти тебя… Но если бы я пошёл к людям, они убили бы тебя…       Вайз подошёл и крепко прижал к себе дампира. Он сейчас не был уверен, чьё тело дрожало сильнее. Мысль о том, что он заставил его волноваться и рисковать своей жизнью, неприятно резала по сердцу. Единственный, кого он должен осуждать, — это он сам. Перестал контролировать своё тело, обратился в летучую мышь и потерял сознание.       В голове, как назло, появлялись не самые приятные воспоминания.       Вампир также сильно обнимал холодное тело матери в день её смерти. — Прошу, не жертвуй собой ради меня.       Он слабо сжал плечи друга. — Я не знаю, как мне жить дальше, если с тобой что-то случится… — тихо сказал он, опустив голову тому на плечо.       Тишину нарушали лишь тихие всхлипы дампира.       Спустя какое-то время они вернулись на площадку. Сидя уже на привычной и знакомой лавочке, Хару первым заговорил: — У меня есть кое-что для тебя.       Он достал небольшую деревянную коробочку и протянул её вампиру. — У нас в городе сегодня была ярмарка, я купил это на ней.       Вайз заинтересованно начал осматривать сначала саму коробочку, а потом открыл её и ахнул от удивления. — Это…       Внутри он увидел красные серёжки. — Они очень красивые, Хару.       Слабая улыбка тронула его губы. — Поможешь надеть?       Дампир неуверенно снял с правого уха вкрутку, а потом, с дрожащими руками, надел подаренную серёжку, стараясь не делать больно другу. Закончив, он поднял взгляд. Глаза Вайза, будто отражая лунный свет, ярко засияли алым; он счастливо улыбался и смотрел прямо на него.       Этот вид заставил сердце Харумасы забиться быстрее. — Тебе идёт, — тихо сказал он.       Пальцы едва ощутимо дрогнули. — Вторую я заберу себе на память, если ты не против. — Аха-хах, но у тебя же не проколоты уши, — он оставил лёгкий поцелуй на щеке мальчишки, довольно наблюдая, как тот краснеет. — Ничего, может, когда-нибудь.