Глава 1: подстава от шкафчика

— Эй, слышь, смотри, смотри, у него весь лоб в крови! Откровенно говоря, Нилу настоебало влипать в тупые ситуации. Нет, даже не так. Черт с ними, с ситуациями, но почему всегда именно он — тот, кто влипает? Ну может хоть раз, хоть разочек влипнуть Аарон, или, там, Элисон? Нет, Нил, конечно, хороший друг и все такое, но для баланса вселенной должны же эти до тупого абсурдные события происходить хоть с кем-нибудь кроме него. Нил готов предложить кандидатуры своих лучших друзей. Ну, за неимением особых вариантов. Вот шкафчик этот. Кто его вообще таким сделал? Почему у всех людей шкафчики нормально себя ведут и выполняют свои шкафные обязанности, и только у Нила заедает замок, и чтобы добраться до домашки, надо дергать дверцу. Додергался, ага. Естественно, именно сегодня дверца отлетела ему в лобешник, да так, что из рассеченной острым уголком брови моментально хлынула кровь. Кевин испугался, кстати, порядочности ради, но порядочности хватило секунды на четыре, а потом он, естественно, начал ржать. Так что вместо того, чтобы сдавать атлетические нормативы, Нил крайне недовольно и абсолютно обиженно тащится в медпункт. Все чешется от залепленных засохшей кровью ресниц, да еще синяк, наверное, останется. Отличный обмен — опухший глаз вместо возможности повыпендриваться в забеге на короткую дистанцию перед любовью всей своей жизни. Ой, что? Вот не зря Элисон говорит, что у него «генерация реплик опережает мозговую деятельность». Ну какой еще любовью. Возникает желание дать самому себе в глаз, но в ушибленный как-то больно, а в здоровый — обидно. Решив все-таки не удваивать ущерб, Нил цепляется за перила, надеясь, что они помогут ему доковылять до третьего этажа. А хочется обратно на первый. На поле, к ребятам, к тренеру. К любви… да блять! Нил ведь даже маме еще ничего не сказал. С тех пор, как он в этой школе, он вообще рассказывал ей только про тренера и про экси-команду. Причем сначала рассказывал гадости — так они, засранцы, его бесили. Особенно Кевин. Мало того, что весь из себя такой крутой нападающий, так еще сын тренера, из-за чего он, видимо, решил, что может цепляться ко всем вокруг, даже если вокруг только Нил и у него с ними самая первая тренировка. Это сейчас Нил привык и понимает, что остальные ребята тоже его «фильтруют», а тогда так бесился, что чуть было экси не бросил. А потом подумал, что это они пусть бросают, если что-то не нравится. А потом — что мама ему специально подбирала школу при спортивном колледже, и пусть вообще все нахер сходят, вот. А потом Элисон как-то на тренировке сказала Кевину заткнуться и не третировать Нила, а Аарон еще и клюшкой по заднице наподдал. Кевин тогда даже не обиделся. А Нил потом шел с ними до дома и болтал про комиксы. Ну кто же знал, что они окажутся на самом деле дружелюбными и классными, только ехидными. И кто же, блять, знал, что в комплекте с лучшим-другом-Аароном обязательно идет лучший-вратарь-в-экси-и-возможно-вообще-человек-в-мире-Эндрю. Если кто-то все-таки знал, то пусть этот кто-то на глаза Нилу не попадается. А то нарвется… на дискуссию. На тему: что делать, если брат Аарона Миньярда, очевидно, сверхчеловек, и почему о таком надо предупреждать. Нил, задумавшись, чешет бровь, сразу же подскакивает и шипит от боли, потому что почесал рассеченную, и обнаруживает себя под дверью медкабинета. Надо же, дошел. Ступеньки, дверные косяки и порог в холле, получается, форсировал автоматически. Дополнительных увечий не обнаружено. Разве что только