Вернутся к фанфику

Часть 3

18 сентября 2024, 21:52
      Джон долго не мог уснуть, прокручивая в голове, как пройдет сеанс. Он не был робким и не млел перед объектами вожделения. Это касалось как парней, так и девушек. Пришел, увидел, завалил — его девиз в отношениях. Но с Саймоном вся его уверенность куда-то растерялась, появились переживания и глупые мысли. Он ведь даже не знал, к какой ориентации относился новый клиент, сначала нужно было прощупать почву. Обычно Джон чувствовал «своих» интуитивно, но Саймон совсем не подавал никаких признаков.        Перед его приходом Мактавиш ощущал волнение. Он закончил с предыдущим клиентом быстрее, чем рассчитывал, поэтому появилось свободное время. Джон прибрал свой уголок, пытался рисовать, ходил по залу туда-сюда, что начал уже раздражать коллег, которые пригрозили ему оторвать ноги, если бы не унялся. Его спас Саймон. Он вошел с рюкзаком на спине, снимая шлем. И как бы Джону ни хотелось увидеть его лица, тот не показал.        Они поздоровались, перекинулись несколькими словами и принялись за работу. Мактавиш ожидал, что тот снимет толстовку, но под ней оказалась футболка, которая мешала нанесению тату в верхней части. Джон смотрел, как тот снимал вещь, оставаясь с голым торсом. Мактавиш завис. Он пытался взять себя в руки, но чувствовал, как рот наполняется слюной, и ничего не мог с этим сделать. Он смотрел на широкую грудь, плечи и пресс, бегая глазами по телу. Джон лицезрел множество людских тел, но такого рельефного в реальной жизни видел первый раз. Хотя, может, и было, но не то… Саймон представлял собой совершенство. Если бы Мактавиш был скульптором, он бы обязательно запечатлел его образ и подарил миру. Множественные шрамы совсем не портили картину, наоборот, дополняя ее, добавив таинственную историю.        — Все в порядке? — послышался голос Саймона.        Джон дернулся, понял, что смотрел слишком долго. Возможно, смутил этим или сделал неприятно. Он нахмурился и поерзал на стуле.        — Да, прости. — Мактавиш начал наносить эскиз на руку, но мысли все же возвращались к его телу. — Как ты получил столько шрамов? — Все-таки спросил, не смотря на Саймона.        Он выдержал короткую паузу. Его рука шевельнулась, и Джон проследил, как она поднимается и утыкается в глубокую и длинную неровность.        — Нож. — Рука Саймона опустилась ниже. — Пуля застряла. — Он продолжил перечислять, указывая на участки своей кожи. — Тут — пуля прошла. Вот здесь — попал под обвал.        Он все говорил и говорил, помня каждую свою рану, и чем дольше Джон слушал, тем хуже ему становилось. У Саймона очень опасная работа. Настолько, что их встреча — шанс один на миллион. Мактавиш смотрел на него, и, наверное, что-то было в его глазах, раз тот замолчал.         — У тебя тоже шрам — на подбородке, — произнес Саймон. — Откуда?        Джон хотел было дотронуться до него, но остановился, вспомнив, что он уже надел перчатки для работы.        — Прыгал в детстве на кровати. Не удержался, слетел и ударился об тумбочку. — Мактавиш поморщился, вспоминая, как это было больно.        Клиент коснулся его подбородка и приблизился, разглядывая шрам. Он был так близко, что почувствовался легкий запах шампуня или геля для душа с ментолом.        — Крови много было… — сказал Саймон и отстранился. — Не только в бою получают травмы.        Джон быстро проморгал, не поняв, что произошло. Но ему определенно понравилось.  Поближе бы. И последние слова… Это его так успокоили? Как ни странно, хоть это и не помогло, но немного отвлекло. Мактавиш улыбнулся и продолжил работу.        Джон штрихами наносил чернила, забивая поврежденную кожу. Еще прошлый раз, когда узрел татуировку в виде автомата в каске и ботинках, ему стало смешно. В этот раз он усмехнулся. Такая глупая наколка, Джон предлагал ее убрать, но клиент посчитал нужным оставить ее, лишь откорректировать. Она не подходила ему, казалась детской и сильно выбивалась из общей массы.        — Она парная, — подал голос Саймон, после длительного молчания, видимо, увидев ухмылку.        Парные татуировки Мактавиш вообще не понимал. Сегодня ты общаешься с этим человеком, а завтра нет. Зачем носить на теле память о нем?        — Тоже кто-то из военных? Общаешься с ним?       — Военный, — подтвердил Саймон. — Нет, не общаюсь. — Джон в который раз убедился в правильности своих мыслей, но тот добавил: — Его уже нет в живых.        Мактавиш замер, оторвав иглу от руки. Стало стыдно за свои мысли так, будто сказал их вслух.        – Прости. – Он поднял взгляд на Саймона, но тот лишь кивнул, произнеся: “Ничего”.        