Семейное зло 4/5 "Стая"

Этот вечер наполнялся дружелюбным гомоном праздника. В бокалы лились напитки, на столе появлялись блюда с едой и закусками. Повелитель зла провозгласил "Выпьем же за это!" и тишина нарушалась лишь тихими глотками, да звоном бокалов. Первая троица потомков сидела за столом, позвякивая столовыми приборами в разрезах и накалывания мяса да гарниров. Они открывали для себя что-то новое, пусть и не всецело осознавали детали. Тьма это не гибель и страдания для них, тьма это часть них самих. Как минимум в их именах. А Палма молча поражалась тому, как после этого наречения, после слов мамы о трактовке, все приспешники без исключения испытывали удивительное расположение, обобщая их совместное существование. Которое они желают и готовы беречь. Пьяные и отогретые празднеством, все укладывались спать прямо в детской комнате, находя для себя любой уголок удобным. На мозаичном полу расстилались покрывала, словно общество темных колдунов и молодых дарований разбивали семейный лагерь. Леди укладывалась на светлое и пушистое покрывало вместе с Вейгаром, который уже успел укутаться в одеяло и скрючиться под ним лицом к супруге. А прямо над их головами торчали детские лапы Палмы, Праэдор и Кадуса, которые торчали из детской колыбели. Еще немного, и детям там будет тесно - растут. Самке эта общность приходилась по душе.       Сначала она тесно легла с Вейгаром, кутаясь в одеяло, которое перетягивала с его фиолетовой мантии. Они принимались тихо играть, будто двое шаловливых взрослых. Он гладил пальцем по её губам, расплываясь в довольной и пьяной ухмылке. "Ничего мне в жизни больше не надо" тихо, почти хрипло мыслил Вейгар "Всё есть" Она мысленно усмехнулась, более чем довольная таким мнением, но про себя слегка лукаво ухмылялась. "Даже не подумаете о близости?" шутливо иронизировала она, с лаской во взгляде. И закрывала глаза. Она не чувствовала возбуждения, не чувствовала удобного случая, но всего лишь хотела по доброму пощекотать... Вейгар казался ей еще более довольным. Палец, которым он гладил её губы, робко и медленно притирался между губ, неуклюже проникая в рот. А когда нащупал пальцем влажную слизистую, чуть запрокинул голову от молчаливого восторга. "Обожаю ощущать эту нежную влажность, которая дарит столько удовольствий!" протяжно восхищаясь мыслил он с бархатным теплом. Его палец робко и нежно елозил по зубам, по языку, тактильно прощупывая фактуру, приглаживал изнутри её щеки... и вынимал палец, тут же бесстыже сунув его в свой рот и облизав. Звонко извлекал, причмокнув. Это было для него подобно искрам какой-то награды, сравнимой с самым любимым лакомством. - Ма-ам... - сонливо и с отвращением раздался негромкий голос Палмы, которая пошевелила лапами. Вейгар почти подпрыгнул на месте, резко развернувшись в другую сторону и рывком стягивая одеяло с супруги, кутаясь в него с головы до пят. И затаился. А Самка лишь слабо улыбалась, приподнимаясь повыше и укладываясь над головой Вейгара и под лапами детей, буквально мягко уперевшись спиной в лапы дочери. Детские лапы вопросительно и изучающе поворошили кремовую шерсть, и слегка помяли пальчиками, успокаиваясь от точного определения "мама". - Все притворяются дружелюбными...? - сонно мямлила Палма, у которой слипались веки - Только... вот... И она засыпала, так и не закончив свою мысль. А Самка, засыпая, сонно набредала на мысли о пикси. Впрочем, расслабленное состояние и накрывающий отдых не давали этой теме остаться осознанной.       