Вернутся к фанфику
Пролог
13 сентября 2024, 21:20 В этой жизни Хан Джисон ценил три вещи: музыку, полноценный сон и… любовь. Та самая, о которой слагали легенды, снимали фильмы, писали песни; которую воспевали поэты и каждый норовил упомянуть, что это лучшее чувство на земле. Он знал о ней из детских сказок, книг, прочитанных позже, аниме, но самое главное — он знал о ней от своих родителей, которым, кажется, очень повезло ее испытать и пронести сквозь годы.
Так и получилось, что эти же вещи в итоге стали его мечтой. И если к первым двум он еще мог приблизиться и хоть изредка, но ухватить за хвост, о третьей пока только грезил. И хоть в жизни Джисона было много любви (к родителям, музыке, другу, да и в целом к жизни), в свои 19 он сам так и не познал любви настоящей — той, ради которой люди были способны пойти на безумства. Зато он обожал ощущать чужую любовь вокруг и иногда даже вдохновлялся историями, свидетелями которых становился. Совсем недавно он досмотрел свое любимое шоу, всю ночь просидел за своим оборудованием, отвлекаясь лишь на редкие походы за новой порцией зеленого чая с клубникой и легкие упражнения для затекшей шеи. На утро в папке с неброским названием «4185113» уже лежала песня «13», вот так просто. С детства он был тем самым ребенком, который мечтал о светлом чувстве, но сам его так и не познал.
Переживал ли Джисон из-за этого? Отчасти: те немногочисленные знакомые, общением с которыми он мог похвастаться, уже успели побывать в отношениях. Глядя на это, даже если заканчивалось все не хэппи эндом, Хан понимал, что… завидует? Да, определенно завидует, хотя это и была добрая зависть. Ему тоже хотелось вот так взять кого-то за руку, прогуляться по парку или посмотреть вместе в 57 раз «Реальную любовь». Но для совсем уж отчаяния пока было рано: верил, что обязательно встретит своего человека, ради которого будет готов спуститься в царство мертвых, как спустился Орфей за Эвридикой (только Хан ни за что бы не оглянулся). Ну, или верил во все это, если быть точнее.
Буквально неделю назад Хан узнал, что родители уже спланировали его будущее и договорились о свадьбе с единственным наследником известнейшей семьи в их городе. Семейство Ли давно было приближено к сильным мира сего, поэтому такие контакты для четы Хан были более чем полезны. И дело было далеко не в деньгах: бизнес родителей процветал уже несколько лет, поэтому ни Джисон, ни они сами ни в чем не нуждались. Кроме связей. Вот чего им действительно не хватало, так что перспектива породниться с семьей Ли стала слишком соблазнительной.
Был ли рад такому раскладу сам Джисон? Если честно, он бы и сам затруднился ответить на этот вопрос. Конечно, мечты о вечной любви никуда не пропали, но вдруг ему повезет и выбор, который сделали за него родители, приведет к ней? Шансы были малы, даже ничтожно малы, но все же были. Волнение давало о себе знать: вот уже целый час он стоял перед шкафом и отчаянно пытался привести себя в хоть немного подобающий вид, который бы соответствовал целям визита. Будь на то воля Хана, он бы не стал заморачиваться и просто надел первое попавшееся под руку. Мама такое вряд ли бы оценила: она была готова лично собрать для Джисона лучший наряд, но сошлись на компромиссе. Образ для церемонии готовит только она, зато сегодня у него была свобода выбора.
Кстати, о родителях. Джисон их очень любил, как и они его. Хан Соккю и Хан Ери всегда делали все возможное, что было нужно сыну (по крайней мере, они так думали). И Джисон правда был благодарен за все возможности, которые открывались перед ним благодаря родителям. Проблема была только в одном: родители не хотели признавать увлечение сына музыкой чем-то серьезным и считали обычным хобби, которое не могло принести ему ровным счетом ничего. Хотя с детства они поддерживали страсть сына к музыке, которая скоро вылилась в победы в конкурсах и какую-никакую известность в узких кругах.
Все изменилось постепенно, когда бизнес наконец стал процветать и приносить хорошие деньги, а, значит, отец стал размышлять о возможности передать позже управление единственному наследнику. Так и получилось, что увлечение музыкой, по задумке родителей, должно было отойти на второй план, а основную часть времени Джисон посвятил бы образованию и погружению в специфику ведения дел. Сам Хан такого взгляда не разделял и был уверен, что музыка обязательно станет главным делом его жизни. Теперь же он надеялся, что фиктивный брак в довольно раннем возрасте не помешает ему на пути к мечте.
