Глава 21

Джин и Хосок в ипостаси волков вышли на просёлочную дорогу, где должна была быть машина Сокджина. Пара хотела, прежде чем провести время в обличье людей, взять одежду и плед. Они оба провели в этом мире десять долгих лет и привыкли к нему. Привыкли ходить полностью одетыми, привыкли быть в комфорте и не сидеть голыми попами на пожухлой траве. Но машины Джина не было. «Не понял, — сказал мысленно омега, водя носом по воздуху. — Джун уехал и оставил меня и Тэ здесь без одежды?» «Я же тебе говорил, что он уйдёт, — ментально ответил Хосок. — Джини, пойдём назад. Нам ещё не пора домой». Шоколадный волк потёрся большой головой о шею своего омеги и утробно заурчал. «Зачем ты себя метишь моим запахом? — спросил Джин, посмотрев на Хо ясными голубыми глазами. — Это меня ты должен метить. Хотя я уже весь в твоих феромонах». «Просто мне очень нравится твой запах. Джини, я хочу тебя». «Снова? Хосок, мы только и делали, что спаривались целую ночь, — Джин громко фыркнул. — Нужно отдохнуть. Но моей одежды и пледа нет. Джун дурак. Чем он думал? Я не могу валяться голышом на земле. Теперь мне это доставляет дискомфорт. Хорошо Тэ, он ещё не привык к этому миру». «В моей машине всё есть. Даже обычная еда и кофе. Пойдём к ней, — предложил Хосок. — И я с тобой поделюсь одеждой. У меня есть запасной комплект. Я всегда вожу с собой, на всякий случай». Волки медленно пошли по дороге, не боясь, что мимо может проехать какая-нибудь машина и их увидят. Звук мотора оборотни услышат задолго до того, как автомобиль появится в поле зрения. «Кстати, Хо, — Джин бесшумно ступал большими лапами по колее, не обращая внимания на мелкие камешки, — как вы нас нашли?» «Просто так совпало, что мы оказались в одном лесу», — нагло соврал Хосок. «Не верю я в совпадения. Признавайся, шоколадная морда! Следили за нами?!» «Ты меня подловил, — Хо виновато прижал уши к голове и покосился на любимого. — Да. Следили. Джин, я с первой встречи понял, что ты волк. А когда мадам Николь сказала твоё имя, то окончательно убедился в этом». «Но как ты понял, что я оборотень? Наши волки спали. Как ты мог это понять?» — удивился Сокджин. «Когда я в торговом центре заглянул в твои глаза, то у меня возник образ истинного. Джини, я видел тебя на границе территорий наших кланов. И уже тогда понял, что ты мой истинный. Но ты так был чем-то взволнован, что даже не почувствовал моего присутствия поблизости. А после я очутился здесь, так и не успев с тобой познакомиться». «То есть ты все десять лет знал, что должен был стать супругом своего истинного, — печально проговорил Джин, — и не мог вернуться. Предлагаю моего дедушку придушить. Кажется мне, что из-за своей сверхмудрости он перегнул палку. По крайней мере, в нашем случае». Хосок ничего не ответил на эти слова. Говорить Джину, что он ночами напролёт тосковал о нём, хотя и видел всего несколько минут, альфа не хотел. Это ещё больше расстроит любимого. Сейчас всё встало на свои места. Они встретились, и Джин, несмотря на своё упрямство, принял его, позволил поставить метку, тем самым связав себя с Хосоком на всю свою оставшуюся жизнь. Прошедшая ночь с истинным была самым значимым событием для Чона за последние десять лет. И возможно, Святая Луна после неё подарит им наследника или наследников. Хотя у оборотней, в отличие от обычных волков, рождалось по одному волчонку за раз, максимум два. Альфа очень надеялся, что Джин забеременеет сразу. Возраст у них подходящий, они смогут достойно вырастить и воспитать будущего вожака клана. В том, что они вернутся домой, Хосок не сомневался. Правда, об этом он ещё с Сокджином не разговаривал. Да они практически толком и не поговорили. Не до бесед как-то было. Волки подошли к автомобилю Хо и альфа перекинулся. Взяв ключи, спрятанные на колесе, Хосок открыл машину. Джин так же стал человеком и хмуро смотрел на свои босые ступни.       — Десять лет не прошли даром, — заявил он. — Мне дико хочется помыть ноги. Дома было бы пофиг на такую мелочь.       — Не поверишь, но мне тоже, — усмехнулся Чон, обходя автомобиль. — Очеловечились мы с тобой, Джини.       — Ну, если так подумать, то гигиена и в нашем мире на первом месте, — продолжил Сокджин. — Просто здесь люди подвержены всяким болячкам. Мы всё же в плане здоровья намного сильнее их. Когда я сюда пришёл, то думал, что их болезни меня могут подкосить. Ведь в мире волков таких вирусов нет. Но я ни разу не заболел.       — Мы во всём сильнее людей, — заметил Хосок, достав пакет с одеждой из багажника. — Держи. Там всё необходимое. И умнее людей. Я не представляю, насколько вперёд шагнули наши технологии за эти годы. Люди только начали постигать то, что у нас уже было десять лет назад. Мне иногда было очень тяжело скрывать свои знания, чтобы не вызвать подозрения. И сейчас мы с тобой будем самыми отсталыми в мире волков. Кстати, ты когда-нибудь читал их книги про оборотней? Занимательные сказки.       — Читал, — улыбнулся омега, одеваясь. — Но нужно отдать должное, в них есть кое-какие вещи, которые являются правдой. Например, то, что мы поклоняемся Святой Луне и альфы метят омег. Но мы не живём, как тысячу лет назад в лачугах, без света, воды и так далее по списку. И не устраиваем охоту для того, чтобы завалить оленей на зиму.       — В их фантазиях мы именно это и делаем, — хмыкнул альфа. — Но ведь они не знают о нашем мире. Хотя, возможно, кто-нибудь когда-нибудь туда сможет попасть. Ведь портал существует.       — Нет, — покачал головой Джин, застёгивая светло-голубую рубашку. — Дедуля сказал, что переход можно осуществить только в обличье волка. Обычный человек попросту погибнет в портале.       — Значит, мы можем к ним наведываться, а они к нам нет?       — Получается так. Хо, нам нужно вернуться домой? Да? Джин обеспокоенно посмотрел на альфу. Хосок уже полностью оделся и теперь доставал из багажника плед и еду, которую так предусмотрительно взял с собой. Они с Гуком, конечно, планировали поохотиться. Всё-таки инстинкты никуда не делись, и его волк потребовал бы этого. И, возможно, ещё потребует. Но дела с истинными пошли как нельзя лучше, и братья разделились.       — Да, Джини, — альфа выпрямился. — Гук сказал, что объединение кланов планировалось как способ защиты от клана Кан. Наши стаи в опасности. Я должен взять на себя эту ответственность.       — Понятно, — омега поник и надул губы. — Это твоя обязанность. Джин подумал о своём лучшем друге. Если он вернётся, то больше никогда не увидит Юнги. Как супруг вожака он должен будет находиться рядом с Хосоком. Никто его не отпустит в мир людей.       — Джини, — Хосок оставил еду с пледом в багажнике и подошёл к Сокджину, — ты не хочешь домой? Альфа обнял за талию Джина, притягивая к себе.       — Хочу, но я так привык к этому миру.       — Милый, есть одно обстоятельство, которое не связано с нашим долгом перед семьями.       — Какое? — нахмурил идеальные брови Ким.       — А если ты забеременел? Как ты себе представляешь свои роды здесь? — Хосок широко улыбнулся, глядя на вытянувшееся лицо Джина. — Малыш, даже при большом желании мы не сможем тебя выдать за девушку. Хотя бы потому, что у тебя есть член и нет сам знаешь чего. Сокджин нервно кашлянул, представив, как охренеют люди-врачи, когда он заявится в больницу рожать.       — Плюс ко всему, — продолжил Хо, — ты не знаешь, как себя будешь чувствовать во время беременности. Возможно, тебе придётся быть волком. Всякое бывает.       — Ты прав, — вынужден был согласиться Джин. — Но давай хотя бы ещё немного побудем здесь? Мне нужно морально подготовиться к разлуке с друзьями и встрече с родителями.       — Хорошо. Даже если в тебе начала зарождаться новая жизнь, — альфа положил ладонь на живот любимого и нежно погладил, — у нас есть ещё время до того, как она станет заметной.       — Ты так хочешь ребёнка?       — Да. От тебя хочу, и не одного. Желательно альфу и омегу.       — Альфу понятно зачем, но омегу? Я всегда думал, что сыновья-омеги не то, что хотят альфы.       — Какая глупость, — округлил глаза Хо. — Я до безумия хочу омежку с твоими прекрасными очами. Буду баловать его как принца.       — Так он и будет принцем. Ты забыл, что мы оба сыновья вожаков?       — Забудешь такое, — Чон стал серьёзным. — Если бы и хотел, то не дадут. Хосок сам хотел здесь задержаться, несмотря на то что очень сильно скучал по родителям и миру волков. Альфа понимал, что как только он вернётся, его спокойная жизнь закончится. Колоссальная ответственность за два клана ляжет на его плечи. И Хосок не сможет от неё отказаться. Это его судьба. Он старший сын вожака и должен смиренно принять всё, что положено ему по статусу: большая власть и бесчисленные обязанности.       — Хо, я всё ещё босиком, — пробормотал Джин, из головы которого не выходила мысль о возможном ребёнке.       — А обуви-то запасной нет, — вспомнил альфа. — Надень мои кроссовки.       — Ты будешь босиком?       — У Гука одолжу. Они ему без надобности будут ещё сутки, не меньше. В подтверждение слов Хосока вдалеке раздался протяжный вой Чонгука.       — Слышишь, как надрывается? Наши малыши вовсю резвятся в образе волков. А мы с тобой как взрослые сейчас устроим себе романтический пикник. А после я тебя буду любить на уютном мягком пледе. Как тебе предложение? — Хо игриво подмигнул Джину.       — Я за. Хочется твои руки почувствовать на себе, — омега соблазнительно провёл по своим губам языком, сделав их влажными. — И кое-что другое в себе.       — Это кое-что другое начало оживать, — предупредил Хосок. — Муж мой, нам нужно поесть, поэтому перестань облизываться, как мартовский кот.       — Ладно, — вздохнул Сокджин. — Доставай еду и пошли на нашу поляну. Я действительно есть хочу.       — Слушаюсь, моё счастье.

***

Юнги откинулся на спинку качелей и закрыл глаза, слушая звуки вокруг. Ему было не очень хорошо. От обращений рана начала болеть, заставляя омегу проклинать любопытного истинного, который так не вовремя захотел увидеть Снежку. Джун молча сидел рядом, размышляя над тем, что Юнги может быть оборотнем кота. «Это многое бы объяснило, — разглагольствовал про себя альфа. — Его странное поведение, кошачьи повадки, хитрые янтарные глазюки и белый цвет волос. Хотя, какой нафиг цвет волос? Я же брюнет. Да и братья тоже. Но, возможно, у котов окрас шерсти совпадает с цветом волос. Хорошо, допустим, он Снежка и мой истинный. Но как объяснить видения и моё необычное состояние позапрошлой ночью? Ведь я хотел увидеть именно Юнги. Неужели он может на меня так влиять? Эта шерстяная гадина играла с моим разумом? Невероятно! Что же он за существо такое? И что ещё он умеет?» Намджун посмотрел на бледное лицо Мина. «Спит, что ли? Какой-то он слишком изнеможённый. Ну точно Снежка. Крови много потерял, вот и бледный как смерть. Или у меня крыша едет? Ой, бля. Я запутался». Джун потряс головой, отгоняя от себя все предположения. Напрямую спросить у Мина, является ли тот котом, он не мог. Так как если это неверная догадка, то Юнги поднимет его на смех и скажет, что он сумасшедший. Нельзя так бездарно палиться. Это опасно. Но у альфы есть время, чтобы всё узнать. Рано или поздно истинный перекинется, и тогда всё станет понятно.       — Юнги, ты есть хочешь? — вдруг спросил Джун, нарушив молчание.       — Что? — Мин приоткрыл один глаз.       — Позавтракать, спрашиваю, хочешь?       — Не мешало бы, — буркнул Юнги, садясь прямо. — Только вот стоять у плиты я не горю желанием.       — Я сам приготовлю, — выдал Намджун. — Пойдём в дом. Приглашаю тебя на завтрак.       — А ты умеешь? — скептически спросил Мин, с подозрением зыркнув на альфу. — Лютик, ты отравить меня решил? «Ночью не вышло, так теперь хочешь? — пронеслось в голове омеги. — Джуни, не смей меня отправлять на тот свет. Сам же плакать будешь».       — Нет. Просто предлагаю дружескую трапезу. Давай мирно жить, — предложил Ким с серьёзной миной. — Ты лучший друг моего брата. Нам с тобой делить нечего. Зачем ругаться по любому поводу? У тебя, конечно, весьма специфический характер и необычные взгляды на жизнь, но ведь и я не идеальный.       — О как, — слабо улыбнулся Юнги. — И чего вдруг такая смена настроения?       — Не знаю, — пожал плечами Джун. — Когда не подкатываешь ко мне, то ты весьма приятный парень. Ну как? Мир? Альфа протянул руку Мину в знак примирения.       — Хорошо. Но если ты обещаешь не отзываться о кошках плохо, — прищурился Юнги. — Я их люблю. И не позволю оскорблять, пусть даже они и не понимают слов. «Самая настоящая кошара — мой истинный! Какие нахер оскорбления?! — мысленно простонал Джун. — Хотя шерстяная гадина — хорошее название для Снежки. Идеальное. Но тебе я об этом говорить не буду».       — Договорились, — вслух сказал Намджун. — Обещаю. Пойдём. Вопреки твоим заявлениям, я прилично готовлю и травить тебя не собираюсь.       — Ты меня заинтриговал, — пробормотал Юнги и пожал руку альфы. Джун не отпустил ладонь Мина после довольно слабого рукопожатия. Он просто встал и резко потянул Юнги за собой. Омега едва сдержался, чтобы не застонать в голос от пронзившей боли в боку. «Нет, ты меня точно хочешь убить, — подумал Юнги, закусив губу. — Осторожнее никак? Так и хочется перекинуться и цапнуть тебя за ногу». Намджун специально это сделал, чтобы Мин хоть как-то выдал себя. Если бы он болезненно вскрикнул, то альфа бы со спокойной душой поинтересовался: в чём дело и почему он орёт? Но соседушка не издал ни звука. «Вот же упрямый! — Джун раздражённо повёл плечами и потащил Юнги к крыльцу. — Ничего! Ты себя выдашь, шерстяная гадина!» Крепко держа горячую ладонь Мина, альфа уже не задумывался над тем, что его истинный другого вида, и он не сможет быть вместе с ним ни при каких обстоятельствах. Эта игра в «угадайку» начала затягивать Намджуна, и в ней он собирался победить.       — Джун, стой, — тихо пробормотал Юнги. — Чёт я, наверное, сейчас «отъеду».       — Что? — не понял Ким, останавливаясь. В это мгновение Мин, как подкошенный, рухнул на землю.       — Юнги! — закричал Намджун, упав на колени перед омегой. — Юни! Ты меня слышишь?! Он начал хлопать по бледным щекам Мина, пытаясь привести его в чувство. Но эффекта от его действий не было. У Джуна сложилось впечатление, что Юнги перестал дышать. Он склонился над лицом соседа, пытаясь уловить признаки дыхания. Но внезапно хитрые глазищи омеги открылись, и рот растянулся в довольной улыбке.       — Два ноль, Лютик. Ты проигрываешь, — прошептал Юнги и присосался к губам Кима, крадя второй поцелуй у альфы. «Обманул, засранец», — промелькнуло в голове альфы, и его мозг отключился. Джун не просто отвечал Юнги. Он взял инициативу в свои руки, углубив поцелуй. Теперь у альфы внутри не было даже намёка на протест. Не было мыслей, что, возможно, Юнги не его истинный и он себе это всё придумал. Он, закрыв глаза, просто наслаждался этим столь неожиданным вкусным поцелуем, сминая губы парня, лежащего прямо на земле. К ним подбежала белая собачка и застыла, не издав ни звука. Бон-Бон, склонив голову набок, с интересом наблюдал за страстным поцелуем пары. Следом за пёсиком во двор вошёл и его хозяин.       — Опаньки, — прошептал Чимин, увидев Намджуна с Юнги. — Нифига себе, какие события занимательные здесь происходят. Бон-Бон, иди сюда. Не мешай им. Собачка тихо тявкнула и вернулась к Паку. Чимин подхватил Бон-Бона на руки и ретировался с дворика, оставив парочку целоваться без свидетелей. Но ни Джун, ни Юнги не заметили внезапный и такой короткий визит Чимина. Окружающий мир для них в данный момент не существовал.

