Я просто хотел, чтоб меня любили

Длинные пальцы больше не били по клавишам, а почти гладили их. Забвение в голове Максима заставили его потянуться ближе. Но пол под ногами предательски скрипнул и рыжий в момент обернулся. Он заметил кудрявого на пороге, его расслабленное лицо сначало застыло в недоумении, а чуть позже сменилось привычной, но уже не такой умелой улыбкой. — М-Макс? А ты чего тут? — заикнувшись спросил парень и встал с места, нервно посмеиваясь. — Ты умеешь играть? — не ответив на вопрос, задал встречный Макс и шагнул еще ближе. — А... ты про это? Да нет, это так, балуюсь, хех... — растерянно попытался оправдаться рыжий и тоже шагнул чуть ближе. Медленно шагая парни пересеклись по середине кабинета, они стояли достаточно близко друг к другу. — А ты почему тут так поздно? Ты же вроде не работаешь сегодня. — все же решил задать логичный вопрос Даня. — Меня попросили ключи оставить, и немного прибраться в кабинете, завтра дезинсекция приезжает... — слегка отстранённо ответил парень, пока теребил свой шарф, не заглядывая в глаза Кашина. — Оу, вот оно что... ну давай я тебе помогу тогда, хочешь? — не смотря на то, каким бы "привычным" хотел оставаться Даня, его голос был мягким и тихим, а лицо было спокойным. — Да, конечно, я не против... — ответил Максим, заглянул рыжему в глаза и улыбнулся. Оба парня, были в неком сметении, в тишине абсолютно пустой школы, недосказанность чувствовалась особенно остро. Максим всю свою жизнь пытался доказать каждому, что он сильный, что он может справиться сам, что ему не нужна никакая помощь. Но вот он не может дотянуться до шкафа, и ему хочется попросить об этом Даню, вместо того, чтобы взять стул и сделать это самому. Почему так? Что вдруг изменилось? *** Клубы пара из рта Данилы были особенно видны на свету от фонарика на телефоне, которым Максим светил рыжему, чтобы тот смог закрыть школу. Спустя пару минут замок все же поддался и раздался заветный щелчок. Парни вышли за ворота школы и приостановились. — Ну... пока? — непривычно звонко сказал шатен, разминая руки от холода. — А ты на чём? — поинтересовался Кашин. — Да я на такси, туда обратно. — Дак давай я тебя подвезу, что деньги тратить попусту? Садись. — ответил рыжий, и не дожидаясь ответа, открыл переднюю дверь, приглашая внутрь. Мысль отказаться почему-то даже не проскочила в голове, поэтому Макс не долго думая залез в машину, вскоре Даня тоже сел за водительское кресло и они выехали. Ехали они по людным улицам, на улице уже было довольно темно и разные фонари освещали улицы, огни мелькали в окне, и как-то не хотелось о чем-то думать. Разные мысли приходят в голову, когда есть лишь фоновый шум из пролетающего под колёсами асфальта. Двадцать первое. Ночь. Понедельник. Очертанья столицы во мгле. Сочинил же какой-то бездельник, Что бывает любовь на земле. И от лености или со скуки Все поверили, так и живут: Ждут свиданий, боятся разлуки И любовные песни поют. Но иным открывается тайна, И почиет на них тишина… Я на это наткнулась случайно И с тех пор всё как будто больна. — Анна Андреевна Ахматова. — закончил Максим и повернулся на Данилу. — Красивое стихотворение, правда? — Да, очень красивое. — ответил Кашин, но перед этим сглотнул, так тяжело, словно ежа. Нелепая тишина вновь повисла, огни продолжали мельтешить перед глазами, а небольшая струйка ветра развивала рыжие волосы, словно подталкивая того к действиям, сказать те слова которые он прокрутил у себя в голове уже несколько десятков раз. — Слушай, Макс, у тебя никаких планов нет на завтра? — спросил парень, все сильнее сжимая руль в руках и не отводя взгляд с дороги. — Нет, я ничего не планировал... — ответил кудрявый, все еще легко улыбаясь. — Тогда может... кхм, может ко мне? — сжатым голосом предложил Кашин, боясь взгляда парня сбоку. — Приглашаешь в гости?... — вдруг тоже растерявшись переспросил шатен. — Ну... я не против, если приглашаешь... — Да, конечно, все хорошо. — отвечал рыжий пытаясь скрыть широченную улыбку от взора карих