Глава 25

      — Намджун, да ты ревнуешь! — не удержался от комментария Тэхён, обнимая за крепкую шею Чонгука. — Как интересно!       — Я не ревную, — буркнул Джун и встал из-за стола. — Извините, но мне нужно отлучиться. Альфа слегка поклонился и быстро вышел из кухни, оставив озадаченных братьев и их женихов. Юнги проследил взглядом за Джуном, который вместо своей комнаты отправился на задний дворик.       — Джин, а твой брательник вообще шуток не понимает? — задумчиво спросил Мин, пялясь в пустой коридор. — У него чувство юмора совсем отсутствует? Там, где он жил, все всё воспринимают всерьёз?       — Есть у него чувство юмора, — произнёс Сокджин, облокотившись на стол. — Только у нашего старшего брата сейчас не лучшие времена. Поэтому он такой весь непонимающий.        «И из-за тебя они, мелкая кошара, — мысленно продолжил Джин. — Ну зачем ты его доводишь постоянно? Эх, что мне с вами делать? Да и вообще, что делать в вашей ситуации? Святая Луна, ты явно решила пошутить, сделав их истинными. Хотя кто знает, какие боги у котов-оборотней? И есть ли они?»       — Я поговорю с ним! — внезапно выдал Мин и резко подорвался со стула. — Пойду объясню, что пошутил. И никаких претендентов быть не может! Юнги шустро ретировался из поля зрения волков. Хосок легонько потрогал Джина за плечо, привлекая внимание омеги к себе.       — Милый, я правильно понял? Он сказал, что пошутил насчёт других мужчин. А насчёт предложения Юнги говорил серьёзно?       — Я думаю, да, — бесцеремонно встрял Тэхёна. — А Джуна аж перекосило от упоминания, что на Юнги могут претендовать другие парни. Отсюда вывод: Намджуну Юнги больше чем просто нравится. Иначе я не могу объяснить его повышенный интерес к предпочтениям Мина в сексе.       — Ну если смотреть с позиции альфы, — протянул Гук и, запустив руку под майку Тэ, начал нежно водить пальцами по позвоночнику омеги, — то я его понимаю. Мне бы тоже не хотелось, чтобы мою неприкосновенную жопу кто-то возжелал. И прекрасно понимаю то, что ему нравится человек. И мне Тэ сразу запал в душу с первого взгляда. Я тогда не знал, что он из нашего мира и такой же, как мы. Я даже в какой-то момент мечтал, чтобы он не оказался волком.       — Почему? — удивился Сокджин.       — Из-за предсказания нашего знахаря, — честно ответил Чонгук. — Он предрёк мне, что я исчезну из нашего мира из-за белого волка. И я настолько впечатлился, что после этого старательно избегал волков из вашего клана. Но я был совсем малышом, когда услышал пророчество.       — Оно сбылось, Гук, — успокаивающе произнёс Хосок. — Теперь можешь не переживать об этом.       — Я на это надеюсь, — усмехнулся Чонгук. «Я тоже, — промелькнуло в голове Джина, которому на память пришла сказка Юнги. — Но в сказочной истории Лунный Волк остаётся один, без своей пары. Его любимый исчезает. Я очень надеюсь, что пророчество знахаря клана Чон никак не связано с этой историей».       — Но ты же вернёшься в мир волков, — заметил Тэхён, млея от прикосновений альфы к своей спине. — Получается, что предсказание не совсем сбылось.       — Возможно, это было неполное пророчество, — предположил Чонгук. — Мы с дедушкой ушли сразу же после этих слов До Сона. И вполне вероятно, что он не всё успел рассказать. Дедуля тогда так разнервничался, что обозвал Сона старой каркалкой.       — Прямо в точку, — хмыкнул Хо, вспоминая знахаря своего клана. — Если он был как сморщенный гриб десять лет назад, то представляю, какой он теперь.       — Всё такой же, — отмахнулся Гук. — Только глаза почему-то с годами молодеют. Это странно.       — Ясно одно, что вашего дедушку и нашего лекаря что-то связывает, — серьёзно проговорил Хо и обратил внимание на притихшего Джина, который всё ещё думал о сказке про Лунного Волка. — Джини, что с тобой? Джин встрепенулся, отогнав неприятные мысли прочь. Он с любовью посмотрел на Хосока и широко улыбнулся.       — Думаю, как мы теперь жить будем.       — В смысле? — не понял Хо.       — В том смысле, что мы пока не возвращаемся в наш мир. Мне нужно галерею продать. Этот дом я оставлю. Что-то мне подсказывает, что он ещё понадобится.       — Намджуну, — ехидно протянул Тэ. — Вот, помяните моё слово, даже если он и вернётся домой, всё равно будет шастать туда-сюда между мирами. «Это точно, — подумал Джин. — От истинности просто так не убежишь. Я живой тому пример. От кого убежал, к тому и прибежал. И смысла в этом никакого не было. Так же, как и ты, Тэ. Благо, недолго твой побег длился. Только вот Юнги со своими забабонами Джуна до дурки скоро доведёт. Нужно ещё раз попытаться с ним поговорить. Мне жалко брата. Но у Юна мозг работает в обратную сторону. Никогда не знаешь, что он может выкинуть в следующую минуту. Кошаки, весьма странный народ. Если такие, как Юн, ещё существуют».       — И мне нужно разобраться с делами. Я не могу просто исчезнуть, — пробормотал Хосок. — На меня люди работают. Короче, мы ещё здесь будем приличное количество времени.       — Вот об этом я и хотел сказать, — Джин обвёл всех взглядом. — Ребята, мы, грубо говоря, уже женатые пары. Кто где жить будет в это время?       — Я хочу жить с Чонгуком, — сразу же заявил Тэ. — Он мой муж. И не положено мужу жить отдельно от мужа.       — Полностью поддерживаю! — воскликнул Гук, смачно чмокнув в щеку Тэхёна. — Я хочу жить со своим омегой.       — И я хочу жить со своим омегой, — усмехнулся Хосок, откинувшись на спинку стула. — И у меня есть дом. Я могу жить с Джином там.       — Так и у меня есть дом, — парировал Сокджин. — Почему тебе здесь не жить? А Тэ и Чонгук будут жить в твоём.       — Мы согласны! — одновременно ответили хитренькие Тэ и Гук.       — Ага, — прищурился старший Чон. — То есть мы этим малолетним покемонам отдадим в распоряжение целый дом, а сами вынуждены будем сдерживать себя по ночам, так как твой старший брат тоже здесь. Джин, я, конечно, всё понимаю, но у меня было десять лет воздержания. Как думаешь, смогу ли я себя долго контролировать?       — Эй! Мы не малолетние! — возмутился Чонгук.       — Помолчи, когда старшие разговаривают! — рявкнул Хосок, всем своим видом показывая, кто здесь родился раньше. — Джин, я на такое не согласен.       — И что делать тогда? — озадаченно пробормотал Сокджин. Он отчётливо понял, что Хо в принципе прав, и Джун навряд ли вообще захочет слушать стоны по ночам кого бы то ни было. Но ведь Джин не может брата выставить на улицу, потому что у них всех, грубо говоря, медовый месяц начался и вести они себя тихо не смогут, как бы ни старались.

