Глава XIV

      Они сидели друг напротив друга. Их разговор вился и был невесом, словно дым. И в нём не было особого смысла, лишь игривая чепуха, которая так характерна для флирта. Приглушённый свет превращал тьму ночи уходящего лета в мягкие тени. От огневиски, который он пил, и общества красивой девушки кровь в его венах с каждой минутой становилась горячее.       Незаметно она придвинулась к нему. Её прохладная рука — это ощущалось даже через ткань рубашки — скользнула по его горячей груди к щеке. Полные искушения губы, едва касаясь кожи, страстно прошептали ему на ухо:       — Ты мой… любимый.       — Но ведь не так давно… — он поймал её ладони и, сжав в своих, хрипло добавил: — Это так неправильно.       — Для любви нет ничего неправильного…       — Но…       Её длинный указательный палец прижался к его губам, заставляя замолчать.       — Мы молоды и должны вкушать от жизни все её радости, пока сердце бьётся в груди, — одновременно мягко и твердо сказала она. Её брови капризно нахмурились, а в голосе зазвучали льдинки: — Или я тебе отвратительна настолько, что ты меня избегаешь?       — Напротив! — с жаром возразил он.       — Или не желаешь как женщину?       — Хочу и даже очень!       Вместо очередного вопроса или других слов девушка с жадной пылкостью прильнула к губам собеседника. От поцелуя его голова закружилась сильнее, чем от всего выпитого им ранее алкоголя. Но он был опаснее, ибо отравлял не только сознание, но и сердце. Теперь он будет верить каждому её слову. А вместе они станут настоящей паутиной, из которой ему своими силами никогда не выбраться.

***

      Гермиона появилась на крыльце коттеджа на полчаса раньше условленного со Снейпом времени. Внутри у неё всё переворачивалось, словно клубок змей, готовящихся к зимовке. И этот клубок висел на сердце неописуемой тяжестью. Грейнджер злилась на себя из-за того, что, по сути, сама загнала себя в ловушку. Если бы только она проявила капельку эгоизма и отказалась, то её бы здесь не было и, возможно, она полностью вычеркнула бы из своей жизни Снейпа: его персона снова перешла бы в разряд не очень приятных воспоминаний.       «Проклятье, и почему я только бросила курить? — не без досады подумала Гермиона, чувствуя лёгкую нервную дрожь, когда потянулась к дверному молотку. — Может, ну его к чёрту? Вернусь сейчас домой, затем отправлю Гарри сову с письмом, в котором напишу, что не могу заняться изготовлением компаса. Да, точно, придумаю какое-нибудь правдоподобное оправдание».       Закусив нижнюю губу, чтобы перебороть искушение, Грейнджер схватилась за дверной молоток, но только успела занести руку для удара, как услышала позади себя голос:       — А ты раньше, чем мы договаривались.       Гермиона обернулась и увидела Северуса, стоящего в паре ярдов от неё по пояс голого. Его волосы были собраны в хвост, а на плечах лежало махровое полотенце. На груди зловеще поблескивали часы Ведающей Маург. Сконцентрировав свой взгляд на его лице, девушка попыталась ответить, но язык отказался ей подчиниться. Ей удалось выдавить из себя лишь:       — Я… ну… это…       — Соскучилась, значит, — с кривой улыбкой сказал Снейп.       — Вот ещё! — сердито возразила Грейнджер и, скрестив руки на груди, перешла в наступление, чтобы отстоять себя: — Просто освободилась пораньше, а ты тут решил устроить марш нудистов.       — Ну, для нудиста на мне слишком много одежды, не находишь? — приподняв левую бровь, заметил Северус.       Взгляд девушки невольно скользнул вниз. На его коже поблескивали капли воды, которые Снейп не высушил полотенцем.       — …И так как у меня было время до твоего появления, я решил освежиться в реке, — сказал он и следом поинтересовался: — Не хочешь тоже? У меня и полотенце чистое для тебя найдётся.       — В конце августа лезть в реку? Ну уж нет.       — А если я отнесу тебя к реке и слегка подтолкну?       Северус двинулся в её сторону. Грейнджер выставила руку вперёд с указательным пальцем и строго произнесла:       — Тогда у тебя будут серьёзные проблемы.       — А ты умеешь заинтриговать, — ответил он, продолжая сокращать дистанцию.       — Северус! — срывающимся голосом воскликнула она. — Не смей трогать меня и пальцем.       Снейп находился в нескольких шагах, и Гермиона смалодушничала и невольно зажмурила глаза. На пару мгновений сердце замерло, да и вся она напряглась, словно сжатая пружина, в ожидании чего-то, чему сама не могла дать определение. Каждым дюймом тела Грейнджер ощущала лёгкое жжение от его близости.       «Неужели он сейчас…» — стучало в её голове, и от неопределённости его действий слабели ноги.       Она чувствовала на животном уровне, что вот-вот должно было что-то произойти… и произошло — за её спиной открылась дверь, затем Северус, не скрывая насмешки, произнёс:       — Расслабься, Гермиона, я просто дразнил тебя.       — Ну ты и сволочь, — широко распахнув сверкающие гневом глаза, в сердцах выпалила Гермиона.       — Вот уж спасибо! — со смешком сказал Снейп, сняв с вешалки рубашку. — Ты же требовала, чтобы я не прикасался к тебе. Вот я и сделал, как ты просила. Или всё-таки зря тебя послушался?       Она посмотрела на него испепеляющим взглядом, но, признавая правоту его слов, смогла лишь процедить сквозь зубы:       — Как же ты бесишь.       — Что ж, Гермиона, это часть моего очарования, — застёгивая пуговицы, ответил он.       — Ага, очарования, — фыркнула Грейнджер. — Ты себе очень льстишь.       — Возможно, — пожал плечами Северус и добавил: — Может, ты всё-таки войдёшь в дом, и мы займёмся делом? Сдаётся мне, мы сможем продолжить нашу словесную дуэль и за котлами.       На долю секунды Гермиона хотела сказать, что не будет ему помогать. Эти слова едва не были произнесены вслух, но её остановил ехидный внутренний голосок:       «А не расценит ли он мой отказ работать с ним жалким бегством?»       Вопрос уязвил её гордость, словно осиное жало. И прежде чем она успела дать себе ответ, который помог бы ей остаться при первоначальном решении, Гермиона сухо произнесла:       — Я предпочитаю работать молча, — и сделала шаг через порог.       — Как пожелаешь, — кивнул Северус. — Можем и помолчать. Лишь бы тебе было удобно.       — Очень великодушно с твоей стороны, — колко ответила Грейнджер.       — Пойдём, я покажу место, где будем работать.       — А разве мы не будем заниматься этим на кухне?       — Зачем? Ведь тут раньше жила семья практикующих колдунов, и здесь, разумеется, есть лаборатория.       — Но почему ты не говорил раньше?       — Я сам узнал только вчера от Нотта, что его прапрадед использовал чердак для работы с магией.       Они подошли к лестнице. Первым поднимался Снейп, а Грейнджер следовала за ним.       — Честно говоря, я предполагал, что там находится лаборатория или что-то подобное: от безделья исследовал дом, и дверь на чердак — единственная, что не открывалась. Может, будь у меня волшебная палочка…       — Когда вернёшься обратно в своё время, тогда будет у тебя волшебная палочка, — раздражённо перебила его Грейнджер, — но сейчас невозможно приобрести её из-за строгого учёта со стороны Министерства.       — Даже на чёрном рынке?       — Даже на чёрном рынке, и мы, кстати, об этом уже говорили. И вообще, сейчас тебе лучше не использовать активно магию. Я бы даже сказала — противопоказано.       — Ты такая строгая… можно даже подумать, что ты переживаешь за меня, — с иронией заметил Северус.       — Я переживаю за своё прошлое, частью которого ты был, — угрюмо ответила она.       — Наконец-то я услышал от тебя хоть что-то эгоистичное, — поддразнивая её, произнёс он. — Какой приятный сюрприз, Гермиона.       Девушка благоразумно решила промолчать, предполагая, что у её собеседника есть какой-то умысел. Не получив от неё ответа, Снейп заговорил сам:       — Так вот, поговорив с Ноттом, я упомянул, что мне пригодится оборудование для зельеварения, а он рассказал о лаборатории на чердаке и даже проявил щедрость, дав мне ключ от её двери. Правда, я там ещё не был, но Нотт сказал, что там точно можно найти необходимое оборудование, и мы можем спокойно пользоваться всем, что пригодится.       