Down Memory Lane | To let you go again (По следам воспоминаний | Чтобы снова тебя отпустить)

1 шаг, 2 шага

20 шагов, 30 шагов

Фигура Сугуру становится всё меньше и меньше, постепенно исчезая среди оживленных улиц. Нет… Это не то, чего он хотел. Сатору смотрит налево, на вывеске ярко светит надпись KIC. Только не снова он! История снова повторяется у него на глазах, но он не предпринимает по этому поводу ни малейшего усилия. Раскалывающаяся головная боль, переулок, Сугуру, лежащий неподвижно и безжизненно в его руках. Видения накрывают его, ударяя, как грузовик. В последний раз, когда он позволил Сугуру исчезнуть в толпе, он- Годжо заставил свои ноги двигаться, и вскоре его мелкие шаги перешли в бег, и он выронил тайяки. Сугуру всё ещё там, в толпе, только на этот раз далеко от него. Он может дотянуться до Сугуру, и он сделает то, что должен был сделать давным-давно. Сугуру всё ещё идёт, слегка размахивая руками по бокам. Разве у него не было привычки ходить с ними в карманах? Сатору тянется и хватает руки Сугуру в свои, его хватка крепка и неумолима. На этот раз он больше никогда его не отпустит. Сугуру замирает, но он не осмеливается взглянуть на другого. — «Ты снова так себя ведешь... отворачиваешься от меня, веря, что это лучший вариант, — говорит он между каждым вздохом. — Почему ты сам решаешь?» — «…» — «Я не хочу этого, Сугуру!» Услышав эти слова, Гето резко поворачивает голову к нему с широко раскрытыми глазами. — «…Что?» «Я бесчисленное количество раз задавался вопросом, что пошло не так между нами двумя, почему ты никогда не разговаривал со мной, почему ты пошел по этому пути, — он встречается взглядом с другим. — И как мы можем начать всё сначала» Какой-то странный свет заполняет глаза Сугуру, рот слегка приоткрыт. — «Почему ты не видишь? Мы оба в мире, где никто не знает о нашем прошлом, — его рука трясется. — Разве это не второй шанс , предоставленный какими-то неизвестными существами? — говорит он, стараясь не дать отчаянию просочиться в его голосе. — Я... я так старался привыкнуть к жизни без тебя. И конечно же мне это удалось. Но теперь, когда ты здесь... Ты не можешь просто исчезнуть снова! Как... — ...как я справлюсь, если снова тебя потеряю?» — «…Сатору, ты не понимаешь. Наши отношения не могут быть восстановлены так легко, — говорит Сугуру дрожащим голосом. Ты считаешь, что это уже не подлежит исправлению? Разозлившись на упрямство Сугуру, несмотря на явное отчаяние, он хватает его за рубашку обеими руками и бьется головой о грудь. — «Тогда, блять, загладь свою вину! Загладь свою вину за то, что ты выбросил, за то что мы могли бы сделать вместе!» — рука отпускает Сугуру. Она медленно сжимается в кулак и ударяет в грудь Гето, но абсолютно слабо. Сугуру молчит, Сатору не видит его выражения лица, но слегка дрожащее дыхание и учащенное сердцебиение сказали ему всё, что ему нужно было знать. — «…Ты действительно… — нервный глоток — …согласен с этим? — затаив дыхание, говорит Сугуру, его глаза полны надежды, когда они встречаются взглядами. — С тем, что мы начнём всё заново?» — «Я думал, что смирился с тем, что оставлю всё позади, — он кладёт голову на широкое плечо Сугуру, зажмуривая глаза. — Я думал, что меня вполне устроит быть здесь совсем одному, без кого-то, кто бы меня по-настоящему понимал, что мне будет хорошо с новыми друзьями... но... Он был счастлив в нынешних обстоятельствах, имея друзей, понимающего начальника, некую семью. Но время от времени он не может не думать, что было бы неплохо, если бы кто-то был здесь. Прежде чем отбросить эти мысли, напомнив себе о своей нынешней жизни. Сатору сглатывает, чувствуя, как его сердце колотится в грудной клетке. — «Я был очень рад… когда узнал, что из всех людей здесь именно ты». Другой замирает, его дыхание больше не чувствуется. Рука Сатору движется и обхватывает его широкую спину. — «Так что, да, — Годжо крепче прижимает Гето к себе. — Я не против начать сначала. Ты и я, в этом мире...» — «Ты уверен?» — «Абсолютно» — «Ты правда-правда уверен? Это не какая-то жестокая шутка?» — «Твоё представление обо мне хуже, чем у Иджичи? Да. Я уверен! Ты что, оглох...» — он отстраняется, чтобы посмотреть на Сугуру, но... Другой притягивает Сатору ближе, обнимая его крепче, чем когда-либо. Как будто если бы он отпустил, Сатору растворился бы в воздухе, став единым с холодным ветром. Его рука трясется, удерживая его. Он зарылся лицом в шею Сугуру, вдыхая тепло. — «...Но ты должен мне пообещать». — «Что угодно» — «Больше не будем называть людей обезьянами» — «Никогда» — «Больше никаких убийств» — «Больше никогда» — «…Не оставляй меня позади». — «Убей меня, если я это сделаю» — «…Мхм» Они как-будто держатся друг за друга часами. Капельки слëз Сугуру попадают в белые волосы Годжо, а слëзы Сатору в плечи Гето. — «Уже поздно, — Сатору отстраняется, осторожно вытирая лицо. — Как насчёт того, чтобы я проводил тебя домой?»