Но сон даёт свои идеи и краски. Хмурый Дэльфиан сидел на заборе посреди цветущих снов мира духов, приуроченных к его скромным владениям, издали поглядывая на Леди. Когда-то он дарил ей густое мыло, сдобренное нектаром и лепестками роз. Для красивой шерсти, чтобы всегда была пушистой и чистой, благоухая цветком любви. Он сурово и молча сетует, неохотно смакуя горечь. Был бы не прочь в неё влюбиться, но ему не потягаться с темными колдунами, которые окружают её. Леди гуляла в одиночестве по спокойным улочкам лабиринта пока её не остановил Номер 3, схватив Владычицу за руку. - Куда это вы собрались без нас? - широко заухмылялся гений хаоса исподлобья, слегка мельтеша перед Леди заискивающим взглядом.       Теперь она шла с приспешниками и детьми. Трикси расслабленно шагала позади. Она пускала мыльные пузыри, которые Леди и малышка Адита принимались беззаботно ловить, разрывая скуку яркими улыбками и прыжками. Они останавливались перед дорожным переходом, а проезжавшая машина поднимала с проезжей части волну воды из лужи. Приспешники шарахались, придерживая малышку за плечи и прикрывая других малышей, но Леди оставалась недвижима. Ей намочило только пальчики лап, а она лишь мягко и забавно улыбалась, пожимая ими. Чем дальше они шли, тем больше их было. Вот, они набрели на Шако, который кривлялся перед духами в карикатурных и пугающих кукольных движениях, изображая из себя супер-героя и злодея одновременно, будто из какого-то комикса Номера 3. Он одним широким и абсурдным шагом присоединялся к группе Леди, приспешников и малышей, принимаясь вышагивать самым небрежным солдатским шагом, потряхивая круглыми носами ботинок. - Не понимаю я этой логики, - импульсивно и искренне засквозил скрип его голоса - Быть супергероем и творить только добрые дела! - вскидывал он руки в воздух, не прерывая ломанной походки и запрокидывая ладони за голову - Сила! У тебя есть сила, так что же ещё делать, если не веселиться? Мягкая улыбка Леди не сходила с лица. Но она и не реагировала. Они подходили к кому-то ещё, и Леди слегка наклонялась к неясному облику, предлагая присоединиться к дружному шествию. И на уютных задворках лабиринта, покрытых тьмой ночи и свежим снегом, Леди весело чертила по нему лапами в танцах, дурачась и с разбегу проезжая по сугробу на попе, взмахивая хвостом. А на заднем фоне все приспешники и дети разбивались на уютные группки, разделяя между собой беседы и какие-то тихие игры. Эта мирная ночь казалась ей дивной и спокойной, полнясь комфортом и чувством всесторонней безопасности. И посреди этой мирной безопасности разум прорезался совершенно неожиданным видением, словно гладь воды рассекали клинком. В банном зале Самка собиралась купаться, пока Вейгар снаружи вредничал по поводу уделённого внимания детям и ревновал. Его окликнули приспешники и он понуро удалялся на зов. Тело должно быть грязным от недавнего посягательства Вейгара, но Самка замечает незначительные сгустки на только что снятых с себя трусиках кремового цвета - запаха совершенно не чувствует, и что странно выглядит довольно чисто... Лишь на секунду её посещают смутные догадки о каких-то изменениях в теле, о которых просто лень думать. Хотела расслабиться и искупаться как следует, но кто-то постучал в дверь и спросил, с малышом на руках "Леди, вы не могли бы поторопиться?" От такого внезапного видения, внутри Самки трепетно всколыхнулось волнение, хотя в целом увиденное казалось ей чрезвычайно обыденным и милым, если не считать теоретическую причину, по которой одному из её малышей потребовалось посетить ванную. Она сонно разлепляла веки и на неё накатывала такая сонливая слабость, что ненароком тихо и досадующе застонала, повернув голову в бок. Её тело продолжало лежать на белом и пушистом покрывале, а Вейгар сидел за столом у окна, на свету рассматривая несколько кристаллов маны. - Помогите... - тихо и пустовато скульнула она от усталости, совершенно недоумевая по какой причине чувствует себя так, словно вчера выпивала она, а не Вейгар. И со стороны Повелителя зла раздался