***

      — Вот и Юн нашёл себе парня, — сокрушённо говорил Пак собаке, входя в свой дом. — Джин сказал правду. Джун нравится Юнги. Да и Намджун ответил ему взаимностью. Одни мы с тобой, Бон-Бон, одиночки. Эх, хочу любви, как в кино. Чимин отпустил собачку и прошёл в гостиную. Он горестно вздохнул, осмотрев своё жилище. Его дом был очень милым и уютным, в скандинавском стиле. Чимин немало усилий приложил, чтобы сделать его таким. Но в нём не хватало главного — любимого человека. Пак плюхнулся на светло-бежевый диван перед камином и уставился на большую картину на стене с изображением города в лесу. Он её сам совсем недавно нарисовал. Этот пейзаж ещё никто не видел. Будучи дизайнером интерьеров, Пак недурно рисовал, но художником себя не считал. Почему-то на этой картине Чимину захотелось изобразить густой лес, подобный тому, что расстилался за его окном, и высотные здания. Город и лес, как симбиоз двух организмов, который был невозможен в реальности.       — Получилось красиво, — задумчиво произнёс Пак, трогая маленький кулончик на длинной цепочке, висевший на его шее. — Даже ничего исправлять не хочется. Странная картина. Его телефон зазвонил, отвлекая от созерцания творения своих рук.       — Да, мама, — сказал Чимин, приняв вызов.       — Как ты, малыш? — прозвучал нежный женский голос.       — Хорошо. Только недавно проснулся. Ещё даже позавтракать не успел.       — Завтракать нужно обязательно, — назидательно произнесла женщина. — Мини, ты к нам приедешь?       — Да, конечно. Завтра приеду.       — Мини, ты кулон не снял?       — Мама, почему ты всё время меня об этом спрашиваешь? — нахмурился Чимин. — Каждый раз задаёшь один и тот же вопрос.       — Это твой оберег, Мини, — строго ответила госпожа Пак. — Ни в коем случае не снимай его. Он с тобой с самого рождения.       — Мама, ты странная, — проворчал Чимин. — Веришь в какие-то обереги. Но я ношу его не снимая, лишь бы ты была спокойна.       — Молодец, Мини. Отец тебе передаёт привет и ждёт ваш поход на рыбалку.       — Мама! — возмущённо воскликнул Чимин. — Ну где я, а где рыбалка?! Не люблю рыбалку! Убеди отца не брать меня с собой! Я обязательно свалюсь в воду, и ты меня потом будешь лечить!       — Зато ты подольше побудешь с нами, — парировала женщина. — Всё, Мини. Мне пора. До завтра.       — Пока, — буркнул Чимин, поняв, что всё-таки придётся переться с отцом на ненавистную рыбалку. Он отложил телефон в сторону и снял кулон с шеи. Внимательно посмотрев на небольшой тёмно-синий камешек в виде вытянутого многогранного кристалла, Пак недовольно пробормотал:       — Купила у какой-то цыганки и теперь заставляет меня носить. Даже непонятно, что за камень. Стекляшка какая-то. Но мамочку я люблю, поэтому буду таскать эту хрень до своей смерти. Он снова надел украшение на шею, не заметив, как по кристаллу пробежали едва заметные голубые искры. Продолжение следует…