умственных. Вот почему над ним стебется собственный голос в голове, и где, спрашивается, этот голос шляется, когда надо с реальными людьми разговаривать? С лучшими в мире. Для профилактики расправив складки на футболке, Нил стучится в кабинет. Неприкольно торчать у медсестры, когда остальные там уже начинают разминку, но еще менее прикольно, когда медсестра — подруга твоей мамы. — Да-да! — раздается из-за двери. Выбора все равно нет — тренер в таком виде и в раздевалку не пустит, так что Нил толкает дверь и заваливается к Эбби. Она отрывается от того, что печатала на ноутбуке, и окидывает его взглядом. Мягким, заботливым, но чуть насмешливым. Да господи. — Ну, что на этот раз? Стена, столб, прилетевшая в лицо вилка? Эбби добрая. Она работает медсестрой в школе при университете Пальметто уже несколько лет и успела поперелечить всех ребят из команды, тренера и добрую половину школьников. Но своим «постоянным клиентом» в шутку называет Нила. Он вообще-то не обижается — просто день сегодня такой. Длинный, жаркий и подкинувший Нилу дурацкое стечение обстоятельств. Опять. — Шкафчик заело. Я открывал. — Нил, — улыбается Эбби, жестом указывая ему сесть на кушетку. — А тебе не кажется, что предупредить учителей и попросить починить дверцу было бы как-то попроще? Да что они все, совсем за дурака его держат? — Да я торопился! — хохлится Нил, сворачиваясь в недовольный клубок. — Тренер сказал, сегодня нормативы сдаем. По атлетике! Я бы завтра сказал, ну что бы до завтра случилось… — и осекается. Случилось ведь. Все аргументы работают против него. — Нил, милый, я ничего не имею против нормативов, но твоя гиперактивность однажды может привести тебя не в мой кабинет, а в больничный, — достав вату, пластыри и еще какие-то штуки, Эбби осматривает его бровь, легко касаясь прохладными пальцами. — Но, по крайней мере, сегодня у меня для тебя хорошие новости. Рассечение неглубокое, обработаем, заклеим и можешь идти на тренировку. — Правда?! — подскакивает Нил. — Сидеть, — Эбби мягко усаживает его обратно. — Я сказала, что сначала обработаем. Но спокойно сидеть Нил больше не может. Ноги сами собой подпрыгивают, пальцы ковыряют заусенцы, пока Эбби копается с его лбом. Мысли снова улетают в совершенно другую сторону и останавливаются там, где в его сознании всплывают кадры, как в мультфильме: весь такой крутой Эндрю сидит себе в воротах, пока Нил готовится бежать норматив. И тренер дает команду стартовать, и Нил, значит, такой бежит, а волосы у него такие назад, и он, значит, пробегает быстрее всех — даже быстрее Кевина! А потом еще разворачивается и бежит обратно, хотя это необязательно, просто потому что вот такой вот он выносливый, и Эндрю так на него смотрит, и Нил останавливается у зоны ворот, и… — Все. Давай, беги, только не схлопочи по лицу, а то рану потревожишь. Нил дергается. Да тьфу ты. Ну вот как мультики без телевизора ему показывать — так его мозг тут как тут. А как химию учить, так ни в какую. Только у Аарона и списывать. Он встряхивает головой, выгоняя из нее всякие непотребства, и хватает оставленный рюкзак. Голос Эбби догоняет его уже на пороге. — И, Нил, маме скажи, что я зайду в воскресенье. — Хорошо! — голосит Нил из коридора. Путаясь в ногах, ссыпается по лестнице. И что у всех за привычка использовать его вместо мессенджера, когда надо связаться с мамой? Он им не сова, в конце концов. Хотя, если подумать, ничего против Нил не имеет. Это даже забавно — Нил, скажи маме, что я зайду, Нил, передай маме расписание матчей, Нил, расскажи