Глава 7. В сердце - пламенный рубец

      

Не грусти, не плачь, не бойся.       Это просто проблеск солнца       В темных путах наших снов,       В ржавчине оков.       *       Все кончается, мой друг,       Это наш последний круг.       Не ищи судьбы своей       В бледных призраках вещей       *       Это просто лунный свет,       Никакой защиты нет,       В сердце — пламенный рубец,       Ты уже мертвец.       Мельница — Мертвец

      Чёртов круг никак не хотел вырезаться. Простая ведь фигура, а вот поди ж ты. Одно неосторожное движение — хрясь, и следующий выстрел твой. Вон уже в воздухе разлился удушливо-сладкий аромат крови. Ки Хун такой раньше только возле мясных прилавков на рынке ощущал. И то... Не в такой степени.       Полностью сосредоточиться на своей фигуре он не мог. Вздрагивал от каждого выстрела, правда, перед этим, убирая руки от соты.       Не мог не думать, что среди убитых не одни зонты и звёзды... Обламывались и круги. И треугольники. Но зонты... Смертники. Внутренности нехорошо скрутились. Ки Хун ведь мог сказать! Значит, тоже причастен к их смерти.       Впрочем, если он сейчас не соберётся, то будет уже сто процентно виновен в смерти. Собственной. На лбу выступила испарина, Сон смахнул её, но капля попала на карамель... Глядя, как влага растеклась по карамели, его внезапно осенило.       Можно размягчить карамель облизав... Всё бы ничего, но даже за своим занятием Ки Хун заметил на себе чей-то изумлённый взгляд. Быстро поднял глаза — Ин Хо вырезал свой треугольник (ну кто бы сомневался) и теперь пялился на него со смесью удивления и... восхищения. Внезапно к ушам прилила кровь — стало стыдно... Сон мысленно обругал себя: спасаться не стыдно! И вообще, он же не землю или что похлеще лижет... Это карамель! И вообще, его примеру последовали очень многие игроки.       Однако, когда Ин Хо покинул игровую комнату, ему стало лизаться спокойнее. Отчего-то никак не получалось представить этого типа вылизывающим карамель даже при условии, что тот схватил бы зонт. Ну вот что за дела?       Впрочем, главное — получилось. Выжили все: и старичок, и Али, и Сан Ву, разумеется. И другие. Внутри у Сона разлилось что-то тёплое и приятное, когда к нему подходили люди с зонтиками (двое) и трое звёздочек, говоря, что выжили благодаря ему. Вообще, выжило больше — метод неожиданно хорошо распробовался. Но пока одни благодарили (Али и старик первый, например), то Сан Ву кривил губы. Ну да... Приз ведь для него был слишком мал? Неприятно было это осознавать. Очень. Однако он предпочитал об этом не думать... В конце концов, сам сюда пошёл. Хотя знал, из чего складываются призовые деньги: из костей, крови и пепла. Жизнь каждого тут оценили одинаково — 100 млн вон. Да, вот так. И жизнь Али, и жизнь Сан Ву, и даже дряхлого больного старика стоила одинаково. И всё же шансы здесь у всех были разные.       К слову, старик Первый поблагодарил не только Ки Хуна — оказавшись в общежитии, он сразу обратился к Ин Хо:       — Ловко ты догадался, — прокряхтел, активно жестикулируя. — И по одним только фигуркам! Сколько лет дочке?       — Пять, — негромко ответил Хван, поджимая губы. Ки Хун знал это выражение лица. Ему было стыдно. Стыдно, что оказался недостаточно хорошим отцом. Хотя, сравнивая их... Ки Хун был совсем в пролёте. Хотя он бы, наверное, прекратил играть и работал ещё усерднее, если бы Ка Ён осталась с ним. Ради неё бы и выбрался бы, скорее всего, а не увяз... Ведь это после развода Ки хун стал законченным лудоманом, одержимым идеей быстрого выигрыша, решением всех проблем.       — Малышка совсем, — старик неожиданно улыбнулся. — Это очень хороший возраст, выйдешь отсюда — будь с ней почаще. С возрастом начинаешь невероятно ценить то время, пока дети нас не ненавидели и не разочаровывались! Потому что сейчас ты в гонке за деньгами, работаешь, видя их спящими и утром, а потом спохватываешься, а они... Или воротят от тебя нос, или выходят замуж без благословения... — старик первый заметно помрачнел.       Ки Хун бы возразил, но уже даже по Ка Ён видел... Пять лет — отличный возраст. А у старика, судя по той их встрече, даже жилья своего не было. Дети от него отвернулись. И тут снова в сознание вгрызся голос Ин Хо: разве это не плод его воспитания? И ты не знаешь всей правды. Никто не знает, каким отцом тот был... Но что-то подсказывала Сону, что тот был отцом, который отчаянно зарабатывал деньги. Кормил семью... Чтобы та в итоге в него плюнула, и он рисковал закончить дни в этом аду среди чужих людей. Это тоже несправедливо.       — Жизнь несправедлива, — внезапно повторил его мысль вслух Хван. — У нас нет времени на них, пока они маленькие. А потом мы не нужны. С вами было так, господин первый? — вкрадчиво спросил он.       — Я... кхе... — ответить ему не дал звук бьющегося стекла. А потом всё закрутилось так резко и хлёстко, что Ки Хун даже не успел толком осознать...       Этот бандит... Док Су, кажется, совсем обнаглел! Со своей шайкой объели людей. И так еды мало выдали — пятеро остались совсем голодными. А в итоге что?       Погиб игрок. Никто и пикнуть не успел. А розовые... Ничего не сделали с этим мерзавцем 101, тем самым разрешая... беспредел. Разрешая недовольным тем обстоятельством, что «много выжило» после второй, проредить игроков. Удалить слабые звенья. Это было подло и чертовски несправедливо. Даже тут, на дне, при напускном равенстве... Это был приговор женщинам, старикам и некоторым мужчинам.       За себя Ки Хун не слишком боялся. Договорились держаться бандой. С ними силач Али, с ними Ин Хо, который, несмотря на рост, не выглядел щуплым. Не сунутся, а если сунутся — отобьются... А вот воришка... Он обернулся — 067 самый вероятный кандидат на смерть от руки 101.       Неожиданно Хван ловко истолковал его взгляд и вообще... Взял в свои руки их выживание ночью. Спрятаться потихоньку по двое под кровати после отбоя... Это умно. Да, отдавало трусостью, но... Лучше быть живым трусом. Вот только воришка к нему не пошла. Дурёха!       Под кроватью Ки Хун прятался один, но рядом были его... наверное, друзья. Да, так проще было считать. Друзья, товарищи — иначе в этом аду не выжить. Даже Сан Ву. Особенно ему. Да, тот печётся о деньгах особенно. Но Сон предупреждён, значит, вооружён, ну, а пока... Сан Ву выгоднее быть рядом. Да и никто не знает, какой будет следующая игра.       Ночью Сан Ву к нему на помощь не приходит. То ли не успел, то ли... не захотел. А может, их самих с Али нашли. Ки Хун не видел. У него всё скукожилось до восприятия той ужасной точки, что это резня. Пошли в ход и ножи (откуда?!), и бутылки, и выломанные перила кроватей... Темно, страшно, и повсюду крики ужаса. Однако воришка к нему побежала... Не успела — Док Су дышал в спину, Ки Хун сам не соображал, что делает, но встал между ними. У 101 в краткой вспышке аварийного освещения (специально запустили, гады, да?) блеснул нож.       