неожиданный издевательский смешок. Он укладывал очередной кристалл обратно на стол и брал другой, не обращая внимание на неопределённые страдания супруги. Загадочная слабость щекотала Самке нервы, и она уже принималась подходить к молитве о помощи самым очевидным артистизмом, не смотря на тихий голос. - О, спасите меня, мой муж...! - слабо вскидывала она ладонь в сторону Вейгара, тут же роняя её на покрывало. Но вместо Вейгара, почти по другую сторону от себя, Самка заметила как белокурый Стилио, лежавший на краешке комода, спрыгивал вниз и семенил к маме на четырёх лапках. Кажется после наречения и сна малыши заметно окрепли... Он по детски неловко взбирался на её грудь, потоптавшись вокруг своей оси и просто плюхнулся на её нагрудный воротничок, своей спинкой перекрывая ей рот и нос своей роскошной шерсткой. - Задыхаюсь... - неразборчиво пробубнила Самка, выдыхая воздух в детское тельце. Она уворачивалась от этой пассивной атаки, сдува с лица шерсть и драматично отдуваясь от якобы недостатка кислорода. С одной стороны она чувствовала сонливую слабость, грузную и весомую. Это напоминало ей некую отдачу самой магии тьмы. Но с другой стороны, ей казалось, что она более чем в состоянии её перебороть - достаточно просто пересилить и слабость отпустит. Однако, маленький комочек на её груди был подобен похоронному звону своего очарования и нежности, так что Самка просто решала, что доспит еще немного.

***

Сон начинался шустро, со странной и мрачной подачи, где Вейгар вёл её по пустоватым чертогам к магазинному помещению. Внутри было темно как после закрытия, а на витринах стояли товары - кристальные разработки. Латные пальцы рылись в одном конкретном ящике, который был закрыт на замочек, и выуживал оттуда полу-прозрачную коробочку, созданную будто из стекла. Он извлёк оттуда странного вида кристалл, обрамлённый в литую и кованную сталь тонкими и хаотичными рамками, абсолютно угловатое нечто, но в центре, так или иначе, был скоп кристальных граней. Он вручал супруге прибор как подарок с немым предложением попробовать, но Самку смущала видимая её глазами ценность и смысл... Это далёкий аналог её кристального самоцвета, в котором содержалась душа. Разница в ценности отличалась почти в десять раз - её самоцвет был гораздо дороже. Но взяв в руки, доверяя выбору супруга, грани стали поблёскивать, внушая общую информацию: Способ работы прост донельзя, практически примитивен, но именно благодаря этому с ним будет не только не сложно разобраться, но так же и легко исправлять недостатки, дорабатывая систему. Даже если в эту самую систему проникнет паразитическая сущность, она не сможет остаться незамеченной, словно магия внутри была столь проста и причудлива, что не давала остаться элементам незамеченными. - Попробуй. - улыбчиво проворковал Вейгар.       Лабиринт встретил Леди неожиданной оживлённостью. Казалось, что праздник закончившийся в замке, продолжался в витиеватых и обманчивых коридорах из камня и чудес. Шако наваливался к Леди с неожиданным энтузиазмом, чудаковато кривляясь в подобии карикатурного злодея. - Мы играем! - пугающе тонко звякнул Шако, повернув голову в бок будто ломая себе пару позвонков в шее, с хрустом и позвякиванием бубенчиков. Его безумная улыбка статично застыла на лице, подчеркивая морщинки вокруг глаз на бледно-белой коже - Как вам идея - добродетельные злодеи! - с жаром предложил он, описывая в стороне от себя простор взмахом ладони. И то, куда он указал, оказалось сущей какофонией безумно ярких красок, смешанной с хаосом в каждой части искажённых коридоров.       