маме, что тебе нравится брат-близнец лучшего друга. Ой. Вот последнего в списке не было. Да что ж такое-то. На двух языках мысленно матеря свой подлючий мозг, Нил залетает в раздевалку. И так уже опоздал. Хотя, может и рассказать, что ли. К тому моменту, как запыхавшийся Нил предстает перед тренером Ваймаком, переодетый в форму и даже с завязанными шнурками, девочки уже сдали нормативы по бегу. Получается, не так сильно и опоздал — девчонок в команде всего трое. — Эбби мне звонила. Сегодня в тренировочной игре не участвуешь, а то выхватишь чем-нибудь по шлему и совсем головой повредишься. Ваймак тоже добрый. Он, вообще-то, ворчит, чтобы все верили, что он строгий. Нил как-то подумывал сказать ему, что никто в это не верит, но потом понял, что тренер догадывается. А еще он постоянно их подначивает и подкалывает, но не со зла, а просто так. Нил не очень хорошо знает, какими бывают папы, но ему кажется, что такими. Но вот запрещать играть было, вообще-то, необязательно. Нил куксится, потом вспоминает, что норматив-то бежать можно! Оживляется, крутит головой, ища знакомую белую джерси — чтобы начать приводить план в исполнение — и оказывается лицом прямо в ворохе длинных светлых волос. Волосы пахнут вишней. Элисон. — Нил, ты чего пропал? Ты как вообще? Сильно ушибся? Мне Кевин рассказал про шкафчик. Тебе обезбол дать? У меня с собой, — Элисон, как обычно, много, и она шумная. Но Нилу это в ней нравится. Он кое-как выпутывается из волос — да сколько их у нее, пресвятые суслики — и обхватывает ее обеими руками за плечи. — Эли! Я в порядке. Все нормально, Эбби там что-то сделала и даже ничего не болит. Ты пробежала уже? Элисон слегка успокаивается и принимается накручивать прядь на палец. — Знаешь, когда-нибудь я научусь переключать тебя с экси на что-то другое! Ну невозможно же просто, — она картинно закатывает глаза. — Пробежала. А ты после Кевина. Нил наконец оглядывается и видит Кевина на стартовой позиции, тренера с секундомером, Рене и Дэн на трибунах и остальную команду на скамейках запасных. Выхватывает взглядом лицо Аарона. Потом оглядывается повнимательнее и — вот. Боже. Эндрю. В воротах. Сидит! Как и предполагалось. Ну круто же! Ну теперь же точно все получится! — Зайка, прекрати так лыбиться, ты зубами другую половину поля слепишь, — Элисон цапает его за рукав джерси и тащит к скамейкам. — И вообще. Палишься, Нил. Чему я тебя учила? Он не рассказывал Элисон. Правда, честное слово. Это она ему рассказала — практически загнала в угол (закрыла дверь в свою комнату, пока они делали домашку у нее дома), пытала (спросила, кто из школы ему нравится) и всадила нож в спину (взяла и заявила, что видит, как он смотрит на Эндрю). В общем, не лучшая подруга, а какая-то супершпионка. Ким пять с плюсом. Черная вдова. Только не рыжая, рыжий тут он. А потом она поняла, что права, повизжала, ткнула Нила в ребра — дались ей эти ребра, щекотно же, а потом рассказала Аарону, и Нил не успел ее остановить, потому что эсэмэски она печатает со скоростью, близкой к скорости света — и оставшуюся часть вечера вместо домашки давала ему советы из серии «Как очаровать парня бесплатно, без смс и регистрации. И мозгов, если вы Нил Джостен и они отключаются при виде объекта воздыхания в 300 метрах от вас». Короче, Нилу было некуда деваться. Так исторически сложилось, что у него лицо с субтитрами. Вот и сейчас. Пока Элисон отбуксовывает его к остальной команде, он в экстренном порядке сгоняет с губ улыбку — когда только она успела там