***

— «Сатору» — «М?» — другой мычит. — «У меня не было возможности спросить у тебя раньше, но… как дела у девочек?» — «…Ну, если я правильно помню, они все сбежали в тот день, когда ты умер. Хотя не уверен, что случилось потом» — «Понятно, это хорошо» — «Чувак, ты знал, что ты был чрезвычайно раздражающим даже после смерти?» — «Что? Как?» — «Проклятый паразит, Кендзяку или что-то в этом роде, захватил твой труп. Он доставил много неприятностей, пока носил твою кожу» — «Значит, Оккоцу не превратил меня в пыль?» — «Нет, ты умер у меня на руках» — «…Извини за это- Подожди, почему ты не избавился от моего тела? — спрашивает он, немного удивленный. — Разве это не решило бы все проблемы?» — «…Ты действительно говоришь мне об этом?» — он смотрит на Сугуру. — «…» — «Знаешь… — Сатору пинает камень, он чувствует себя намного спокойнее, отойдя от толпы и оправившись от тупых рыданий. — Я тут кое о чëм задумался» — «О чëм?» — «Сколько проклятий у тебя осталось?» — «Эээ... штук 200, я не использовал их все во время своего последнего боя, несколько единиц первого, второго ранга и несколько особых» — «Хох... ладно. Какая у тебя причуда?» — Конечно, если парень не без причуды, как он. — «У меня есть довольно крутая "причуда", посмотри» — «О, это шоу чудес, показывай, показывай», — он внимательно смотрит. — «Ладно!» — Сугуру достает карандаш и ломает его пополам. — «Ух ты... какая крутая причуда» — «Это не то, — Сугуру закатывает глаза кладя несчастный сломанный карандаш на ладонь и щёлкает пальцами другой руки. Вдруг сломанные части сливаются воедино, как будто они изначально не были сломаны. Размахивая карандашом, он говорит. — Видишь? Довольно круто!» — «Ни за что… — он держит карандаш, вертя его в руках. — Так ты можешь просто оживить свои проклятия… и разве ты не будешь таким крутым целителем!? Знаешь, просто носишься вокруг и исцеляешь людей во время напряженной битвы» — «Хахаха, мне нравится твоя идея, — он усмехается с нежностью. — Но всегда есть подвох» — «А?» — «Я могу лишь вернуть всё к тому, что было 30 секунд назад, конечно, за счёт собственной энергии, но её можно восполнить с помощью еды» — «Ну, это огромный дебафф, — его плечо опускается. — Подожди-ка...» — «Я узнаю это озорное лицо, когда вижу его. Продолжай» — «Откуда твоя причуда знает время? Да ладно, откуда ты знаешь, что у неё есть ограничение по времени?» — «Мне родители сказали». — «У тебя есть родители?» — «У тебя нет?» — «Неа, навещай меня иногда, становится довольно одиноко, — он качает головой. — В любом случае, я хочу кое-что проверить с твоей причудой» — «...Хорошо» — «Отлично! Возможно ли, что… тебя обманывали или же не договаривали всë это время?» — «Ты хочешь сказать, что я могу перемотать больше, чем на 30 секунд?» — «Точно! А что, если ты можешь сделать только 30 секунд, потому что ты думал, что можешь сделать только 30 секунд? Кто рассказал тебе о причуде?» — «Унаследовал от отца, и он рассказал мне, как им пользоваться. Конечно с недоумением, от того, почему его сын забыл, как использовать свою собственную причуду. Хотя я сомневаюсь, что ты знаешь больше, чем он» — «Кто бы мог знать, если бы мы не проверили это прямо сейчас, хм? Хорошо, — он достает листок бумаги. Они оба приседают на улице в каком-то переулке. — Когда я говорю тебе перемотать назад, ты не думаешь о 30 секундах, ладно?» Побежденный вздох: — «Давай уже покончим с этим… О скольки мне следует думать?» — «Хм… чтобы убедиться, что ты не пострадаешь от какой-то недостаточности… секунд 50, я думаю? — он хлопает себя по карманам, а затем хмурится. — Можно мне твой телефон?» — «Ты забыл свой?» — он вытаскивает телефон из кармана и протягивает Сатору. — «Скорее, не могу себе этого позволить. Бедный Годжо Сатору, буквально», — он включает телефон и вводит пароль, входя в «время». — «Окей, начнëм?» — «Ага-, подожди, как ты разблокировал его?» — «Только что ввёл твой старый пароль 0712. Я удивлëн, что он у тебя до сих пор стоит» Он всё ещё помнит — ну конечно… Пароль Сугуру это день рождения Сатору, но почему-то тот этого никогда не замечал. Одновременно Сатору щёлкает пальцем и одновременно стучит по экрану телефона. После щелчка листок бумаги разрывается на мелкие кусочки. Они сидят и ждут, уставившись на детали, взгляд Сатору прикован к мобильному телефону. — «И... возврати его, Сугуру!» Не теряя ни секунды, Гето делает то, что ему говорят, размышляет о 50 секундах в уме и...

