Вернутся к фанфику
Мимолетная жизнь хрупкой орхидеи
8 октября 2024, 12:13– Ах-ах-ах-ха-ха что же такого произошло, что ничтожество 1«А» класса номер один – сам Кацуки Бакуго приполз в нашу замечательную обитель? – Разглядывая свои ногти, вальяжно развалившись на диване с важным видом, Монома бросил на них такой взгляд, будто перед ним жалкие насекомые. Сидевший на подлокотнике Авасе обречённо вздохнул, хлопая себя ладонью по лицу.
– Вы уж извините... Кендо-сан ещё не вернулась с обеденной пробежки, некому его усмирить. Если вам что-то нужно, обращайтесь. Но только не к нему, – Похоже кроме Ицуки никто не поднимал на этого кретина руку. В таком случае её отсутствие сейчас – огромнейший недостаток.
В холле общежития «Б» класса присутствовало немного ребят. Кто-то здоровался и сразу уходил на кухню, кто-то, только возвратившись с каких-нибудь тренировок или личных поездок, в город, например, направлялся к лифту, также не забывая поздороваться. За пределами академии, представители параллельных классов вполне себе неплохо поддерживали общение, и их сопернический настрой сходил на нет. Но, как говорится, в семье не без урода...
– Дело в том, что только Монома-кун может нам помочь. К превеликому сожалению, – Комкая ткань спортивных штанов, бросая беглые взгляды на Бакуго, что сидел так, как если бы воды в рот набрал, Киришима и не пытался скрыть своей неприязни и раздражения. Складывалось впечатление, что они поменялись местами. Оно понятно, раскрой Кацуки рот и тогда от атмосферы какого-никакого дружелюбия не останется и следа. А у них тут ничем не хуже, если сравнивать с классом «А». С кухни слышны громкие разговоры и смех, а здесь вон девочки сидят себе спокойно, волосы друг другу заплетают. Интересно, откуда они взяли столько живых цветов? Цунотори уже тонну вплела в волосы Токаге, но те всё не кончались.
– Ох, чувак, прими мои соболезнования. Надеюсь вы запаслись титаническим терпением, когда решили топать сюда ради него, – Сидящий также на подлокотнике со стороны Эйджиро, Тецутецу хлопнул друга по плечу. Он и не догадывался, насколько далёк был от правды. Бакуго хотел в клочья разорвать Кири, когда они прошли мимо их общежития, направляясь к следующему. Потом и сам вспомнил, что Кнут Деку пробудился во время столкновения с этим убогим, копирующим причуды.
– Самому Кацуки Бакуго понадобилась моя помощь? А с чего бы мне вообще помогать кому-то вроде...
– Задрал, Монома, если Кендо узнает, что ты опять портил впечатление о нас при общении с «А» классом, она обязательно напомнит тебе о том, насколько тяжёлым может быть её кулак, – Сецуна подцепила одну косичку, с интересом разглядывая вплетённые в её волосы синие васильки и беленькие ромашки.
– That's very rude of you, Monoma-kun, – Пони поочерёдно доставала цветочки из небольшой плетёной корзинки. Рядышком с ними сидела Кодай, причёска которой уже была украшена розовой гипсофилой. Где-то тут вроде ещё проходила Шиозаки – если он правильно запомнил имя – с жёлтыми лилиями в своих терниях.
– Тц, так уж и быть. Ничего же серьёзного? В противном случае тебе придётся попросить получше, Бакуго-кун, – Кажется этот ублюдок нашёл в их диалоге выгоду и для себя. Устроившись поудобнее, Нейто хитро глядел то на Кацуки, то на Эйджиро, при этом не поворачиваясь к своим одноклассникам-предателям. Видно его часто запугивают этой рыжей рукастой девахой.
– Ты помнишь, как дрался с Деку? – Подвинувшись к самому краю, Бакуго сомкнул ладони в замочек и упёрся локтями в колени, малость ссутулившись.
На лице Мономы отразилось недоумение. Он правда выглядел задумчиво, это не было похоже на то, что он издевается.
– Деку это... Мидория Изуку, кажись, да? – Первым, что удивительно, об этом вспомнил Йосецу. И только после его слов Нейто щелкнул пальцами, вновь натягивая эту противную насмешливую улыбку.