Отступиться, впрочем, он бы не сумел. Только не вот так, когда сзади него испуганно дышит эта девчонка. Да, та его обокрала, но этот подонок... В противостоянии кулак против ножа побеждает последний. Однако Ки Хуну повезло — как появился Ин Хо, Сон и не понял, тот был очень быстрым... Особенно он пропустил момент, когда Хван полоснул розочкой по горлу ублюдка. И вот тогда уже, когда 101 захрипел, страшно булькая, под отчаянный вопль старика первого (прекратите, иначе мы все умрём!) им и включили свет, открылись двери и в общежитие ворвались солдаты.       Только вот смотрел Ки Хун вовсе не на них. Он не мог отвести взгляд от затихшего Док Су. Взгляд его остановился и был... испуган. Да, чёртов ублюдок в последние мгновения был до ужаса напуган. Наверное, поделом, но... Ки Хун не смог избавиться от дрожи во взгляде, когда перевёл его на застывшего с окровавленной розочкой Ин Хо.       Тот всё правильно сделал, но... Проклятое «но» заставляло Сона бояться. Этот человек... Убил другого человека мгновенно и не колеблясь. Да, человек из 101 не очень был, но... Что-то в его представлении о Хване надломилось.       Ин Хо казался умным и опасным, но в то же время всё равно добрым. Ки Хун решил, что он из той породы людей, что внешне холодные, отстранённые, а внутри мягкие, но... Сейчас тот проявил исключительную жёсткость и хладнокровие. От него веяло опасностью... И, что самое ужасное, Хван был очень проницательным. То, как он почти обиженно моргнул, не укрылось от Ки Хуна. Стало стыдно       Эти чёртовы эмоциональные качели! Сон это ненавидел, но общение с Ин Хо их и напоминало. Он восхищался им и боялся его же... Теперь боялся. А ещё его долг к нему вырос. Ин Хо спас его. И воришку. Ки Хуна ведь во второй раз уже. А он на него так посмотрел... И всё-таки собраться с силами и поговорить сейчас, Сон не решился. Не было сил лгать. А правду говорить неприятно, да и не заслужил это Ин Хо. Не сейчас. Поэтому остаток ночи Сон нервно проворочается, поспав лишь самую чуть.       Плохо. В игре, где от скорости реакции и самочувствия зависит твоя жизнь. Не деньги на кону, больше нет... Нули к сумме долга не прибавляются. У него остался только он сам.       И то благодаря другим... Ки Хун поискал глазами Ин Хо. Тот до сих пор не спустился в их маленькую группу, куда прибилась после жуткой ночи Сэ Бёк. Да, он теперь у всех выяснял имена — Ин Хо прав, они не заключённые, не лошади... Поэтому, коль работают в команде, надо звать друг друга по-человечески. А вообще, никто не возражал — девчонка шустрая, ловкая, даже Сан Ву, видимо, счёл, что пригодится.       Но где же Ин Хо? Ки Хун нахмурился, обнаружив, наконец, его на койке — вид у него был... Будто призрака увидел. Бледный, дышал тяжело. Снова стало стыдно. Ночью Ки Хун, скорее всего, поторопился с выводами, решив, что тому убить человека — раз плюнуть... Или это не из-за 101? Неважно... Сон уже решил, что мерзавец Док Су заслужил, а вот Ин Хо надо было как-то подбодрить. Им ещё играть сегодня, а тот... такой разобранный. Не дело.       Общение свильнуло куда-то не туда. Ин Хо и правда оказался не каменным. Кошмар или совесть, или же совесть вместе с кошмаром, но выглядел паршиво. Хоть и попытался собраться при виде его. Поздно. Ки Хун уже вцепился... Зачем только вцепился. Совсем ведь не хотел слышать, как из того вырвалось, что он чудовище.       Признаться, ночью Сон бы с ним, возможно, и согласился. Но не сейчас. Чудовище никогда не назовёт себя таковым. Осталось убедить в этом Ин Хо... Но тот был зараза упёртая. Впрочем, уже и времени не оставалось.       Они едва успели впихнуть в себя скудный завтрак, как их отвели на новую игру. Это место не просто высвечивало самые тёмные людские грани, но и почти не оставляло времени на рефлексию. Может, и хорошо.       