...ничего не произошло

— «Тц, — Сатору щёлкает языком, показывая Сугуру время. Оно показывает «44.35». Бумага всё ещё лежит в руках и до сих пор разорванная, его теория не верна. — «Я же говорил» — «…Откуда причуда знает время?» — «Ты меня спрашиваешь?» — «Можем ли мы проверить, что твоя причуда может многократно использоваться на одном объекте?» — «Я пытался, но…» — «ВОТ, БЕСЫ! — оба оборачиваются и видят, как к ним приближается какой-то злой старик с тростью. — Как ты смеешь мусорить перед моим домом! Я сейчас покажу вам где му-» — «Извините, мы...» — «Нет, спасибо», — не позволяя тому договорить, Сугуру хватает Сатору и бежит подальше от разгневанного старика, которому теперь нужно убирать их мусор.

Они бегут не пойми куда.

— «Ты... пфф-, ХАХА!» — за его спиной смеётся Сатору. — «Что я?» — Сугуру резко оборачивается на него и спрашивает. Они всё ещё бегут, они всё ещё держаться за руки. — «Ничего особенного! Просто… — ...раньше ты бы сказал мне поднять бумагу!» — «А ты бы взял меня за руку и побежал куда подальше! — говорит он между каждым вдохом. — Мы оба изменились» — «Вот именно, — замечает Сатору. — Мы изменились» Они как будто снова стали молодыми. Конечно, они уже не те дети из старшей школы, не имеющие ни малейшего понятия о том, что их ждёт. Каждый из них выбрал свой путь и кардинально изменился как личность. Но что-то оставалось неизменным. Осознавали они это или нет в любом случае. Общение друг с другом делало их невероятно счастливыми, больше, чем что-либо другое, больше, чем с кем-либо ещё.

Сатору — последний кусочек его незавершённой головоломки.

Сугуру, ответил на свои вопросы.