– Ааа, Мидория, тот парень с накопительной причудой. Когда я её скопировал, я не смог использовать и толики силы, сокрытой в ней. Не удивительно, что до этого он так часто ломал себе конечности. И всё же он тот ещё сентиментальный дурак. Такие люди легко могут оступиться, поддавшись своим эмоциям, – Издав короткий лающий смешок, как какая-нибудь гиена, Монома внимательно наблюдал за Бакуго, замечая, как у того напрягаются руки, хмурый взгляд становится ещё жёстче, а верхняя губа слегка дёргается, что хорошо отражает его недовольство.
– Тебя не об этом спрашивали, гнида. Что тогда произошло? – Спасибо, Кацуки и без сопливых знает, что Деку больно эмоционален в пылу сражения. Это выливается в его нескончаемую болтовню, слишком импульсивные, хаотичные и небрежные атаки. Он как-то умудрился ляпнуть, что Бакуго вдохновлял его похлеще самого Всемогущего. Разве можно такие необдуманные заявления воспринимать всерьёз?
– Да всё просто. Воспользовавшись великолепным советом от Шинсо-куна, я сказал ему "пару ласковых" о его друзьях. Однако я не думал...
– Вот тупица, ты даже не сам додумался до такой лёгкой стратегии. И кто здесь настоящий дурак? – Честно, само как-то вырвалось. Ловя на себе удивлённые взгляды девчонок и Авасе да изумленный взгляд Эйджиро, Кацуки закатил глаза чуть не к затылку, морщась, стараясь сделать брезгливый вид. Пусть кто-нибудь заикнется о том, что он защищает Деку – чужая общага моментально взлетит на воздух.
– Что ты ему сказал? – О, ну всё, это тот самый тон. Говорят же, что есть люди, которые страшнее всего не в гневе, а в спокойствии? Так вот, Киришиме потребовалось не очень-то много времени, чтобы понять, что Бакуго – один из таких. Когда он гневается, проявляет агрессию, чуть слюной тебе в лицо не брызжет, как бешеная псина, от него знаешь, чего примерно ожидать. Но когда он сидит неподвижно, смотрит тебе прямо в глаза, если не в саму душу, притом на лице у него не напряжён ни один мускул, тебе остаётся лишь догадываться, что разлетится в щепки в первую очередь: спинка дивана или твой хлебальник.
– Неужели он не поделился с тобой этим? Серьёзно, ты не знаешь? А-ха-ха, но вы так мило обжимаетесь возле лестницы, ходите за ручку, а в столовой чуть ли не с ложечки друг друга кормите! Какие-то у вас...
– Монома. Ты сам знаешь, что ты сказал, а значит лучше кого бы то ни было понимаешь, почему Мидория не захотел делиться этим с Бакуго. Ты уходишь от темы заданного вопроса, – Настроение беседы поменялось настолько, что остальным ученикам «Б» класса, стало максимально некомфортно присутствовать при этом разговоре. Но уходить нельзя. Не факт, что у Кири хватит сил растаскивать этих двоих, если они сцепятся. А всё к этому и шло.
Нейто сел ровно и, похоже, даже его ехидство и не серьёзное отношение к разговору как рукой сняло. Несмотря на добротное расстояние между диванами, каждый понимал, что, если Кацуки захочет, он преодолеет его за считанные секунды.
– Хочешь узнать, что я ему сказал? Правду. И ничего кроме правды. Он должен принять то, что его обожаемый Кацуки Бакуго – единственная причина по которой мы лишились символа мира. Ты и сам прекрасно это осознаешь, – Монома весь напрягся, готовясь уворачиваться.
Изначально он сказал это только для того, чтобы вывести из себя Мидорию, но теперь не боится смело сказать об этом в лицо самому Кацуки. Дураку понятно, что Лига Злодеев увидела в агрессивном ученике – которого аж заковывать пришлось, чтобы вручить нежеланную награду – потенциальную кандидатуру в свои ряды. Если бы не его ублюдский характер, если бы его не похитили, если бы Всемогущий тогда не сразился с Все За Одного...
Бакуго прикрыл глаза и отодвинулся назад к спинке дивана, касаясь рукой своего лба, прижимаясь большим пальцем к виску. Только не сейчас.
