Часть 3

Солнце пробивалось сквозь приоткрытое окно, лёгкие полосы света ложились на пол и на беспорядочно смятые простыни. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь редким криком чаек и мерным шумом волн, которые доносились снаружи. Санджи открыл глаза первым. Некоторое время он лежал неподвижно, будто проверяя — это сон или нет. Тепло рядом, дыхание в затылок, знакомый запах стали и соли, смешанный с чем-то таким, что теперь казался удивительно родным. Зоро спал спокойно, хотя обычно тот всегда настороже, словно готов вскочить в любой момент. Сейчас же его лицо было расслабленным, уголок губ чуть заметно дрожал, будто от какого-то сна. Санджи поймал себя на мысли, что смотрит слишком долго, и едва заметно усмехнулся: «Чёртово утро. А я, похоже, вообще не хочу, чтобы оно наступало». Он осторожно поднялся, стараясь не разбудить мечника, и сел на край кровати. На секунду закурить захотелось сильнее, чем обычно, но сигареты лежали в другой комнате, да и не хотелось разгонять этот утренний покой. — Ты пялишься, как дурак, — неожиданно раздалось за спиной. Голос хриплый, сонный, но абсолютно узнаваемый. Санджи вздрогнул, но тут же нахмурился, привычно натянув маску раздражения: — Тебе приснилось. Лежи дальше, пока мозги не включились. Зоро приоткрыл один глаз и лениво улыбнулся, что случалось крайне редко. — Вижу, у кого-то совесть грызёт. — Совесть? — Санджи вскинул брови. — Если бы у меня совесть была, я бы вчера тебя в окно выкинул. Оба замолчали. Тишина повисла чуть дольше, чем обычно. Но в ней не было напряжения — скорее, какое-то странное ощущение доверия. Зоро потянулся, сел, потер лицо ладонями. — Ладно, повар. Скажем прямо. Вчера… случилось. Санджи резко выдохнул, словно всё это время держал дыхание. — Гениально, чёрт возьми. Ты капитан очевидность или просто решил позавтракать моими нервами? Зоро усмехнулся и встал, абсолютно не заботясь о том, что на нём только пара свободных штанов. Он подошёл к окну, отодвинул занавеску и посмотрел наружу. Солнечный свет озарил его силуэт, и на секунду Санджи снова почувствовал, как что-то внутри сжимается — не от раздражения, а от слишком честного воспоминания о ночи. — Я к тому, — продолжил мечник, не оборачиваясь, — что это останется между нами. Для команды ничего не меняется. Санджи молча кивнул, хотя Зоро этого не видел. Внутри было одновременно облегчение и неприятное жжение. Он хотел услышать именно это, но почему-то стало пусто. — Логично. Никому оно не надо, — пробормотал он, вскакивая и поспешно натягивая рубашку. Зоро наконец обернулся. Его взгляд был чуть серьёзнее, чем обычно. — Эй. Не начинай драму. Вчера было… нормально. Даже хорошо. Но если мы будем вести себя, как идиоты, капитан это заметит. — Точно, — хрипло усмехнулся Санджи. — Как будто Луффи что-то заметит, кроме еды и приключений. Они переглянулись, и напряжение чуть спало. Всё это было так похоже на обычный обмен колкостями, что оба будто вернулись в привычные роли. Только теперь под ними скрывалось что-то другое — общее, обоюдное, что ни один не хотел признавать вслух. Санджи прошёл к двери. — Ладно, иди умывайся, ты выглядишь хуже, чем обычно. Я приготовлю завтрак, а ты постарайся не врезать никому до того, как мы поедим. — Смотри, сам не подавись своими яйцами, — лениво ответил Зоро, и на секунду уголок его губ снова дрогнул в той редкой улыбке. Санджи вышел, прикрыв за собой дверь, и только на кухне позволил себе остановиться. Он провёл рукой по волосам, глубоко вдохнул и посмотрел на свои ладони, как будто они могли дать ответ. Всё выглядело так, словно ничего не изменилось. Но он знал: изменилось. Вопрос только в том, признают ли они это когда-нибудь или так и будут прятаться за привычными словами, насмешками и драками. И всё же — странное спокойствие внутри подсказывало: пока этого достаточно.