Будь честен с собой

      Жизнь молодой герцогини понемногу налаживалась. После произошедшего на балу и пережитого страха потери ещё одного родственника, её отношения с Вайзом стали более доверительными. Он больше не пытался контролировать каждый её шаг, а она, в свою очередь, начала видеть в нём не только строгого герцога, но и заботливого старшего брата.       Вайз так же перестал закрываться от неё в своём кабинете, сидя там сутками напролёт, а девушка с радостью заглядывала к нему, предлагая свою помощь с документами. И так, взяв на себя часть работы старшего, Белль сильно освободила его плотный график, благодаря чему они стали чаще прогуливаться по городу или устраивать чаепития в мамином саду. Будто вернувшись в прошлое, где они являлись друг для друга всем.       И в очередной такой солнечный денёк, она снова пригласила Вайза в беседку у небольшого пруда в саду. Белль, как обычно, взяла на себя всю подготовку к чаепитию. Она тщательно выбирала лучшие десерты и чай, но вскоре заметила, что собеседник утратив интерес к их разговору, перестал её слушать. Погружённый в свои мысли, он смотрел на неё рассеянным взглядом и лишь машинально кивал в ответ.       Белль замерла, невольно сжав фарфоровую чашку в руках. Её голос постепенно затих – стало очевидно, что Вайз не слышит ни слова. Лёгкий ветерок шевелил занавески беседки, солнце отражалось в воде пруда, но он, казалось, не замечал ничего вокруг. В душе девушки зародилось беспокойство. О чём он думает? Что могло так сильно его отвлечь?       — Акира? — тихо позвала она, надеясь вернуть его в реальность.       – А, прости, – он несколько раз моргнул, прежде чем его взгляд наконец сфокусировался на ней.       Белль внимательно смотрела на него, пытаясь понять, что же происходит. Обычно Вайз был спокойным и сосредоточенным, но сейчас перед ней сидел вампир, словно потерявший связь с реальностью.       — Ты меня не слушал, — мягко заметила она, наклоняясь чуть ближе. Она несомненно беспокоилась о нём, но скрыть свою обиду на то, что парень отвлекается на свои мысли во время их диалога, даже не пыталась       — Да, — признался он, нервно проводя рукой по волосам. — Я… задумался.       — О чём? — Голос Белль был осторожным, но в нём звучала искренняя забота.       Парень лишь отвернулся, избегая взгляда. Ему было стыдно — снова заставлять младшую сестру волноваться казалось неправильным. Но вампир не был уверен, что мог поделиться этой проблемой. Да и стоило ли вообще говорить об этом с Белль?       – Акира-а-а? – протянула девушка, прищурив свои глазки. Она давно уже заметила, что её брат в последнее время странно себя ведёт, но всякий раз, когда она поднимала эту тему, он, сославшись на гору работы, спешно скрывался в своём кабинете, краснея, будто при лихорадке. И вот теперь, хоть парень и отвернулся от неё, она отчётливо видела, как пылают его уши. – Ты обещал ничего от меня не скрывать, не забывай об этом, – напомнила она, пристально наблюдая за ним.       – Кхм, – прочистив своё горло, он неуверенно посмотрел на девушку, – как думаешь, если один и тот же вампир снится несколько ночей подряд, это о чём-то говорит?       Девушка удивлённо подняла брови и склонила голову набок, внимательно изучая его лицо. Она немного не это ожидала от него услышать, но так было даже интереснее.       — Хм, интересный вопрос, — сказала она, сцепив пальцы в замок. — А этот вампир… кто-то знакомый?       Парень нервно отвёл взгляд, будто пытался сосредоточиться на чём-то другом, но его слегка покрасневшие уши выдали смущение.       — Ну… — протянул он, раздумывая, стоит ли отвечать. — Допустим, да.       Девушка усмехнулась, быстро уловив суть разговора. Колебания в голосе, беглый взгляд и заметное смущение говорили сами за себя – её брат был разоблачён. Она уже догадалась, о каком "вампире" идёт речь, но предпочла сделать вид, что не знает. Ведь гордость вампиров слишком хрупка.       — И что же тебе снится? — с любопытством спросила она.       — Да ничего особенного! — поспешно ответил он, но осознав, как это прозвучало, неловко потёр шею. — Просто… Мы разговариваем, иногда гуляем. Иногда…       Он замолчал, словно подбирая слова, пока девушка едва сдерживала смех.       — Иногда что? — с лёгкой улыбкой подтолкнула его к продолжению.       Он глубоко вздохнул и пробормотал:       — Иногда... целуемся.       — О-о-о, вот оно что! — протянула она, хитро сощурив глаза. — Так ты поэтому ведёшь себя странно? Из-за своих романтических снов с возлюбленным? Какой же ты ещё невинный.       — Забудь, что я вообще что-то сказал... – парень закатил глаза, желая поскорее закончить эту пытку. Он знал, что этот разговор вообще не стоило начинать и теперь ему не избежать шуточек со стороны младшей сестры.       — Аха-хах, — Белль засмеялась, но, заметив обиженный взгляд Вайза, поняла, что ситуация на самом деле серьёзная. Сложив руки на столе, она положила на них голову и взглянула на него. — Слушай, вот что я тебе скажу: если он тебе так часто снится, значит, ты не можешь выбросить его из головы. Это может означать, что у вас были какие-то разногласия или недоразумения, которые так и остались нерешёнными, и они продолжают преследовать тебя даже во сне. Если эти сны доставляют тебе дискомфорт, лучше разобраться с проблемой как можно быстрее. А если тебя всё устраивает, просто игнорируй их — и сны сами прекратятся.       Не ожидавший от девушки реального совета, вампир удивлённо уставился на неё, на что она демонстративно закатила глаза.       — Не смотри так на меня, — с недовольным выражением на лице сказала она, — я не всегда просто шутница и болтушка. Иногда мне тоже приходится думать.       Он всё ещё продолжал смотреть на неё с недоумением, а она, почувствовав его взгляд, немного пожала плечами.       — Знаешь, Акира, не всё в жизни нужно воспринимать слишком серьёзно. Но если тебе действительно важен этот "вампир", то, возможно, стоит разобраться, что ты от него хочешь.       «Что я от него хочу? – у него в голове вспылил недавний разговор с сестрой, пока дампир стоя перед ним на коленях, делал ему минет, – Неужто я этого от него хочу?»       Во время той их беседы, Вайз не упомянул одну важную деталь о том, что его сон с Харумасой не заканчивается одними поцелуями.       – Ах.. Хару, подожди...       Дампир проводит языком вдоль ствола, смотря ему в глаза, и сразу же обхватывает рукой, двигаясь медленно, словно пробуя на его вкус. Не выдержав зрительного контакта, Вайз закрывает глаза, позднее пожалев об этом, ведь так его ощущения только сильнее обострились. Он чувствует как чужие руки сжались на его бедрах, помогая ему устоять на ватных ногах. Сейчас он балансировал на грани – зарываясь пальцами в мягкие волосы Харумасы, пытаясь оттянуть их, и сжимает со всей силой, стоит ощутить горячие губы вокруг головки.       — Хару... Аргх...       Приходится отпустить его, чтобы зажать себе рот. Стоны кажутся уже до невозможного громкими, вампир смотрит на то, как с каждым движением тот берет его член все глубже, как блестит слюна, смешанная со смазкой на его губах… От этого кого угодно унесет.       – Господин Вайз, не закрывай свой рот, я хочу слышать твои стоны, — говорит дампир, оставляя поцелуи на его животе и бёдрах.       Вампир чувствует мурашки по коже, когда горячее дыхание Харумасы щекочет нежную его кожу, а руки крепче сжимают задницу. Он кладет головку его члена себе на язык, легко движет им, облизывая, дразня и, удерживая руками, не позволяет парню сползти на пол окончательно.       Он снова посасывает только головку, слизывает смазку и даже не пытается взять член полностью, хотя Вайзу безумно хочется. Он уже не думает о том, правильно это или нет. В данную секунду всё, что именно какое-либо значение – это Хару с его членом во рту. Вампир поддается бедрами вперед, проталкивая член глубже.       Вайз сжимает его волосы крепче, притягивает ближе к себе и дрожит, приоткрывая рот в безмолвном стоне от внезапно нахлынувшего оргазма и держится на ногах только благодаря тому, что дампир заботливо подставляет плечи, позволяя отдышаться.       – Ты очень вкусный, господин Вайз, – проговорил парень, довольно облизываясь. Один за другим он оставлял на шее вампира мокрые дорожки от поцелуев, задерживаясь на некоторых местах, где потом появятся темные засосы.       – Хару, я знаю, что это сон, – сказал Вайз, слабо отталкивая от себя парня, – знаю, что всё это не реально. Зачем ты приходишь ко мне каждую ночь? Ты мне мстишь?       – Месть? – дампир громко рассмеялся от подобного предложения. – Господин Вайз, я прихожу к тебе каждую ночь, потому что ты ждёшь меня.       Открыв глаза, Вайз неотрывно сверлил стену, словно это она виновата в его реалистичных снах. Тихий шепот дампира, всё ещё эхом отдавался в ушах. Он встал с кровати, и накинув халат, направился в ванную комнату. Умывшись холодной водой, чтобы прийти в себя после сна, Вайз взглянул на своё отражение в зеркале. Синяки под глазами уже стали чем-то привычным на его лице. Он открыл окно, впуская в комнату прохладный утренний воздух. Птицы уже во всю щебетали между собой, сидя на тонких ветках деревьев, будто о чём-то сплетничая. Белль как обычно носилась вокруг сада, с воодушевлением рассказывая что-то своей служанке Бет, но отвлеклась, заметив стоящего на балконе брата. Она счастливо заулыбалась и помахала ему рукой, Вайз повторил этот жест.       Сегодня вампир, похоже, носил ещё более угрожающие выражение лица, чем обычно. Служанки боялись даже подойти к нему, не говоря уже о том, чтобы заговорить. Каждый раз, когда он проходил мимо них, они в страхе прижимались к стене, слово пытались слиться с ней воедино. Если бы кто-то мог увидеть атмосферу, которая окружала его, она напоминала бы тёмное грозовое облако.       – Акира, ты здесь? Я принесла тебе кофе, – к нему в кабинет постучалась сестра и не дожидаясь ответа, зашла внутрь.       Посмотрев на девушку, парень удивлённо изогнул бровь.       – Разве этим должна заниматься герцогиня, где все служанки? – спросил он довольно логичный вопрос.       – Брат, я не удивлена тому, что ты не заметил, что они боятся даже подойти к тебе, – усмехнулась Белль, и обойдя письменный стол, пригладила торчащие после сна серые локоны, – может хватит уже пугать наших слуг своим мрачным видом? Это снова из-за того сна?       Парень глубоко вздохнул и опёрся на спинку кресла. Белль, как всегда, читала его, как открытую книгу: ему не нужно было ничего говорить, чтобы она поняла, что с ним что-то не так.       – Да.       – А ты пробовал говорить с ним во сне? – спросила девушка, немного задумавшись.       – О чём ты? – не понял Вайз.       – Ну, если у тебя нет возможности встретиться с этим "вампиром" в реальности, то попробуй поговорить с ним во сне и решить проблему, которая тебя мучает, – предложила она, – я уверена, что всё это время ты пытался отвергнуть его и не был с ним честен.       Вайз решил попробовать, ведь других вариантов у него всё равно не было. И этой ночью он уже сидел на кровати в ожидании своего ночного гостя.       – Какой неожиданный сюрприз, господин Вайз. Ты ждёшь меня? – дампир снова вошёл в его комнату через окно, непринуждённо, словно к себе домой, – неужели ты так скучал по мне?       Он подошёл к Вайзу и нежно прикоснулся к его щеке, проведя большим пальцем, но замер в изумлении, когда тот, откликнувшись на его жест, начал тереться о его ладонь.       – Скучал, – честно ответил он, – я скучал по тебе все двадцать лет, Хару.       Дампир открыл рот, чтобы что-то сказать, но, не издав ни звука, закрыл его и сделал несколько шагов назад. Взгляд Вайза встретился с его, и он заметил, как тот смутился от таких простых слов, что придало ему немного уверенности.       – Ч-что это на тебя нашло, господин Вайз? – прикрыв лицо рукой, Хару отвёл глаза в сторону.       – Разве ты не это хотел услышать? – спросил вампир, и притянув к себе Харумасу, уткнулся носом ему в грудь. – Куда делась вся твоя смелость?       