Они как раз подошли к двери, находящейся в конце коридора второго этажа, и Северус вынул из кармана покрытый зеленоватой патиной ключ с ажурной головкой, чтобы продемонстрировать его Грейнджер, а также достал сложенный вдвое небольшой кусок пергамента.       — Тут мне потребуется твоя помощь: нужно сделать пару взмахов палочкой, чтобы дверь открылась, — протянув его Гермионе, сказал Снейп.       Грейнджер развернула листок. Внутри аккуратным, с заострёнными кверху буквами почерком было написано на латыни заклинание, а ещё изображена схема движения волшебной палочки.       — Хм, весьма заботливо со стороны Тео, — пробормотала колдунья, запоминая заклинание и действия.       Северус вставил ключ в замок и, провернув его в скважине три раза, отошёл в сторону, чтобы Гермиона применила магию. Она сделала пасс волшебной палочкой и чётко произнесла магическую фразу. Ключ засиял мягким золотистым светом и сделал ещё один оборот, затем сияние залило щели между дверью и проёмом. В следующую секунду раздался лёгкий щелчок. Свечение погасло. С тихим скрипом дверь распахнулась, открывая вход в комнатку с винтовой лестницей. Они поднялись по ней и оказались в центре светлой комнаты, которую можно было бы назвать просторной, если бы она не была заставлена скрытыми под пыльной тканью предметами и ящиками. Потолок был скошен с двух сторон.       — Для начала тут надо бы навести порядок, — оглядываясь по сторонам, озвучила общую мысль Гермиона.       Колдунья уже собралась подкрепить слова действием и приподняла волшебную палочку, но Северус остановил её взмахом руки, рассудительно заметив:       — Но для начала осмотримся. Вдруг здесь есть что-то, что будет поглощать или блокировать магию, а может, даже искажать.       — Даже так? — не без скепсиса произнесла девушка.       — Не забывай, этот дом принадлежит семейству с длинной и местами весьма «тёмной» историей. И нас могут ждать не самые приятные сюрпризы.       Резонность его слов невольно напомнила Гермионе о том, как она вместе с Гарри, Роном и Джинни наводили порядок в семейном гнезде Блэков на площади Гриммо. По телу тут же пробежала дрожь от брезгливости.       — Здесь, наверное, и боггарты есть… — задумчиво начала Грейнджер, но оборвала себя смешком. Его вызвало ещё одно воспоминание из того времени, когда она была подростком. Поймав недоумевающий взгляд Северуса, быстро бросила: — Извини, — и быстро повернулась к нему спиной, потому что, глядя на Снейпа, слишком ярко представляла его в парадном наряде бабушки Невилла.       — Решила заранее их запугать? — предположил он.       — Угу, — ответила девушка, чувствуя, как глаза пощипывает от слёз подавляемого смеха.       — Что ж, пока ты в таком хорошем настроении, давай примемся за работу, — сказал Северус и сдёрнул одно из покрывал, тем самым подняв в воздух облако пыли.       — Ты это специально?! — откашливаясь, сердито воскликнула Гермиона.       — Если только самую малость, — хитро сощурив глаза, ответил он и, словно ей назло, сдёрнул ещё одно покрывало. — Прежде чем ты решишь меня испепелить, напомню, что мы так и так перепачкаемся пылью и паутиной.       — Как скажешь, — сказала Грейнджер и в отместку сдула с ящика, который доходил ей до подбородка, пыль, целясь в Северуса.       — Это так по-детски, — сквозь кашель и чихание упрекнул её Северус.       — Если только самую малость, — ответила девушка, испытывая мелочное удовольствие от того, что месть удалась.       Снейп пристально посмотрел на неё, криво усмехнулся и в следующий момент серьёзным тоном сказал:       — А теперь давай займёмся уборкой по-взрослому, Гермиона. У нас и без неё немало работы, чтобы успеть изготовить в срок компас для твоего друга и заодно спасти нынешнюю жертву ламии.       — Хорошо, — согласилась она, почувствовав, как совесть колючим ежом завертелась в ней.       — Как только оборудуем тут рабочее место, я принесу необходимые ингредиенты. Нотт поделился ими из своих запасов.       «Нужно будет узнать, сколько стоила щедрость Тео, и вычесть это из той суммы, что он должен мне за погром в доме», — сделала мысленную пометку Грейнджер.