Время сегодня играло против Джисона, поэтому бесконечно стоять и смотреть на себя в зеркало слегка потерянным взглядом он не мог. Пришла пора сделать шаг навстречу своей судьбе. Знакомство с будущим мужем может и было важным событием в глазах семьи, сам Хан такого трепета не разделяет — так что и наряжаться не станет. В конце концов, на репетицию свадебной церемонии он точно явится при полном параде (поверьте, готовый образ уже четырежды пересобирался мамой, пока она не осталась довольна безоговорочно). А сейчас он решил ограничиться простой белой футболкой с неброской надписью, черными скинни и любимой красной рубашкой в клетку, которая была ему очень дорога (впрочем, как и другие 4 клетчатые рубашки в его гардеробе). Обычный студент, а совсем не «наследный принц» какой-то там корпорации, держащей в руках половину активов этого города — это было про него. Семье будущего мужа и ему самому, кажется, придется с этим смириться. Что же до родителей Джисона, к внешнему виду сына они привыкли давно. Попытки в корне изменить стиль на что-то более классическое успехом не увенчались. Тогда-то мама и зашла от обратного: крохотными шагами прививала сыну любовь к красивым вещам, понемногу вплетая их в повседневный стиль. Медленно, но верно гардероб Джисона наполнился не очень броскими, но качественными и универсальными предметами. Ему нравилось комбинировать базовые вещи, создавая новые образы при минимальном количестве одежды в шкафу.
Но больше всего ему нравилось экспериментировать с украшениями, которых сейчас насчитывалось едва ли не больше, чем у мамы. Кольца, часы, браслеты, разные цепи и серьги — все это Хан носил каждый день и не понимал, как некоторым людям может не нравится обилие украшений. Вот и в сегодняшнем образе чего-то не хватало… Джисон быстро подошел к комоду и выудил оттуда массивную серебряную цепь, которую сразу же застегнул на шее. Вот так получше будет.
Внизу уже ждали родители, которые к вопросу внешнего вида подошли более ответственно, чем сам Джисон. Отец расхаживал по гостиной, увлекшись срочным разговором с кем-то из партнеров, в одном из тех костюмов, которые чаще всего надевал в день важных переговоров, а мама… Ну, его мама была самым красивым человеком, которого когда-либо встречал в своей жизни Джисон. Она никогда не кичилась этой красотой и не делала чего-то, чтобы подчеркнуть ее.
Ери не могла похвастаться пухлыми губами, осиной талией или копной густых длинных волос. Но была крайне изящна и могла обратить любой недостаток (хотя сын готов был поклясться, что никаких недостатков у нее быть не могло) в достоинство, что приковывала к себе взгляды окружающих без особых усилий, сама этого не замечая. Зато замечали сын и муж, кому такое внимание, если честно, даже льстило. Так что даже рыболовная сеть выглядела бы на Ери как вещь из последней коллекции Gucci. Сегодня она выбрала классическое черное платье в пол, а акцент сделала на аксессуарах из белого золота: ожерелье с сапфирами, выгодно подчеркивающее длинную шею, и объемные серьги отлично сочетались с убранными наверх волосами, а на руках, помимо обручального, красовалось еще несколько колец с мелкой россыпью алмазов. Кажется, любовь сына к аксессуарам досталась от Ери. На секунду Джисон даже задумался, не стоит ли ему переодеться, но мама только закатила глаза, медленно выдохнула и попросила быстрее собираться, ведь через полчаса их уже ждали в доме семьи Ли.