Леди приняла это как приглашение на вечеринку, ведь именно так происходящее и ощущалось. Она с любопыством разглядывала всё происходящее, неспешным шагом прогуливаясь по светлым каскадам коридоров из камня. Ленточки, флажки, хлопушки и конфетти, в воздухе постоянно что-то летало или взрывалось, слегка пугая слабохарактерных гостей-духов. Она улавливала суть - добродетельные злодеи, это приспешники не способные навредить малышам и окружающим, потому что делали все ради процветания и выгоды. Причудливая атмосфера дружелюбия, граничащая с таким абсурдом, что становилось страшновато. - Малодушие необходимо! - пугающим и чрезвычайно улыбчивым дружелюбием врезался голос Шако в пространство, словно он давал здесь совет всем и каждому, а именно, испытывать нерешительность в погоне за привычной выгодой по отношению к потомкам Леди. Мимо Леди проходят просто толпы совершенно абсурдных образов и обликов. Ящеро-подобные высокие фигуры, драконы, аморфные звери, все ряженые как на подбор, по вкусу, казалось, самого Шако! Но эта пестрота Леди в корне импонировала. Она чувствовала себя как на веселом и слегка безумном карнавале, и всё это казалось чрезвычайно интересным! - Не хотите послушать мою историю? - раздался чей-то крайне жалобный, громоздкий и душераздирающий слезами голос. Самка плавно обернулась на голос, в двух шагах вальса огибая незнакомца в ловкой дистанции. Перед ней стоял очень странный и пугающий ряженый синекожий тролль с уродливым опухшим носом и красной шевелюрой на голове, перетекающей растрепанными бакенбардами к бородке. Он сопливо шмыгал носом, выпучив глаза которые вылезли из орбит будто воздушные шарики под давлением газа. И собирал он рядом с собой парочку эфемерный гостей лабиринта. К ним присоединялась и Леди, из любопытства послушать историю.       И сон завихрялся, комплектуя из долгого рассказа краткий смысл и пару фрагментов: - Они стали бояться меня, просто за то что я пару раз размозжил головы их друзей! - принеприлично сопливо промакивал он уродливый потёртый нос уже и без того сопливым платком - Теперь никто не приходит в мой край, а я ведь всего-то хотел старой доброй драки! Кто бы мог подумать, что они окажутся такими хрупкими! Кхик! - надрывно икнул он, шумно всхлипывая и всасывая вновь подошедшие сопли, которые свисали из его носа. Леди разделяла эту историю как свою печаль, прекрасно представляя как этому троллю-маньяку грустно. Пусть он и был жестоким обитателем морозных пустошей, но рассказывал о своём горе он искренне, буквально изливая незнакомцам душу. Проникалась она историей настолько, что и сама уже шмыгала соплями, утирая слёзы. Просто представьте себе, вы одинокий тролль, и вам хочется развлекаться, но первые же гости оказываются не способны даже поиграть с вами, а после и вовсе сторонятся и избегают. Трандл, так его звали, обратил внимание на шумный сопливый шмыг Леди почти обаятельным дружелюбием, принимая данное проявление эмоций как безраздельное понимание его горя. - Вот, возьмите, - протянул он ей свой сочащийся соплями платок, роняя его в ладонь Леди - Вам пригодится. - жалобно и трогательно надорвался его голос, будто он еле сдерживал в себе поток новых слёз, но уже не из-за горя, а из-за чуткости Леди. И уходил куда-то дальше по каменному коридору лабиринта. А Самка чувствовала что этот добрый жест был искренним, но полон неловкого абсурда. Платок был просто скользкой тряпкой, с которого на пол стекали и капали сопли. Отвратительно, но просто ужасно смешно... Она предавалась почти истерическому, но сдержанному и тонкому смеху, безобразно хрюкая от своих соплей, и напрочь отказываясь сморкаться в это. Ей всё сейчас казалось просто ржачной дурью.       