Вряд ли обиделся или расстроился. Он казался понимающим человеком, но все  равно было неловко. Джон попытался перевести разговор в другое, более позитивное русло. Болтали ни о чем, и время летело так быстро. Джон нанес контур рисунка и начал забивать его, когда почувствовал боль в спине. Он выпрямился, чтобы немного размять ее, и Саймон в этот момент посмотрел на часы.        – Пообедаем?        Джон улыбнулся, заметив, что уже два часа. Это точно было не совпадение – Саймон запомнил. Наложив пеленку ему на руку и закрепив ее, Мактавиш поднялся, сказав, что и правда уже пора подзаправиться. Рюкзак остался лежать там же, где и был, а вот шлем зачем-то был прихвачен. Когда они вышли на улицу, Джон пошел в привычном направлении к кафе, но был схвачен за руку. Он остановился и обернулся.       – Прокатимся? – спросил Саймон, кивая на свой мотоцикл.        Мактавиш посмотрел на мото, к которому был прикреплен второй шлем. Его глаза загорелись, и сердце забилось быстрее. Конечно, он хотел, мечтал на нем прокатиться, и то, что новый клиент специально для него привез дополнительный шлем, порадовало как ничто и никогда не радовало. Он улыбался, как будто ему подарили этот дукати, а не просто взяли вместо рюкзака.        Джон чувствовал дрожь в коленках, пока они ехали. Очень удачно им сигналили только зеленые светофоры, будто весь мир подстроился под них. Саймон мчал по главной улице, иногда нарушая скоростной режим, но Мактавиш ничего не хотел ему говорить, понимая, что такого момента может больше и не быть. Из-за скорости он сильнее зацепился за него, обхватив руками поперек живота. Ощущалась мощь и сила, исходящая от Саймона, что кружили ему голову. Но недолго. Движение замедлилось, и они, заехав на парковку, остановились в том месте, о котором раньше Джон только слышал.        – Ну, как? – спросил Саймон, глядя на мотоцикл.        – Это. Было. Вау! – смог лишь произнести Мактавиш восторженно       Саймон усмехнулся, видимо, порадовался за такую реакцию и повел Джона в кафе. Внутри все было куда приличней, чем в тех заведениях, где он обычно бывал. Появился дискомфорт, будто Мактавиш не на своем месте, а официанты смотрели косо, с желанием его выгнать, хоть и понимал, что сам надумывал.       – Здравствуйте, – сказал Саймон одному из них. – У нас забронировано.        Джон поднял брови удивившись. Значит, он продумал это уже заранее?        – Добрый день, – улыбнулся официант. – Могу узнать Вашу фамилию?       Саймон глянул на Джона, будто не хотел, чтобы тот его слышал.       – Райли. – Все же произнес он.        Официант проверил информацию и повел их к столику. Джон думал о широкой спине Саймона, которую видел перед собой. И о его фамилии. Имея такую информацию, он мог найти его в соцсетях, сказав, что выпало в рекомендациях, а там бы завязался разговор. Наверняка у Саймона мало фотографий в профиле, если вообще имелись.        Они вместе выбрали блюда, Райли посоветовал то, что вкуснее, будто бывал тут уже не раз, а Джон все это время крутил в голове одну мысль. Саймон военный, а значит, носил  форму. Хотелось посмотреть, но как такое попросить?        – Слушай, – начал Мактавиш, – недавно тут знакомого встретил. Он в армии служит  и как раз в военной форме был. У него такая еще нашивка на плече… Так я и не понял. Может, ты знаешь? Там какой-то знак…        Саймон отпил кофе, что принес официант, и поставил его обратно на стол.        – Что за знак? – спросил Райли, выражая заинтересованность. – Опиши.        Джон сделал вид, что вспоминал, хотя пытался придумать, что выдать дальше.        – Да там какой-то круг… линии, честно говоря, смутно помню. Я же в таких вещах совсем не разбираюсь, но интересно, как это все устроено. Не просто же для красоты, наверняка есть какой-то смысл?        Мактавиш пытался вести себя максимально спокойно и непринужденно, будто у него действительно есть знакомый военный, кроме Саймона. Тот кивнул, подтверждая его последние слова.        – Конечно. Зависит от рода войск и звания. Знаки и нашивки – это целая система.        – Ого, как интересно, – ответил Джон, подпирая подбородок рукой. – А у тебя какая форма? Есть фото? Может, что-то подобное я видел.        Саймон одарил его скептическим взглядом, и Мактавиш осознал, что притвориться дурачком у него не совсем получилось. Стоило подумать лучше.        – Есть, – произнес Райли. – Но у меня нет никаких кругов на форме…       Он еще несколько секунд смотрел, прежде чем достать телефон и покопаться в галерее. Джон терпеливо ждал, надеясь, что тот не покажет просто фото из интернета. Он не прикоснулся к еде, когда ее принесли, не оторвал взгляда от руки, что искала фото, и ожидание его не разочаровало. На экране телефона, протянутого Саймоном, была фотография компании военных. Мактавиш сразу нашел кого нужно.