***

Намджун сидел на качелях, уставившись на осенний лес невидящим взглядом. Его разрывало от противоречий. Одну часть Джуна мощным магнитом тянуло к Юнги и к его неординарной личности. Альфе так хотелось больше узнать о соседе, чем живёт и дышит. Это было похоже на то, когда очень хочется прочесть новую и многообещающую книгу, у которой открылась только первая страница, а начало уже захватило с головой. Но была ещё и полностью закрытая книга, которая, похоже, вообще не собиралась открываться. Снежка. Вторую часть волка очень беспокоило: где шляется его истинный, которого он не видел с ночи? Куда пошло это пушистое создание и что сейчас делает? Он же ранен. Эти вопросы не давали Джуну покоя. Его эти части не могли друг с другом договориться, и казалось, что личность альфы начинает разделяться пополам, вызывая сумбур и хаос внутри Джуна.       — Это при том, что мой волк спит, — обречённо пробормотал Намджун. — Хотя он бы по-любому выбрал Снежку. И срать он хотел на то, что меня волнует Юнги до мурашек. Альфа улёгся на качелях и, закрыв глаза, тяжело вздохнул. Он понимал, что всё равно ему придётся вернуться домой, оставив здесь и Снежку, и Юнги. От этой мысли становилось невыносимо больно в мощной груди волка. Как будто сам Снежка туда пробрался и безжалостно царапал её своими острыми коготками. Джуну вдруг захотелось вернуться в то время, когда он не знал ни одного из них. Туда, где жил своей нормальной альфьей жизнью и не переживал ни о какой любви.       — О чём думаешь? Джун распахнул глаза и увидел склонившегося над ним Юнги. Мин в упор смотрел на альфу своими янтарными глазищами и слегка ухмылялся.       — Ты можешь объяснить, как ты это делаешь? — пробормотал Намджун.       — Что?       — Ты передвигаешься, не издавая ни одного звука, — пояснил Джун. — Ты же человек. Люди не могут бесшумно двигаться.       — Может, это у тебя слух слабый? — округлил глаза Юнги. — Я двигаюсь, как все.       — У меня идеальный слух, — возразил Намджун, не думая садиться.       — Непохоже, — парировал Мин. — Ты не слышал, как открылась дверь, и даже ухом не повёл, когда я к тебе подошёл. Получается, ты долбишься на уши.       — Что ты прицепился к моим ушам? — пробурчал Джун, вспомнив, как Юнги назвал его волком-лопоушкой. — Нормальный у меня слух и уши.       — Лютик, я чего пришёл... Юнги наклонился ещё ниже. Его маленький нос практически коснулся носа альфы. Джун мог спокойно податься вперёд и легко поцеловать губы Мина, вкус которых он был не в состоянии забыть.       — Чего? — прошептал Джун, судорожно сглотнув.       — Я пошутил насчёт претендентов. Не будет их никогда. Джуну показалось, что Юнги сейчас снова бессовестно украдёт у него уже третий поцелуй. Сердце альфы учащённо забилось от предвкушения. Но Мин внезапно резко выпрямился.       — Мой лимит на кражу твоих поцелуев исчерпан! — важно выдал Юнги, засунув руки в карманы домашних штанов. — Теперь дело за тобой. Я пошёл. И, развернувшись, вальяжно отправился к своему дому, оставляя разочарованного Намджуна лежать на качелях.       — Бля! — закричал Ким, подрываясь с качелей. — Стой! В нём что-то лопнуло, треснуло и теперь искало выход. Досада от того, что он не получил очередной поцелуй соседа, стала последней каплей.       — Что? — Юнги обернулся и посмотрел на альфу, который быстрым шагом сокращал расстояние между ними. — Ты что-то хотел ещё сказать?       — Пришёл! Ушёл! Почему ты мучишь меня? — Джун схватил за плечи кота и развернул к себе лицом. — Ответь?! Что я тебе такого сделал?! Ты так развлекаешься?! Тебе весело?! Его эмоции вышли из-под контроля. Всё, что накопилось внутри, начало выплёскиваться наружу. Джун с силой сжал пальцы на хрупких плечах Юнги и злобно смотрел прямо в глаза Мина.       — Я же тебе сказал, что между нами ничего не может быть! Но ты упорно игнорируешь этот факт! Тебе стало скучно, и ты решил, что нашёл себе игрушку?! Я тебя просил мирно жить по соседству, и ты вроде согласился! Но теперь снова за старое! Хватит! Я тебе ещё раз повторяю! Ты мне не нужен! Джун сам не понял, как у него вырвались последние слова, ведь это было абсолютной ложью. Но они прозвучали, и Юнги их услышал.       — Отпусти меня, — прошипел кот, угрожающе сузив глаза. — Не трогай того, кто тебе не нужен!       — Юнги, прости, — опомнился Джун. — Я не так хотел сказать.       — Да пошёл ты, Ким! — Мин сильно ударил по запястью альфы, заставив его убрать руки. — Иди ты на хер! Игрушка?! Я тебе правду говорил, что ты мне нравишься! Ты глупый и не видишь дальше своего носа! А послушать своё сердце слабо было?! Прислушаться к тому, что ты на самом деле чувствуешь — не судьба?! Всё! Я умываю руки! Счастливо оставаться в своём замечательном неведении. Живи, как знаешь! Мин начал быстро удаляться от Намджуна.       — Юнги, ты вообще о чём?! — выкрикнул вслед Джун, но получил в ответ поднятый средний палец. Намджун хотел было догнать Юнги и ещё раз извиниться за грубые слова, вырвавшиеся в порыве злости. Злости, которую он испытывал в первую очередь на самого себя из-за того, что не мог определиться, не мог понять, что с ним происходит. Но вдруг Джун почувствовал, что его волк неожиданно начал просыпаться. Это было весьма странно. Альфа только вчера вечером выпил новую порцию отвара. Он метнулся в дом, чтобы выпить ещё. Нельзя, чтобы волк просыпался в посёлке.       — Джун, а что случилось? — спросил Сокджин, удивлённо наблюдая, как старший брат пулей влетел на кухню и принялся шарить по шкафчикам.       — Мой волк почти проснулся, — пробормотал Намджуна. — Где отвар?       — Как проснулся? — охнул Тэхён. — Ты забыл выпить лекарство Джина?       — Нет. Я вчера вечером перед сном его выпил. Но мой волк уже не спит.       — Джун, — подал голос Хосок, — отвар действует сутки. Ещё рано принимать новый.       — Я знаю! Но он не спит! — сорвался на крик Намджун. — Джин, где отвар?! Сейчас начнётся переполох в посёлке. В подтверждение слов Джуна где-то истошно завыла собака. Сокджин поднялся из-за стола и, достав бутылёк из настенного шкафчика, вручил его брату. Джун без слов залпом выпил всё содержимое.       — Джун, а что именно произошло на заднем дворе? — поинтересовался Чонгук. — Насколько я знаю, наши усыплённые волки внезапно очухиваются только в случае опасности.       — Ничего, — буркнул Джун и обратился к Джину. — Я не буду сегодня обедать и ужинать. Не беспокойте меня. Я попробую поспать. Возможно, это просто сбой какой-то. Намджун поставил бутылочку на столешницу.       — И на всякий случай приготовь побольше отвара.       — Хорошо, — пожал плечами Джин и обратился к Тэхёну: — Тэ, поможешь мне?       — Конечно, — кивнул Тэхён, прижимаясь к Чонгуку. — Он нам всем нужен, пока мы здесь.       — Тэ, ну слезай ты с его коленей, — взмолился Сокджин. — Он рядом и никуда не денется. Такое впечатление, что вас пришили друг к другу.       — Не слезай, Тэ, — прошептал на ухо любимому Гук. — Я хоть и рядом, но хочу, чтобы ты не отходил от меня ни на шаг.       — Молодёжь, у вас такое поведение, как будто вы потомством готовитесь обзавестись, — усмехнулся Хосок. — Именно так себя ведут те пары, которые хотят волчат родить в скором времени. Но у Тэ ещё неподходящий возраст.       — Я тоже хочу волчат, но я же не вишу у тебя на шее каждую секунду, — резонно возразил Джин, заметив, что Джун тихо ушёл из кухни.       — Мы с тобой забыли все повадки, — улыбнулся Хо. — Я не против их вспомнить. Иди сюда и повиси на моей шее. Сокджин снова уселся на колени к Хо, обвив руками шею альфы.       — Мы так и не решили проблему с проживанием, — вздохнул Джин. — И меня насторожило, что волк Джуна так неожиданно проснулся. Неужели где-то опасность рядом?       — Но тогда бы и наши волки проснулись, — заметил Чонгук. — Мне кажется, проблема не в этом.       — Проблема в Юнги, — категорично заявил Тэхён. — Я вам точно говорю. Между ними что-то произошло, и волк Джуна проснулся. «Ты прав, Тэ. Судя по всему, они основательно повздорили, — мысленно произнёс Джин, вполуха слушая предположения брата. — Волк Джуна просто почувствовал, что может потерять истинного. Это и заставило его проснуться. Тоже своего рода опасность. Только вот дойдёт ли до самого Намджуна этот факт? Бля, если не дойдёт, то я завтра всё ему расскажу. Честное слово, они в своих играх в угадайку могут таких дел наворотить».