Дампир промолчал, но Вайзу это было не нужно – он и так слышал, как быстро билось его сердце. Он уже давно не удивлялся таким реалистичным снам и тому, что мог полностью себя контролировать в них. Однако на этот раз что-то было иначе. Ощущение реальности давило с непривычной силой, так, словно дампир стоящий перед был настоящим, а не плодом его воображения. Вайз нахмурился, стараясь уловить разницу, но резко вскинул голову и их взгляды встретились. В глазах дампира плескалось нечто новое и странное. Осознание? Испуг? Или, возможно, понимание? Он вдруг попытался отстраниться, но Вайз ему не позволил этого сделать, повалив того на кровать, он навис сверху. Теперь он чувствовал полную власть над ситуацией, они впервые поменялись ролями.       Дампир тяжело дышал, его грудь стремительно поднималась и опускалась. Вайз склонился ниже, их лица разделяли лишь несколько сантиметров.       – Что-то не так? – голос Вайза звучал спокойно, но в глазах плясал интерес.       – Господин Вайз… – Дампир сглотнул, его руки сжались в кулаки. — Ты ведёшь себя иначе.       – А ты впервые боишься, – заметил Вайз с лёгкой усмешкой.       Дампир дёрнулся, но Вайз крепче прижал его к кровати, не позволяя вырваться.       – Отпусти, – прохрипел он, но в голосе не было прежней уверенности.       – Нет, – твёрдо ответил Вайз, – ты позволял себе слишком многое, теперь настала моя очередь.       Вайз не сводил с него глаз, чувствуя, как напряжение между ними сгущается, словно гроза перед разрядом. Харумаса дышал прерывисто, но уже не пытался вырваться. Их взгляды встретились, и в следующий миг он наклонился ниже, стирая последние сантиметры между ними.       Сначала их губы лишь осторожно соприкоснулись, словно проверяя, насколько далеко можно зайти. Но затем сдавшись перед таким напором, Хару приоткрыл рот в немом приглашении. Вайз не заставил себя ждать. Его язык мягко скользнул внутрь, требовательно сплетаясь с чужим. Чувствуя, как в груди зарождаются новые чувства.       Дампир сначала напрягся, но отвечал на поцелуй с неожиданной жадностью. Его пальцы вцепились в ткань одежды Вайза, словно удерживаясь за последнюю ниточку контроля. Вампир же наслаждался моментом, углубляя поцелуй, завладевая им полностью, пока у них обоих не закружилась голова от нехватки воздуха. Вайз оторвался от его губ, но не отстранился – их дыхание смешивалось, горячее и сбивчивое. Он чувствовал, как под ним дрожит чужое тело, не то от напряжения, не то от чего-то более глубокого.       — Ты меняешь правила — сказал Хару, закрыв глаза всего на мгновение.       – В этой игре с самого начала не было правил, – усмехнулся Вайз, но спустя мгновение серьезно посмотрел на него, от чего дампир невольно вздрогнул. – Ты всё время говорил мне, что приходишь сюда, потому что я этого хотел и ты был чертовки прав.       Дампир лишь смотрел на него, расширенные зрачки скрывали истинные эмоции, но Вайз видел – он больше не пытался сопротивляться, внимательно слушая каждое его слово.       – Все эти годы я ненавидел себя за то, что подверг тебя опасности и считал себя виновным в твоей смерти, – тихо произнёс Вайз, проводя пальцами по его щеке, – но когда встретил тебя снова после стольких лет, я не увидел в твоих глазах ни злости, ни ненависти ко мне… и это меня очень обрадовало. Я хотел бы вернуть прежнее общение, но узнав, чем ты жил всё это время, я испугался, что снова смогу причинить тебе боль. Поэтому и оттолкнул тебя. Мне жаль.       Дампир не ответил. Но его руки, что секунду назад были сжаты в кулаки, теперь медленно разжались, скользнув вверх по спине Вайза, цепляясь за него, словно боясь, что тот отступит.       – Спасибо, – почти неслышно выдохнул он.       Вампир наклонился снова, и их губы встретились вновь – на этот раз неуверенность исчезла, оставляя только нежность, в которой они оба начинали тонуть.       Харумаса больше не появлялся в его снах, и Вайз поймал себя на том, что немного огорчён этому. Однако, осознав это, он смутился и поспешил отогнать лишние мысли. Зато одно ощущение было несомненным – после откровенного разговора с другом на душе стало неожиданно легко. Вот только после всего, мог ли он продолжать назвать его другом?