«Почему... Именно из-за меня... Всемогущего больше нет?!»
– Эй, Бакубро, ты как?
«Ты всегда надменно смотрел на меня сверху вниз...»
Нет. Ничего подобного никогда и не было. Был только Деку, который всегда и всем желал помогать. Который даже не задумывался о том, чтобы смотреть на кого-то свысока. Особенно на своего Каччана, которым он так сильно восхищался. Вопреки всему.
«Ты думал... что я такой?»
– Бакуго, опять что ли? – Киришима двинулся к нему ближе, но прикоснуться как-то не решался. Эти странные приступы сильно участились. Мина ещё вчера писала, когда они сидели на остановке, что у Кацуки слабость и головные боли. Это не просто всплывающие время от времени воспоминания. Вспоминая записи в дневнике, Эйджиро хорошо понимает, что в такие моменты для друга реальность перестаёт быть реальностью, перемешиваясь с моментами из прошлого. Функция восприятия даёт такие сбои, что сбрендить недолго. Как же Ашидо справилась с этой ситуацией?
– Эй, с тобой всё в порядке? Может тебя к Исцеляющей Девочке отвести? – Сецуна, волосы которой уже полностью были заплетены, среагировала мигом. Остальные тоже ожидали, что будет драка, а не того, что у Кацуки разболится голова.
– ... Пошли, Дерьмоволосый, мы узнали то, что нужно было, – Глубоко вздохнув, тот как ни в чем не бывало поднялся с дивана, огибая его, направляясь в прихожую.
– Эй, стой, подожди! Stop-stop, – Не успевший подняться Киришима глянул на девушку англичанку, что прервалась на своём занятии, переставая возиться уже со своими светлыми волосами. Она вскочила с места и, цокая копытами, подошла к Бакуго, что повернулся обратно к ним, недовольно хмурясь.
– Чего тебе...? – Вот же, ещё одна рогатая. Но эта кличка уже наравне с «Енотоглазой» прицепилась к Мине, так что придумает что-нибудь в другой раз.
– Постой..те здесь пожалуйста. Подождите, – Пони похлопала его по плечам ладонями, ещё раз подчёркивая свою просьбу и ускакала в сторону лифта. Её странный говор с английским акцентом с непривычки слегка резал уши. Кацуки зыркнул на Сварщика с повязкой на лбу, что только плечами пожал. Мельком взглянул на девку-конструктор, что с задумчивой улыбкой крутила свою косу и безэмоциональную девчонку, способную увеличивать и уменьшать предметы. Ну и братьев по разуму удостоил вниманием, пока те шушукались.
Побурчав что-то под нос, Бакуго вернулся к дивану, свешивая руки на его спинку, стараясь не замечать существования пристально наблюдающего за ним Нейто.
Он уже бесчисленное количество раз слышал и от Всемогущего, и от Незу, и даже от Айзавы, что в случившемся вовсе нет его вины. И он мог бы принять эту "правду", если бы это значило, принять собственную слабость. В раздумьях такого рода он пробыл до тех пор, пока не послышался стук копыт. Ах да, он всё ещё не придумал прозвище этой лошадке.
Цунотори остановилась рядом и низко поклонилась, пытаясь соответствовать японскому этикету, протягивая ему горшок с каким-то белым цветком.
– И что это?
– Flower,
– Да вижу, что флоувер, нахрена он мне? – Кацуки смотрел то на горшок, то на Пони, что выпрямилась, глупо хлопая большими такими голубыми глазами. Глазастая? Ну как вариант, но в то же время не особо оригинально.
– Orchid. Она как ты, – Та потрясла горшок, желая, чтоб его побыстрее приняли в качестве подарка и ещё раз поклонилась.
– Пони-чан имеет ввиду значение и символизм этого цветка. Она проницательна и наблюдательна и часто дарит нам цветы, на которые мы похожи. Видно ты её зацепил, прими пожалуйста этот подарок, – Токаге тоже встала с дивана, подходя к ним и заглянула через плечо, любопытным взглядом пробегаясь по орхидее. Необычный выбор, тем более для такого как Бакуго.
– И че мне с ней делать? Она же сдохнет у меня через пару дней, – Но Цунотори его не слушала, а может просто не понимала, продолжая пихать в руки этот цветок, будь он неладен. Его не колышет, что там значит этот сорняк. Он никогда не принимал подачки девчонок, с чего должен начать?