***

Юнги, обратившись Снежкой, выпрыгнул из окна своей спальни. На улице уже было темно, и в посёлке повсюду загорелись фонари, освещая мягким жёлтым светом улицы. Но кот, обойдя дом, направился в лес. Он был подавлен. Целый день у Юнги не выходили из головы слова Намджуна. Мин честно старался сосредоточиться на работе, но не смог написать даже пару слов. «Ты мне не нужен», — набатом звучало в ушах омеги. Было больно и до слёз обидно. Возможно, он перегнул палку, подтрунивая над Намджуном. Но эти слова были очень жестоки для того, кто любит. Для того, кто истинный. «Это ты мне не нужен, — размышлял кот, осторожно ступая лапами по мокрой от выпавшей росы траве. — Пошёл ты, лютик-пизданутик. Жил я без тебя столько лет и дальше проживу. Не нужен. Ну и пожалуйста. Не пойду я к тебе сегодня ночью. Не нужен я тебе как человек? То и Снежку фиг вам, Ким Намджун. А вообще, вали в свой мир, лопоухая волчара. Не хочешь быть с истинным — твоя воля. Я обиделся и не прощу. Мы, коты, народ обидчивый и мстительный. И обувь я тебе помечу, так сказать, на прощание». Полностью погружённый в свои невесёлые мысли, кот сам не заметил, как углубился в лес. Зачем Юнги туда шёл, он и сам не знал. Просто не мог оставаться в посёлке, так как истинность требовала немедленно пойти спать к Намджуну, мурчать ему на ухо свои кошачьи песенки и мять бархатными лапками накачанную грудь волка. Он слишком поздно увидел, как перед ним возник дикий волк с порванным ухом. Юнги его мгновенно узнал. Это был тот зверь, который кота пару дней назад пытался загрызть. «Ёпт, — подумал Мин, угрожающе зашипев на волка, и выгнул спину дугой. — Я совсем про тебя забыл. И чего ты ко мне прицепился? Ну что же, волчья морда, ты сегодня без глаз останешься. Говорят, у котов девять жизней. Если учесть нашу прошлую стычку, то у меня осталось восемь». Кот скосил глаза на ближайшее дерево и примерно прикинул расстояние до него. Он мгновенно рассчитал время, за которое он запрыгнет на дерево. Но волк был слишком близко и вполне мог схватить кота, когда тот повернётся к нему боком. И Юнги решил атаковать, а затем уже карабкаться на безопасную высоту. Пасть волка оскалилась, и он громко зарычал, начав медленно приближаться к Юнги. «Раз, два, — мысленно считал Мин перед атакой на морду волка, — три». Но вдруг он явственно почувствовал присутствие Намджуна. Дикий волк жалобно заскулил, глядя на кого-то позади кота. Он стал похож на нерадивого нашкодившего щенка. Две большие белые лапы со смертельными когтями встали по бокам кота. Юнги задрал голову вверх и увидел над собой широкую грудную клетку волка и мощную челюсть. «Божечки-кошечки! — ошалело подумал Мин, в шоке разглядывая истинного с необычного ракурса. — Какой же он здоровый! Размером с маленькую лошадь. Или мне это так кажется, потому что я сейчас кот? Мой сон ни в какое сравнение не идёт с реальностью». Джун грозно зарычал на дикого волка. От его рыка всполошились все ночные обитатели леса в радиусе нескольких метров. Волк поджал куцый хвост и на полусогнутых лапах начал пятиться назад. Через несколько секунд он уже нёсся в глубину леса. Намджун посмотрел на кошака. Юнги пялился на него своими круглыми глазами, в которых не было даже намёка на испуг, прижав ушки к голове. Альфа что-то по-щенячьи тявкнул и, наклонившись к коту, аккуратно лизнул мордочку кота шершавым языком. «Ну вот, обслюнявил всего. Я, вообще-то, маленький, — мысленно возмутился Мин, громко фыркнув от такой ласки. — И что дальше? Что мы с тобой теперь делать будем?» Продолжение следует…