Now here, not Home (Теперь здесь, а не дома.)

— «Это… не имеет смысла» Это, несомненно, фотография меня в 15-летнем возрасте, но почему? В его удостоверении было написано, что ему 29 лет, и фотография там когда ему 20 лет, а не 15. Зачем кому-то поддельное удостоверение меня молодого? Если только- — «...» Это не его собственное удостоверение. Годжо побежал в ванную, чтобы еще раз посмотреть на себя, и к его удивлению, он выглядел намного моложе и заметно ниже ростом, он выглядел точно так же как на удостоверении. Если бы кто-нибудь взглянул на него, то сказал бы что он 15-летний мальчик с белоснежными волосами и ярко голубыми глазами. Было бы очень странно думать, что он старше этого возраста. Тем не менее, что-то не так, телепортация в новое место не означает, что это сделает его моложе, или, по крайней мере, никто из тех, кого он знает, не смог бы сделать такое. Есть только один возможный способ...

...

— «Шоко» — «...» — «Ш-О-К-О-О-О!!!!» — «…» — «ШО-» — «Что?» — оторвавшись от книги, Шоко слегка выдохнула. Знак поражения. — «Что ты читаешь?» — «Ах, тебя это интересует? - она размахивала своим романом; Годжо «слегка» кивает в знак согласия. — Это роман о перерождении человека, в последнее время такие истории очень популярны. Вчера увидела один и решила купить, пока что, читать можно, но я не понимаю ажиотажа вокруг этого», — Шоко пожимает плечами. — «О чём книга?» — он спрашивает. — «Хм, я думаю, это можно резюмировать так: главный герой умирает из-за несчастного случая в своём первоначальном мире, и его душа переселяется в другое тело, принадлежащее альтернативному миру, затем главный герой делает всё, что хочет. Сможет ли выжить в неизвестном мире, — продолжает Шоко, — достаточно просто?» — «Ага! Хотя было бы неплохо, если бы ты могла так хорошо объяснить свою технику…» — «Иди отсюда уже...» — Шоко попыталась ударить его по руке, но безрезультатно. Он хихикает над попыткой Шоко преодолеть его бесконечность.

...

Годжо находится в другом теле 15-летнего него, в другой альтернативной вселенной. Он думал, что их не существует, но другого объяснения его присутствия здесь нет. Этот молодой Годжо, кажется, устал от жизни и взял дело в свои руки, закончив всё это в ванне, а он, чья душа покинула уже его тело, после того как он пожертвовал своей жизнью, в итоге вселился в это тело, у которой не было души. — «Надеюсь, тогда "я" попал в лучшее место.» Итак, он определенно умер в своем родном мире. Факт смерти приносит ему огромное облегчение, его ученики теперь могут жить нормально и наверстать упущенное, борясь с проклятиями, или, возможно, они станут такими же учителями, как он, чтобы воспитать ещё одно поколение. Но он больше никогда не сможет быть там и наблюдать за их ростом. Возможно, это его единственное сожаление: ему нужно было многому их научить, и это причиняет ему боль. Его могут хоронить без трупа в гробу, могут похоронить с цветами, брошенными на землю. Они наверное прольют много слёз, но в конце концов пойдут дальше. Точно так же, как и он теперь. Он наверняка будет очень скучать по всем, но знание того, что они счастливы, уменьшает его боль. Он надеется, что они его- «Ещё раз прошу прощения у тех, кому придется это убирать, надеюсь, это не слишком большая просьба о красивых, но простых похоронах.» — «…» — «Я должен устроить себе похороны», —Годжо бормочет себе под нос.

...

Годжо оказывается в спальне в поисках чистой, неокровавленной или чернильной одежды. В итоге он нашëл черную футболку и бежевые шорты. Одевшись поудобнее, он начинает пробираться в сад дома, который теперь принадлежит ему. Он выкапывает яму в земле, кладет туда свою окровавленную форму вместе с этим тупым пиджаком и закапывает всё обратно. Сидя перед небольшим холмиком земли, Годжо складывает руки вместе. — «Хорошей загробной жизни, Годжо Сатору этого мира» Это… всё, что ему удалось придумать. — «Я имею в виду… такие похороны, вероятно, достаточно красивые и простые, не так ли?» — в конце концов, это было то, чего хотел парень. Он надеется, что никто из соседей этого не увидел; Лучше, чтобы полиция не стучала в его дверь, чтобы расследовать дело о "странном беловолосом подростке, закапывающем окровавленную одежду во дворе своего дома". ... Это сделало бы его похожим на серийного убийцу, пытающегося избавиться от улик! Он просто пытается похоронить другого Годжо. Похоже, ему тоже нужно навести порядок в доме, особенно в ванной. — «Теперь, когда все похороны и уборка позади… Могу ли я узнать себя получше?»

