глава 4.2

«Он не боялся тьмы и зла Пока душу не поглотит мгла Он—самый верный слуга Самый преданный. Слуга истинного зла» ......... Омут тьмы проясняется. Тьма медленно трескается пропуская яркий свет сквозь «трещины». Мэй Нянцин медленно приоткрывает глаза и сразу жмуриться от яркого света. Он жив? Да. Руки свои, волосы свои. Он чувствует сильную жажду. Слава всем богам на столике стоящем возле кровати как раз была чаша с водой. Жадно припав к чаше он чуть не выронил её, осознав где он находится. Небесные чертоги. Причем это не его обычные покои. А какое то новое здание. Причём как минимум комната построена в стилистике которую Мэй просто обожает! Да неужто… Бред. ••••••••••••••• Поставив чашу на место, он пытается встать с постели. Тело слабо и будто деревянное. Голова кружится. Вспомнив почему так происходит, Мэй Нянцин ощутил мурашки по коже. Всё таки странно это. Он не знает сколько он спал. И больше всего боится увидится с дорогим принцем сейчас. Ведь вероятнее всего, выживание «предателя» его вина. Подходя к окну сквозь стекло которого слепит яркий свет, он закрывает шторы. Найдя в шкафу неподалеку одежду он переодевается в их и опускается на постель. Тяжело. Страх неизвестности. Не поздно притвориться спящим. В раздумьях и с шумом в ушах Мэй Нянцин не слышит скрип двери, шаги и чужое дыхание. Замечает он небесного владыку только когда осматривает комнату. Наткнуться на холодный и изучающий взгляд было достаточно страшно. Да что там достаточно… Очень страшно! Наверное Мэй Нянцин выглядел смешно со стороны. Вздрогнул, пошатнулся и уставился максимально растерянным взглядом. •••••••• Прошло наверное минут 5 совершенно тупого молчания и разглядывания друг друга. —Как твое самочувствие? -раздается спокойный и мягкий голос Цзюнь У. неизвестно что скрывается в его мыслях под этой обычной фразой. По мнению Мэй Нянцина лучший вариант действия сейчас-это замять ситуацию. Сделать так будто ничего не было. —Благодарю владыку за беспокойство. Я в полнейшем здравии.-голос звучит осипшим, но к удивлению Мэй Нянцина уверенно и без дрожи. —Если все действительно в порядке… Можешь приступать к работе. Об остальном поговорим позже.-Владыка небес звучит достаточно тихо. Даже не смотрит в сторону слуги. Оба понимают что за «остальное». Но говорить на прямую оба разучились. •••••••••••• Наблюдая за слугой аккуратно выполняющим работу сердце безвольно трепетало. Чувство что в тот момент в глубине души безжалостного белого бедствия пробудилось чистое сознание юного и не тронутого жестокостью мира принца. Он спас его. Он буквально не помнит как и зачем. Неужели не наплевать ему. Но… одиночество было страшнее. Было мерзко от того что возможно Мэй Нянцин призирает его, боится и лишь из-за этого остаётся. Так оно и было. Скорее всего. ..... Цзюнь У бы сошел с ума без него. Глупо отрицать. Если бы он ушел тогда… Непонятно что бы было. Он остался рядом. Не предал. Возможно Мэй Нянцин и правда самый верный слуга… Он считает его истинным злом и остаётся. Верно говорят сплетники небес. Мэй Нянцин-слуга зла. ••••• Слуге и злу нужно поговорить. Только вот о чем будет разговор? Тем много. От пустяков до серьезных. Может они обсудят игру в шахматы прикрываясь политикой? А может личные проблемы прикрываясь обсуждением искусства? Может обсудят то как ненависть к друг другу смешивается с тоской и искренной привязанностью? А может они будут молчать. .......... Молчание. Хорошая вещь не раз спасающая слугу зла. Скорее всего. Мэй Нянцин единственный чьи чувства небесному владыке прочесть невозможно. Он безмолвен. Всегда молчит и говорит лишь по делу. Это и хорошо. Но хотелось поговорить. О пустяках. Забывая кто вы друг другу и через что прошли. Даже больно от его молчания. Хочется умолять: «Поговори со мной мэй-мэй…не молчи. Скажи как ненавидишь. Скажи хоть что нибудь…» Мерзость. Он никогда такого не скажет. Разговоры..Их разговоры редки и лишены смысла. Возможно сегодня будет разговор о погоде. О том что творится в мире, но не о том что творится на душе. •••••••