появиться? — и перед командой предстает уже с более нормальным лицом. Или менее. Или более-менее. Что, вообще, за всратое наречие? Пока Кевин бежит свои двести метров, Нила облепляют товарищи по команде. Ники беспокоится из-за его брови — он всегда беспокоится, Мэтт тискает в объятиях, Аарон с крайне экспертным видом сообщает, что Нил лох. Нил показывает ему средний палец — это у них дежурный жест — и, подумав, еще язык высовывает. Чтоб не расслаблялся. Когда тренер зовет его на старт, Элисон пальцами зачесывает ему волосы и исподтишка подмигивает. Помощница, чтоб ее. На старте Нил аж чуть не подпрыгивает. Сейчас он стоит спиной к воротам, но в этом же и план! Раздается тренерский свисток, Нил срывается с места и летит до нужной отметки, как на реактивной тяге. Он обожает бегать. А мама говорит, что свои достоинства нужно подчеркивать. Так что он стремглав проносится к финишу, и, вот — самое главное. Разворачивается в мгновение ока, не сбавляя скорости, бежит обратно, и волосы у него назад, и Эндрю смотрит, смотрит, вот правда смотрит! И Нил чуть сбавляет темп, и тормозит у зоны ворот, и… и… «И что?» — ехидно спрашивает внутренний голос. Нил стоит во вратарской зоне. И нихуяшеньки не происходит. Мозг помахал ручкой и отправился в нокаут. И, конечно, именно сейчас Нил вспоминает, что дальше этого момента план, вообще-то, не продумывал. Эндрю приподнимает бровь. Нил приоткрывает рот. Периферическим зрением видит, как около скамеек запасных, за спиной у Эндрю, Элисон судорожно машет руками и что-то показывает. Косит глаза на нее, но разум информацию ну вот вообще не обрабатывает. В голове резко всплывает какое-то ютубовское видео, Нил хватается за него, как утопающий за соломинку, смотрит обратно на Эндрю, и, вот оно: — Аэээ… ты случайно не Эверест? Рядом с Элисон Аарон прописывает себе ладонью в лицо так, что рискует снести башку. — Не-а. Ростом, как видишь, не очень дотягиваю. Ну, и, собственно, пиздец. Кажется, на лицо возвращается улыбка, и Эли ему точно потом за это выскажет. Нил судорожно ищет хоть какую-то лазейку, но его отвлекает голос тренера: — Джостен! Двадцать одна секунда. Молодец. Можешь идти делать упражнения, только без отскока мяча. Нил делает шаг назад, потом еще, потом говорит: — Ну я, в общем, да. Я пойду. Я это… там, если что. И уносится на другой конец поля. Чувствует, как ему смотрят в спину, а еще — как вдруг задрожали руки. И ноги. И ему слишком жарко. И вот сейчас, мозг, конечно, начинает работать и подсказывает ему, какую чушь он сморозил. Нил добирается до края поля, старательно не смотря назад, глубоко вдыхает. И его тут же настигают друзья. — Нет, вот ты скажи, ты правда такой феерический придурок или прикидываешься? — Аарон, язва пубертатная, накидывается с лету. — Ты вообще уверен, что у тебя рот, чтоб разговаривать, а не жрать в него? — Аарон, отвали, ты ничего не понимаешь! — вклинивается Элисон. — Кто, я? Вам напомнить, придурки, кто единственный из вас всех в отношениях? — Да Кейтлин с тобой встречается только потому, что она же первая к тебе и подкатила, пикапер доморощенный! Пока они там переключились с него друг на друга, Нил судорожно переводит дух. Черт бы побрал и этот его план, и этот медпункт, в котором он его придумал, и ютуб, и Эверест, и Кевина. Кевина — чисто из вредности, за компанию. — Эй, зайка, ты живой там вообще? — Элисон на секунду перестает грызться с Аароном, чтобы тронуть Нила за плечо. — Да он тараканов переживет во время апокалипсиса, — бурчит Аарон, но все же спрашивает. — Воды