Они оба смеются от души, и ветер разносит отголоски счастья в места, куда не может добраться ни один человек. Они и бегут, и бегут. — «Секунду… этот район…» — «Мой дом здесь недалеко» — говорит Сугуру. — «Преследование окончено?» — Сатору делает разочарованное лицо. — «Мы сделаем это снова когда-нибудь», — он обещает, пока они поворачивают за угол. Там они приближаются к довольно роскошному зданию. Сатору может только ошеломлëнно смотреть на дом. — «...» — «Что?» — «…Ты на самом деле при деньгах, — его очки слегка перекошены от бега. — Я не чувствую себя так уж плохо из-за того, что заставил тебя заплатить… Окей, а в чëм подвох? Он явно есть» — «Очень строгие родители, такое чувство, будто я не могу дышать, когда они рядом» — «Насколько строго?» — «Что-то вроде… получать отличные оценки, не пререкаться, делать работу по дому, не разговаривать громко и не говорить быстро, ходить осторожно, НИКАКИХ друзей в гостях, не закрывать дверь в свою комнату, не выходить с друзьями без предупреждения за 1 неделю, не играть больше 15 минут, приходить домой до 18:00, не выходить из дома после 18:00, не оставаться в гостях у друзей и прочая ерунда, штрафы, если мои результаты хуже кого-то или чем ожидается… — он вздыхает. — Если ты можешь представить себе какие-то другие правила, то, вероятно, они тоже есть» — «Правила клана Годжо, чем то, даже похожи, но они не обращали особого внимания если я что-то нарушу. Быть золотой жилой в клане имеет свои плюсы…» — «Я ненавижу эти правила... — жалуется Сугуру. — Это даже хуже, чем следовать приказам этих стариков» — «Фу, не напоминай мне об этой старой трухе», — он имитирует рвотное движение. Внезапно в голову Сатору приходит идея. — «Сугуру...» — «М?» — «Ты устал от бюрократических проволочек, которые твои "родители" устанавливают, да?» — «Да?» — «Вы бы переехали, если бы у вас была возможность, верно?» — «…Верно?» — отвечает Сугуру, как будто смутно представляя, что он собирается сказать дальше. — «Тогда… если тебе когда-нибудь надоест этот дом…» — ...ты всегда можешь переехать ко мне» Сатору сбрасывает бомбу с безразличным выражением лица, вероятно, видя в этом не более чем, как предложение от друга. — «…» Глаза Сугуру расширились от этого предложения, затем уголки его рта приподнялись, даруя седовласому мужчине искреннюю улыбку. — «Мой дом не такой роскошный как твой, но думаю тебе понравится» — «Не слишком ли быстро мы движемся? Мы только что помирились, а теперь ты хочешь быть соседями по комнате?» — поддразнивает Гето Сатору. — «Ладно, беру своë предложение обратно» — «Нет, не надо, — усмехается он. — Я приберегу это на будущее» — «Ты... Ну и хорошо. Тогда... увидимся» — «Увидимся завтра, Сатору»

— «Ммм…» По правде говоря, он совсем не хочет прощаться с ним, он знает, что завтра они встретятся, но всё равно... по какой-то причине он не хочет его отпускать. Словно заметив разочарованное выражение на его лице, Сугуру усмехается разведя руки: — «Ладно, — Сатору посмотрел на Гето в замешательстве. — На этот раз ты меня не ударишь, да?» — выражение лица Сатору медленно прояснилось, когда он понял, что имел в виду другой. — «В своё оправдание скажу, что ты этого заслужил», — заявляет он, затем подходит ближе и обнимает Сугуру. Словно по команде, когда они обнялись, оба расслабились. Гето легко похлопал Годжо по спине отстранившись. — «Спокойной ночи», — Сугуру поправляет съехавшие солнцезащитные очки и заправляют выбившиеся волосы за ухо. Рука Гето задержалась на мгновение, прежде чем отдернуть её. — «...Тебе тоже», — говорит Сатору, наблюдая, как он входит в дом. Они в последний раз машут друг другу перед тем, как дверь закроется, и только тогда Сатору наконец телепортируется.

***

Годжо падает на кровать после принятия душа и переодевания в пижаму цвета клубничного мороженого. Тусклый жёлтый свет его лампы, которую он использует для экономии электроэнергии, освещает его кожу. Было бы очень здорово, если бы Сугуру переехал сюда: ему пришлось бы платить меньше арендной платы... и дом был бы не таким одиноким. Его глаза слипаются. Годжо прокручивает в голове события, которые произошли сегодня. Необузданные эмоции, объятия, которые длились дольше, чем следовало, похлопывания по спине, поправление волос, поправка стекла, улыбка Сугуру. Только они вдвоем, рука об руку убегая от старика, смеясь без всякого беспокойства об окружающем мире. Он засыпает со слабой, нежной улыбкой на лице.