Трудно было не заметить единственного парня в маске с черепом. Он увеличил фото, разглядывая его с ног до головы. Как Джон и думал, в форме тот смотрелся еще привлекательней. Он глядел с улыбкой и только спустя время это понял. Когда Джон поднял голову, Саймон взирал прямо на него.        – Нет, не та форма. – Мактавиш нахмурился и протянул телефон владельцу, поерзав на стуле. – А звание у тебя есть?        Джон чувствовал себя неловко. Он только что пялился на фотографию своего клиента, расплывшись в улыбке. Хорошо, что слюни не пускал.        – Лейтенант. – Ответил Саймон не задумываясь.        – Лейтенант Саймон Райли, – произнес Мактавиш, смакуя каждую букву. – Звучит.  – Он представил, как все зовут его по званию, как слушаются его приказов, и как сам Саймон их отдает, и вновь подумал о той силе, что исходила от лейтенанта.       Они обедали, неспешно переговариваясь о тату. Джон рассказывал некоторые тонкости, о которых сам недавно узнал, а Райли слушал, будто хотел стать его подмастерьем. Внимательно и сосредоточенно, не хватало лишь блокнота и ручки, чтобы он записывал. Приятно было говорить с таким собеседником. Обычно люди не особо вникали в подробности чужой деятельности, если у них не было личного интереса. А тем более это был Саймон. Клиент, который уже вовсе не казался пугающим и странным, а был даже каким-то близким по духу. Что-то было в нем такое, отчего Джон чувствовал себя рядом с ним хорошо.        Когда ехали назад, Мактавиш покрепче прижался к крепкому телу, понимая, что ничего ему за это не будет. Он подумал, что, наверное, девушки возле Саймона сходили по нему с ума, также хотели с ним прокатиться, обхватить его поперек живота. Эта мысль вызвала раздражение: многих тот так катал? Но тут же отмел ее – какое он имел право так думать?        Вернувшись в салон, они продолжили работу. Джон снова натянул перчатки и принялся забивать кожу. Она была вся в неровностях, и в некоторых местах шло тяжелее. Хотелось спросить о том, что произошло, но какое-то чувство подсказывало ему, что этого делать не стоит. Саймон не просто так решил полностью забить эту руку, перекрывая вид на шрамы, будто стирая напоминание о них. Может быть, когда-то удастся узнать их историю, но пока Джон помогал от нее избавиться.       Другие мастера совсем не мешали их беседе. Саймон говорил достаточно тихо так, чтобы только Мактавиш его слышал. Джон перекрывал свое рабочее место ширмой, когда приходили клиенты, поэтому создавалось впечатление, что они в этом месте только вдвоем. А учитывая, как близко они находились к друг другу, то обстановку можно было представить как интимную.        – Почему ты бросил рисование? – спросил Саймон. – Ты бы мог стать известным художником.        Джон улыбнулся, ощущая небольшой подъем самооценки из-за того, что в него так верят. Родители ему такого никогда бы не сказали.        – Да я и не бросил. У меня дома мини художественная галерея и студия заодно. Хочешь, как-нибудь покажу? – предложил он быстрее, чем понял, что сказал.        – Хочу, – ответил Райли в эту же секунду, будто ждал приглашения.        – Тогда мне стоит прибраться. – посмеялся Мактавиш, вспомнив, в каком беспорядке находится его квартира. – Еще надо бы в канцелярский зайти… – произнес он задумчиво. – А лучше заказать в интернете.        – Почему?        – Ну-у, – протянул Джон, – Мне порой трудно в таких магазинах. Знаешь, кругом столько всего и хочется все это забрать. Глаза разбегаются: кисти, краски, шпатели, – восторженно перечислял он, взмахивая руками, держа в памяти свой последний поход в канцелярский, где спустил больше половины зарплаты. – А все не купить, к сожалению.        Он вздохнул и продолжил работу. Было комфортно говорить о себе рядом с Саймоном, не боясь осуждения, как со многими другими. Кто-то считал его увлечения ерундой, а кто-то не видел перспективы даже в работе. А Райли слушал его, будто эта информация была очень важна для него. И смотрел так, что Джону хотелось все бросить и просто глядеть в ответ, подперев лицо рукой.       Но вся работа когда-нибудь приближалась к концу. Джон сфотографировал татуировку, замотал пеленкой и рассказал свои рекомендации по уходу. Саймон был очень доволен, хоть и не выражал ни лицом, ни словами. Мактавиш просто чувствовал это. Райли поблагодарил, расплатился и ушел.        И чем дальше он уходил, тем грустнее становилось Джону, будто от него оторвали кусочек.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!