– Хочешь сказать, что твоих сил не хватит, чтобы проследить за одним маленьким цветочком? А ведь у Пони-чан здесь целый ботанический сад...
– С хера ли мне сил не хватит!? Да я сотню таких выращу, и они у меня столько же лет простоят, – Как же легко он поддаётся на провокации. Они с Мидорией ей Богу два сапога пара.
Кацуки выхватил из чужих рук этот горшок, оценивающе поглядывая на белые округлые цветочки, собравшиеся в кистевидное соцветие.
– Ну или старухе отвезу. Пусть возится, – Он дёрнул головой в сторону выхода, после чего Киришима также поднялся, прощаясь с Йосецу, Тецутецу, махая Юи, что на протяжении всего времени не горела желанием присоединяться к разговору, играя роль наблюдателя.
Цунотори вновь несколько раз моргнула, продолжая глазеть на него. Да что ей ещё-то надо?
– Грр... Матери, матери говорю отвезу. Ты поняла? – И опять в ответ молчание и этот странный взгляд, чуть ли не в упор.
– Да поняла она, просто ей нравится твоя выразительная мимика. У вас с Мономой она похожа.
– Не обязательно было уточнять! – Они с Нейто выкрикнули это в унисон. Первое, что тот сказал, после своего нелестного высказывания.
Подойдя к Бакуго, Эйджиро слабо похлопал его по плечу, хотя больше это походило на какое-то короткое поглаживание. Он тоже мотнул головой в сторону выхода. Знает, что Кацуки уйдёт не попрощавшись. На этом они могут покинуть общежитие «Б» класса. А нет, это не та ситуация, где Кири молча уйдёт. Непозволительно.
– Прости за то, что я скажу тебе, Монома-кун, но можешь даже не надеяться на то, что Хитоши Шинсо окажется в рядах «Б» класса.
– Откуда ты...
***
И вот они снова на этой скамейке. Похоже это вошло в привычку. Маленькая такая традиция каждый раз пользоваться возможностью спокойно посидеть. Ну, а что, из Киришимы и этого сорняка вполне неплохая компания для очередного мозгового штурма. – Реально что ли? – Ладно, последнее можно и отложить, потому как его друг нашёл неплохую тему, чтоб его отвлечь. – Ага, я случайно подслушал, когда заходил спрашивать у Айзавы про костюмы. Монома так тащится по Шинсо, он с остальными уже выбрал и спроектировал комнату для него. Наш учитель, как наставник Шинсо, играет не последнюю роль в участии его определения в один из классов. Если Айзава узнает, чего тебе наговорил этот Монома, то он лишится какого-либо расположения с его стороны, – Быть может отчасти это неправильный и некрасивый поступок, так как они, как «А» класс тупо воспользуются своей привилегией, с учётом того, что Шота их классный руководитель, но и Нейто нельзя спускать с рук подобную хрень. – Да забей. Айзава с этим хмырем косматым, как с котёнком носится, он в любом случае не отдаст его. Даже если шизоид признается, что днями и ночами мастурбирует на него. Шинсо я имею ввиду, – Тот ещё во время их соревнований только и делал, что пиздел о том, что они с Хитоши прям усраться как похожи. Одного поля ягоды, парни со злодейскими причудами, мечтающие стать героями. – Спасибо, я и так понял, – Сунув руку в карман штанов, Эйджиро достал мобильный, с намерением разведать обстановку, перед тем как возвращаться в общагу и проверить кое-какую информацию забавы ради. По правде сказать, он думал о том, что Кацуки скинет этот цветок в ближайшую мусорку, стоит им только выйти из чужого общежития. Но нет, он всё ещё как-то неловко вертел в руках красный горшок. – И что ты с ним делать будешь? – Выйдя из чата с Ашидо, Кири зашёл в поисковик, забивая название цветка и его значение. Он не уверен, что оно совпадает с языком цветов, о котором иногда говорила Мина. Она любит все эти романтические штуки. – Ну что-что, почитаю, как ухаживать за этим кактусом. А то у старой карги он сдохнет быстрее. Она его затопит или наоборот высушит. А может ваще думать о нём забудет, он же слабый. Сам о себе не