💀💀💀
Что ж, особняк Ли и правда был очень… монументальным. И если Джисон считал их собственный дом слишком большим и иногда не самым удобным, сейчас он определенно точно готов пересмотреть свои взгляды и признать: его жилище очень комфортное и современное. Семья Ли жила словно в музее: со стен галереи на обитателей дома смотрели портреты (скорее всего, каких-то предков), интерьер напоминал лондонский дом викторианской эпохи, а в некоторых углах то и дело раздавались шорохи, словно там бегали крысы или слонялись призраки. Хан даже не знал, что хуже. Единственное, что приковало взгляд Джисона — белый рояль прямо посреди комнаты, в которой его оставили дожидаться наследника семьи Ли. Как же сильно захотелось сыграть на нем! Если он это сделает, ничего же не будет, верно? Подойдя ближе, Джисон понял, что на инструменте явно никто не играл довольно давно. Даже не притрагивался: крышка открывалась с жутким скрипом, а на отдельных частях даже можно было заметить слой пыли. Это показалось по-настоящему странным и даже немного кощунственным: зачем держать такое чудо дома, если не играть на нем? Хотя, у богатых свои причуды. Но что было еще удивительнее, сверху стояла ваза с букетом свежих космей. Это сочетание поразило парня. Казалось, рояль здесь стоял, чтобы лишний раз подчеркнуть состояние семьи, способной позволить себе такой дорогой инструмент и не пользоваться им при этом. Тогда почему космеи? Эти цветы как будто выбивались из общей картины, но все равно притягивали взгляд Джисона: в их простоте он увидел что-то особенное и даже захотел прикоснуться. Вспомнив, насколько он бывает «удачлив», руку все же опустил: не очень хотелось разбить вазу и «навредить» букету. Хотя как можно навредить тому, что уже, по сути, и так мертво?.. К нему пока никто не спешит, так что… Хан решился сыграть (вдруг другого шанса не будет?). Усаживаясь поудобнее, молодой человек лишь слабо надеялся , что рояль не будет расстроен — иначе ничего не выйдет. Перебрав на пробу несколько клавиш, которые прожимались иногда с небольшим затруднением, Джи выдохнул. Звук прозвучал чистейший, еще раз будто подтверждая: инструмент очень дорогой и качественный. Сам не зная почему, Хан начал играть главную тему из «Ходячего замка». Но на самом деле никто из его знакомых, услышь это, не был бы удивлен: Джисон обожал аниме и пересмотрел его раз 50, если не больше. Иногда он даже думал, что был чем-то похож на Софи. В пустой комнате продолжала звучать мелодия, в которой Хан растворился настолько, что даже не заметил, как сверху за ним кто-то начал наблюдать. Тихо, почти по-кошачьи на мелодию вышел молодой человек, который, кажется, раньше не слышал ничего такого в этом доме. Он шел, будто заколдованный, ступая на носочках все ближе. Тогда-то и увидел Джисона, полностью погрузившегося в музыку и не замечающего никого, даже если бы рядом с ним стояли люди. Спрятав пальцы в рукава синего свитера (его мягкость немного успокоила), младший Ли уже увереннее спускался по лестнице, но все еще стараясь не издавать лишних звуков. Остановившись в паре шагов от Джисона, парень понял, что по щеке потекла слеза. Мелодия была прекрасной. По-настоящему прекрасно и, кажется, даже смутно знакомой. Только на душе было так грустно и одиноко… Стало трудно дышать. Ему вдруг захотелось убежать обратно, чтобы избавиться от этих чувств, но попятившись назад, Ли неудачно зацепил стопку книг, лежавшую на соседнем столике. Они упали как-то подозрительно громко, будто были сделаны из стали. В этот же момент Хан обернулся. Очередной приступ удачливости Джисона. От неожиданности он, взвизгивая, подскочил и практически упал с банкетки, по пути едва не утащив за собой вазу и космеи вместе с ней. Уберегло только чудо, не иначе. «Отличное было бы первое впечатление, браво», — подумал он, пытаясь принять непринужденную позу и натянуть бессмысленную улыбку. Очень естественно, насколько это вообще могло быть возможно в такой ситуации. Как ни странно, парень, стоявший за Джисоном, разразился таким искренним смехом, что вся неловкость просто ушла. А Хан залюбовался: кажется, только что его шансы на «долго и счастливо» существенно выросли. Молодой человек перед ним — будто синоним слов «комфорт» и «теплота». Да, вот так бывает: просто смотришь на человека и все сразу становится ясно, как в пасмурный день, когда на небе появляется солнышко. — З-здравствуй. Кажется, тебя я ждал здесь, — Джисон немного заикался. — Надеюсь, меня. Формально еще не знакомы, но ощущение, словно я знаю тебя давно. И эта музыка… Она кажется такой знакомой… Что это было? Мне вдруг стало так грустно, будто я забыл о чем-то важном. О чем-то, что давным-давно у меня забрали… Хотя знаешь, не так это сейчас и важно. Пойдем скорее в обеденный зал, нас уже заждались.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!