В зале, куда их привели, было очень чисто, почти стерильно. По крайней мере, такое впечатление производили все эти кристально-белые стены, пол, потолок. Если бы не причудливая геометрия, можно было б решить, что ты застрял на чистой странице своей повести. И всё впечатление от места было жуткое. Точно... Бардо или Чистилище. Брр.       И во что тут можно играть? Ничего ведь не было, кроме табло с часами... Оказалось, что их привели не играть, а разбиваться на команды. По десять человек. Во что можно играть вдесятером? Вот ведь... Баскетбол? Точно нет... Футбол? А 11-й кто? Жуткая кукла на воротах? Нет... Да и они до этого играли в детские корейские игры. Но Ки Хун не знал ни одной подобной игры.       — Есть идеи? — деловито спросил Сан Ву. Покачали головой все, даже Ин Хо. Жаль... Сон почувствовал, что возлагал на этих двоих большие надежды.       — Нас шестеро, — вместо этого проговорил Ин Хо. — Предлагаю всем, кроме господина первого и Сэ Бёк, привести по одному игроку в нашу команду.       — Согласен, — Сан Ву кивнул. — Только постарайтесь привести мужчин, у нас и так старик и девушка — возможно, это будет силовая игра. На кону наши жизни.       И в самом деле... Ки Хун нахмурился: происходил отсев — мужчины выбирали мужчин. Женщины оказывались за бортом. И пожилые. Он скрипнул зубами. Несправедливо. Но их умники правы. Рисковать нельзя. Если будет девчачья игра, есть Сэ Бёк, есть они, отцы девочек... Не пропадут.       А пока он вгляделся, размышляя, кого позвать. Вон тот врач, что в последний момент примкнул к банде 101, неожиданно взял на себя роль главаря. И тут же отшиб от себя 212. Как та кричала, возмущалась. Ужас! Ки Хуну даже стало жаль её, но не настолько, чтоб тащить к ним.       Ему повезло — нашёл мужчину, здорового на вид. Не подвёл и Али, которому Сан Ву, велел прятать обрубленные пальцы в кармане. Разумеется, Чхо и сам не подкачал. Удивил Ин Хо — пришёл с прятавшейся за его спиной девчонкой, едва ли старше Сэ Бёк. Что ж... Ки Хун знал, что тот всё-таки добрый. А вот Сан Ву обрушился на Ин Хо:       — Ты кого привёл?       — Кого надо, того и привёл. Не смотри на вид — она очень сильная, верно, Че Ён? — Хван ободряюще похлопал её по плечу.       Так Ки Хун и поверил... Интересно, что было у Ин Хо в голове? Почему решил спасти эту зажатую девчонку? Может, подумал о дочке, что если бы той не повезло... Никто б не пожалел.       — Ты...       — Время почти вышло, оставь, — Сан Ву неожиданно урезонил старик. — Мы справимся.       Только вот, когда их отвели на арену, стало ясно: совсем не факт. Это был огромный то ли ангар, то ли ещё что. Но вдали высились узкие платформы, а между ними виднелся... канат.       «Мы влипли!» — оглянулся Ки Хун... Если им достанется в соперники команда с одними мужчинами — они трупы. Впрочем, было две женские. Лёгкие мишени. В них попала и крикунья 212, которая теперь с ужасом взирала на канат. Вообще, удивительно, как точно проредили их ночью чёртовы организаторы... Было 128 — осталось 80... 8 команд. Четыре раунда. И всего два шанса, что они точно выживут... Невольно он обернулся на Ин Хо. Его лицо не отражало ничего, пока Сан Ву не сдерживался и злобно посматривал на него.       «Мы справимся!» — решил в это верить Ки Хун... А что ещё оставалось? Не опускать же руки раньше времени? К тому же не всё так плохо. Из десятки у них только две женщины и старик. Остальные — сильные мужчины. Справятся. Точно. Ведь так?