принести? — Не надо, — Нил наконец переводит дух. — Напомните, почему я с вами дружу? — Мы — лучшее, что случалось с тобой в жизни, — гордо заявляет Элисон. — И еще тебе понадобится наша помощь. Я никогда еще не видела никого настолько по-тупому влюбленного. Ты так без нас вообще все запорешь. Нужен план. — Минуточку, я вам тут не нанимался, — снова заводится Аарон. — И вообще, думать о романе моего брата с Нилом — это психологический хоррор, и вообще… — Заткнись, — бросает ему через плечо Элисон. — Расскажу Кейтлин, как ты уронил препарированную лягушку и на ней же поскользнулся. Ха, все-таки тупые ситуации иногда происходят не только с Нилом. — Ладно, ладно, все. Чего ты от меня хочешь? — сдается Аарон. — Пригласи нас всех в гости. К вам домой. Не знаю, там, фильм посмотреть, что ли. Аарон смотрит на Элисон. Нил смотрит на Элисон. Элисон смотрит на них по очереди, потом ей надоедает смотреть и она закатывает глаза. — Господи, какие вы у меня тупые. Ну все же просто. Обстановка будет непринужденная, у Аарона мы все были, сыграем в какую-нибудь игру, ну, типа… — Предложишь «бутылочку», я тебе ее в голову запущу, — клятвенно обещает Аарон. — Ну не хочешь «бутылочку», будет «правда или действие», — покладисто соглашается Эли. Нил знает, что эта внезапная сговорчивость — обман, чтобы набрать классы. — А тебя, — палец с розовым ногтем тычет в Нила, — я заранее подготовлю. И мы порепетируем. Если соберемся в воскресенье, у нас будет суббота, чтобы все продумать. Аарон переводит взгляд на Нила, делает, кажется, какие-то выводы и недовольно ворчит: — Ладно. Но это только ради спасения мира. Мир не может долго терпеть такую тупую рожу. Чтоб его, это лицо с субтитрами. И, поскольку друзья все решили за него, остаток тренировки Нил занимается обычными упражнениями, перепалками с Кевином — веселья ради, и тщательным не-смотрением в сторону домашних ворот, где Рене и Эндрю отрабатывают сейвы. Иногда ему кажется, что он чувствует на себе чей-то взгляд, но Нил больше своим предположениям не доверяет. По крайней мере, сегодня. В раздевалке Аарон приглашает всех в воскресенье в гости, и, пока остальные радуются, Элисон пихает Нила локтем и указывает на Эндрю. Эндрю смотрит на Аарона, но как-то странно. На обычно спокойном лице сейчас тень эмоции, похожей на удивление. Рассмотреть подробнее подруга ему не дает, потому что выволакивает на школьную парковку. Тормозит рядом со своей розовой тачкой — рядом стоят машина Эндрю и пикап Мэтта — и опять зачесывает ему волосы. Неймется ей с ними, что ли. — Зайка, тебя подвезти? У Нила машины пока нет. Он сдавал на права, но они переехали сюда не так давно и занимались обустройством дома, так что покупка авто отложилась. — Не нужно. Сегодня среда, мама приедет. Как по заказу, на парковку влетает зеленый Порш. Подержанный. В этом вся мама — для нее купить какую-то крутую штуку с рук, распродажи или барахолки в десять раз прикольнее, чем напрямую из салона или магазина. Она говорит, что так у вещей ‘появляется история’. Машина резко тормозит прямо около них, оконное стекло опускается, и мама, улыбаясь и сдвигая на лоб солнечные очки, высовывается из него аж почти наполовину. — Привет спортсменам! — Здраааасьте, мама Нила! — Элисон вся расплывается. Она просто обожает маму и готова, кажется, тащиться за ней хоть на край света. — Крошка моя, ну ты меня обижаешь, — мама строит притворную гримасу. — Мы же договорились на просто ‘Мэри’ и на «ты». — Ой, да, я по привычке, — Эли аж подпрыгивает. — А мы