...

Чтобы нормально жить в этом мире, он должен сначала узнать о Годжо этого мира. Во первых. Этот парень жил в довольно таки скромном доме. Слишком скромном для него, точнее, к чему он привык, но Сатору может легко адаптироваться. Да, вот такой вот он, универсальный. Во вторых. Покойный Сатору - одинокий человек, в своей предсмертной записке он не обратился к своим близким, даже простое: «Эй,___. Прости за это, пожалуйста, знай, что я тебя очень люблю, подмигивающее лицо». — «Он был настолько одиноким ребёнком, ни одного друга, с которым он мог бы попрощаться с ним в последний раз, но как насчёт его собственных родителей…?» — ему было интересно, но вскоре ответ появился сам по себе. Фотография "его" родителей, поставлена на маленький деревянный столик, а также стоят несколько сгоревших ароматических палочек, становится довольно очевидно, что подросток, является сиротой. Его родители выглядят довольно молодыми, они погибли из-за несчастного случая? Годжо может себе представить, какой огромный урон это нанесло психическому здоровью другому ему, но действительно ли это всё, что могло привести к этой смерти? Должен быть ещё один фактор, влияющий на это. С самого начала эта необычная проклятая энергия беспокоила его. Это была единственная вещь, которая всë это время била его шесть глаз, как только он очнулся в этом мире, и это сильно подавляло его даже с техникой обратного проклятия. Это не было похоже на ощущения проклятой энергии магов, и он слишком много ощущает. Годжо телепортировался в переулок и выходит на оживленную улицу. В отличие от его родного мира, где только маги дзюдзюцу обладают проклятой энергией, здесь каждый гражданский человек имеет проклятую энергию. Хотя энергия и слабая, это всë равно начинает его утомлять. Годжо достает бумажник и открывает его, надеясь найти магазин и купить себе приличные солнцезащитные очки или, возможно, повязку на глаза, но разве повязка не привлечет к нему много внимания? Здесь он пытается быть осторожным. Вместо денег его встречает одна монета и немного пыли. Годжо недоверчиво смеётся. Похоже, он не смог проверить финансовое положение другого Годжо. Где деньги этого чувака!? Почему этот парень такой бедный? Может у него есть тайник? Раньше у него было предостаточно денег, чтобы подкупить Мэй Мэй, но теперь он не может позволить себе даже чёртов леденец. — «Ладно, хватит, мне просто нужно получить повязку на глаза или пару хоть каких-то дешëвых солнцезащитных очков, а может быть, и подработку…» — он слабо бормочет и телепортируется обратно в свой новый дом. Ещё немного покопавшись в этом маленьком доме, он узнает, что предыдущий он ходит в среднюю школу Альдера, и завтра ужасный понедельник. Годжо на самом деле вообще не заинтересован в этом, он уже прошёл через всё обучение давным давно, но он также не мог позволить себе пропустить информацию о подростке. Если он собирается теперь жить в теле этого парня, ему следует хотя бы выяснить, почему он покончил с собой, и отомстить за беднягу, если в этом вообще есть необходимость. — «Тогда я пойду завтра в школу», — Годжо вздыхает и начинает готовиться ко сну. Ночью, в одиночестве своей постели, где лунный свет падает на него, Годжо думает о том, что бы он мог сделать в этом мире. Он был вундеркиндом в клане, он был самым сильным, носителем шестиглазого и безграничности, он был учителем, но всё это стало бессмысленным в тот момент, когда он здесь сделал свой первый вдох, хоть чуть и не последний, снова. Теперь он обычный человек, он просто Годжо Сатору. Не осталось никого, кто мог бы ожидать от него чего-то, больше никакой ответственности, никаких кандалов связывающих его. Он задаётся вопросом, в мире, где, то что раньше имело значение, теперь совершенно бессмысленно. Сможет ли он рассматривать это как свободу и делать с этого момента все, что захочет…? Отдых воспринимается как награда, заслуженный приз. Годжо думает о подработке, чтобы заработать на свои очки, и медленно засыпает, оставив все проблемы на будущее.