***

      Закрыв плотными шторами окно и погасив свет в спальне, Гермиона забралась в постель. Всё тело девушки ныло после уборки на чердаке в коттедже Нотта — хвала Мерлину, обошлось без встречи с боггартом и другими магическими вредителями, которые так любят запущенные места, — а затем нескольких часов за нарезкой корней водосбора и помолом каменных бобов. Также она начала варить зелье, которое станет компонентом для исходного, что будет помещено внутрь компаса, а Северус занимался базой для него.       Откинувшись на подушки, Гермиона прикрыла глаза, но вместо того, чтобы провалиться в желаемый после изнурительного дня сон, перед мысленным взором встала сцена их с Северусом расставания.

~~~

      Гермиона добавила в котёл семь капель сока смоквы, тщательно перемешала бурлящую жидкость бледно-голубого цвета, погасила огонь под котлом и посмотрела на стоящие в самом углу напольные часы. Увидев расположение стрелок на циферблате, девушка непроизвольно воскликнула:       — Надо же! Уже без четверти одиннадцать!       Северус вздрогнул от звука её голоса, словно ему за воротник упала капля ледяной воды, потому что больше часа они молчали, и Снейп, сосредоточившись на приготовлении зелья, практически забыл о присутствии девушки.       — Уже так поздно, — сказал он. — Я доварю зелье, можешь отправляться домой.       — Я уже закончила.       — Да? — не без скепсиса произнёс Северус и подошёл к ней.       Взяв в руки небольшой черпак, колдун зачерпнул из котла зелье и поднёс его к лицу. Он внимательно рассмотрел волшебное варево, затем с осторожностью втянул его запах. Гермиона, наблюдая за действиями Снейпа, не удержалась и с язвительностью поинтересовалась:       — Не доверяешь мне?       — Нет, всего лишь проверяю, — спокойно ответил Северус и тонкой струйкой слил зелье в котёл, затем слегка кивнул и добавил: — Хорошее зелье.       — Я старалась… — едко начала она.       — Пойдём, — перебил её он, — я провожу тебя до крыльца.       Для неё было неожиданностью, что он спустился вниз, чтобы проводить её. Они стояли на крыльце в блёклом, льющемся из дома свете, который отгонял ночной сумрак.       — До завтра, — сказала Гермиона и потянулась за волшебной палочкой.       — Подожди… — сказал Северус.       В его голосе девушка расслышала некоторое колебание. Оно-то и заинтриговало Грейнджер. Приподняв брови, она произнесла:       — Что такое?       — Всё-таки хорошо, что ты согласилась мне помочь, — сказал Снейп.       — Скорее, меня вынудили, — проворчала Гермиона.       — Ты ведь понимаешь, что без волшебной палочки я как без рук и головы, — игнорируя её комментарий, продолжил он. — Так что твоя помощь очень кстати…       — У меня есть свои причины помогать…       — Знаю, у нас с тобой общая цель — помочь сыну Лили, но… — он сделал секундную паузу и не без иронии продолжил: — Вот хочу сказать тебе то самое «простое спасибо», о котором ты мне некогда говорила, а ты всё мешаешь.       Посмотрев на него с изумлением, Грейнджер односложно воскликнула:       — О! — и почувствовала, как по шее и щекам растекается краска. Она сделала глубокий вдох и на выдохе выпалила: — Я принимаю твою благодарность, Северус. Увидимся завтра в то же время.       — Подожди ещё минутку, Гермиона, — уже второй раз остановил её Снейп. — Я хотел ещё кое-что сказать.       — Что ещё? — с некоторым нетерпением произнесла колдунья.       — Не забудь завтра прихватить с собой мой сборник Келли.       — Твой сборник Келли? — нахмурила брови Грейнджер.       — Он стоит в твоей спальне в книжном шкафу.       — Но там только мои книги, — возразила она.       — И всё же сборник зелий принадлежит мне, — упрямо заявил Снейп.       — Вот уже… — сделав глубокий вдох, Гермиона приготовилась к борьбе.       — Может, отложим спор до завтра, — перебил её он. — Тебе пора спать, а мне ещё нужно закончить зелье. Увидимся завтра.       Прежде чем Грейнджер успела ответить должным образом, Северус сделал пару шагов назад и закрыл входную дверь.

~~~

      От этого воспоминания Гермиона, находясь в своей постели, произнесла ту же фразу и с теми же эмоциями, что и на крыльце коттеджа Ноттов.       — Вот же грёбаный гадёныш!       Так же, как и в тот момент, колдунье захотелось проучить его при помощи нескольких заклинаний, которые наделят его парой ослиных ушей, свиным пятачком или хвостом и фурункулами на самых пикантных местах. Единственным, что удержало её от осуществления плана мести, — была — весьма не вовремя — проснувшаяся совесть. Она напомнила хозяйке, что нападать на Снейпа сейчас почти равносильно использованию магии против магла.       Теперь же Гермиона испытывала лёгкую досаду, что всё-таки не поквиталась с ним. Сейчас казалось, что наколдуй она Снейпу парочку фурункулов на заднице, то раскаяние сильно бы не мучило её.       «И всё же он меня поблагодарил, — мысленно со снисхождением напомнила она себе, — ну, или пытался это сделать».       И тут же возразила самой себе:       «Дважды в сутки и сломанные часы правильное время показывают. Может, он специально, так сказать, бросает кость моей бдительности. Снейп определённо что-то замышляет. Вот только что?»       Гермиона повернулась на бок и посмотрела на стоящие на прикроватной тумбочке часы. Разглядев в неплотной темноте спальни, который час, девушка с усталым вздохом произнесла вслух:       — Без четверти два. Нужно выкинуть из головы лишнее, а иначе не усну в ближайшие минут двадцать и вообще не высплюсь.       Девушка села, энергично взбила подушки, частично вымещая на них свою злость на некоторых личностей, затем положила их в немного другом порядке. Собрав по-новому выбившиеся из резинки волосы в хвост, она легла и, как в детстве, принялась считать овечек, которые должны были прогнать лишние мысли. Особенно те, что были связаны со Снейпом.       И всё же одна паршивая овца пробралась в стадо. Когда Грейнджер уже находилась на зыбкой границе между сном и явью, память услужливо проиграла ей фразу Северуса из их разговора:       «Не забудь завтра прихватить с собой мой сборник Келли».       «Вот же жучара, ещё имел наглость сказать, что сборник зелий Келли принадлежит ему и ждёт, чтобы ему его отдали. Ага, прямо сейчас! Это моя книга — я её честно купила, отдав в букинистической лавке свою (!) зарплату за полгода. Так что, мистер Снейп, шиш вам, а не мой сборник!» — с воинственным упрямством подумала Гермиона, прежде чем наконец-то заснуть.