позаботится, – Звучало странновато. Словно и не о цветке он сейчас рассуждает. А Эйджиро наступил на те же грабли, на которые зачастую наступают другие – подумал о Бакуго хуже, чем он есть на самом деле. – Это орхидея. – Мне пофиг. Один хер, что то растение, что это, – Переместив горшок на левое бедро, обхватив его одной рукой, Кацуки самыми кончиками пальцев свободной руки коснулся белоснежных лепестков. Ну вот и какой от него толк? Без чужого внимания и заботы он же умрёт. За ним постоянно нужно присматривать. Другие могут легко разбить его единственную защиту, горшок, истоптать, оборвать цветы, подрезать стебель. Только вот в отличие от человека ему от этого не жарко и не холодно. Он не будет страдать от того, что он слабый. – Какой же ты дурак... Деку. Постоянно волнуешься из-за какой-то ерунды. Если бы ты тогда проиграл, я бы из тебя всю душу вытряс, – Он вновь сказал это до непривычного тихо, так что и сидящий по правое плечо Кири его не услышал. Это могут быть догадки, но что-то подсказывает, что действие Чёрного Кнута как-то связано с эмоционально-чувственным состоянием владельца. О, и Мидория кстати говорил что-то об этом. Ночью, когда они сидели на кухне, он сказал, что во время тренировки пытался сконцентрироваться на чувствах. Вот теперь всё сходится. Чёрный Кнут пробудился потому что Деку... ку... Разозлился на Моному потому что... Пытался защитить его, Бакуго? Его честь или что-то вроде этого. Идиот. Вот дурак. Надо же было такое отчебучить! – Ты назвал цветок «Деку»? – Киришима подобрал наилучший момент, чтобы напомнить о своём присутствии. Ну знаете, у кого что болит. Мидория зелёный, цветочек этот тоже зелёный. Стебель там, листья. Он, как лучший друг, обязательно сохранил бы эту тайну. Черт, он даже представил, как Бакубро приходит с занятий, садиться за свой рабочий стол и начинает разговаривать с цветком мол: «Ну как ты тут, задрот? Не засох ещё? Давай полью тебя что ль». Нет-нет-нет, главное не засмеяться. Нет ничего смешного. Это его цветок, его дело как с ним обращаться. Как его называть. – Киришима, вот скажи, тебя часто в детстве головой роняли? Года в два-три, пока ещё причуда твоя не появилась. Какой ещё нахер Деку!? – А, видать он просто не так его понял. Что-то часто Кацуки стал с собой разговаривать. Бубнить. Предположил бы он, что это передаётся воздушно-капельным, да только заразился у них один единственный Каччан. – Прости, молчу-молчу, – Пока Кацуки теребил лепестки орхидеи, Эйджиро ликовал внутри, от облегчения. Пускай тот обзывает его, грубит, да хоть бьёт, главное, что он не вспоминает слов Мономы. Это было такое облегчение. У Киришимы навыки вранья толком не развиты, сложно было бы что-нибудь придумать, чтобы перевести тему или найти оправдание. Ну, хорошо, что всё хорошо кон... – Слышь, Дерьмоволосый, а что за дичь там порол этот двинутый? Про нас что-то с Деку, – ... чается... Блять. Оно вот всегда так, да? Закон подлости получается. Только подумал, что можно выдохнуть с облегчением и вот, пиздец подкрался незаметно. Ох, единственное хорошее в этом всём это то, что у Эйджиро не причуда Бакуго. Иначе от количества пота, что начало скапливаться на ладонях, струится по шее и вискам, от волнения, он давно подорвал бы их вместе со скамейкой, цветком, и, наверное, кратер оставил бы после себя в придачу. – А, ну, знаешь... Это типа.. Эээ, ну... Как сказать... А, может быть он догадался, что у тебя к Мидории какие-то чувства и пытался поиздеваться над тобой? – Отвратительное оправдание. Хуже не придумаешь. Ну, а что ещё такого можно сказать в такой ситуации? Уж точно не правду. Весь Бакусквад не перестаёт думать о том, как отреагирует Кацуки, когда узнает. Это же кошмар. Ужас. Это приведёт к разрыву. Последняя стадия, после которой хочешь не хочешь, а придётся