Утерев нос рукой и осушив слёзы, она двинулась в случайный проход, продолжая изучать окружающие кучки духов. Ей нравились пестрые костюмы, цепляющие взгляд своей неординарностью. Как вдруг откуда-то с потолка раздался яростный рёв, более чем красноречиво доносящий суть ярости. И это был очередной абсурд, комичный ужастик! Некий чердачный бухгалтер ползёт по стене сходя с ума от ошибки в подсчетах, и готовится поймать убегающих детей, но не может достичь своей цели. Кадус, Палма и Праэдор уносят ноги от кошмарного-кривня, оставляя того с носом, и смех Кадуса раздается звонкими переливами даже когда они скрываются из виду. Сестры, в отличии от него, просто неслись во весь опор на выход, но за братом еле поспевали. Радость детей подстёгивала Леди сделать очередной ход конём, оказываясь на причудливой кухне лабиринта. Хочет испечь кекс! Всё же праздник! Но будто мгновением ока замесив тесто, обнаружила в духовке не форму для одного целого хлебобулочного изделия, а несколько формочек для кексов... "А впрочем... Почему бы не испечь именно кексы?" подумалось ей, не видя в этом проблемы "И делить проще" Она сделала шапочки белой глазури из сахарной пудры и яичных белков, украшая её разноцветными драже, а заполняла кексы ягодами, перетертыми с сахаром. И всё красное она заполняла с чрезвычайным азартом на лице, словно творила безобразную шалость! И когда всё было готово, она так и оставляла эти кексы, на виду кухоньки лабиринта, даже не вынося на всеобщее обозрение. Сюрприз не заставлял себя ждать, но не тот которого можно было ожидать. Вот, в скосых гранях лабиринта, где проходила вечеринка, рядом с фуршетным столиком гордо скрестила руки на груди какая-то барышня. - Да, это я сделала. - самодовольно хвалилась она, облокачиваясь о стол, на котором красовались те самые кексы - Именно так я и заработала себе место в этих чертогах, трудилась тайно! - бахвалилась она, выставляя указательный палец и задирая нос. Леди ныряла в толпу слушающих как веселая хищница, которая видит перед собой лакомый кусочек добычи. И прислонив пальчик к нижней губе, слегка наклонялась вперёд, высовываясь из группки. - Пра-а-авда? - протянула Леди и воздух на секунду дребезжаще моргнул. Моргнул и свет, после которого все в комнате стало очень звенящим и пугающим. Девушка запнулась, застыв на месте. Как вдруг кто-то смакующий кекс вдруг закашлялся и заплевался, с отвращением высовывая язык и сплевывая куски недожеванного кекса с малиновой начинкой. - Фу! Фу!!! Гадость какая! Там точно был клоп! - Уху-ху! - надменно и весело подпрыгнула Леди, словно девица обрадованная чужим косяком - Кто же в этом виноват? Нц-нц-нц... Наверное тот, кто тайно трудился? Леди указала пальцем на девушку, которая несколько секунд назад гордо заявляла о своей "тайной работе" над кексами. И как только осуждающие взгляды обратились ко лгунье, Леди в прыжке развернулась и со второго шага просто закрякала от смеха, как чаечка. Не могла в себе это держать. Она была просто в восторге от удавшейся шалости. И как удачно ей под руку подвернулась хитрая засранка, возжелавшая присвоить её лавры себе. Самка продолжала бродить по пёстрым коридорам празднества, пока перед ней внезапно не воздвиглись огромные двери. На выход. Праздник подошел к концу. Она улавливает в том причудливом кристалле, что ей вручил Вейгар, сигнал о новом сообщении. Это оказался Шако. "Мне понравилась эта игра. Особенно между этим сообщением и пучеглазыми уродцами. Какой тебе понравился больше всего? Мне тот что с сопливым платочком! Буду с нетерпением ждать нашей следующей игры" Это сообщение было щедро сдобрено клоунскими смайликами, а в предложении о сопливом платочке и вовсе смайлик сморкающийся в платочек! Это показалось ей настолько милым и веселым, да и вообще - ей же было весело! Она счастливо пощурилась, слегка сжимая свободную ладошку и на эмоциях не нашла решения лучше, как забавно ткнуть носом в экран, тут же опешив от собственного импульсивного решения. На грани чудаковатого кристалла остался отпечаток её носика.