глаз. *** Еще с прихожей Максима удивило жилище Кашина. Совершенно не так он представлял квартиру, молодого, холостого парня, особенно такого как Даня. Вся немногочисленная одежда и обувь была аккуратно сложена, на вешалках и полочках. Но все впечатление разрушилось от первых же слов парня. — Ты не думай, у меня обычно тут тот еще срач, хах. — усмехнулся рыжий и зашёл в ванную. — Ты проходи в комнату, садись. Кудрявый подошёл к двери, аккуратно открыл дверь и с порога его встретили несколько видов гитар висевшие на стене, синтезатор в углу комнаты на ножках, много разных тетрадей, постеров, компьютерный, довольно модный стол с большими колонками. Осматриваясь Макс присел на кровать. — Моё скромное жилище... Ничего особенного, вроде как. — уже переодетый, со слегка влажным лицом зашел Данила. — У тебя так много инструментов... — с явным восхищением говорил Максим. — А... ну да, есть такое. — с долей смущения говорил рыжий и присел за компьютерное кресло, откидываясь на спинку. — Увлекаешься музыкой? — Ну, можно и так сказать... если музыкальное образование можно назвать увлечением, то вполне, ха — вновь усмехнулся Даня и поправил волосы. — У тебя есть музыкальное образование? — с искренним удивлением спросил шатен, на что Данила лишь кратко кивнул. — А почему же ты работаешь физруком? — Ну я изначально хотел работать учителем музыки, но... понял, что слишком уж личное это. — с ноткой грусти ответил рыжий. Максим понимающе кивнул, и тоже вздохнул. Он еще раз осмотрел комнату, не смотря на весь визуальный шум, который он сам не очень любил, находиться было тут очень даже комфортно. Или это дело не в комнате?.. — А... может сыграешь еще что-нибудь? — тихо попросил шатен, стесняясь собственных слов, но вскоре быстро попытался отказаться от них. — Прости, глупость ска... — Если хочешь... — безмятежно протянул рыжий и приблизился на кресле к синтезатору. — Я вообще обычно лирику не слушаю, не играю, но... — добавил он и настроившись, начал. Любовь моя всегда выходила мне боком Занозой под ноготь Жить мешает, да больно вытащить И жду, когда загорится красный На пешеходном, и никогда не шагаю Жалко водителей Сколько раз клялся себе и стенам Не быть тяжестью, якорем Не цепляться за руки людей Начинаю гулять по кругу и кричать Не в первый раз, сквозь тьму прожитых дней Врачи напишут мне в карточке: неврастеник Лечение: медикаменты и физический труд А я тонущий в иле, молча смотрел вокруг Я просто хотел, чтоб меня любили Любовь моя всегда выходила мне боком Ножом подставленным к горлу Ещё не больно, но страшно выдохнуть Это беспомощность новорождённого Это табличка "нет выхода" Любовь моя всегда выходила мне боком Сто шагов по болоту Необходима осторожность линий Но оступаюсь и падаю в воду Я всего лишь хотел, чтоб меня любили Врачи напишут мне в карточке: неврастеник Лечение: медикаменты и физический труд А я тонущий в иле, молча смотрел вокруг И просто хотел, чтоб меня любили Ра-ра-рам Просто хотел, чтоб меня любили Та-ра-ра-рам Просто хотел, чтоб меня любили Максим сидя на кровати сначала завороженно просто сидел на кровати и слушал, чуть позже губы сами зашевелились, подпевая. На последних словах голос предательски дрожал, выдавая глупые слёзы, и не успел Даня развернутся как теплые, слегка шершавые руки прикоснулись к его щекам, а после развернули его голову. Взор голубых глаз сразу же упал на встречный взгляд. Максим дышал глубоко, но спокойно, он аккуратно снял очки, прикрыл глаза и быстро приблизился. Губы мягко соприкоснулись с его собственными, и он тоже прикрыл глаза, отвечая на поцелуй. Не отрываясь от поцелуя и не открывая глаз он положил очки кудрявого, куда-то на синтезатор. Самого же парня он притянул ближе садя его к себе на колени. Редкий, первый снег как мотыльки стремился на свет к окну, словно хотел подглядеть, но даже не успев приблизиться снежинки таяли. Слишком тепло было в тот момент, не жарко, не душно, а очень тепло и уютно, как уже давно не было обоим парням наедине с собой.