обращаться за помощью. Бакуго ему не верил, Киришима это понимал. Они оба всё прекрасно осознают. Будут ли что-то с этим делать? Да конечно, разбежались. – Ясно. Вот далбаёб. Пошли короче, надо будет ещё место этому сорняку подобрать, – Поудобнее перехватив цветочный горшок, он встал на ноги и, не дожидаясь Эйджиро пошёл в сторону общежития. Хотелось верить, что придурков-одноклассников на первом этаже будет немного. Начнут ещё про эту орхидею спрашивать и че ему ответить? По стандарту нагрубить? Да как-то и причины особой нет. Раньше она правда и не нужна была ему, но... Пфф, раньше это раньше. – Эй, Бакубро, а ты читал тот блокнот? Который тебе Шинджитсу отдала, – Кири не спеша поплёлся за ним, идя немножко позади. Он листал уже вторую статью на тему значения, символизма, языка цветов касательно этой орхидеи и с каждой прочитанной строчкой чувствовал себя всё более неловко. Прям как-то даже смущённо? Да, будет очень весело, если Бакуго всë же полезет проверять, чем он там похож на этот «сорняк». – Неа, хотел на выходных полистать, что там да как. Я его в шкаф спрятал, чтобы глаза не мозолил, – Не к спеху. Да, он дал Деку немое обещание прочитать эту важнейшую хренотень. И он исполнит обещание, время же ещё есть. Всё не так плохо. Может почитает немного про Хоннэ и в кои-то веке попробует наладить с ним отношения. Нет, фу, хотя бы контакт. До принятия этой своей стороны ему ещё жить и жить. – Это тот шкаф, в котором ты прячешь мерч со Всемогущим, потому что: «Я не тупой задрот, чтобы в открытую всем демонстрировать свои увлечения»? Ашидо думала, что ты прячешь там сëдзë мангу, – Хотя в мышлении и действиях Кацуки была логика, хоть и хромая. Он хочет превзойти Всемогущего, для него он как бы соперник. Нельзя в открытую выражать восхищение своим соперником, это делает тебя уязвимым. Ну, наверное, примерно так думает Бакуго. – Передай своей чувихе, что думать, это не для неё. И харэ уже в телефоне залипать, я тебе щас этот горшок на голову надену, – Ох ë, кажется он слишком увлёкся. Да, Кацуки, конечно, просто сама нежность и невинность. Так нежно нахуй послать не у каждого получится. Так невинно размахивать кулаками может только он. Но это норма. Достаточно легко принятая норма. Эйджиро ни разу не пожалел о том, что, сталкиваясь с грубостью, он продолжал стоять на своём, с твёрдым намерением узнать получше столь неоднозначного персонажа. Они похожи, главное Бакуго об этом не говорить, просто выбрали разные способы самозащиты. – Слушай, когда я назвал тебя сильным сегодня, да и раньше тоже, я имел ввиду не столько физическую, сколько внутреннюю силу. Тебя нелегко сломать какими-то неудачами, и ты быстро подстраиваешься под различные события, – И всё же Кацуки Бакуго для него изучен не до конца. Нет, даже Киришима не понимает, насколько легко его сломать. В этом плане он нихрена не гибкий. Он может гордиться лишь тем, что способен быстро себя склеить, собрать, иногда неровно, неаккуратно, но способен же? – Хватит подлизываться. Тебе полигона Гаммы не хватило? Так я и в МК тебе зад надеру. Но сначала в душ, – Ах, да они же после тренировок отправились сразу к этому ненормальному. Сладостью нитроглицерина пропах весь первый этаж. Отвлекшись от заумных аналитических мыслей, кто знает, возможно его тоже Мидория покусал, Эйджиро ускорил шаг, догоняя друга. – Не надейся, что я так легко проиграю. На кнопки тыкать много ума не надо, – Он улыбнулся, легонько пихая Кацуки локтем. – Вякай поменьше. Я тебя в прошлый раз не напрягаясь разнёс. Значит тебе и на то, чтобы кнопки тыкать мозгов не хватает, – Тот тоже пихнул его, ощутимо сильнее, но не со злобы. Таким образом он обозначил своё принятие вызова. Всё же слова не самая сильная его сторона.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!