в воскресенье у Аарона собираемся! Мама возвращается на сиденье, поправляет зеркало заднего вида и улыбается шире. — Отлично! Ведите себя хорошо, шумите так, чтоб не приехали копы, напивайтесь так, чтоб не уехать на скорой. — Ну мам, — чисто ради приличия бурчит Нил. Элисон лыбится. На парковку начинают стекаться остальные ребята. Нил смотрит, как Эндрю забирается за руль Мазерати и захлопывает дверь. — Котенок, дуй в машину. Нил поворачивается назад к Порше и вдруг вспоминает: — Мам, а можно в субботу Эли останется с ночевкой? Элисон смотрит на него с гордостью, мол, «молодец, правильно, не все мозги еще растерял». — Дурацкий вопрос, — мама поправляет идеально подкрашенные темно-шоколадные волосы. — Эли может у нас хоть поселиться. В машину давай, я опаздываю. Нил наскоро чмокает довольную Элисон в щеку и заваливается на пассажирское сиденье. Он еще даже дверь не успевает до конца закрыть, как мама топит педаль газа в пол и срывается с места. Она гоняет, вообще-то, как сумасшедшая, но Нилу впервые за день становится по-настоящему спокойно. Мама эксцентричная и напористая, но точно его любит и ни за что не обидит и не осудит. Нил даже опять подумывает — может, рассказать? — Что с лицом? — Она смотрит на него через зеркало. — А, это, — Нил и забыл уже. — Шкафчик открывал. Дернул сильно, и вот. Эбби что-то там промыла и заклеила, и она, кстати, зайдет в воскресенье. — Супер. У нас, значит, у обоих в воскресенье тусовка, — мама подмигивает ему все в то же зеркало. — Ну мам. Просто соберемся с командой. Ничего такого, — Нил сам не знает, почему ей не рассказывает, зачем ему к Аарону. Не может и все тут. Не получается. — Да ладно, ладно. Мне нужно показать пару домов в округе, я тебя закину домой и смотаюсь. Посмотрим вечером Доктора Хауса? — мама риэлтор, она любит рассказывать людям выдуманные истории про дома и квартиры и смотрит сериалы, которые нравятся Нилу. Вообще-то с мамой ему повезло. Очень. — Ага, — соглашается Нил, уже готовясь открывать дверь машины, потому что долетели они в мгновение ока. — Жду дома! — Не скучай! — Машина срывается с места. Заскучаешь тут. Нил пересекает маленький дворик, чтобы добраться до входной двери. Ему нравится их дом. Он небольшой, обшит белым сайдингом и у него крутая зеленая крыша. Любимый мамин цвет. Домой она, кстати, тоже тащит все с гаражных распродаж или покупает в маленьких этнических магазинчиках. У них все разноцветное, мебель и подушки с принтами и кисточками, чашки и тарелки разной формы, повсюду расставлены, развешены и расклеены побрякушки, висюльки и фотографии, а шторы — из разной ткани. Но здесь уютно. И можно расслабиться. Остаток вечера и правда проходит спокойно. Нил кое-как делает домашку, отвлекаясь на их с Элисон и Аароном чат «золотое трио», где они почти безостановочно переписываются, разогревает ужин, проверяет чат с командой — Рене спрашивает, что принести с собой в воскресенье, Ники прислал фотку новой футболки, Кевин ноет, что им нужно больше тренироваться. Встречает маму, помогает сделать попкорн, и они пересматривают пару серий Доктора Хауса, посмеиваясь над пациентами и выкрикивая «волчанка» каждый раз, когда Хаус размышляет над диагнозом. А потом поднимается в свою комнату и заваливается на кровать, в ворох разнокалиберных пледов и подушек. Проваливаясь в сон, Нил вспоминает результаты нормативов и улыбается. Все-таки он пробежал быстрее Кевина. Значит, план хоть и частично, но сработал. Он не безнадежен. В следующий раз он просто допридумает все до конца.